Чувство страха

«Дочка…» - мысленно усмехнулась Алиса. Выжидающе смотря на женщину, что из всех сил старалась не встретиться со взглядом дочери, Алиса отмечала про себя всё новые и новые еле заметные морщинки. Опустив глаза на живот, видневшийся под джинсовой тканью комбинезона, девушка замерла. Зажмурив глаза, Алиса отвернула голову в сторону, издавая еле слышный вздох. - Здравствуй, – всё так же не поворачиваясь, проговорила девушка, упорно рассматривая узоры на дорогой вазе, стоявшей в углу. Женщина отвела глаза, понимая хладнокровность дочери. Сложив пальцы в замок, она снова посмотрела на девушку, которая уже смотрела на неё. Встретившись взглядом с голубыми глазами полными обиды, женщина растерялась. Хотелось взвыть и убежать подальше от этого пронзительного взгляда. - Даже не обнимешь?.. Женщина прекрасно знала, что дочь её не обнимет, просто ей хотелось верить, что вот–вот родные ладошки скользнут по её рукам, а затем обнимут плечи, и девушка прижмётся к ней всем телом, уткнувшись носиком в плечо. Прямо как в детстве… - Боюсь не получится, твой живот немного помешает, – пожав плечами, проговорила Алиса. Женщина инстинктивно обхватила живот ладонями, словно оберегая. Увидев на лице дочери пустую, безысходную улыбку, женщину пробила дрожь. В животе кто-то обеспокоенно зашевелился, чувствуя состояние матери. Чувство огромной вины дало о себе знать, отчего женщина ненадолго прикрыла глаза, дабы совладеть с эмоциями. - Тебе плохо? – беспокойство в голосе выдало девушку. - Нет, – улыбнувшись уголком губ, ответила женщина. – Просто малыш проснулся. - Ясно… - девушка кивнула. Аккуратно присев на диван, женщина перевела дыхание, а затем снова посмотрела на дочь. Девушка выжидающе смотрела на мать, перебирая крестик, зажатый меж пальцев. Женщина искренне улыбнулась, увидев, что Алиса продолжает носить подаренный ею крестик. - Ты всегда так делаешь? Женщина тепло посмотрела на девушку. Алиса сначала не поняла, затем, опустив взгляд на крестик, опомнилась и быстро запихала его под блузку. - Знала бы ты меня получше, поняла бы, что я делаю так, когда нервничаю, – пожав плечами осведомила Алиса. – Эта привычка от папы, – девушка закусила нижнюю губу. Услышав всё то, что сказала ей дочь, у женщины снова сползла улыбка с лица. В груди что–то больно кольнуло. Глубоко вздохнув, она попыталась остановить слёзы, которые вот–вот норовились вылиться наружу. - Я помню… - тихо проговорила женщина, не поднимая глаз. - Так зачем ты тут? – устало спросила Алиса. - Я… Дело в том, Алиса, что я и Фред… Женщина осеклась, увидев, как Алиса съёжилась всем телом от произнесённого имени. Мысленно отругав себя за это, она снова тяжело сглотнула. - Я и… он, мы уезжаем в Норвегию. Ему дали повышение на работе, и мы переезжаем в эту страну на этой неделе. Алиса слушала каждое слово, внимательно вникая в суть сказанного. - То есть… - Мы переезжаем туда навсегда, Алиса, мы там будем жить, – закончила женщина. - Вот как… - горько усмехнувшись, проговорила девушка. - Алиса я… Мы… Нашу квартиру мы не продаём, после окончания академии ты сможешь вернуться в неё. Деньги мы будем присылать каждый месяц, на жизнь тебе будет хватать, – быстро начала говорить женщина, словно оправдываясь. - Я всё поняла, можешь идти, – не своим голосом проговорила Алиса. - Алиса, я… - Уходи! – крикнула девушка, подняв на мать полные слёз глаза, которые уже давно катились по щекам. Женщина замерла. Из глаз всё же вырвались слёзы, которые она так старательно останавливала. «Почему она кричит?.. Она ведь даже не знает», - думала про себя женщина, проглатывая ком в горле. Она так старалась, так просила, на коленях умоляла Фреда взять Алису с собой… Но он упрям, глуп. «Либо я и новая, лучшая жизнь в Норвегии, либо оставайся здесь вместе со своей бездарной дочерью!» - словно напоминанием голос мужа звучал в голове. - Алиса, я правда… - дрожащим голосом взмолилась женщина, поднимаясь с дивана. - Я сказала - уходи! Что тебе мешает снова бросить, избавиться от меня?! Тебе это не впервой! Тебе уже приходилось бросать меня и отца, уходя к своему ненаглядному Фредерику! Тебе уже приходилось бросать меня здесь, в этой тюрьме! – развернув руки в разные стороны, прохрипела девушка. – Что тебе мешает бросить меня снова? Что? Иди, живи уже со своей новой семьёй, как ты и хотела! Оставь меня… - не переставая плакать, уже охрипшим голосом кричала девушка. Приложив ладони ко рту, чтобы не взвыть от боли, женщина продолжала плакать. Её глаза в отчаяние бегали по лицу девушки. Сколько же боли она увидела. Всё из–за неё, она вправе так осуждать её… Бесшумно взяв пальто, женщина быстрым шагом направилась к высоким дверям, уже не сдерживая громких всхлипов и тихий вой, словно раненого зверя. Остановившись у самых дверей, женщина обернулась, посмотрев на девушку, что стояла посреди холла, прижав ладошки к лицу и содрогаясь от слёз. - Я люблю тебя, – одними губами проговорила женщина. Потянув за ручку, женщина вышла за порог, сбегая по ступенькам к машине. Дверь громко хлопнув закрылась. Услышав этот звук, Алиса резко подняла глаза. В помещении никого не было. Безвольно опустив руки, девушка продолжала всматриваться в щель между дверьми, надеясь, что они вот–вот откроются, и она снова войдёт… Но двери не открылись. Никто не зашёл. - Мама… - слова больше похожие на хрип сорвались с уст и растворились в тишине. И снова одна, как и всегда. Снова она ушла, но на это раз навсегда, не оставляя надежды на то, что возможно скоро вернётся.

«Маленькая девочка сидела на качелях во дворике своего дома. На улице был уже поздний вечер, но малышка не торопилась домой, она ждала маму, которая вот–вот пребудет с работы. Ножки свободно болтыхались, свисая с дощечки, на которой сидела девочка. Склонив головку, она напевала незатейливую мелодию, которую сочинила сама. Эту мелодию ей с нетерпением хотелось спеть маме, чтобы поднять настроение, ведь она так часто ругается с папой. Подул прохладный ветер, заставляя девочку свернуться от внезапного холода, а подол её лёгкого летнего платьица развиваться. Послышался звук открывающийся двери, и девочка рефлекторно повернула головку. На крыльцо вышел отец малышки. Высокий, мужественный мужчина с трёхдневной щетиной на лице. Ярко-голубые глаза были уставшими, поникшими, не такими, какими были раньше. - Алиса, принцесса, поздно уже, пора домой, – поманив дочку рукой, ласково проговорил мужчина. - Но мама ещё не приехала, – понурив головку, проговорила малышка. Мужчина слабо улыбнулся. Подойдя к девочке, он взял её на руки, погладил по волосам и вошёл в дом, заперев дверь на ключ. Ни сегодня, ни завтра… мама не услышит мелодию сочинённую дочкой. Спустя пару дней отец рассказал девочке о том, что мама больше не вернётся домой. На вопрос малышки: «Почему?», - мужчина не смог сдержать слёз. Обняв девочку, он признался, что мама полюбила другого, и теперь у неё новая семья.

***

Через три года, у мужчины случился инфаркт. Девятилетняя Алиса тогда ещё не знала, что это такое, и что от этого умирают. Малышку забрали в детский дом, но ненадолго. Зоуи, мама девочки, объявилась через неделю после смерти бывшего мужа. Описать восторг девочки невозможно словами. Она плакала, обнимала, целовала маму так, словно это первый и последний раз.

***

Появившись в новом доме, чужой ребёнок сразу не понравился новому мужу Зоуи Фредерику. Он вовсю кричал, что не желает терпеть ребёнка от чужого мужчины в своём доме. Как бы Зоуи ни умоляла мужа, он ни желал ничего слушать. Поставив перед женщиной условие, Зоуи была вынуждена отправить двенадцатилетнюю Алису в академию, которую согласился оплачивать Фред.

***

- Мамочка! Нет, пожалуйста! – кричала малышка, вырывая руку из ладони матери. Женщина волочила дочь от машины к дверям академии, у которых стояла директриса. Сделав непроницаемое лицо, она продолжала вести её за собой, не обращая внимания на крики и слёзные мольбы. - Прошу, мама, я не буду себя плохо вести!! Я буду дружить с Фредериком, умоляю! Не бросай меня! – задыхаясь от слёз, молила Алиса, впиваясь пятками в землю, засыпанной мелкой гайкой. - Замолчи, веди себя достойно! – рявкнула женщина, чуть повернув голову к заплаканной дочери. С большим усердием, но Зоуи всё же добралась до ворот, где её ждала директриса и недавно подошедшие два охранника. Передав в руки охранникам брыкающуюся дочь, женщина поспешила к машине, из последних сил сдерживая горькие слёзы. - Мама! Ну, мама!! – гортанный крик выходил из девочки, что отчаянно пыталась вырваться из крепких рук мужчин. – Мама! Прошу, не оставляй меня одну, я же люблю тебя, мама! Каким–то чудесным образом Алиса всё же вырвалась из рук мужчин. Спотыкаясь, заплетаясь об собственные ноги, Алиса сломя голову бежала к воротам, через которые уже выехала машина. Вытянув ручки вперёд, девочка пыталась докричаться до мамы, молила забрать её с собой, но тут ворота захлопываются прямо перед носом малышки. - Нет! – нечеловеческим голосом взвыла девочка, схватившись ладошками за колючие железные ставни ворот. С остервенением малышка начала дёргать их вперёд-назад, но они ни в какую не поддавались. По ладошкам струились маленькие кровавые нити, стекая вниз к локтям, а потом и вовсе разбивались о землю частыми каплями. Не обращая внимания на боль и на сильные руки, которые с силой отдёргивали её от ворот, Алиса продолжала кричать. - Мама! Мамочка! Почувствовав, что её заносят внутрь здания, Алиса раскрыла заплаканные глаза и поняла, что она уже не на улице, а в самой академии. Увидев, что двое мужчин подходят к высоким дверям, Алиса начала ещё больше кричать. Большие голубые глаза расширились ещё больше, когда двери начали закрываться. - Нет! Мама! Этот последний крик отчаяния, возможно, не услышал уже никто. Они остались внутри академии за закрытыми высокими дверями старинного особняка».