FREAK (сиквел)

- Мне нравится красный, - заявил Джерард тоном, не терпящим возражений. – Он мне подходит! Вопрос был закрыт, Фрэнк это знал. - Отлично, красный так красный, - он не мог понять, почему Джерард остановил выбор именно на красном пиджаке, не совсем подходящим к его белой рубашке и черному галстуку, но в конце концов, это был его день рождения, а не Фрэнка. Они уже успели пережить многое после той сцены в темном подвале, хотя фактически с тех пор прошло всего три недели. Конечно, иногда между ними возникали неудобные моменты, и неловкое молчание порой повисало в воздухе, но несмотря на все это, они были счастливы. Намного счастливее, чем до того, как наконец все решили. Сейчас, помогая Джерарду с подбором праздничного комплекта, Фрэнк не мог сдержать улыбки, оглядываясь на свою жизнь. Он никогда не думал, что некоторые вещи в итоге так быстро перерастут в то, что у него теперь есть. Как только он снова увидел Джерарда через два года разлуки, он знал, что должен сделать все возможное, чтобы вернуть его. Но у него даже в мыслях не было, что все получится так просто. Хотя, если на чистоту, то Джерард просто не мог жить без своего Фрэнка, так же, как Фрэнк не мог и дня провести без своего Джерарда. После того знаменательного горячего поцелуя в подвале они оба решили дать своим отношениям второй шанс, согласились не торопиться, чтобы потом увидеть к чему все это приведет. Нужно ли говорить, как счастлива была Донна? Не прекращая радостно вопить, она решила в тот же миг позвонить Майки и рассказать ему о столь потрясающей новости, не обращая внимания, что тот, находясь на другом конце страны, мог уже спать после тяжелого учебного дня. Но так как никто не додумался оповестить Майки для начала о самом возвращении Фрэнка, тот был удивлен. Мягко говоря. Не помогало и то, что голос Донны был выше на октаву обычного и то и дело взволнованно подрагивал. А дальше, чтобы спасти Майки от путаницы в голове, Фрэнк забрал у Донны телефон и все ему объяснил. После эмоционального: «Вы, блин, два гребаных придурка», младший Уэй добавил уже спокойнее: «Я рад слышать, что вы снова вместе. Причинишь ему боль еще раз, и ты труп». Фрэнк непроизвольно хихикнул, вспоминая тот момент, и Джерард, расстегивающий до этого пуговицы на рубашке, резко остановился. Он прикусил нижнюю губу и, нахмурив брови, пристально посмотрел на своего парня. - Если ты считаешь, что я выгляжу в этом ужасно, то может тогда никакого красного? - Нет, Джи, я просто задумался. Ты выглядишь… - в течение секунды Фрэнк пытался придумать максимально безобидную ложь, но в итоге просто сдался и вздохнул. – Если честно, Джерард, ты немного похож на помидор в этом пиджаке. Довольно миролюбивое замечание, ведь так? Верно? Не верно. - Ай, черт, за что? – выругался Фрэнк, когда один из ботинок Джерарда прилетел ему точно в грудь. - А это не я, - тут же соврал Уэй с самодовольной улыбкой на лице. Этого было достаточно, чтобы, одарив Джерарда красноречивым взглядом «о, ну давай, попробуй», Фрэнк перешел в атаку. В то время как парни уже вовсю бесились и дурачились (когда они, как предполагалось, должны были подбирать костюм Джерарду к его дню рождения), Донна была внизу, на кухне, и усердно пыталась отыскать рецепт самого вкусного торта в честь праздника своего сына. Через два дня Джерарду исполнится двадцать три года, и она действительно хотела приготовить что-то особенное. Его первый день рождения после отъезда Фрэнка наступил уже через месяц, и Джерард категорически отказался его праздновать. По его мнению, никто не мог преподнести ему единственный и самый желанный на то время подарок – Фрэнка. Следующий день рождения прошел в таком же паршивом настроении, но на этот раз он, по крайней мере, позволил Донне и Майки устроить для него совсем скромный ужин с подарками. Но в этом году все было по-другому, и Донна хотела отпраздновать приближающееся событие должным образом. Даже Майки собирался приехать домой, хотя это был сюрприз, и Джерард еще ничего не знал. Они сходят куда-нибудь поужинать, все вчетвером, как в старые времена. А затем вернутся домой, разрежут торт и проведут спокойный вечер за какой-нибудь игрой, объединяющей их всех. Как обычная семья, которой они всегда были. Домашний уют – вот в чем они нуждались больше всего. Провести время вместе, вчетвером, как настоящая крепкая семья. Не только Джерарду было тяжело пережить отъезд Фрэнка; Донна так же страдала, хотя мучило ее совсем другое. День за днем она должна была наблюдать, как ее родной старший сын медленно угасает, и это самое больное для любого родителя. Она видела, как из счастливого и беспечного мальчика он превращается в мертвую копию самого себя. По крайней мере, слово «живой» не подходило для описания его состояния. Она стала невольным свидетелем того, как ее сын собственноручно загоняет себя на самое дно отчаяния, переставая реагировать на происходящее вокруг. Как любая мать она пыталась остановить его, но ее сил было не достаточно. Разговоры не помогали, потому что он и слышать ничего не хотел. Убеждения и твердые аргументы тоже не работали. Как и просьбы, иногда переходящие в споры. В итоге она была вынуждена смириться с поражением. Донна не могла исправить Джерарда, потому что не она была тем человеком, который разбил ему сердце. Одинокая слеза скатилась по щеке миссис Уэй, когда она услышала очередную порцию звонкого смеха мальчиков, все еще шутливо борющихся этажом выше. Безграничное чувство облегчения накрыло ее с головой от мысли, что они снова были вместе, и она могла лишь надеяться, что этих двух лет хватило Фрэнку, чтобы повзрослеть и пересмотреть свои взгляды. Повзрослеть достаточно для того, чтобы любить ее сына и заботиться о нем как следует. Нахмурившись и удивившись своей реакции на недавние события их жизни, Донна вытерла слезу и уверенно углубилась в книгу рецептов. Она была полна решимости испечь торт самостоятельно, не смотря на то, что почти каждый ее кулинарный эксперимент заканчивался маленьким апокалипсисом на кухне. Никто из них никогда не забудет тот шоколадный взрыв, случившийся спустя две недели после того, как к ним переехал Фрэнк. Хотя бы потому, что потом они вчетвером целых три часа отмывали от липкого шоколада стены и… потолок кухни. Но сейчас Донна была настроена серьезно. И если история повторится, то она всегда может заказать торт из ближайшей кондитерской и прибегнуть к маленькой лжи во благо. Ложь, которую скорее всего раскусят моментально, но будут слишком вежливы, чтобы заявить о ней вслух. Вздохнув, Донна улыбнулась. Может быть, теперь ее семья наконец будет по-настоящему счастлива?