Так нельзя

Вот уже третий день, как Какаши пришёл в себя. Цунаде удалось вытащить его с того света. Из госпиталя пока не отпускали, предстоял период восстановления. Хм… Сколько же ещё раз судьба соблаговолит подарить ему второй шанс... - И что ты намерен делать дальше? - не скрывая укора в голосе, спросил Генма. Он сидел рядом с кроватью Хатаке, откинувшись на спинку стула. Смотрел внимательно, прямо в глаза. - Ты о чём? - Копирующий прекрасно понимал, что изображать непонимание не лучший вариант, но иначе не получалось. К тому же, хотелось знать наверняка, о чём говорит друг. - Не строй из себя придурка, хреново получается, Какаши. Ты прекрасно знаешь, о чём я, - Последние слова Ширануи процедил сквозь зубы. - У меня складывается впечатление, что я определённо что-то пропустил или... - Да, кое-что пропустил, а кое-чего принципиально не замечаешь. Или просто делаешь вид. - Генма... Что случилось? Перестань нагнетать и скажи уже как есть. - Скажу. Я тебе сейчас всё скажу, чтобы ты знал, к чему привела твоя излюбленная привычка ни в чём себе не отказывать! - Ширануи повысил голос, сам того не замечая. - Райдо с Ирукой разошлись. И как ты можешь заметить, сенсей не прибежал к тебе искать утешения, готовый на всё. Он никогда так не поступит. Тебе бы стоило понять это раньше. - Да, Ирука всегда твердил, что отношения между нами невозможны. - Поверь, это не пустые слова. А Ямато? Ты совершенно не видишь, что с ним происходит? Или просто прикидываешься полным идиотом? - Да всё я вижу! Всё... - Ммм... Ну-ну, - Генма тяжело вздохнул, собираясь продолжить. - Он потерялся, Какаши, ушёл в себя. А это очень опасно, не мне тебе объяснять. Тензо бестолково подставился в одной из миссий, не самой сложной к тому же. Его ранили, но не сильно, а вот напарник выкарабкался с трудом. До сих пор лежит где-то здесь, с тобой по соседству. Причём, если сейчас это можно было бы хоть как-то списать на переживания из-за твоей дурной башки, прикованной к подушке, то в тот момент нет. Это произошло ещё до твоей схватки с Итачи. - Я не знал об этом, - Хатаке слушал друга, мысленно пытаясь восстановить события тех дней. Он ведь действительно не заметил, не увидел, Ямато ему просто ничего не сказал. - Конечно не знал. Тебе ведь было не до этого. Я бы на месте Тензо тоже не стал отвлекать тебя всякой ерундой от самого важного в жизни! - Генма, перестань и так хреново. - Что перестать? Не нравится слышать правду? Не похоже на тебя, но я молчать не стану. Я только жалею, что не сказал об этом раньше, думал ты не дурак, сам разберёшься. А ты предпочёл пустить всё на самотёк, - Ширануи поднялся со стула и подошёл к окну. - Ладно, мне пора. А ты думай, Какаши. Думай, что делаешь. Тихий хлопок, и Хатаке остался в палате один. Ямато только что ушёл, оставив на прикроватной тумбочке парочку его любимых книжек. Читать не хотелось. После разговора с Генмой внутри что-то всколыхнулось, заставило задуматься об их отношениях. Тензо… Когда он стал таким молчаливым? За эти пять дней не сказал почти ни слова. Хотя, они вообще в последнее время толком не общались. Перебрасывались парой слов, когда удавалось оказаться одновременно дома, ели в тишине, а потом Какаши укладывался на диван, даже не задумываясь об оправданиях. Вспомнить, когда в последний раз они делили постель, получалось с трудом. А этот случай с миссией? Тензо так ничего и не сказал о нём. Ямато стал совсем чужим, и это неожиданно больно царапало откуда-то изнутри. Прекрасно понимая, что сам оттолкнул, с головой уйдя в мир, наполненный новыми, яркими ощущениями, Хатаке почувствовал себя виноватым. Он не хотел, чтобы всё так вышло, просто делал то, что считал нужным, слепо поддаваясь порывам и желаниям. То, что когда-то казалось правильным и естественным, вдруг поблекло, стало неинтересным, и он смело пошёл вперёд, не оглядываясь. В итоге их с Ямато жизнь превратилась в совместное существование. Ирука ненавидит самого себя и скорее раскроит себе голову, нежели примет их неожиданные отношения. Райдо… Друг… Может ли он его так называть, после всего, что произошло? Вряд ли… Он уже обо всём знает. Генма рассказал, что они с Умино разошлись. Вернее, Ирука просто съехал с их общей квартиры. Да, он по-другому не может. Врать не умеет и не хочет, а новые, запретные отношения, которые причинят боль близким, никогда не примет. Хм… Какаши улыбнулся и стянул маску. Неприметный чунин оказался сильнее джонина и сделал всё правильно. После того, как он пришёл в себя, Ирука навещал его только раз, и то вместе с Наруто. Явно не хотел оставаться наедине. Хотя Ширануи говорил, что до этого просиживал у него в палате по несколько часов каждый день. - Да, Ирука-сенсей, ты именно такой. Всё стараешься делать правильно, – Хатаке потянулся за книгой, но снова передумал. Невыносимо хотелось выбраться из вынужденного заточения. Мысли снова вернулись к Ямато. Сейчас Какаши понял, что соскучился. Соскучился по его нравоучениям, по невесомой улыбке и долгим разговорам за ужином. На мгновение Копирующему показалось, что он чувствует дурманящий аромат, как в те моменты, когда Тензо хозяйничал на кухне. Воображение невероятно разыгралось, и желудок свело от голода. Как легко было не замечать очевидного, двигаясь вперёд, к намеченной цели. И как теперь муторно от признания собственных ошибок. Никто не совершенен, даже гений порой может ничего не видеть. После выписки Какаши не стал целенаправленно искать Ируку, чтобы поговорить. Он прекрасно понимал, что разговор состоится и будет не из лёгких. Умино сам позовёт, когда придёт время, не в его привычках оставлять что-то, не расставив точки над «i». Сейчас он старался ненавязчиво наладить отношения с Тензо. Получалось не очень, Ямато по-прежнему сторонился его, но в тоже время усердно делал вид, что всё в порядке. Хатаке в какой-то момент показалось, что так можно сойти с ума. Он прекрасно понимал, почему и отчего его партнёр не идёт на контакт. Говорить об очевидных вещах не имело смысла, но что-то сделать было необходимо. Решив, что молчание не приведет ни к чему хорошему, Какаши всерьёз задумался о содержательной беседе, причём желательно, как можно быстрее. Шанс, что Ямато оттолкнёт его и разорвёт отношения после признания и заверений был весьма призрачным, но всё же имел место. Рисковать не хотелось, но было необходимо. Если он решил сам для себя, что и кто для него важнее, придётся разъяснить это на пальцах. А последствия… К ним Хатаке готов. Так же, как готов их устранить, если понадобится, всеми возможными способами. Терять Ямато он не намерен. Разговор с Ирукой произошёл гораздо раньше, чем представлял себе Какаши. Вот только повод для него оказался ещё более удручающим, чем решение прекратить их отношения. Саске ушёл из деревни. Хатаке не сумел его убедить, не смог остановить и… Умино снова винил себя. - Хреновые мы с тобой сенсеи, Какаши. Заигрались в любовь, перестали обращать внимание на самое необходимое. Мы ведь несём ответственность за них, обязаны видеть и знать гораздо больше, чем они! – Ирука сидел на скамейке, единственной целой на заброшенной, подлежащей реконструкции детской площадке. Это место было как раз подходящим для их разговора, сюда очень редко кто заглядывал и вероятность, что их кто-нибудь увидит, была минимальной. - Знаю, я облажался. Я действительно не понял и не почувствовал, насколько решительно настроен Саске. Это моя ошибка, Ирука. Нужно было больше времени уделять не только его физической подготовке. - Не только ты, я тоже не доглядел. Я ведь знаю ребят гораздо дольше и обязан был предвидеть такой вариант. Должен был обратить внимание и сказать тебе или попытаться сам… - Перестань. От того, что ты сейчас волосы на себе рвёшь, уже ничего не изменится. Не думаю, что он сам вернётся, придётся постараться, чтобы вбить в его горячую голову нужные мысли. - Конечно не вернётся! Какаши, он не вернётся, и ничего в его, как ты выразился, горячую голову не вобьёшь! Он не позволит. Ты недооцениваешь его упрямство, сжигающую изнутри жажду мести и растущую с каждым днём силу. Изначально с твоей стороны относиться к нему как к ребёнку было ошибкой, – Ирука вздохнул и посмотрел на Копирующего. Усталость и тревога во взгляде не оставили и следа от былой радости и так полюбившегося и ставшего в один момент столь необходимым тепла. - Наруто с командой уже пошли за ним. Я тоже скоро к ним присоединюсь. Мы вернём его, Ирука, всё будет в порядке. - Ну, если тебе так спокойнее, можешь и дальше верить в собственные слова. Только я знаю, что это не так, – Умино больше не смотрел на него. Опустил голову, сдёрнул резинку и зарылся пальцами в волосы. Обсуждать это дальше было просто бессмысленно. И без слов ясно, что никто не может сказать наперёд, чем всё обернётся. Оставалось только действовать в силу собственных возможностей и надеяться на удачу. - Я ждал, когда ты придёшь, – Хатаке сел рядом с Ирукой и осторожно прислонился к плечу. Ненавязчиво, словно поддерживая. - Знаю. Я собирался, но это непросто. Всё, что мы сделали очень осложнило нашу жизнь, и… Ты сам всё прекрасно понимаешь, Какаши. Мы совершили ошибку, наши отношения изначально были обречены. - Понимаю, но всё равно ждал, когда ты придёшь. Сам не знаю почему. Вроде всё ясно, но в тоже время какая-то глупая надежда непонятно на что… - Какаши, не надо. Мы с тобой больше не будем встречаться. Естественно за исключением рабочих моментов и прочего. Да что я тебе всё объясняю! И так знаешь, просто дразнишь, как обычно, – Умино хмыкнул и даже улыбнулся, толкнув Копирующего плечом. - Конечно дразню, – Хатаке тихо рассмеялся в ответ. – Ты бы меня понял, если бы видел себя со стороны. - Замолчи! - Всё-всё, больше ни слова! – Какаши поднял руки в примиряющем жесте. – Приговорённому полагается последнее желание. - Что? – Ирука не успел сообразить, о чём только что сказал Хатаке, как тот обнял его за плечи, притянул к себе и осторожно поцеловал. Совсем легко, так, как никогда раньше. Едва касаясь губами, словно изучая, запоминая последние прикосновения. А потом они просто сидели и смотрели друг другу в глаза. Кто сказал, что для прощания необходимы слова… Ирука ушёл, а Какаши ещё ненадолго задержался на детской площадке. Нужно было обязательно поговорить с Тензо перед тем, как отправляться на поиски учеников. У Ямато сегодня выходной, но с самого утра он куда-то исчез, не предупредив. Заглянув в несколько мест, где обычно бывал Тензо, Хатаке его так и не нашёл. Времени до выхода оставалось всего ничего, а уходить вот так не хотелось. Вдруг, повинуясь какому-то странному чувству, Какаши понял, где его искать. Тут и раздумывать особо не пришлось. Единственное место, где Ямато любил оставаться наедине с самим собой тогда, когда его что-то тревожило или он хотел сконцентрироваться в полном уединении. Этим местом была та самая поляна, куда совсем недавно он приводил Ируку. Какаши оказался прав. Стоя у самого края поляны, он смотрел на дерево, что росло посередине. Сейчас оно было мёртвым, совершенно голым. Листья облетели, скрюченные, сухие ветви уродливо торчали в разные стороны. Через несколько минут ствол медленно распрямился, один за другим стали появляться свежие листья, а затем и цветы. Пышная, яркая зелень сменила торжество гибели. Не надолго… Вот осыпались первые цветы, закружились на ветру белоснежным хороводом лепестков и устремились к земле. За ними опали листья, опускаясь на траву уже совершенно сухими. Ветви оголились, истончились, скорчились, будто от боли, и дерево снова погибло. Ямато… Как же глупо всё получилось. Это ведь их с Тензо поляна. Здесь они раньше часто проводили время вдвоём, будучи просто друзьями, а после, став любовниками скрывались от излишне любопытных глаз. Он привёл сюда Ируку, даже не подумав об этом. Просто потому, что так было удобно. Хатаке никогда не был склонен к самобичеванию, но сейчас чувствовал себя полным уродом. Даже слов не удавалось подобрать, чтобы охарактеризовать самого себя. - Не надо, не мучай его, пусть расцветёт, – Какаши тихо подошёл к Тензо и встал рядом. Тот не ответил, но подарил дереву жизнь, и оно снова зазеленело, распрямив усталые ветви. - Нам с тобой надо о многом поговорить, вернее, я должен очень многое тебе объяснить. Хотя бы попытаться, – слова складывались с трудом, но Хатаке прекрасно знал, что его понимают. – Сейчас нет времени, мне нужно уходить. - Да, я знаю. Саске и Наруто… - Тензо тяжело вздохнул, всё ещё не поворачиваясь в сторону Какаши. – Им нужна твоя помощь. - Я вернусь. Вернусь к тебе, Ямато. Ирука вернулся домой поздно вечером. Уход Саске, Наруто отправившийся за ним следом, разговор с Какаши… Он чувствовал себя выпотрошенным, совершенно обессиленным. Хотелось только одного, добраться до кровати и не открывать глаза до самого рассвета. Войдя в квартиру, Умино на мгновение замер. Он сразу почувствовал чужое присутствие, как и моментально понял чьё именно. - Извини, что без приглашения, – из кухни послышался голос Райдо. – Я тут похозяйничал немного, чай заварил. Будешь? Ирука словно в тумане, не разуваясь, пошёл на голос, отказываясь верить в происходящее. - Я смотрю у тебя не густо, не готовишь, что ли, совсем? - В последнее время как-то некогда. Иногда перекусываю в раменной, а так… - Понятно, – Намиаши поставил на стол чашки и разлил ароматный зелёный чай. – Знал бы, хоть печенье какое с собой захватил. - Ты… - Ирука не мог решиться и задать один, самый важный вопрос. Получалось только бестолково мычать и стараться не отводить глаз. Райдо смотрел прямо на него, и под его взглядом хотелось провалиться сквозь землю. - Зачем пришёл? Ты это пытаешься спросить? - Да, – Умино, наконец, смог взять себя в руки. - Ну, я и сам толком не знаю. Наверное, просто привычка быть рядом, когда тебе плохо. В такие моменты я сам себе места не нахожу. - Райдо, я… - как ни старался Ирука, больше не смог выдавить ни слова. Он задыхался от нахлынувших эмоций словно рыба, выброшенная на берег. Всем своим существом он сейчас стремился только к одному человеку, и этот человек сидел прямо перед ним. Голова шла кругом, а высказать, то, что он чувствует, не получалось. - Наруто… Ты ведь по-прежнему веришь в него? - Конечно, всегда верил. Ты ведь знаешь. - Правильно, и верить надо до конца. Этот мальчишка обязательно добьётся того, чего хочет. Пусть не сейчас, не в этот раз, но обязательно добьётся, – Намиаши тепло улыбнулся, наблюдая, как растёт уверенность в глазах Ируки, и тот снова становится прежним. Несколько минут они сидели в тишине. Пили чай, и каждый думал о своём. - Райдо, помнишь, тогда, ну… в нашей квартире, в тот вечер ты сказал, что примешь любой мой выбор, лишь бы я был счастлив? Намиаши поставил чашку. Видно было, как он напрягся, но всё же ответил. - Конечно помню и не отказываюсь от своих слов, поэтому действительно приму… - Я не выбирал Хатаке, – Райдо замолчал, смотрел непонимающе и будто ждал чего-то ещё. – Нет, я выбрал, но не его… - Ирука выдохнул эту последнюю фразу, чувствуя, как земля уходит из-под ног от мгновенного облегчения. Теперь он сказал всё. Всё, что должен, всё, что хотел, и, по крайней мере, в этом был честен с Намиаши. - Собирай вещи, – голос Райдо показался громким, даже слишком. Ирука вздрогнул от неожиданности, в растерянности глядя на него. – Нам много о чём предстоит поговорить, и делать это лучше не на голодный желудок. Не то ты так совсем свалишься. Как они вместе собирали вещи, как перетаскивали всё обратно в общую квартиру, Умино помнил плохо. Всё вокруг вдруг перестало иметь значение. Всё, кроме того, что теперь у него будет возможность снова заслужить доверие любимого человека. Никто и не думал, что будет легко. Воспоминания нельзя просто отставить за ненадобностью, забыть всё, что было и вернуться к прежней жизни. Осталось только отстраниться, сохранить в памяти самые яркие моменты, не думая о сопутствующей им горечи. Пара ничего не значащих фраз, вежливая улыбка, не более. Ирука уже немного привык и перестал напрягаться в присутствии Хатаке, стараясь вести себя, как можно естественнее. С каждым разом получалось всё лучше и к огромной радости проще. Какаши в свою очередь стал более регулярно приносить отчёты, облегчая тем самым труд штабным работникам. Не пытался навязать общение помимо необходимого, просто иногда смотрел дольше, чем стоило, пока Ирука этого не замечал. Выбор сделан. Осталась лишь память... Память, которая никогда не позволит им усомниться в правильности принятых решений.