Небо Лондона

Нет другого пути. Я или ты, Кто-то должен уйти… Василий Вакуленко.

Анна и Винсент встречались. Хотя она и называла это «состоять в отношениях», Ходжинс продолжал дразнить их неприятным словом «встречаться». Звучит, будто это скоро закончится… Анна была просто счастливой юной леди и не задумывалась о том, что будет дальше и как надолго завязались эти отношения. Она надеялась, что навсегда, но подробностей совершенно не представляла. Винсент всё так же провожал её до дома каждый день и иногда даже оставался на ночь. Зато теперь блондинку не смущали его неожиданные приступы нежности, в ходе которых он мог обнять её со спины или легонько чмокнуть в щёку. Главное – всё это совершалось незаметно для других членов коллектива. Конечно, о наличии между этими двумя отношений знал весь университет, но настоящие друзья считали своим долгом только это и знать, подробностями тактично не интересуясь. Однажды юноша отобрал у Анны заряженный пистолет, по нелепой случайности снятый с предохранителя, и долго дразнил её тем, что не вернёт, пока та его не поцелует. Витвики же искренне перепугалась – уж она-то знала, что такое заряженное оружие, снятое с предохранителя. Игра закончилась жёстким жестом Бреннан, отобравшей у интерна пистолет и вернувшей его законной владелице. Конечно, подзатыльников шутник отхватил от обеих, а примиряющую улыбку профессора уже не увидел. Зато увидела Анна и совсем не знала, как на это реагировать. У них с Бутом серьёзное дело, снова выполз на поверхность этот Бродски, а они тут шутки шутят! Никуда не годится этот их настрой… Надо сказать, Бут переживал из-за этого дела куда больше бывшей ученицы, ведь его оно касалось непосредственно, лично. Переживал. Но, к несчастью, не боялся. -Ты уверен, что Бродски отслеживает тебя по этому телефону? Когда Анна задала вопрос, в зале были только она, Винсент, Бут и Бреннан. Никого больше. Может, чьё-нибудь ещё присутствие могло что-то изменить? -Может, проще сразу избавиться от него? – тыча пальцем в аппарат, уточнила она. -Я думаю, мы сможем отследить Бродски по звонку. Он позвонит. Я уверен, - отвлечённо отвечал Сили. Звонок действительно раздался. И очень скоро. Как по заказу. Дальнейшие события Анна помнила смутно. Такое, кажется, уже бывало… Бут отдал телефон Винсенту. Звон разбивающегося стекла. Все в одно мгновение оказываются на полу. Анна, падая, видела только Бреннан. Она была цела. Цела и невредима. Осознав произошедшее, девушка только взглядом убедилась, что Бут тоже цел. Винсент не вставал… Белый халат, какой был у каждого интерна, быстро пропитывался тёмным красным пятном. Все трое среагировали незамедлительно, Бут уже пытался остановить кровотечение. -Не… Не дайте… Мне… Уйти… Он, кажется, уже и не понимал, что говорит. Перед глазами неотвратимо темнело, и каждого Винсент видел весьма смутно. И пытался уцепиться взглядом хоть за кого-нибудь. Как будто это давало шанс. Не уходить. Остаться. Не терять реальность. Не терять никого… -…Я… Хочу быть здесь… С вами… И почти не слышал, кто и что говорит. Кажется, кто-то давил на грудь. Это был наверняка Бут, больше никто не мог давить так сильно. А может быть, Бреннан? Нет, Бреннан сидит рядом и говорит что-то… Что она говорит? Почему ничего не понятно?.. -...Никуда ты не пойдёшь, чего надумал?! Не закрывай глаза, смотри на меня, смотри на меня… Это Бреннан? Нет, это не Бреннан. Совсем другой голос. Чей это голос? Кто это говорит? Почему именно на этот голос хочется карабкаться, как на последнюю вспышку света в тёмной пещере? Анна. Анна? Анна… -Ты должен давить ему на грудь! – голос Бреннан выдернул Анну из прострации. Как будто умирала она. -Больше не должен, Кости… Именно в этот момент реальность начала складываться в ослепляющий паззл, после чего больно, оглушительно ударила девушку по затылку. А ведь она звала на помощь. Наверное, она сделала недостаточно. Она должна была сбегать за кем-нибудь. Хотелось сделать это прямо сейчас. А зачем? Теперь-то уже зачем? В зале стояла тишина. Белая пронзительная тишина. А в стёклах играли отблески солнца. Легко и аккуратно Анна закрыла юноше глаза. Легко и аккуратно поцеловала в губы. Холодные. Они никогда не были такими холодными. Девушка поднялась с колен. Пожалуй, сама бы она так не сказала про своё состояние. Скорей, наоборот. -Надо позвонить его семье. Гулко стуча каблуками, она шла к выходу. Молчала. Не хотела рушить эту белую пронзительную тишину, которая и так мучительно страдала от стука каблуков. -Анна…? В этом то ли вопросе, то ли утверждении, звучавшем в собственном имени, она не узнала Бреннан. Анне казалось, что её зовёт вовсе не она. Поэтому она остановилась, но не обернулась. Бреннан же приняла за довольно красноречивый ответ жест рукой около лица. Лица она, конечно же, не видела. И без того было ясно, что Анна пытается избавиться от назойливо сбегающей по щеке слезы. Вскоре она ушла совсем. Она ведь не была никому нужна в том зале. Сили Бут никак не мог прийти в себя, наверное, уже и от осознания собственной вины. Темперанс Бреннан смотрела вслед девушке и не могла выдавить ни слова. А Винсент? Что Винсент? А Винсент умер…