Изгой.

Открываю глаза и непонимающе хмурюсь, видя голубую стену и закрытые жалюзи. Я не дома. Какого черта? Стараюсь привстать, и тогда голова напоминает мне о случившемся. Точно, эти дикие короли, карусель, скорая. При воспоминаниях меня охватило отвращение. Фу, блять, и как только Клаудсу такое в голову пришло? По его репутации этот телефон вообще не ударил... По голове да, но не по репутации. Резон переходить границу? Тело невольно вспоминает прикосновения, и по спине пробегает череда мурашек. Омерзительно. Интересно, сколько времени прошло с момента моей отключки? Скорее всего не больше пары-тройки часов. Аккуратно сажусь на кровати и ощупываю голову: бинтов нет, вроде все нормально. Надавливаю на кость над ухом и со стоном чуть ли не сгибаюсь от боли. Блеск.  Осматриваю комнату и оцениваю довольно убогую обстановку: еще две кровати, три тумбочки и шкаф с увядшим цветком. Надеюсь, за пациентами врачи смотрят лучше, чем за цветами. На стене висит портрет Моны Лизы, что меня сильно удивляет. Обычно вешают картинки с пляжами, джунглями и другими ландшафтами, которые якобы помогают лечению. На одной из кроватей лежит рыжий парень, полностью погруженный в свой ноутбук. Судя по его выражению лица и движению рук, он во что-то играет. Причем играет довольно эмоционально: комментирует происходящее, благо, почти неслышно, подбадривает героев, стебет пораженных врагов, цыкает, фыркает, кусает губы. Надеюсь, это нормально. Вторая кровать, у противоположной стены, пустая, но незаправленная, видимо, и на ней кто-то спит. Двое соседей - уже не так хорошо, и не так тихо. Ну да главное, чтобы не лезли. Тихо вздыхаю, откидывая голову назад и морщась от боли в голове. Мне нужен врач.  Через пару минут слышу вопль "О, ты наконец-то проснулся!" и, вздрогнув от неожиданности, резко поворачиваюсь.  - Ну ты, брат, даешь! - хвалит меня парень с соседней кровати, снимая наушники. Ответом ему становится мой вопросительный взгляд. - Я вчера утром сюда загремел - ты уже спал!  - Ч-чего? В смысле вчера утром?! - Ну я спускался по лестнице, оступился, упал, гипс. Перелом голени, - он разводит руками и вздыхает. - Я имею в виду, какое сегодня число?  - 13е, а что? Пятница 13е, - заговорщически добавляет он, подмигивая. Вот это да. Я надеялся, что я тут всего пару часов, а оказывается... двое суток. Я понимаю все меньше и меньше. Нужно найти врача, чтобы расспросить подробнее. - Кстати, а зовут-то тебя как? И почему ты здесь? - Я? Ээ... Пол, - рассеянно отвечаю ему. - Ударился головой о карусель, потерял сознание, очнулся уже тут. - На два дня, что ль? - недоверчиво интересуется он, и я пожимаю плечами. - А я Майкл, - парень протягивает мне руку в знак приветствия. - Рад, что ты здесь со мной, - и будто в одобрение своим словам довольно хмыкает. Тяну руку в ответ, и он мощно пожимает ее, подмечая:  - Какой ты хилый, а. Мама кашей не кормила? Мотаю головой, чувствуя усилившуюся над ухом боль, и привстаю с кровати, собираясь пойти на поиски врача. - Эй, ты куда это? - интересуется Майкл, и я, пробурчав себе под нос "да так", выхожу из палаты. Похоже, он любит поболтать - если я здесь надолго, это очень плохо.  Прохожу немного по коридору и вижу ресепшн с выходом из больницы: значит, моя палата находится на первом этаже. Немного помявшись в сторонке, неуверенно спрашиваю у сидящей за тумбой девушки насчет себя, и она, окинув меня снисходительным взглядом, отправляет к врачу по фамилии Бэйлз, объяснив, как туда пройти. Прохожу на второй этаж на поиски двери с такой фамилией и нахожу ее в самом конце коридора. То ли больница странная, то ли врач не очень... профессиональный. Даже и не знаю, что думать. Осторожно стучусь и, услышав разрешительное "да-да", захожу в кабинет - Ээ... Здрасте, - особо ощущаю последствия моего "насыщенного" общения вживую. Чувствую себя не в своей тарелке. - Здравствуйте, - врач изучающе смотрит на меня. Очки придают ему деловитости и квалифицированности, и мне становится немного спокойнее - меня всегда удивлял эффект, который какие-то очки оказывают на внешность человека и его восприятие окружающими. - Вас что-то беспокоит? - Да... меня беспокоит то, что я в больнице... И пролежал два дня без сознания. - А, так ты тот парень, о котором говорят все врачи. Ты всех перепугал. Ох е-мое... Это мне не нравится. - А что со мной случилось? - Это ты сам должен мне рассказать, - на лице врача появляется искреннее удивление. - У тебя сотрясение мозга и небольшая трещина в кости черепа. Несколько дней побудешь у нас на обследовании и потом отправишься домой. Спал ты два дня, потому что у тебя истощенный организм. Даю руку на отсечение, ты спишь по два-три часа в сутки, - когда я кивнул в ответ, доктор вздохнул и начал что-то писать в журнале. - Ты как умудрился череп расколоть? Мне сказали, что тебя нашли на детской площадке. - Я... Да... Упал... - негромко бормочу, крепче сжимая дверную ручку. Бэйлз окидывает меня скептическим взглядом, хмыкает и качает головой. Видимо, не поверил. - Спасибо, я пойду, - открываю дверь. - За тобой скоро придет медсестра, отправит тебя на рентген. Угукнув, скорее выхожу из кабинета и обреченно выдыхаю. Трещина черепа, блеск. В колледж я еще долго не попаду, так что о королях можно не волноваться. Невеселая ситуация. Голова ноет, я один в больнице, и никто об этом не знает. Устало потираю переносицу и отправляюсь обратно в палату. Как только я переступаю порог, Майкл отрывается от игры и с любопытством спрашивает:  - Ну что, ты как? - Сотрясение мозга, трещина черепа, - коротко бросаю в ответ, опускаясь на постель и укрываясь одеялом.  - Буду держаться подальше от каруселей, - усмехается тот, почесывая затылок и после потягиваясь. - Слушай, у тебя есть ноутбук? Мне уже осточертело играть с компьютером, он тупой. А так я бы с тобой по сети поиграл. - Не играю в игры, - буквально отрезаю. Через пару секунд понимаю, что слишком резок - наверное, такая манера общения уже вошла в привычку, поэтому добавляю, - так что извини. К тому же, ноута с собой у меня нет. Тут меня осеняет, что у меня действительно нет ни ноутбука, ни телефона, ни какого-либо средства связи. Я не могу ни позвонить родителям, чтобы сказать о том, что произошло, ни связаться со школой и предупредить об отсутствии, ни написать Шину. Интересно, как он там, чем занимается? Я волнуюсь за него, даже как-то странно признаваться себе в этом. Я же его совсем не знаю. Пока я сижу в размышлениях, дверь открывается и в палату заходит невысокая девушка в белом халате и с пакетом в руках. Я было подумал, что это медсестра, но она, широко улыбнувшись, налетает на моего соседа. - Майкл, как я скучала! - плюхнувшись на край его кровати, она моментально убирает с его колен ноутбук и крепко обнимает его. - Я так волновалась! Господи, как я рада тебя видеть! Там все в панике! - она что-то говорит, не умолкая ни на секунду и не давая парню вставить хоть словечко. Майкл с легкой улыбкой на лице слушает ее, прижимая к себе. Видимо, это его девушка. Неожиданно она делает паузу, отстраняется и добавляет. - Я тебе фруктов и сладкого принесла. Его улыбка становится шире, и я накрываюсь одеялом с головой. Раньше я никогда не чувствовал тоски, видя парочки, которые тискаются по всем углам колледжа, но сейчас внутри почувствовалась некая пустота. Наверное, это приятно, когда о тебе заботятся... Нет. Плевать я хотел на все эти телячьи нежности. Я привык к жизни одиночки. К черту. - Кстати, это Пол, - доносится до меня мужской голос. - Попал сюда с сотрясением мозга. - Ээм, привет, - неуверенно проговаривает девушка, обращаясь к одеялу. Я лишь высовываю руку и машу ей в ответ. Слышится вздох. Я отворачиваюсь к окну, стараясь не слышать их разговоры. Как же мне не хватает моей музыки... Вспоминаю, что плеер у меня с собой и, быстро достав его из рюкзака, скорее окунаюсь в мир рока. Мне становится легче. Как и всегда. С детства музыка лечила меня от душевных терзаний, и я безмерно благодарен ей за это. Каждая песня у меня ассоциируется с каким-то событием или чувством, поэтому некоторые волею судьбы выпали из моих плейлистов. Например, "Sarcasm" группы Get Scared. Только я слышу начало, в моей голове всплывает день, когда я узнал о том, что моя мать изменяет отцу. Именно этой песней я спасался от разразившегося скандала, и теперь я не в состоянии ее слышать.  Сейчас я свыкся с тем, что мать "гуляет", но пять лет назад это был настоящий удар.  Или же "Prepare your weapon" группы "Escape the fate", что навевает воспоминания о предавшем меня лучшем друге. Да и вообще весь репертуар "эскейпов" напоминает о нем, ведь именно он мне их посоветовал.  Наверное, когда я буду умирать, музыка тоже будет со мной. Неожиданно до ушей доносится приглушенный треск, и через несколько секунд я, выдергивая наушники, резко сажусь на постели и ощущаю взбунтовавшуюсь голову. Чертово сотрясение. Какая-то темноволосая девушка в центре палаты собирает с пола осколки. - Даже наша сова услышала, - не сдерживает смешка Майкл, кидая на меня ехидный взгляд, и девушка едва слышно извиняется, поднимая поднос с разбитой посудой и ставя его на тумбочку. Когда она поворачивается, я могу ее рассмотреть. Темные волосы чуть ниже талии, большие карие глаза, аккуратный нос и слегка припухлые губы. Тело тонкое, как у меня, хиляка. Симпатичная девчушка. Не говоря больше ни слова, девушка забирается на кровать и закутывается в одеяло, будто закрываясь от окружающего мира. Она берет в руки телефон, что-то в нем смотрит и через минуту откидывает его в сторону. Наверное, кого-то ждет?  Собравшись с мыслями, я негромко зову и спрашиваю, как ее зовут. Она больше минуты осматривает меня со своей кровати, будто тщательно просвечивая меня рентгеном, и наконец, отвечает: - Кейт. А тебя? - у нее приятный, правда очень тихий голос. - Пол, - вздыхаю от осознания того, что мне сложно вести разговор вживую. - А ты почему здесь? Снова молчание. - Тебе это важно? - Интересуюсь, как сосед по палате. - На профилактике. Кости хрупкие. Странно, что она находится здесь, если у нее ничего не травмировано. Очень странно. Кейт демонстративно поплотнее укутывается и снова берет в руки телефон. Ясно, для разговора у нее настроения нет. Я не удивлен. Усмехнувшись про себя, я ложусь, глубоко вздыхаю и упираюсь взглядом в белый потолок. Как ни странно, действительно белый, без разводов и пятен. Наверное, если бы потолок был серый, мне бы стало легче. Это бы означало, что все течет своим ходом, и можно не волноваться за внезапные крутые повороты в жизни. А тут...  Неожиданно со стороны Кейт доносится столь ненавистный мне вопрос: - Пол, а ты альбинос? Приподнимаюсь на локтях, чтобы увидеть выражение лица. Оно меня удивило: вместо ожидаемых мной любопытства, жалости или издевки на нем отражалась настороженность. Чуть сдвинутые брови, поджатые губы, стальной взгляд. Подозрение ко всему окружению. - Тебе это важно? - повторяю я ее вопрос. - Интересуюсь, как сосед по палате, - уголок ее губ чуть дернулся то ли в улыбке, то ли в усмешке. - Да, альбинос. Девушка отводит взгляд и сцепляет руки в замок. - У меня... Подруга тоже альбинос. Вот и все. Пару секунд обдумываю ее слова и пожимаю плечами, укладываясь обратно на кровать. Интересно было бы познакомиться с той девушкой - я еще ни одного альбиноса в жизни не встречал. Пытаюсь представить белокурую бледную девчушку с красными глазами, а Кейт больше не говорит ни слова, регулярно проверяя свой телефон и, как я заметил, иногда поглядывая на меня. Белые люди привлекают внимание, не спорю, и меня это сильно раздражает. Вскоре в палату заглядывает медсестра, и мне приходится отправиться на обещанный рентген. По пути в процедурную вспоминаю, что могу позвонить домой из больницы. На мою просьбу о звонке женщина в белом халате отвечает: - Конечно, после осмотра отведу тебя. Кстати, родители и школьный директор уже в курсе насчет травмы. Как только тебя привезли сюда, им отзвонились. Вздыхаю, понимая, что родители как всегда в своем репертуаре. Мать в Англии, отец где-нибудь в командировке, и до сына руки как-то не доходят. Что ж, это их дело, пусть это и не очень весело. После рентгена я все-таки дозваниваюсь отцу. Он долго извиняется за то, что не смог приехать, и интересуется, как я. Ответ "Нормально" его вполне устраивает, и он спрашивает, нужно ли мне что-нибудь. Не раздумывая, прошу у него свой ноутбук, и он обещает, что завтра компьютер будет у меня. Буквально минута разговора, и, сославшись на начинающееся совещание, он прощается со мной и кладет трубку. Нда. Действительно невесело. Возвращаюсь в свою палату, дабы дождаться следующего дня и моего ноутбука. Я скучаю по Шину.