Ангел

Гермиона оторвала взгляд от «Ведьмополитена» и, умиляясь развернувшимся перед ней зрелищем, удовлетворённо вздохнула. Гарри и Рон, обложившись кипой книг, кропотливо делали домашние задания. Рон, склонив голову и прикусив кончик языка, что-то сосредоточенно строчил в пергаменте, по всей видимости, в порыве вдохновения, потому что до этого он в течение двадцать минут сидел, уставившись на пустой лист с отчаянием во взгляде. Гарри, штудируя одновременно три сборника сочинений по высшей трансфигурации, непрерывно теребил свои волосы так яростно, что Гермиона стала волноваться за сохранность его волосяного покрова. -И что это ты такая довольная? – встретившись взглядом с девушкой, спросил Поттер. Она пожала плечами и посмотрела в окно: -Солнышко светит, птички поют. -Она еще и надсмехается, - пробурчал Рон, - Я говорил тебе, что ты настоящий тиран, Гермиона? -Ага, - ответила она и перевернула страницу журнала, - ты постоянно напоминаешь мне об этом. Рон отложил перо в сторону и уставился на нее: -А еще ты жестокая, - упрекнул он девушку, - разве можно так издеваться над друзьями? Тем более после бурной вечеринки. - А я и не знала, что синонимом слова "ответственность" является "издевательство", - раздражённо ответила Гермиона, - и, кстати, в том, что ты перебрал вчера со сливочным пивом, я не виновата! -Будь у тебя хоть немного сочувствия, ты бы дала нам выспаться, а не тащила с утра пораньше в библиотеку, - проворчал Рон, поднимая перо и окуная его кончик в чернильницу. -И кстати твой необычный способ поднять нас с постели, мог привести к воспалению легких, - отрываясь от книги, поддержал друга Гарри, - с каких пор ты стала использовать «агуаменти» вместо будильника? -С тех самых, когда вы перестали реагировать на слово «Вставай», - ответила Гермиона, - хочу напомнить, прежде чем прибегнуть к крайним мерам, я пятнадцать минут безуспешно пыталась вас растормошить. -А я-то подумал, что ты хотела сэкономить наше время на водные процедуры, - саркастично произнес Рон, не отрывая взгляд от пергамента. -Ты прав, Рон, - усмехнулась Грейнджер, - я забочусь о вашей гигиене. Друзья резко замолчали и стали увлеченно шелестеть страницами книг, до тех пор, пока проходившая мимо мадам Пинс не скрылась за следующим стеллажом, и не обратила свой цепкий взгляд на других учеников. - Надеюсь, с зельями ты нам поможешь? – шепотом спросил Уизли, - по-дружески, - с надеждой закончил он. -Не-а, - покачала головой Гермиона, - я тебя предупреждала, что помогать не стану. Рон тяжело вздохнул и, пробубнив себе под нос что-то вроде: «а еще подругой называется», продолжил написание эссе. -Как кстати ведет себя Малфой? - неожиданно спросил Гарри, - Не достает тебя? Девушка вздрогнула, услышав имя слизеринца. -Гермиона что-то не так? – как всегда не вовремя проявил наблюдательность Рон, - Ублюдок обидел тебя? – последний вопрос он почти прокричал. -Тише Рон, все в порядке, - шепотом поспешила успокоить его Гермиона, оглядываясь по сторонам, - он ничего не сделал, мы с ним даже не разговариваем. Уизли недоверчиво посмотрел на нее: -Ты же скажешь нам, если он сделает… или попытается сделать тебе плохо? – хмуро спросил он, - если я только узнаю, - руки Рона сжались в кулаки, - Малфой лишиться своих конечностей. -Вставай в очередь, - раздражённо пробормотала гриффиндорка. -Что? – не понял парень. - Может, вы прекратите опекать меня как маленькую? – воскликнула Гермиона, - Я сама могу за себя постоять, - она бросила журнал на стол, - близнецы постоянно мне об этом твердят, теперь ты, - она взглянула на Поттера, - Гарри, а ты случайно не желаешь вступить в «Отряд по защите Грейнджер»? -Ты чего так завелась? – удивленно спросил Гарри, - Рон просто переживает за тебя и я, между прочим, тоже, - он нахмурился, - мы не сомневаемся в том, что ты можешь постоять за себя, в плане колдовства даже лучше нас. Но Драко Малфой – парень, а ты девушка, и вы живете в соседних комнатах, - голос Гарри был спокойным, лишь нервное постукивание пером по столу говорило, о том, что он еле сдерживает себя, - и, зная Малфоя это - достаточная причина для волнения. Гермиона виновато опустила взгляд и уставилась на свои ладони. Она сама не понимала, почему разозлилась, ведь ребята не сделали и не сказали ничего плохого… Хотя зачем себя обманывать, она прекрасно знает причину своей неадекватной реакции. Просто Драко Малфой единственный человек, о ком она не хотела вспоминать в данный момент. Она и так всю ночь думала о нем и о произошедшем инциденте, снова и снова прокручивая в голове: взгляд, прикосновения, дыхание. Он ее почти поцеловал, а она ему почти ответила. Невероятно. Немыслимо. И засыпая, как будто в насмешку над ее неверием, Гермиона ощущала легкое покалывание на шее, там, где Драко нежно касался ее кожи. Все утро, принимая душ, одеваясь и причесывая волосы, она убеждала себя, что произошедшее вчера вечером - плод ее разгулявшегося воображения. -Бред какой-то, - пробормотала она, внимательно рассматривая свое отражение в зеркале, - последний стакан пива был явно лишний, - и, пообещав себе, что больше не прикоснётся к спиртному, Гермиона отправилась будить друзей, мысленно запретив себе думать о Малфое. А вот ни о чем не подозревающий Гарри, который невзначай упомянул о слизеринце, вернул ненужные образы и картинки в ее и так воспаленный мозг. И это расшатало нервы окончательно. -В том, что мы и близнецы хотим защитить тебя, нет ничего плохого, - голос Гарри вернул ее в реальность, - и я буду первый в очереди, кто набьет морду Малфою, если он тебя хоть пальцем тронет. -Простите, - наконец выдавила Гермиона, поднимая взгляд, - я не знаю, что на меня нашло. Гарри улыбнулся: -Мы любим тебя Гермиона и не хотим оставаться в стороне в сложное для тебя время. От нежности звучащей в голосе друга, защипало в носу. Гермиона встала и подошла к нему со спины, обняла за шею и нежно поцеловала в макушку: - Спасибо, - прошептала она, зарываясь носом в его волосы. -Твое «спасибо» не напишет сочинение по зельям, - проворчал Рон, нарушая тишину. Гермиона улыбнулась и, перешагнув через лавочку села между ребятами: -Я только начну, Рональд, - строго произнесла она, забирая у рыжего перо. -Конечно, - довольно ответил он, пододвигая ближе учебник и чернильницу, настроение у парня явно улучшилось. То, что произошло в субботу вечером, Драко не хотел анализировать или вспоминать, поэтому к утру понедельника он удалил этот неприятный эпизод из памяти, запихнув его в самый дальний уголок сознания. Он помнил лишь то, как ворвавшись в свою комнату, размолотил в щепки дверцу шкафа, и как целый час простоял в душе под обжигающими струями воды, пытаясь расплавить кожу на молекулы. Забыть – единственное его желание. Он ненавидел Грейнджер всей душой: за ее наглость и показную храбрость, за ее бл*дские глаза и чертовы губы, которые и стали причиной его сдвига. Потому что он действительно рехнулся если позволил себе прикасаться к ней. Неправильно. Мерзко. В голову внезапно пришла безумная мысль: «Он попросит Блейза врезать ему пару раз; или еще лучше - Он напишет обо всем отцу. Расскажет о том, что его сын псих, и что он практически поцеловал грязнокровку». Отец не оставит это без наказания. Неважно. Драко заслужил. И пусть это будет «круциатус». Пожалуйста. Не меньше. И снова кулак врезается в кафель, рассекая кожу до крови. Сука Грейнджер. Это она во всем виновата. Она и ее грязная кровь. А еще, запах жасмина, который до сих пор щекочет ноздри - мерзкий, тошнотный - странно, что он раньше ему нравился. Теперь этот запах ассоциируется лишь с ненавистью и… с ней. Ну вот, он опять думает о грязнокровке. Драко тряхнул головой, концентрируясь на теме урока, написанной на доске: «Зелье невидимости». А ведь они пользовались мантией-невидимкой, Грейнджер и ее любовничек… Бл*дь… Снова его несет. Слева кто-то закопошился, Драко сильнее сжал челюсть, Грейнджер тихо вздохнув села рядом и уткнулась в учебник. Слизеринец посмотрел на нее. Сидит такая вся правильная: белая блузка с коротким рукавом застегнута на все пуговицы, красно-золотой галстук затянут под самое горло, волосы заплетены в широкую косу. Староста до мозга костей. Драко проследил как тонкая рука с черным ремешком часов на запястье заправила за ухо выбившийся из прически локон, и перевернула страницу учебника. Гермиона чувствовала, что он смотрит, и не знала, куда деть свои ставшие неожиданно длинными и неуклюжими руки. Она старалась вникнуть в текст параграфа и не обращать на Малфоя внимания, но слова, словно муравьи разбегались по странице. Хотелось спросить: «Какого черта ты смотришь?» - но встречаться с полным ненависти и презрения взглядом, о котором думала все выходные, она пока не готова, поэтому лишь ниже опустила голову, чувствуя, как лицо затопляет предательский румянец. Когда учитель вошел в класс гул прекратился и слизеринец отвернулся. Гермиона облегченно вздохнула, борясь с желанием прижать ладони к пылающим щекам. -Сегодня вы работаете парами, - сообщил алхимик, - состав зелья перед вами, - он указал на доску, - думаю объяснять, как работает данное зелье, нет необходимости, название говорит само за себя, - зельевар направился к своему столу, - у вас один час. Так коротко и ясно обосрать день мог только Снейп. Класс закопошился и приступил к выполнению задания, а Драко тупо уставился на профессора. -Не думаю, что сила мысли поможет вам сварить это зелье, мисс Грейнджер, - произнес зельевар, Драко снова посмотрел на гриффиндорку, которая в точности копируя его позу, застыла на месте. Она моргнула и посмотрела Снейпа: -При-сту-пай-те, - по слогам произнес он, словно разговаривая с умственно отсталой. Гермиона суетливо начала раскладывать нужные ингредиенты на столе, разожгла огонь под котлом и наконец, взглянула на Малфоя, который с безразличным видом перекатывал в пальцах перо: -Я измельчу цветы Молли, а ты пока займись дремоносными бобами, - хрипло пробормотала Гермиона. -Нехер указывать мне, что делать, грязнокровка, - он посмотрел на нее с такой ненавистью, что гриффиндорка непроизвольно отвела взгляд, но тут же с вызовом снова посмотрела на блондина: -Хорошо, тогда делай что хочешь, - прошипела она, - мне все равно, - и принялась ожесточенно кромсать ножом нежные лепестки цветов, представляя на их месте наглую рожу слизеринца. Малфой, по всей видимости, осознавая, что деваться ему некуда, отложил перо, налил в котел медовой воды и стал размалывать в ступке сушеных многоножек. Не проронив больше ни слова, и не обращая друг на друга внимания, старосты приступили к выполнению задания. Лишь после того как они чуть не испортили зелье, замерев над котлом с одинаковой порцией измельченной омелы, ребята стали украдкой поглядывать за действиями напарника. Состав зелья был невероятно сложным, но интересный процесс его приготовления затягивал все сильнее. С каждым добавленным ингредиентом отвар менял цвет, консистенцию и даже запах. Увлеченная работой Гермиона не заметила, как они с Малфоем подошли совсем близко и практически соприкасались локтями. Она уже в открытую заглядывала ему через плечо, проверяя правильность нарезки мятных веточек. Малфой идеально со всем справлялся. И как Гермиона не старалась найти какой-нибудь изъян в его работе, не могла ни признать, что Северус Снейп не преувеличивал, расхваливая его способности в зельеваренье. Действуя по рецепту, Гермиона создала ложкой небольшой водоворот в котле, а слизеринец тем временем тонкой струйкой вливал в него рябиновый отвар, от чего зелье приобрело переливающийся радужный цвет. Гермиона наклонилась к котлу: -Как красиво, - восхитилась она, подняла голову, и легонько стукнулась лбом о подбородок Малфоя. Их удивленные взгляды встретились. Совсем близко. Секунда. И оба резко отпрянули друг от друга. Драко схватил дремоносный боб и попытался нарезать его, но жесткая кожица не давала этого сделать, и упрямый коричневый камушек постоянно выскальзывал из-под ножа. -Нам нужен только их сок, - тихо пробормотала Грейнджер разделочной доске, - поэтому лучше раздавить их лезвием плашмя. Драко не ответил, он лишь сильнее надавил на боб, отчего тот соскользнул и отлетел в сторону, прямо Невиллу в лоб. Долгопупс громко чертыхнулся. -Минус десять очков с гриффиндора, - с нескрываемым удовольствием в голосе сообщил Снейп, - в следующий раз мистер Долгопупс, заставлю выпить чистящее средство для туалета, чтобы отучить вас от отвратительной привычки выражаться. Гермиона сердито посмотрела на Малфоя. -Чего уставилась, - сердито выплюнул слизеринец. -Сглазить пытаюсь, - сквозь зубы прошипела она. -Ну и как успехи? – искренне улыбнулся он, отчего на щеках появились ямочки, - Получается? -Я пока только тренируюсь, - ответила Гермиона, чем вызвала очередной смешок, похоже, ее бессильная ярость веселит мерзавца. -У вас осталось десять минут, - раздался голос Снейпа, - заканчивайте и приводите рабочее место в порядок, - он встал и начал ходить между рядами, заглядывая в котлы учеников, проставляя оценки в табеле. -Дай сюда, - прошипела Гермиона, отбирая у Малфоя бобы, взяла один и, с усилием надавливая двумя руками плоской стороной ножа, практически оторвав ноги от пола, раздавила его. Из, казалось бы, совершенно сухого плода в котел закапал сок, и зелье приобрело правильный перламутровый оттенок. В это время к их столу подошел зельевар. Он долго присматривался и принюхивался, оценивая качество приготовленного зелья: -Неплохо, - пробормотал он, что в переводе на нормальный язык означало «отлично», сделал отметку в журнале и обратился к классу, - к следующему уроку вы должны описать свойства Зелья невидимости. Для наглядного примера можете взять немного приготовленного вами «варева», - он с отвращением посмотрел на котел Рона и Пэнси, из которого на стол выплёскивалась омерзительного цвета вонючая жидкость, - если что-то пойдет не так как надо, больничное крыло работает круглосуточно. Гермиона взяла в руки колбу, чтобы перелить в нее зелье. -Мисс Грейнджер жду вас сегодня в восемь часов у себя в кабинете, - даже не посмотрев в ее сторону, сообщил Снейп, - пора начать дополнительные занятия. Стеклянный сосуд выпал из рук и разбился: -Хорошо, профессор, - прошептала она, - я буду, - и слегка дрожащими руками начала собирать осколки, не обращая внимания на то, что стекло ранит ладони. -Бл*дь, Грейнджер, не замарай мои вещи, - с отвращением воскликнул Драко, отодвигая от нее свою тетрадь, - хватит развозить по всему столу свою грязную кровь. Грязнокровка с удивлением уставилась на свою ладонь, с которой стекали алые дорожки, а затем отрешенным взглядом, в котором плескалась: «Что это? Паника?» - посмотрела на Драко. Он, раздраженно передернув плечами, швырнул ей в руку свой носовой платок: -Вытрись, - с отвращением произнес он, - от вида и запаха твоей мерзкой крови меня тошнит. Гриффиндорка моргнула, словно приходя в себя, и сжала в руке белоснежную ткань. «Чего ты так испугалась Грейнджер? Неужели дополнительные занятия по зельям это так страшно? Или я что-то пропустил?» -Все свободны, - закончил урок Снейп. -Идем, Герми, - подлетевший через секунду Поттер обнял подругу за плечи и повел к выходу, - Ты поранилась? Драко посмотрел на разложенные школьные принадлежности и сумку, которые оставила Грейнджер, соображая, куда их незаметно спрятать, чтобы она не нашла свои драгоценные учебники, но тут подошел Уизли и начал сосредоточенно собирать ее вещи: -Подрабатываешь, Вислый? - усмехнулся Малфой, - Трусы ты им тоже стираешь? Рыжий с ненавистью посмотрел на Драко и, не говоря ни слова ушел, по пути захватив сумку Поттера… -Драко давай быстрей, чего ты там застрял? – раздался голос Гойла. -Иду, - ответил он и, стараясь не обращать внимания на капли крови покрывавшие столешницу, собрал учебники в сумку и направился к друзьям. Поднявшись из подземелий, ученики отправились на урок трансфигурации, который был следующим по расписанию. -Давайте пойдем другим путем, - предложил Блейз, - а то меня этот шум достал. Драко кивнул, соглашаясь, и небольшая горстка студентов в зеленых галстуках отделилась от основной массы. -Милый ты еще обижаешься? – хватаясь за рукав Драко, спросила Пэнси, - прости, пожалуйста, в тот вечер я была сама не своя. Ну, спасибо тебе Паркинсон за напоминание о «том» долбаном вечере, и за то, что сейчас шоколадные глаза грязнокровки смотрят на меня, когда я бл*дь опускаю веки, моргая. Ненавижу. Тебя. И ее. -Что я вижу?! – язвительный возглас Забини ворвался в сознание, которое уже подготовило несколько «ласковых» словечек для Пэнси, - вот кто значит ее трахает. Драко проследил за направлением взгляда Блейза. В нескольких метрах от них облокотившись о стену, стояла Грейнджер над которой, уперев руки по обе стороны от ее головы, нависал Поттер так, словно собирается поцеловать ее … Слизеринец усилием воли заставил себя идти дальше, он приобнял за плечи Пэнси, которая с удовольствием тут же обхватила его за талию, и зарылся лицом в ее волосы, отворачиваясь от этого тошнотворного зрелища. Но воображение против воли уже красочно рисовало то, как Поттер засовывает свой язык Грейнджер в глотку и та стонет как последняя потаскуха. Живот неприятно скрутило. Но тут до его слуха донесся вовсе не стон, а сердитый возглас Поттера. Драко резко повернул голову в их сторону и прислушался: -Бл*дь Гермиона я же говорил тебе, что ты этого делать не будешь, - за все время знакомства, Драко не слышал, чтобы гриффиндорец так орал, тем более на свою подругу. -Это не тебе решать, Поттер, - кричала она ему в ответ. -Ты такая… такая упрямая, - парень долбанул кулаком о стену прямо возле ее головы, Грейнджер даже не моргнула, - я не позволю, чтобы ты рисковала ради меня. -Прости, что расстраиваю тебя, но «Золотой мальчик» не единственный вокруг кого вращается мир, - она оттолкнула Поттера от себя, - и ты не имеешь права указывать мне, что делать! Парочка была так увлечена выяснением отношений, что не замечала зрителей с интересом наблюдавших это шоу. -Рон тоже против, - проворчал Поттер. -Давайте бл*дь голосовать кто за, а кто против, - Грейнджер в отчаяние всплеснула руками. -Может, ты перестанешь нести чушь?! – прорычал Поттер. -Может, ты перестанешь выносить мне мозг?! – она хотела еще что-то добавить, но заметила слизеринцев и замолчала. -Вы только посмотрите: шрамированный и грязнокровка выясняют отношения, - усмехнулся Гойл, - Меня сейчас стошнит. -Похоже, Поттер не знает чем можно заткнуть рот своей сучке, - ехидно скалясь, протянул Драко, чем вызвал взрыв смеха у своих друзей. Грейнджер даже не повернула голову в его сторону. Она пару секунд пристально смотрела на Поттера, тяжело дыша, затем резко развернулась и быстрым шагом подошла к портрету какой-то уродливой старухи и прошептала пароль, картина отъехала в сторону, открывая секретный проход, о существовании которого Драко даже не догадывался. -Минет - лучшее средство, Поттер, - посоветовал Малфой, стараясь не смотреть, как гриффиндорка исчезает в темноте. Гарри сердитым взглядом сверлил то место где только что стояла Грейнджер, глубоко вздохнул, успокаиваясь и не говоря ни слова, отправился вслед за подругой. Портрет задвинулся. Что за х*йня с ними происходит, недоумевал Драко, Поттер и Уизли игнорируют все его замечания и выпады, ведут себя так, словно не замечают их, хотя раньше давно бы ввязались в драку. -Кто-нибудь знает, куда ведет этот проход? – вслух спросил он. -Наверняка в какое-нибудь укромное место, - пожал плечами Блейз, - видимо Поттер решил послушаться твоего совета, - усмехнулся он, уводя за собой Кребба и Гойла. -Идем, Драко, - потянула его за рукав Пэнси, - опоздаем. -С каких пор тебя это стало волновать? - усмехнулся он, отворачиваясь от портрета старухи с крючковатым носом, - я думал тебе плевать на дисциплину. -Не хочу портить твою «кристально чистую» репутацию старосты, - улыбнулась она в ответ. Драко потянул Пэнси на себя и обнял, одновременно сминая ее мягкие податливые губы своими, утягивая в глубокий страстный поцелуй. -Сейчас все мои благие намерения полетят к черту, - прошептала она ему в губы, когда его рука сжала грудь. -Благие намерения и ты – это что-то новенькое, - он легко поцеловал Пэнси в носик, - но мне нравится. -Я тебя хочу, - томно прошептала девушка. -Нам надо на урок, - он нехотя отстранился и взял девушку за руку, - ты права, я не могу прогуливать, но вечером... - Драко многозначительно поднял брови, - я хочу, чтобы ты была такая же покладистая. Они опередили МакГонагалл всего на несколько секунд. Забини уже сидел на своем месте, Драко уронил сумку рядом с ним и сел, даже не потрудившись достать учебник. Он тут же отметил про себя, что Грейнджер с Поттером нет в классе. -Я думал ты не придешь, - усмехнулся Блейз, - Помирились? -С кем? – непонимающе спросил Драко, перебирая в голове возможные варианты, куда направились эти двое, и что послужило причиной их ссоры. -С Пэнси, конечно же, или ты успел поцапаться еще с кем то? – мулат облокотился на стол, подпирая ладонью щеку, и вопросительно посмотрел на друга. -Нет, - разговаривать не хотелось, поэтому Драко увлеченно стал рыться в сумке в поисках учебника по трансфигурации. -Так вы помирились? – не отставал мулат. -Типа того, - отмахнулся Драко. -Ты в последнее время какой-то рассеянный, - как бы, между прочим, заметил Забини. -Не докапывайся до меня, Блейз, - раздраженно прорычал Малфой. -Да ладно тебе, не кипятись, я просто... -Добрый день класс, - перебила его вошедшая МакГонагалл, - надеюсь, вы хорошо выспались и отдохнули за выходные и теперь готовы с новыми силами приступить к занятиям. Учитель внимательно оглядела учеников: -А где мистер Поттер и мисс Грейнджер? - спросила она, указывая на пустующую парту. -Гермиона порезалась, - почти не соврал Уизли, - и Гарри остался помогать ей с заживляющим. -Ага, остался зализывать ей рану, - громким шепотом пошутил Крэбб. -Я надеюсь ничего серьезного? – строгий взгляд старухи заставил слизеринца стушеваться. -Думаю, все будет в порядке, - ответил рыжий. Драко в жизни не слышал отмазки более идиотской, но видимо профессора она вполне устроила, конечно, речь же о ее любимой ученице, которой можно простить даже прогул: -Хорошо, тогда приступим к новой теме, - МакГонагалл слегка постучала волшебной палочкой по столу, чтобы привлечь внимание учеников, - сегодня мы изучим и попытаемся применить на практике Заклятие «Драконифорс», которое превращает предмет в живого минидракона… Гермиона сидела на траве, облокотившись на многовековой огромный каменный валун, сжав виски в ладонях, именно возле этого камня на третьем курсе она врезала Малфою по морде: -Гарри, пойми, - чуть охрипшим от долгого крика голосом убеждала она Поттера, - все будет хорошо, Дамблдор не позволит причинить мне боль, он доверяет Снейпу. -Дамблдор может ошибаться,- Гарри, словно лев в клетке метался то в одну, то в другую сторону, - когда Снейп обучал меня оклюменции, после занятий становилось только хуже. -Может ты просто плохо старался? - пожала плечами Гермиона. -Я офигенно старался, - начал заводиться Гарри, - Думаешь, мне нравилось, что Волан де Морт без особых усилий копается у меня в голове? -Прости, я не это имела в виду, - она поднялась на ноги, - просто ты… и… он… - она подбирала правильные слова, - у вас особый случай. Не думаю, что у меня возникнут подобные проблемы. Дамблдор хочет, чтобы я развила эти долбанные «скрытые способности», в наличии которых я очень сомневаюсь, - Гермиона умоляющим взглядом посмотрела на друга, - И если это увеличит наши шансы на победу, я тоже, пойми Гарри! -Но я не доверяю Снейпу, - не унимался Поттер. – Твое недоверие – предвзято, - она нахмурила брови, - и основывается только на личной неприязни. -Конечно, я не ненавижу его! Забыла, чем все закончилось в прошлый раз?! – Гарри снова начал повышать голос, - Тебе напомнить?! Сириуса убили! Сука Лестрейндж – Пожирательница смерти – как и Снейп, которому ты так доверяешь! И я до сих пор думаю, что если бы не эти чертовы уроки оклюменции, которые практически плавили мне мозги, он был бы жив… -Зачем ты… - попыталась перебить его Грейнджер. -Хотя это просто попытка оправдаться, ведь только я виновен в его смерти. ТОЛЬКО – я! – Гарри в отчаянии опустил голову и зарылся руками в волосах. -Это не твоя вина, - прошептала Гермиона, хотя хотелось проорать, чтобы он больше не повторял этих ужасных слов. Никогда. -Я не хочу, чтобы еще кто-то из близких мне людей пострадал, пытаясь защитить меня! Это того не стоит! – Гарри отвернулся, - Я боюсь Гермиона, - прошептал он. -Ты думаешь, мне не страшно? – воскликнула она, хватая друга за плечо и разворачивая к себе лицом,- да у меня мать твою поджилки трясутся, когда я думаю, что меня ждет. Что именно? – спросишь ты - я не знаю! И от этого гребанного незнания становится еще страшнее! – она отвернулась, смаргивая непрошеные слезы, - я просто хочу, чтобы все закончилось! Так же как и ты… и да… я верю Северусу Снейпу, и пытаюсь верить Дамблдору, - Гермиона передёрнула плечами, - потому что если мы перестанем доверять друг другу… мы проиграем… нас всех убьют, - устало произнесла она, - И хватит, черт возьми, орать на меня, Поттер. Гарри несколько секунд пристально вглядывался в лицо подруги, пытаясь распознать в ней ту самую веселую девчонку, которую знает уже более шести лет, но перед ним стояла повзрослевшая не по годам девушка, которая рассуждает о войне и смерти так равнодушно, что становится страшно. По-настоящему страшно. Вся злость испарилась, стоило только взглянуть в прищуренные карие глаза, такие родные. -Не вздумай реветь, – предупредил Гарри, заметив, как начинает подрагивать ее нижняя губа, потому что если он увидит ее слезы, то сдастся окончательно. -Я не реву, - Гермиона раздраженно смахнула со щеки слезинку, - даже и не думала. Гарри в два шага подошёл к ней и обнял. Гермиона слегка опешила от неожиданного проявления нежности, но тут же обхватила руками талию парня, принимая объятия. -Гарри я… -Тсс… Я все понимаю, - он зарылся носом в ее волосы, ощущая, как пальцы подруги успокаивающе гладят его по спине, - я хочу, чтобы ты пообещала мне… -Опять? – перебила Гермиона, отталкиваясь и заглядывая ему в глаза, - может, хватит обещаний? -Да, наверное, - согласился Поттер, - Прости. -Ты меня прости…- Гермиона всхлипнула. -Тсс… Они стояли посередине каменного круга, обнявшись. Он и его лучшая подруга… Такая упрямая и такая… невероятно родная. Гарри иногда задумывался, как бы он справился со всеми трудностями и испытаниями, которые ему подбрасывала жизнь без нее? Без них. Гермионы и Рона. И что будет с ним, если их не станет? Он знал - не будет ничего … и его не будет… Потому что он не сможет идти дальше. Ведь он живет ради них, сражается ради них. Друзья – единственное, что у него есть. И Гарри благодарен судьбе до глубины души за этот подарок. И самое ужасное и в то же время самое прекрасное он, знает – друзья, не задумываясь, отдадут свою жизнь за него, если потребуется. А его душа и сердце полностью принадлежат кареглазому ангелу и рыжему бесу. -Гермиона я хотел обсудить еще кое-что, - Гарри запнулся. -Говори, - девушка замерла перед дверью в Большой зал. -Ну… ты же… девушка, - неловко начал парень. -Спасибо что заметил, - усмехнулась гриффиндорка. -Я не в этом смысле, - немного раздражённо уточнил Гарри, - просто может, хватит тебе – Старосте, материться как сапожнику? -Ты прав, с возрастом я становлюсь испорченной. -С возрастом? – засмеялся Поттер, - ты говоришь так, как будто тебе сорок лет. -Иногда я себя чувствую на все сорок, - грустно призналась она. -Да ну? – удивился Гарри и открыл массивную дверь, пропуская подругу вперед, - а выглядишь на тридцать пять. -На тридцать пять? - Гермиона легонько стукнула его по плечу, - Поттер, ты просто невыносим! - Хотя нет, дерёшься ты точно как сорокалетняя, - согласился Гарри и приобняв Гермиону за плечи повел ее к гриффиндорскому столу, где уже сидел Рон, демонстративно их игнорируя. -Что проходили на трансфигурации? – спросила у него Гермиона, усаживаясь и накладывая в тарелку салат. Рон не ответил, лишь яростней стал распиливать ножом стейк. -Гарри, либо нам объявили бойкот, - доверительно сообщила Гермиона, - либо мясо сегодня настолько вкусное, что его поедание важнее общения с друзьями. -Рон, дружище, все в порядке? – спросил Гарри. -Нет не в порядке, - пробурчал Рон, - Ненавижу, когда вы так делаете. -Как? – удивилась Гермиона. -Ссоритесь и уходите ничего не объяснив, - воскликнул он, - а потом ведете себя так, типа все в порядке. -Но все и в самом деле в порядке, - ответил Гарри. -Рон, миленький прости, - Гермиона положила уже зажившую ладонь на запястье друга, - мы так больше не будем. -Конечно, не будете, - утвердительно покачал головой рыжий, - потому что если это повторится еще раз, вам обоим не поздоровится! -Больше не повторится, - пообещала Гермиона, и предупреждающе взглянула на Гарри, тот кивнул и тему закрыли. То, что произошло в коридоре - ссора лучших друзей или любовников, которую Драко наблюдал всего час назад, никак не соответствовала развернувшейся сцене: Грейнджер и Поттер вошли в Большой зал, посмеиваясь и шутя, будто не было криков и злых взглядов. Не было странного поведения. Его взгляд приклеился к ненавистной троице. Он никогда не понимал их отношений. И не пытался понять. Для него дружба – это беспрекословное подчинение, ему, Драко, постоянная лесть и лицемерное преклонение. Дружба – всего лишь шесть букв, сложенных в одно слово, которое для него ничего не значит. У Золотого трио все по-другому. Драко иногда наблюдал за их поведением, потому что как говорит отец: «Врага надо изучить, чтобы знать, на что он способен». И он изучал. Это было даже интересно. Создавалось ощущение, что когда движется один, двое других продолжают его действия. Неосознанно. Вот прямо как сейчас: пока Грейнджер что-то объясняет Поттеру, Уизли сосредоточенно выуживает у нее с тарелки кусочки ветчины, а грязнокровка не отрывая взгляда от друга, возит вилкой по пустой тарелке, и, не обнаружив в ней ни кусочка с удивлением смотрит на нее, а потом поворачивается к рыжему. Он делает вид, что не понимает возмущенного взгляда, но щеки, как у хомяка полные еды выдают его с головой. Гриффиндорка что-то сердито бормочет, Уизли нехотя встает и идет в другой конец стола. Пока Грейнджер насыпает себе гарнир, Поттер берёт кувшин и наливает ей сок, она тут же подхватывает стакан и отпивает. Гриффиндорец шутит, девушка прыскает от смеха, и давиться соком. Начинает кашлять, краснея как рак от недостатка воздуха, Поттер хлопает ее по спине, слишком сильно, потому что она уклоняется от его руки, парень понимает это и начинает извиняться. Грязнокровка промакивает салфеткой навернувшиеся слезы. Возвращается Уизли с полной тарелкой ветчины, и ставит перед Грейнджер. Та удивленно смотрит на нее: «Это все мне?», произносят ее губы, рыжий что-то отвечает, а Грейнджер смотрит на него с такой нежностью, от которой Драко передернуло, и целует друга в щеку. Вот еще одна удивительная особенность отношений этих идиотов – они постоянно касаются друг друга, словно для них это необходимо и привычно так же как дышать. Мимолетные, незначительные прикосновения, которые если не присматриваться даже не замечаешь. Драко замечал все… Анализируя, он несколько секунд неотрывно смотрел на Грейнджер, которая, чтобы не обидеть Уизли уплетала только ветчину. Гриффиндорка, словно почувствовав пристальный взгляд, подняла голову и удивленно посмотрела на Драко. Он презрительно усмехнулся, по всей видимости, испортив ей аппетит, потому что к еде она больше не прикоснулась. Восемь часов. Гермиона глубоко вздохнула, морально подготавливаясь, и постучала в дверь. -Войдите, - послышался знакомый голос. Девушка повернула медную ручку и вошла. -Добрый вечер, сэр, - пробормотала она, прикрывая за собой дверь. В кабинете зельевара было прохладно, огонь в камине практически не согревал помещение. Полумрак, царивший здесь, неприятно давил на сознание. Шкафы, опоясывающие стены кабинета, заполнены стеклянными сосудами с различными зельями, заспиртованными внутренними органами и еще какой-то непонятной мерзостью. Возле камина - всего одно кресло, оббитое зеленым бархатом – единственный предмет мебели, который подходил под определение «уютный». Снейп стоял, склонившись над столом, и перебирал стопку пергаментов, черные пряди волос скрывали лицо, поэтому было сложно понять какое настроение у преподавателя. Гермиона минуту стояла молча, ожидая его реакции на ее появления, но зельевар, будто специально не обращал на нее никакого внимания. Девушка откашлялась, чем тут же была награждена сердитым взглядом: «Так, кажется сегодня алхимик не в духе», - промелькнула в голове дурацкая мысль, ведь «не в духе» - это его обычное состояние, хотя нет, «в ярости» он бывает намного чаще. -У вас горло болит, мисс Грейнджер? – раздраженно спросил Снейп. Гермиона приложила все свои усилия, чтобы не рассмеяться истерическим смехом – наверно нервы дают о себе знать – потому что зельевар сам того не подозревая, повторил не только вопрос, который она задала Малфою казалось целую вечность назад, но и интонацию с которой тот был задан. -Нет, - нервно улыбнулась она, - это намек на то, что я жду, пока вы обратите на меня внимание. Снейп яростно перечеркнул, по всей видимости, чье-то домашнее задание и посмотрел на Гермиону: -Ваша прямолинейность не уместна, - рявкнул он, обходя стол и останавливаясь в нескольких шагах от гриффиндорки, - она может стоить вашему факультету десяти баллов. -Не думаю что… -О чем вы думаете, не имеет никакого значения, - перебил ее алхимик, - Я пригласил вас отнюдь не для того чтобы выслушивать пререкания. Она опустила взгляд, пытаясь скрыть мятежный огонёк в глазах: - Навряд ли я узнаю для чего, если вы продолжите меня игнорировать, - не сдержала она язвительного комментария. Зря она это сказала. Очень даже зря. Одного взгляда на профессора хватило, чтобы понять это. Глаза угрожающе сужены, челюсти сжаты, ноздри напряжены, на правом виске отчетливо пульсирует вена. Вот он, наглядный пример того, с какой легкостью Северус Снейп из состояния «не в духе» переходит в состояние «в ярости». И то, что Гермиона стала причиной этого – очень даже хреново. -А у вас здесь… мило, - она попыталась разрядить обстановку, преувеличенно заинтересовано оглядывая помещение, стараясь не встречаться взглядом с преподавателем. -Если вы сейчас же не закроете свой рот, - прорычал он, - мы распрощаемся. Наглость этой молодой гриффиндорки просто зашкаливает. Северус глубоко вздохнул, подавляя желание вышвырнуть ее вон. За все время своей профессиональной деятельности он не видел более бесцеремонной особы, но больше всего раздражало то, что она похоже на самом деле считает свое поведение «нормальным». Потому что даже самый умелый актёр не сможет повторить то искреннее удивление, которое появляется на лице девушки каждый раз, когда он злится на ее очередную выходку. Оно просто кричит: «Не понимаю, чем вы опять недовольны?». И она совсем его не боится... Даже сейчас стоит в напряженной позе и смотрит на огонь в камине, по всей видимости, сообразив, что лучше помалкивать, в то время как другие давно сбежали бы от его гнева. -Мисс Грейнджер, - слегка успокоившись, произносит он и замечает, как девушка слегка вздрагивает, - давайте договоримся, вы больше не будете пререкаться, иначе мы закончим занятия, даже не начав их. -Я постараюсь, - пробормотала гриффиндорка, - но я не считаю... -Мисс Грейнджер, - Снейп предупреждающе повысил голос. -Хорошо, - она кивнула головой, - я согласна. Как так получилось, что даже его угрозу она превратила в просьбу? -Прежде чем начать занятия хочу предупредить – будет сложно, - начал Снейп, подавляя раздражение, - они будут кардинально отличатся от того что вы изучаете на уроках, - он внимательно всматривался в лицо девушки, - оклюменция и непростительное империо – самое легкое что вам предстоит изучить. Зельевар замолчал на несколько секунд, давая обдумать сказанное. -Древняя и малоизученная магия, - продолжил он, - которая требует не только силы духа и концентрации, но и невероятного мастерства или, если хотите – дара, директор считает, вы им обладаете, - пожал плечами Снейп, давая понять, что сомневается в этом, - ваша основная цель. -А вы профессор? - спросила гриффиндорка, - Вы в это верите … в мои возможности? -Мое мнение вас не касается, - раздраженно произнес он, - но я могу с уверенностью сказать, если вы согласитесь, то очень скоро пожалеете о своем выборе. Взрослый мир жесток мисс Грейнджер, а то во что вы хотите ввязаться втянет вас в него с головой. Пути назад не будет, - он посмотрел на ученицу, - Вы понимаете, о чем я говорю? Она кивнула. Глупая и наивная. -Сейчас вам надо дать мне окончательный ответ - готовы ли вы к этому? Ради Поттера? Но прежде чем ответить учтите, я не буду с вами нянькаться, и не потерплю жалоб и нытья. Он сам не понимал, почему хочет отговорить ее. Гермиона посмотрела прямо ему в глаза: -Я знаю, чего вы добиваетесь профессор, вы хотите напугать меня. И мне на самом деле страшно. Но я верю… Верю, что вы не сделаете мне больно по крайней мере, сейчас, хотя готова вытерпеть любую боль, - уверенно произнесла Грейнджер,- И вы ошибаетесь, считая, что я делаю это ради Гарри, мир не вращается вокруг ИЗБРАННОГО, если на то пошло есть простые смертные, которые хотят мира, и я одна из них, - она опустила взгляд, - и считайте меня лицемеркой, но я согласилась на это в первую очередь ради себя. Ведь только когда мои родные и любимые будут в безопасности – я буду счастлива. Такого практически больного упорства Снейп не ожидал от гриффиндорки. Она напомнила ему… -Хотя чем вы лучше меня? – неожиданно спросила Гермиона, - Ради кого или чего рискуете жизнью вы? – она усмехнулась, - Ради Гарри? Не думаю. Есть веская причина, не так ли? Или может быть тайна? -Осторожнее, мисс Грейнджер, - угрожающе произнес Снейп. -Вы не сможете причинить мне боль, - заявила Гермиона, - не посмеете… -И почему же? – спросил слегка ошеломленный профессор. -Мы с вами слишком похожи, - пожала плечами гриффиндорка, - мы эгоисты. -Вы считаете, что это ответ? -Конечно, нет, - уверенно произнесла она, - я считаю, что все ответы хранятся только в наших головах, в нашем сознании. И узнать их мы не позволим никому. Никогда. -Вы ничего не понимаете, - уверенно произнес Снейп, - вы ничего не видели… не чувствовали… -И я не хочу чувствовать, - она подошла ближе, нервно теребя свои волосы, - и никогда не хотела, просто так сложилось… Снейп тяжело вздохнул: -Что вы хотите мне доказать? – спросил он. -Ничего, - устало произнесла она, - я просто хочу сказать, что согласна. -Вы в этом уверены? -Да, - ответила она. Снейп не смог скрыть уважение, промелькнувшее в его взгляде. Или не хотел… Неподдельная уверенность и отчаянная отвага, исходившая от хрупкой девушки не оставляли сомнений – она действительно согласна. -Тогда начнем… «Как же далеко гостиная старост находится от подземелий», - думала Гермиона, еле передвигая ногами. Голова, которую она придерживала рукой, словно потяжелела на несколько килограмм. Шум в ушах мешал думать связанно. Снейп не обманывал, говоря, что будет сложно. Состояние такое – будто мозги взбили венчиком. Как интересно Гарри это терпел? Три часа… три… она всеми силами защищала свои мысли от невербального «легилименс». Поначалу слабо, потому что Снейп без труда ломал барьер, который она ставила, и видел все ее воспоминания: радостные и удивленные лица родителей, когда она сообщила им что – волшебница, репетицию новой песни с близнецами, лицо Гарри в слезах в день смерти Сириуса, ее радостные вопли, когда она получила значок старосты и заботливое выражение лица Рона, когда он, ставя перед ней тарелку с ветчиной, на ее: «Это все мне?» - отвечает: «Кушай родная, а то ты совсем исхудала». Но как только всплывают серые глаза с темными крапинками вокруг зрачка, Снейп раздраженно шипит: «Вас этому Поттер научил?», - раздраженно спрашивает он, потирая руку, - «Жалящее заклятие - это его почерк». Гермиона остановилась и облокотилась о стену, плечом ощущая холодный камень. Единственное что радовало это – «вы в отличие от Поттера не так безнадежны» - сказанное на прощание зельеваром. Сзади раздались шаги, Гермиона резко обернулась… Малфой … Драко поднялся на третий этаж и не спеша направился в сторону гостиной старост. Настроение - просто замечательное, впрочем, как и всегда после секса. Пэнси его удивила: не было упреков, скандалов и выяснения отношений. Как только он зашел в комнату девушек, в которой не было никого кроме Пэнси, она взяла его за руку и повела к постели, нежно подтолкнула, и парень послушно опустился на кровать, оседлала его и без каких либо прелюдий начала возиться с ширинкой: -Я так соскучилась, - возбужденно прошептала она, и страстно поцеловала Драко в губы. Все произошло быстрее, чем он рассчитывал, задрав юбку девушки на бедра, Драко с легкостью вошел в нее и, откинув голову на подушку, отдался во власть ощущениям. Паркинсон извивалась на нем, ритмичными движениями насаживаясь на напряженный член. Девушка громко стонала, выкрикивая его имя. Слишком громко. И дешево - промелькнуло в голове. Он легко перевернул ее на спину и, прикусив нежную шею, стал вдалбливаться в податливое сочащееся от желания влагой влагалище. Застонав, Драко содрогнулся от наслаждения, и, вынув член, кончил прямо на живот Пэнси. Слегка запыхавшийся он облокотился на локоть и встретился с удивленным взглядом подруги: -А ты что хотела? – немного грубо спросил он, - неделя воздержания дает о себе знать. Пэнси поерзала под ним: -Все в порядке, просто я… Слова потонули в протяжном стоне, так как пальцы Драко стали ласкать слегка набухший клитор. Пэнси инстинктивно приподняла бедра, и он с легкостью вошел во все еще влажную плоть средним пальцем, не переставая теребить нежную горошинку. Через минуту задыхаясь от наслаждения, она кончила, громко простонав его имя. Драко привыкшим к темноте взглядом заметил темный силуэт фигуры. В нескольких метрах от него, шаркая ногами, шла Грейнджер… Она остановилась и, облокотившись плечом о стену, глубоко вздохнула. Драко сделал еще пару шагов. Гриффиндорка обернулась. -Грейнджер, - зло протянул он, подходя ближе и окидывая быстрым взглядом хрупкую фигуру в темно-сером обтягивающем трико и такого же цвета спортивной курточке. Волосы грязнокровки были собраны в высокий хвост, - какого хера ты здесь дел… Но договорить он не успел, потому что Грейнджер сделала шаг, отходя от стены, и… грохнулась в обморок. -Грейнджер? - Драко с сомнением подошел ближе и посмотрел на распростертое, на каменном полу тело девушки. Она не реагировала. Малфой нахмурился и, аккуратно обойдя девушку, пошел дальше. «Похер, мне на нее похер», - мысленно твердил он себе. Пусть валяется там хоть до утра. Но неконтролируемый бес в его голове заставил повернуть назад и поднять легкое тело девушки на руки: «Что ты делаешь!» - орало ему подсознание, воздух наполнился запахом жасмина, который он ненавидел все выходные, и он поудобнее перехватив Грейнджер направился к гостиной Старост. Драко старался не думать о том, что делает и кого он держит в своих руках. Когда до заветного портрета оставалось несколько метров, девушка слегка напряглась, словно приходя в сознание, вздохнула и тяжело выдохнула ртом, дыханием, шевеля его волосы на виске: -Ммм, - девушка потерлась прохладным носом о его шею, - как вкусно пахнет, - и снова обмякла на его руках.