Альфа среди людей

- Я рад, что ты справился без меня, – Бекхён привычно потрепал по рыжей макушке, и всё бы ничего, если бы пальцы не запутались в волосах, слипшихся от запёкшейся крови.       Ужас охватил учёного, пройдясь колючим холодком вплоть до корней волос. - Откуда это? – спросил он, затаив дыхание и показав младшему свою испачканную руку. Ответ последовал не сразу. Чанни сам был в шоке. - Прости. Я игрался с самолётиком, нечаянно подскользнулся и ударился. Но... но мне казалось, там будет просто шишка. - То есть ты хочешь сказать, что ударился и пошёл играть дальше, не заметив, как из темечка кровь хлещет? Серьёзно?! – Бек повысил голос, после чего он бесцеремонно схватил чужое запястье и поволок раненного в ванную. - Прости меня, Бекхёни. Прости, пожалуйста, – не переставал повторять младший. Из его глаз потекли крупные слёзы, но не от боли, а от страха, что его ложь раскусят.       Под струями воды учёный вымыл голову химере, после чего как следует обработал неглубокую царапину под недовольное шипение и вернулся к расспросам. - Сейчас голова не болит, не кружится? - Н-нет, – ответил рыжий, немного успокоившись, но всё ещё с дрожью в голосе. - Ты терял сознание, тебя тошнило? - Нет, ничего. Хён, – прямо обратился младший, поймав чужой взгляд. – Ты ведь не запрёшь меня снова в камере? Я обещаю впредь играть более аккуратно, правда, только, пожалуйста... - Чанни опять разревелся, уткнувшись в ладошки. - Ну, перестань, – тон старшего значительно смягчился. – Никуда я тебя не дену. Сам виноват, что задержался... - Нет! Это я виноват, что... - Ладно, мы оба виноваты, – попытался улыбнуться учёный, легонько хлопнув воспитанника по плечу, после чего хотел уже выйти из ванной, как Чанёль взял и перехватил его ладонь, да ещё с таким жалобным искренним взглядом, будто собирается доверить душу. - Тебе не придется больше за меня переживать... и за себя. Я защищу нас обоих, обещаю! Несколько часов назад.       После ухода Бекхёна, Чанни побежал делать учебные задания и, как только они были выполнены, продолжил дальше исследовать кладовую, однако, когда пришло время спать, он забросил это интересное занятие, не решаясь нарушать привычный распорядок. Уже лёжа в кровати, он думал о том, почему хён так сильно опаздывал. Сон от волнений никак не шёл, и юноша уже почти отчаялся, как вдруг из прихожей донёсся долгожданный звук открывающегося замка. Словно верный пёс, рыжик со счастливым видом и улыбкой до ушей подорвался навстречу, но в коридоре на полпути он внезапно остановился, насторожившись. До его носа дошёл очень знакомый запах, но отнюдь не Бекхёна и даже не Кая. Чанни не успел даже что-либо предпринять, как из-за угла прихожей вальяжной походкой выплыл Лухан. Блондин окинул оцепеневшего от страха рыжика оценивающим взглядом, после чего спокойно спросил: - Догадываешься, кто я? Малыш едва мотнул головой. - Неужели ты не чувствуешь? Ведь должен... Или ты бракованный? – «гость» начал надвигаться. - Ух-ходите, пожалуйста. Мой брат Бекхён скоро вернётся и... - Брат? – усмехнулся Лухан. – Хорошо, пусть будет брат. В любом случае, он мне ничего не сделает, так как ничего не узнает. - Почему это? Я ему всё расскажу! – гордо выдавил из себя Чанёль, после чего снова съёжился. - Только попробуй, и он окажется на операционном столе, где его будут медленно и мучительно кромсать, покуда не сдохнет, – процедил блондин, нагоняя на Чанни ужас в комплексе с призрачной бледностью. – Считай, его жизнь теперь в твоих руках. Парень достал из кармана своей чёрной куртки колбочку и бумажный квадратик, из которого позже было извлечено маленькое медицинское лезвие. - Мне нужно лишь немного твоей крови, поэтому будь тихим и не дёргайся, – Лухан приблизился к рыжику, намереваясь взять его руку, но тот резко дёрнулся с места в сторону ванной.       За секунды чужак догнал жертву и остановил, с силой пнув по рёбрам, пустив тем самым в свободный полёт до косяка, о который Чанни так неудачно стукнулся головой. Адская боль пронзила всё его нутро. Лёжа на полу, он схватился руками за ушибленные места, стискивая при этом зубы, чтобы сдержать рвущейся наружу рёв, однако слёзы всё равно брызнули. Юноше было очень плохо. В мыслях у него крутилось лишь самое родное имя и крики, молящие о помощи, но произнести их вслух не было сил.       Блондин спокойно подошёл к уже обездвиженному объекту, сел на корточки и, ткнув лезвием его палец, буквально выдоил необходимое количество крови в колбочку, говоря при этом: - Извини, я немного не рассчитал с ударом. Не знал, что ты окажешься таким слабым. По запаху ты явно альфа, а альфы обычно очень сильные, крепкие, ни один человек с нами не сравнится. Похоже, создатель тебя испортил, слишком одомашнил. Возможно, он своим дилетантским мозгом ещё не разгадал истинного предназначения химер... - парень выпустил чужую руку из своей, после чего закрыл колбочку крышкой. – Хотя, для него же лучше. А тебе я бы посоветовал набраться сил, ведь Бекхён не всегда сможет «защитить». Это лично МОЙ тебе совет, – он поднялся на ноги. – Ещё, не думай, что тебя будут вечно опекать, дарить любовь. Рано или поздно всё закончится. Маска «друга» или, как ты там сказал, «брата» спадёт. Ты не будешь жить нормально среди людей. Никогда. Они тебе не позволят. Через минуту Лухан вышел из дома, заперев дверь и оставив малыша корчиться на полу от боли в одиночестве.       Пройдя пару кварталов, блондин добрался до своего мотоцикла. Забравшись на него, он надел шлем и на всей скорости пустился по ночным полупустым трассам. Путь лежал к квартире Черин, где в данный момент спал крепким сном Бён - на банкете он случайно выпил подмешанное в бокал вина сильнодействующее снотворное. Вернув позаимствованные ключи от жилища учёного, альфа поехал до главной секретной лаборатории за городом – нужно было сдать на растерзание учёным собранный биоматериал Чанёля. - И какой он из себя? – поинтересовался сгоравший от любопытства Минсок у только что прибывшего в его кабинет парня, держа колбочку с кровью. - Высокий рыжий хиляк. Наивный и бесхарактерный, – отчитался Лу и плюхнулся на кушетку, приготовившись к очередному долгому выспрашиванию, которое обычно заканчивалось безрезультатно. - Хён, – начал блондин. – Как там моя омежка? - Нормально. Недавно с ней закончили последнюю операцию, и теперь идёт адаптационной период. - То есть она теперь окончательно стала химерой? - Да, это больше не человеческая особь. Кстати, его перевели в это крыло, так что теперь ты можешь с ним видеться. - Неужели? – Лу подорвался, его глаза больше не выражали могильную отрешённость с пустым стеклянным блеском, сейчас они были наполнены по-детски искренней радостью.       Минсок улыбнулся и спокойно кивнул в ответ, после чего добавил: - Ненадолго. Пока оба парня шли к нужной камере, блондина охватил мандраж. Он не мог поверить, что сейчас увидит того, о ком безостановочно грезил столько лет, того, кто однажды помог не сломаться и вытерпеть все испытания. - Готов? – спросил учёный, вводя карточку в электронный замок. - Да, – произнёс Лухан, хотя всё его нутро кричало: «Нет, я, чёрт побери, ничегошеньки не готов, мне страшно!» Дверь камеры открылась. - Только без фокусов, – убедительно попросил Мин и хлопнул альфу по спине. – У тебя две минуты.       Блондин медленно зашёл в совершенно неуютное помещение, где из мебели была лишь кровать. В дальнем углу он увидел бледного парня, сидевшего на полу и похожего на тряпичную куклу, чей взгляд был пуст и бездушен. - Сехун? – тихо позвал Лу, но ответа или какой-либо другой реакции не последовало. Тогда Альфа, подойдя ближе, присел на корточки и снова заговорил: - Привет, Сехун, помнишь меня? Я Лухан, мы виделись несколько лет назад в карцере, правда, всего лишь пару секунд. Ты ещё сказал мне тогда, чтобы я не сдавался и терпел боль вопреки всему.       Взгляд омеги наконец двинулся и уставился прямо на собеседника, заставив того слегка вздрогнуть. - Я всё сделал, как ты сказал, – наивная улыбка расцвела на лице Лухана. – И выжил, единственный из своей группы. - Время, – донёсся голос Минсока из коридора. Альфа на секунду обернулся, после чего в темпе продолжил. - Мне нужно идти. Я лишь хотел поблагодарить тебя. А теперь прощай, но мы ещё увидимся, обещаю.       Парень хотел пожать омеге руку, но та от малейшего прикосновения сразу же дёрнулась, словно кукловод потянул её за ниточку. Прекрасно всё осознавая, альфа не стал настаивать и, следуя очередному зову учёного, покинул камеру. Когда создатель и его создание вновь вернулись в кабинет, второй решил поднять давно беспокоившую тему. - Минсок, я знаю, что если люди попадают сюда для опытов, то долго не живут, их используют как сырьё. Почему тогда для Сехуна сделали исключение? – спросил Лухан. Учёный устроился в кресле поудобнее и начал рассказ: - Ну стоит заметить, что изначально он попал сюда не для опытов, а на допрос. Дело в том, что произошло недоразумение. Его ложно обвинили в сотрудничестве с учёным по имени Чживон, который выкрал у нас реактивы и некоторые результаты исследований, скачав их на флешку. Сехун, ясное дело, всё отрицал, ведь он никогда не был связан с наукой, бедняга был простым барменом в клубе, который знать не знал Чживона. На тот момент все думали, что он блефует, из-за чего продолжали его пытать, желая вытянуть интересовавшую информацию, которой в нём на самом деле не было. - Но почему Сехуна ложно обвинили? Его кто-то подставил? - Верно, Бекхён. - Как?! – удивлению блондина не было предела. - Тогда был Хэллоуин. Бекхён нарядился в такой же костюм, что был у Сехуна, тайно воспользовался его машиной и в таком виде всё провернул. Поджав губы, Лухан взорвался от накатившей ярости, из-за чего с силой впечатал кулак в стену, оставив трещину.