341

Он медленно опустил глаза вниз. Сквозь побелевшие сведенные судорогой пальцы сочилась густая кровь, растекаясь темным пятном по светлой рубашке. Вдоль спины пробежалась волна озноба, и он зашелся в приступе кашля, отшатнулся назад, к холодной влажной стене и прислонился к ней. Постепенно холод привел его в чувство, и он осознал, что за эти несколько мгновений он сполз на пол и сгрудился там бесформенной кучей, закрыв в какой-то момент глаза. Первым, что он вспомнил, была мысль о том, что нужно торопиться, но все равно какое-то время он просто прислушивался к монотонному жужжанию газовых ламп и гулу поездов, проносящихся на огромной скорости несколькими этажами ниже. Не давая сосредоточиться, бессмысленные обрывки фраз складывались в ничего не значащие предложения, картины событий нескольких предыдущих недель, фотографически впечатавшиеся в память, всплывали перед глазами, заставляя забыть, где и в какое время он находится. С трудом сопротивляясь наваливающейся и давящей дреме, он, кривясь от боли вытащил из-под бока руку, почти потерявшую чувствительность - как он понадеялся, от долгой неподвижности. С трудом подтянув запястье поближе к глазам, он обнаружил, что циферблат разбился, а стрелки остановились, замерев на трех часах и семи минутах. Значит, он мог находиться без сознания сколько угодно времени и наверняка пропустил время сигнала. Оставалась только слабая надежда на то, что его друзья решили продолжать несмотря на этот сбой в плане. А значит, захваченный поезд может вот-вот прибыть на станцию. Джеймс резко перевернулся и рывком поднялся на колени, ну тут же вынужденно согнулся обратно, оперевшись одной рукой об пол, а другой ухватившись за раненый бок. Как только головокружение унялось, он попытался снова, на этот раз более-менее преуспев. Оказавшись в вертикальном положении, он попытался оценить ситуацию. Рана уже не кровоточила так сильно - видимо, он был без сознания на самом деле долгое время, и темно-бордовая лужа подтверждала это. Стараясь не думать о том, насколько неестественно то, что его кровь по какой-то причине хлюпает у него под подошвами ботинок, что она снаружи него, хотя положено ей быть внутри, он, подавляя рвотные рефлексы, слабо порадовался тому, что в последние дни их группе сильно не хватало еды, и свою сегодняшнюю порцию он отдал девушке-снайперу. Придерживаясь за стену, он сделал несколько неуверенных шагов по направлению к своему рюкзаку, который, похоже, выронил, когда зашел в комнату.