Небо Лондона

Белая недвижимая тишина палаты в такие моменты нарушалась лишь мерным пиликанием аппаратов установки жизнедеятельности. Парочке странных молодых людей было комфортно и говорить, и молчать, хоть в последнем случае многие обитатели госпиталя и не понимали смысла таких посещений. Правда, сегодняшний день несколько отличался от всех предыдущих: Анна читала стихи. Конечно, читала она их в буквальном смысле, с книги, но и это производило на Зака неимоверное впечатление... -Я около Кольцова. Как сокол, закольцован... Рифмы Мандельштама казались такими простыми, что ребёнок бы додумался. Но даже безупречная логика Эдди гнулась под эмоциональной тяжестью строк советского поэта. -...И нет ко мне гонца, и дом мой без крыльца... Прошла неделя после той чувственной встречи двух одиночеств в одной больничной палате. Теперь бывший интерн Бреннан недоумевал: что тогда нашло на него и Анну? В тот миг нелогичность ситуации казалась неважной, ведь весь мир вертелся вокруг них. А сейчас ситуация требовала детальной обработки... -...К ноге моей привязан сосновый синий бор... И он действительно чувствовал себя привязанным. Только слегка напрягала неопределённость в отношениях. Уже не друзья, но ещё не... Казалось, что Витвики ситуация вполне устраивает. -...Как вестник без указа, распахнут кругозор... Анна разбиралась в ситуации ещё хуже, чем коллега. Если его ещё можно так называть. В её случае верховодила душевная сторона проблемы. На уровне жизни она чувствовала влечение, привязку, и это всё было уже неоднократно доказано опытным путём. На интуитивном уровне всё было до странности сложно: девушка прямо-таки чувствовала — грядёт что-то большое и тоскливое. И если сейчас поддаться силе чувств, потом можно не успеть ими насладиться... -...В степи кочуют кочки, и всё идут, идут. Ночлеги, ночи, ночки... -...Как бы слепых везут... - заранее заглянувший в книгу слушатель продолжил фразу, как бы переходом от её слов, почти не дослушав последней строчки. Анна заметила резкую перемену в задумчивом выражении лица собеседника: глаза стали мрачнее, брови насупились, губы сжались. -Что-то случилось? Тебе нехорошо? Позвать врача? - резко забеспокоилась курсантка. -Он случился, - Эдди кивнул в сторону обширного стекла. Витвики не сразу поняла, о ком может идти речь. Обернувшись в испуге, она увидела искажённое чем-то вроде презрения лицо Теджи. Как можно аккуратнее, стараясь не сорваться прямо здесь и не разбить стекло единственным предметом в руках, разъярённая особа положила книгу на тумбочку рядом и, еле контролируя себя, вышла за дверь. Плохо учитывая, что стекло вовсе не звуконепроницаемо, Анна первым делом процедила сквозь зубы: -Ты хочешь проблем с зубным составом? -Анна, я... -Ответь на вопрос: ты хочешь? Теджи нашёл в себе наглость ухмыльнуться: -Единственное, чего я сейчас хочу, - это тебя. Тебе идёт деловой костюм... Звук перезарядки боевого пистолета вывел нахала из состояния оптимизма, а дуло, прислонённое ко лбу, вовсе не внушало доверия к собеседнице. -Исчезни, я не хочу сесть за преднамеренное убийство. -Выслушай меня, - дрожащей рукой Саммерс отвёл, как он понял, Bersa Thunder 380 от самой нужной части тела. Пистолет лишь опустился на уровень грудной клетки. -У тебя две минуты, по истечении срока я открываю огонь на поражение. -Хорошо... - Теджи обтёр со лба тыльной стороной ладони внезапно выступивший пот, - парень — теперь инвалид, так? -Одна минута, - начало разговора уже настораживало, так что курсантка сочла нужным сократить срок допроса. -Перейду сразу к делу: что теперь мешает тебе остаться со мной? От последовавшего откровения девушка буквально подавилась. Что за...? -Я серьёзен в своих намерениях, Анна! - осознав своё секундное преимущество, Теджи схватил её обеими руками за плечи, - Ты же видишь, я здоровый, сильный, я смогу много зарабатывать в компании отца. С ним тебе уже ничего не светит: он же калека! Курсантка постаралась взять себя в руки, при этом часто дыша. Взять себя в руки не получилось... Если не вся больница, то ближайшие этажи точно слышали звонкий выстрел, прорезавший молчание тихого часа. Старенький доктор, поймавший где-то по пути уже шедшего к другу Джека Ходжинса со словами «Это всё ваша неадекватная курсантка!», семенил к палате. Энжела бежала далеко впереди, так как обеспокоенного Ходжинса тащил за локоть, будто боясь упустить, медленно семенивший доктор. Разломанный выстрелом горшок с бегонией, валявшийся на полу, и красивый брюнет с инстинктивно поднятыми вверх руками для сдачи полиции — такова была увиденная странной компанией картина. Анна всё ещё тяжело дышала, опустив глаза в пол. -Исчезни. Из. Моей. Жизни, - несдержанная блондинка поспешила скрыться в палате, откуда на неё испуганно взирал Закари. Ходжинс пролепетал что-то про оплату лечения для пострадавшей бегонии и оттащил подругу на лавочку против застеклённой палаты. Там, по крайней мере, не было слышно их не совсем здравых комментариев к произошедшему. Теджи тем временем испарился... -Я так понимаю, ты всё слышал, так?... - Анна сидела на краю постели, потупив взгляд, - Не хотела тебя испугать, просто мне так хотелось его... -Ты сумасшедшая, - Зак смотрел на девушку глазами полными неуёмного восторга в смеси с опасениями, - Если бы ты действительно попала в него, сама могла бы попасть в место, не столь отдалённое... Мне не хватает моих рук... В ответ на странную реплику она изумлённо взглянула на юношу, поймав его задумчивый взгляд. -Я бы расправился с ним сам... Так неприятно, что он тебя касался... - пояснил своё состояние Зак, - Но он так прав насчёт меня... Анна еле сдерживалась, подавливая огромное желание обнять друга. Вместо этого блондинка лишний раз дотронулась тонкими пальцами до перебинтованной несколькими непонятными далёкому от медицины слоями руки. -Забудь. Он подонок, и не надо его слушать, - голос звучал довольно уверенно, - Я. Я всегда буду рядом. В следующий миг девушка отпустила руку и, распрощавшись до завтра, покинула палату в распростёртые объятия Энжелы и подзатыльники злого, очень злого энтомолога. В тот же момент Зак ещё раз остро ощутил, как сильно напрягает и как уверенно расшатывается вся эта неопределённость в отношениях. Рук действительно сильно не хватало: желание обнять девушку было столь же сильным, как и у неё. Парень внезапно вспомнил танец на открытой части второго этажа Джефферсона... Так хотелось понять, как эта красивая спортивная талия выдерживает стальной характер будущего следователя; узнать, как тонкие губы могут целовать по-настоящему, не по-дружески; почувствовать, как её руки могут прикасаться к сети шрамов на спине; увидеть блестящие, глубокие глаза такого тёмного оттенка карего, что казались чёрными, так близко к своим, что дух захватит... Зак вспомнил и разговор Анны с нахальным красавцем, которому не было и двадцати минут, и тут же одёрнул мечтательные мысли. Тем временем Анна уже ушла, а Джека, попытавшегося проникнуть в палату к другу, одной рукой отодвинул Бут. В ушах прозвенел голос Бреннан, давившей комок слёз. -Я сама с ним поговорю, Бут. Закари Эдди закрыл глаза. Теперь ни одна из тех мыслей не имеет значения...