Шалостей много не бывает

- И тебе не хворать, Медоуз! А с грязнокровками я не здороваюсь, - Нотт ухмыльнулся, получив презрительный взгляд девушек. - И как я это переживу? - спросила Лили, выразительно подняв тонкую бровь. - Да ты и не переживешь. Сегодня в твоем гороскопе я прочел: «У грязнокровок, лезущих куда не нужно, будут очень сложные обстоятельства в жизни; возможны травмы и смерть от рук слизеринца», - последние слова он прошипел, злобно глядя на нее. Доркас сузила глаза, становясь похожей на рассерженную кошку. Вот-вот бросится. - Эванс, Эванс, - снова заворковал Нотт. – Где же твой Поттер, герой-любовник? - Заткнись, тварь слизеринская, - прошипела Доркас. Лили бросила на нее быстрый взгляд. Подруга сжимала палочку так, что костяшки ее пальцев побелели. Доркас сама по себе вспыльчивая, а когда дело доходит до зеленого факультета… - К-кас… - осторожно начала Эванс, - не стоит. Уйдем. - Ну уж нет! Вдруг из темноты вышли еще два рослых слизеринца. - Эйвери… - нотки удивления проскочили в голосе Медоуз. – И ты сегодня здесь, - она перевела острый взгляд на другого парня. - Мальсибер. Как здорово! Трое на двоих. Просто прелесть! – Лили никогда раньше не слышала, чтобы голос Доркас был таким холодным. – По-слизерински, да? - Именно, Медоуз, - грубо произнес Эйвери. – Поверить не могу, что только что согласился с предательницой крови. – Мальсибер и Нотт загоготали. - Заткнись, - прошипела Доркас. – Заткнись, пока я тебе эту палочку в рот не засунула! Воздух буквально трещал. - Как грубо, - криво ухмыльнулся Мальсибер. – Палочка для того, чтобы колдовать, Медоуз. - Плевать. Лили сглотнула. Драки не избежать. По спине девушки пробежали мурашки. Она не Доркас – она не может хладнокровно посылать заклятие в человека. - Считаю до трех, и вы исчезаете с горизонта, - Медоуз настроена решительно. Лили подняла палочку вместе с ней. – Раз… Слизеринцы гадко засмеялись и приблизились к девушкам. - Два… - Серьезно, Эванс? Ты настолько глупа, что еще не убежала от нас? – спросил Эйвери, протягивая руку к лицу Лили. Но тут произошло невероятное. - ТРИ! Нотт и Мальсибер подлетели в воздух и повисли вниз головой. Коридор наполнил знакомый лающий и заражающий смех Блэка и бесшабашный и самоуверенный - Поттера. - Слишком знакомое заклятие, - вырвалось у Лили. - Угадала, Эванс! – из воздуха возник Сириус. На его лице была обворожительная, хоть и немного кривая улыбка. Но вот глаза… Глаза не обманывают. - Десять очков Гриффиндору! – весело воскликнул Поттер, тоже появившись из ниоткуда. Но тут Эйвери отошел от шока: - Риктусемпра! - Доркас! – воскликнула Лили и послала заклинание в слизеринца. Но она зря волновалась. Медоуз была бы не Медоуз, если бы не увернулась в самый последний момент. Заклятия летали из угла в угол. - Эверте Статум! - Протего! Лили только и успевала вызывать щитовые чары. Доркас бегала из угла в угол, не прекращая стрелять заклинаниями. Джеймс и Сириус тоже нападали. В конце концов, Эйвери был подвешен вверх ногами рядом со своими дружками. Лили перевела дух. - Сегодня в твоем гороскопе, Эйвери, сообщили, что при совании своего носа и других частей твоего не очень привлекательного тела к представителям факультета львов возможны осадки в виде заклятий и оторванных конечностей. Лили даже поперхнулась. - Сириус, - улыбнулась Медоуз. Она назвала его по имени? – Не пугай бедного змеёныша. - Да что ты! – воскликнул Блэк. – Я его не пугаю! В гороскопе же так сказали! - Вы еще за это поплатитесь! – прошипел Нотт. Учитывая то, что он висел вниз головой, звучало это не очень убедительно. - Конечно, Нотт. Когда слезешь, позовешь, - ухмыльнулся Блэк. - Четверо на одного, это как-то не по-гриффиндорски, не находите? – спросил Эйвери. Глаза его сузились. На лице Блэка отразилось такое презрение, что относись оно к Лили, она бы мигом со стенкой слилась: - Эйвери, когда ты научишься не трогать беззащитных девушек?.. - Эй! – возмутилась было Доркас. - …тогда мы не будем к тебе и на пять метров подходить. Эйвери издал что-то похожее на рык: - Давай сразимся один на один?! Ну? Ты же гриффиндорец! Великий Блэк! О нет… Лили сразу захотелось увести друзей в гостиную, чтобы опять ничего плохого не случилось. Но ее опередили – послышался стук каблуков. - МакГонагалл, - Джеймс выругался. – Уходим! Они рванули вдоль коридора. Им в спину сыпались ругательства так и оставшихся висеть слизеринцев… Вот МакГонагалл-то удивится.

***

Гриффиндорцы после длинного забега возвращались в свою башню. Лили и Джеймс шли в обнимку, забыв обо всех размолвках и ссорах. Сириус с Доркас живо вели беседу. - Нет, ну ты видел, как я его? - А я как? - Да, круто, а помнишь, как Эйвери подкинуло вверх? - А как Мальсибер задергался, словно ему крыс в штаны засунули! Четверо теней, проскользнули в башню через портрет, стараясь быть наименее услышанными и замеченными. - Не знаю, как вы, ребят, но больше всего на свете сейчас я хочу кружку какао и немного шоколада, - устало произнесла Лили. Она сидела на коленях у Джеймса, который прижал ее к себе настолько сильно, что казалось, раздавит ее. Со стороны он мог сойти за сумасшедшего, крепко вцепившегося в сокровище, которое не хотел никому отдавать. Хотя так оно и было: Лили была его самым ценным сокровищем мира, и даже за все метлы мира (а это, согласитесь, немало), он бы ее не отдал. - Это все, конечно, хорошо, но вот кто вам помогал? – внезапно разрушил Блэк тишину и тихое потрескивание дров в камине. - А тебе все возьми да расскажи, - ответила Доркас, ухмыляясь. - Правда, кто это? - Блэк не прекращал свой допрос. - Я! Внезапный голос и Сириус резко, с хрустом в шее обернулся. Джеймс слегка повернул голову, все еще крепко держа Лили. - ТЫ? - одновременно крикнули парни. На них, лучезарно улыбаясь, смотрел Ремус. Не Пит, не кто-то другой, а именно Ремус. Волосы его были взлохмачены, а в руках он держал поднос с пятью кружками. До ребят донесся соблазнительный запах горячего шоколада. - Но почему? - глаза Сириуса расширились настолько, что была видна печень, изрядно испорченная огневиски… - Я подумал, что девушкам не помешает союзник, да и вас разыграть тоже захотелось, - как ни в чем не бывало ответил Лунатик, ставя поднос на заваленный пергаментами стол. - Но Рем… - отвисшая челюсть Блэку вовсе не шла, изрядно портя его красоту. Джим удивился, но его части тела оставались на месте и никуда не выкатывались и не высовывались. Ремус лишь хмыкнул и сделал глоток обжигающего напитка. Через некоторое время в гостиной пятеро гриффиндорцев весело болтали и смеялись. - Э-э… Медоуз, можно тебя на пару слов? Наедине, - медленно проговорил Бродяга, неуверенно поднимаясь с дивана. - Да, хорошо, - Медоуз удивительно вскинула бровь, но ничего более. Переглянувшись с Эванс, увидев недоумение в глазах Джима и Рема, она пошла вслед за Блэком в один из углов огромной гостиной. - Что ты хотел? - Я подумал, что было бы неплохо, если бы мы с тобой прогулялись на этих выходных. В Хогсмиде. - Блэк пригласил меня в Хогсмид? Тот самый, который еще неделю назад проклинал мое существование на земле? – она говорила тихо, но в глазах плясали искорки смеха. - Нет, это другой Блэк. Более серьезный, более благоразумный, более скромный... Хотя ты заметила, как я похорошел? - в свойственной манере спросил Блэк. - И почему я не удивлена? - вздохнув, ответила девушка и хотела было уйти, но Сириус схватил ее за руку. - Так как на счет прогулки? - А как же сотни твоих девушек? - Ну, если хочешь, возьмем их с собой. - Я подумаю, - хмыкнула девушка, запустив руку в короткие волосы. Блэк просиял: - Друзья? Внезапно Доркас шагнула к Блэку и крепко обняла его. - Друзья, - прошептала она и убежала к ребятам, оставив Сириуса стоять и ошарашенно смотреть ей вслед, чего он раньше не делал никогда. И только на следующее утро он узнал, что к его спине прикреплена бумажка: "Осторожно! Особо опасен и блохаст!" Лили ждала Доркас, чтобы наконец пойти к себе в спальню и просто, без разговоров, лечь спать. - И зачем мы затеяли этот спор? Ничего этого могло бы и не быть, - сказал Джеймс, когда девушки, попрощавшись, поднимались по лестнице. Вдруг Лили остановилась и медленно обернулась. Она серьезно посмотрела Джеймсу в глаза и сказала: - А шалостей много не бывает, - не удержала улыбку Лили. – Так ведь, Мародеры?