341

Солнечный диск медленно склонялся к горизонту, озаряя последними лучами дома и придавая всему вокруг розоватые и фиолетовые оттенки. Высотные дома, под стать моде позапрошлого десятилетия состоящие в основном из стекла и металла, отбрасывали множество золотистых бликов, еще больше слепя глаза. Вместе с пеплом, покрывавшим крыши не менее плотно, чем и улицы, свет, отражавшийся со всех сторон создавал иллюзию снежной пустыни, застывшей и поглотившей собой город. Она видела, как далеко внизу ветер поднимает в воздух пригоршни пепла и закручивает их, заставляет клубиться и поднимает на высоту нескольких этажей, создавая пылевую завесу. Однако, на той высоте, на которой находилась девушка воздух был чист - высоте площадки, которая теперь являлась верхушкой небоскреба, после того как неизвестная сила укоротила его на несколько этажей. Впрочем, не такая уж и неизвестная, поправилась Мэй, неуверенно пробегаясь пальцами по обрезкам обуглившейся и расплавившейся арматуры, некогда являвшей собой часть стены, а сейчас скорее напоминавшую бортик балкона. Вид, открывавшийся с этой площадки, не позволял оторвать взгляд уже на протяжении почти получаса, но не смотря на то, что девушка понимала, что ей есть чем заняться в то немногое время, остававшееся до наступления темноты, она никак не могла заставить себя сдвинуться с места. Пока в прекрасное наваждение не вмешалось эхо. Мэй вздрогнула и прислушалась. Быть может, она услышала голоса кого-то из своих спутников? Город был настолько пустым, что их голоса могли разноситься на километры вокруг. Эхо донеслось еще раз, на этот раз ближе, и от предположения осталась разве что робкая надежда: звук совершенно точно не был человеческой речью и даже не походил на человеческий крик. Глухой утробный рык раздался в третий раз, и девушка, окончательно сбросив оцепенение схватила рацию. Зажав кнопку, подключающую ее к общему каналу, она торопливо спросила: - Кто-нибудь слышал это? - произнесла она, старательно вглядываясь в слепящие блики и надеясь разглядеть какое-нибудь движение внизу. Ответом ей послужили помехи. Мэй повторила вопрос еще раз, отчаянно надеясь на то, что друзья не вышли из зоны действия рации. - О чем ты? - наконец раздался в ответ голос лидера, и она по его интонациям догадалась, что сейчас он недоуменно хмурится. Девушка запнулась - на секунду ей показалось что она видела что-то, движущееся по одной из ближних улиц, но она так и не смогла ничего разглядеть. - Мы не одни здесь, - сообщила девушка. - Я слышала рык, кажется, в нескольких кварталах к западу от меня. Пауза. Мэй уже собралась потребовать от лидера немедленного возвращения к точке сбора, как рация снова разразилась шипением и из нее раздался голос медика. - Я не слышу ничего, девочка. Ты уверена что тебе не послышалось? Я в соседнем квадрате и здесь все тихо. - Это ничего не значит. Полагаю, нам и правда стоит завершить эту вылазку, - отрезал лидер, перебивая напарника. - Что? - искренне возмутился в ответ хирург. - Я еще не нашел ничего стоящего. До темноты еще более часа, мы вовсе не должны разворачиваться из-за того что кому-то что-то послышалось!... Девушка с досадой отпустила кнопку и рация отключилась от основной линии. Ей было все равно, что именно эти двое решат делать и как долго они собираются спорить; она была совершенно уверена, что звук не был плодом ее воображения, и она совершенно не имела желания встречаться с его источником, а потому, не теряя времени, девушка бросилась к лестнице вниз. - Я тоже слышал, - послышался из динамика голос явно напуганного мальчишки. - Оно не звучало дружелюбно или вроде того. Его голос звучал четче и меньше прерывался шумом, отчего девушка догадалась, что Сэм, проверявший совсем другой квадрат, по какой-то причине оказался недалеко от нее и, помимо этого, сказал это по линии, соединяющей только две их рации. Мэй, придерживаясь одной рукой за пыльные перила, чтобы не оступиться и не упасть с полуразвалившихся ступенек и перепрыгивая через одну, проигнорировала продолжавшего что-то взволнованно вещать парня. Наверняка поставив рекорд по скорости, уже через несколько минут оказавшись снаружи. Она обвела взглядом улицу. Город по-прежнему поражал своей молчаливой безжизненностью. Единственное, что выдавало присутствие людей - цепочка следов на покрытой пеплом дороге, которую оставила сама девушка, когда пришла сюда. Послышался звук неровных шагов.