Формула любви

Несмотря на ожидания и надежды студентов, погода не менялась – серые тучи плотно заволокли небо, солнце не проглядывало вот уже почти неделю. Планы о предстоящем походе в лес стали потихоньку забываться, от чего настроения не было практически ни у кого. Каждое утро, забегая в здание колледжа, студенты нервно переговаривались друг с другом, сетуя на ужасную погоду. Том исправно ходил на работу, дома готовился к парам и получал от своей работы удовольствие. Он изредка встречался с Сиреной, которая была ему симпатична. Ненавязчивая, рассудительная, умная и спокойная – она смогла занять в сердце Тома своё место, не претендуя на что-то большее. Тому нравились их свободные отношения, нравилось отсутствие истерик из-за нехватки внимания и прочих мелочей жизни. Каждый день, заходя в колледж, он испытывал непонятное двоякое ощущение. С одной стороны, он не хотел видеть Каулитца, который после ситуации с лужей стал ему не то, что противен – Том по-настоящему возненавидел его. Но с другой стороны, ему хотелось случайно увидеться с этим надменным мальчишкой, чтобы в очередной раз смерить его презрительным взглядом и высокомерно отвернуться. Забавно, но при любой случайной встрече в коридоре оба так и делали, словно каждый из них был виновен во всех смертных грехах. Дни тянулись серо, скучно и однообразно. Каждая пара, проведённая Томом, была похожа на предыдущие, и отсутствие динамики в жизни начинало давить. Несмотря на то, что Трюмпер был ярым любителем осенней меланхолии и дождя, постоянство, с которым небо изливалось дождём, начинало напрягать и жутко давить. Сказывалась нехватка солнца и, наверное, внимания. «Может к родителям съездить?» - мелькнуло однажды в голове у молодого математика по дороге домой. Холодный ветер пробирал до костей, и даже широкий капюшон не спасал лицо от мелких дождевых капель. -Дерьмо, а не погода… - буркнул Том, натягивая капюшон чуть ли не до носа, и опустил голову. Он быстро шагал в сторону дома, смотря себе под ноги, потому что поднять голову было невозможно из-за порывов холодного ветра вкупе с мерзким дождём. Каулитц старательно мелькал перед глазами у своего куратора, но на парах не появлялся с того момента, как «случайно» искупал его в луже. Билл понимал, что поступок получился каким-то детским и очень глупым, но всё равно он был собой горд. Начало открытых военных действий – за ним, поэтому можно со спокойной душой ожидать ответного шага от куратора. Первый месяц учёбы пролетел незаметно, и Том собрал студентов для подведения итогов. Каулитц восседал на последней парте, нагло развалившись на стуле. Он со скучающим видом рассматривал своих одногруппников, бросая редкие взгляды на Тома, который что-то тихо обсуждал со старостой. -Мы скоро начнём? А то мне, как бы, домой надо... – с недовольной миной крикнул Билл, пытаясь обратить на себя внимание. Том оторвался от журнала, в котором что-то старательно искал, переговариваясь при этом с девушкой, и посмотрел на студента. Услышав его голос, Трюмпер взбесился, а подняв голову и увидев эту наглую ухмылку, он чуть ли не взорвался. -Когда посчитаю нужным, тогда и начну. – спокойно сказал он, хотя внутри всё кипело. -Я не имею никакого понятия, как вы, преподаватели математики, там считаете… Но будьте добры, посчитайте так, чтобы начать прямо сейчас. Ладно? – сверкнув белоснежными зубами, проговорил студент. «По-моему, я слегка перегнул палку. Щас вставит мне по первое число» - мелькнуло в голове у Каулитца, но что-либо менять было поздно, так как язвительная фраза уже давно была им сказана и благополучно услышана преподавателем. Чего Тому стоило сдержаться и не разорвать Билла прям на месте – знает только он сам. Но желание сделать Каулитцу парочку физических замечаний не покидало его последние несколько минут, и Тому казалось, что он вот-вот сорвётся, наплюёт на все законы и так отметелит этого мальчишку, что мать родная не узнает. -Вы можете быть свободны, если очень торопитесь. – бросил Том, опуская глаза в журнал. Он быстро оглядел всех студентов – каждый был чем-то занят. Подготовка ко дню здоровья, который постоянно откладывался, шла полным ходом, поэтому ребятам было не в тягость сидеть. Они уже перестали обращать внимание на вечные перепалки Каулитца с преподавателями, потому что привыкли. Такую картину они видели практически на каждой паре. Поэтому они оживлённо обсуждали конкурсы, речёвку и прочие организационные моменты. Билл замешкался. В нём проснулось непреодолимое желание поругаться с ненавистным математиком, а тот, как назло, никак не реагировал на его реплики. На лице у студента отобразился глубокий мыслительный процесс, который затянулся на несколько минут. Когда же Каулитц очнулся, дабы ляпнуть очередную пакость, Том закрыл журнал и поднялся из-за своего стола. -Ну что, начнём. У кого что готово ко дню здоровья? – куратор вёл разговор со всеми студентами, старательно игнорируя Каулитца. -Я тут чё-то не понял… - начал Билл. – А почему вы у меня не спрашиваете, что я подготовил ко дню здоровья? – очередная попытка обратить на себя внимание увенчалась успехом. Том ухмыльнулся и, сложив руки на груди, повернулся всем корпусом к Биллу. -Ну и что же ты приготовил ко дню здоровья? – с насмешкой в голосе спросил математик. -Ну, я сначала думал ничего не готовить, но потом передумал. Потом я снова подумал, и в итоге решил, что не приготовлю ничего. – ехидно улыбаясь закончил Билл, внимательно вглядываясь в лицо преподавателя. Он искренне надеялся, что то взорвётся от злости, наорёт на него при всех, и тогда Каулитц сможет пойти нажаловаться в деканат. Но и тут у него ничего не получилось. -Бедный Билл… - с наигранным сочувствием начал Том. – Что ж ты так изводил-то себя? Ты смотри больше так не напрягай мозг, а то волосы сыпаться начнут. – студенты поддержали преподавателя сдавленными смешками, не обращая внимания на злостные взгляды Билла, который был готов метать гром и молнии. Он схватил свою сумку и быстрым шагом направился вон из кабинета. Но как только он подошёл к двери, Том окликнул его: -И да, Билл… Ты в курсе, что должен придумать танец для представления нашей группы на дне здоровья? – Том еле сдерживал улыбку, но блестящие глаза и подрагивающие губы, готовые вот-вот растянуться в ехидной улыбке, выдавали его. -Обязательно. Макарена подойдёт? – скривив губы в язвительной смешке, поинтересовался Каулитц. -Вполне! – согласился с его предложением куратор. – Только шляпу ковбойскую надеть не забудь, а то эффекта не будет. -Обязательно! – выплюнул Билл и вышел из кабинета, не забыв громко хлопнуть дверью. Том остался более чем доволен результатом своих стараний, поэтому вернулся к обсуждению организационных моментов, полный энергии и настроенный продолжать свою тактику дальше.

***

-Твою ж мать! – поёжился Алекс, кутаясь в тонкую куртку – Только середина октября, а дубак, как зимой. – стуча зубами и делая последнюю затяжку проговорил шатен, стоя с Биллом возле курилки. Они часто встречались здесь с Каулитцем, перекидывались парой фраз во время перекура, и расходились каждый по своим кабинетам. -Да ты бы ещё в бикини припёрся, модник хренов – усмехнулся Каулитц. Несмотря на отсутствие тёплой куртки на нём, он не испытывал таких адских мук, как его товарищ. Лёгкая водолазка с высоким горлом позволяла сохранять тепло хоть на то короткое время, пока он выбегал покурить. -Ну, пошли уже! – начал психовать он. – Я окоченел уже! – переминаясь с ноги на ногу прошипел Алекс. Билл нехотя выкинул недокуренную сигарету и поплелся в колледж. Из-за плохой погоды декан решил, что день здоровья будет проводиться в колледже, поэтому соревнования проходят в коридорах, спортзалах и даже кабинетах. Студенты, выполняя задания, носятся по всем этажам, стараясь опередить команду соперников. Билл наблюдал за всей этой картиной с нескрываемой усмешкой. -Кучка придурков во главе с неадекватным идиотом… И за что мне это? – тяжело вздохнув, пожаловался он на свою группу и, соответственно, куратора. Том не обращал внимания на Каулитца. Сейчас для него главным было одержать победу в общем зачёте, поэтому он всеми силами помогал своим студентам, болел за них с горящими глазами и счастливой улыбкой. Каулитц осмотрелся вокруг, поражаясь всеобщему веселью. «Придурки» - пронеслось у него в голове. Он развернулся и медленным шагом направился на третий этаж. Тишина здесь нарушалась только криками и взвизгами, доносившимися с первого этажа. Билл воровато оглянулся и быстро скрылся за дверью мужского сортира. Открыв настежь окно, он облокотился о подоконник, достал из кармана брюк пачку сигарет. Внимательно вглядевшись в каждую сигарету, он достал ту, которая была покороче всех остальных и отличалась цветом табака. -Ну, сейчас хоть повеселее станет… – пробубнил Билл себе под нос, прикуривая. Он сделал пару тяг, морщась от прохладного ветра и мелкого дождя, который попадал на лицо и руки. Неожиданно он услышал звук открывающейся двери и, обернувшись с косяком в руке, увидел своего куратора. Том удивлённо поднял брови, затем тяжело вздохнул, молча закрыл двери туалета и подлетел к своему студенту. -Ты что, совсем с ума сошёл? – он схватил его за руку выше локтя, нависая над ним и со злостью смотря в глаза. -Я просто зашёл покурить. – начал оправдываться Билл, стоя с тлеющей сигаретой в руках. Том сделал пару резких вдохов носом и его глаза вспыхнули от ярости. -Я убью тебя, Каулитц! - Прорычал он. - Мне ещё студента-наркомана не хватало! Вообще охренел что ли? Додумался марихуану притащить в колледж! – он выхватил сигарету из руки студента, открыл ближайшую кабинку и смыл окурок в унитазе. Всё это время он крепко сжимал предплечье Каулитца, от чего у студента уже отнималась рука. -Да я… просто я… -Слушай меня… - на выдохе сказал Том, приближаясь к лицу Билла. – Ещё раз, я увижу тебя за этим делом в колледже или даже на территории колледжа, ты вылетишь отсюда как пробка, да ещё и в тюрьму загремишь. Уж я постараюсь, не сомневайся! – злобно бросил он и вышел из туалета, громко хлопнув дверью. Билл стоял в шоке, не понимая, что сейчас произошло. И почему он не додумался зайти в какую-нибудь кабинку? И почему именно ненавистный математик зашёл так не вовремя? Хотя, может быть оно и к лучшему, что этим невольным свидетелем стал именно куратор. Другой бы преподаватель его не пожалел. Билл уселся на подоконник, прокручивая в голове всё, что сказал ему Трюмпер. Рука противно заныла от железной хватки математика, но Билл не обращал внимания, находясь в каком-то трансе. -Пиз*дец, товарищи… – выдохнул он и тряхнул головой, пытаясь прийти в себя. Спрыгнув с подоконника, он медленно вышел из туалета, всё так же оглядываясь по сторонам, и поплёлся вниз. -Повеселился, бл*ть. – нервно прошептал Билл, спускаясь по ступенькам.