Чужая семья

В день святого Фабиана Ричард стоял среди унаров, думая, кто же назовет его имя. Полгода казались целым Кругом, а прошли так быстро. Было даже немного жаль расставаться с друзьями-однокорытниками. Первым в выпуске оказался Эстебан, сам Ричард – четвертым. А вот Северин, Анатоль и Макиано – в конце списка. Хотя в выходной Рин сказал, что места – это все ерунда, и что кто кого возьмет, распределено еще до выпуска. Дик пожал плечами. Он не знал, кто решит его судьбу на следующие три года. Близнецы по просьбе фок Варзова уезжали в Горную Марку. Голос цивильного коменданта Килеана-ур-Ломбаха назвал лучшего из фабианцев. Дик зажмурился – показалось, что свет померк. Человек чести – и наглый «навозник»? Вернулась забытая детская обида – как много лет назад. Когда Эстебан назвал его игрушкой. Но от этих мыслей отвлек голос Ги Ариго, выбравшего себе Эдварда Феншо. Ричрад совсем отчаялся. Последняя надежда растаяла, как дым. Кто возьмет сына мятежного герцога. Барон из Торки назвал имя Северина Заля. Дик его видел несколько раз – он был другом и бывшим однокорытником Альфреда. Вот и Рин поднялся на галерею, что бы принести присягу. Ричард подумал о Камилле Заль - она будет скучать по сыну, хотя крошечная дочурка всегда рядом. И он, Дик, будет навещать их – если останется в столице, конечно. Пробила полуденная пушка. На площади осталось четверо. И тут он услышал ленивый баритон: - Ричард Окделл! Я, Рокэ Алва. первый маршал Талига, принимаю вашу службу. Рокэ Алва. Убийца отца. И – родственник Родриго и Паоло. «Благая весть». Как во сне Дик принес клятву. И встал за креслом герцога. Особняк с воронами на воротах Дик видел несколько раз. Но, конечно, внутрь ему заходить не пришлось. - Юноша, пойдемте в мой кабинет. Там вас ждут. Ждут? Кто? Эр Август? Барон Заль? Или – кто-то еще? Путаясь в догадках, Ричард еле поспевал за эром. А когда тот открыл дверь, то не смог сдержать крик радости. На диване полулежал Родриго. Он выглядел измученным и ослабевшим. А сидевший рядом с братом Паоло вскочил и крепко обнял Дика. Рокэ довольно посмеивался, глядя на их встречу. - Ну что, юноши, все довольны? Тогда предлагаю выпить вина. Дик, привыкайте выполнять обязанности оруженосца. Налейте вино в кувшин, пусть подышит. Когда вино было выпито, улегся восторг от встречи, Родриго рассказал еще раз свою историю теперь персонально для Дика. - Корабль сильно потрепало в бурю. А когда мы шли в Хексберг, для починки, налетели гуси. Я не помню,как очутился на «Верной Звезде». Капитан Бермессер оставил меня при своей персоне. Я попытался сбежать – меня поймали, и оставили память. Вот такую. Невесело усмехнувшись, он поднял правую руку. Дик с ужасом увидел, что кисти нет. Заметив его взгляд, Родриго притянул его к себе левой рукой. Поало тут же пристроился справа – он уже привык к искалеченной руке брата. Рокэ приказал принести еще вина. - Жил я там полтора года. В условиях почти что тюрьмы. Привык – ко всему можно привыкнуть. Только глаза еще реагируют на яркий свет – жил-то в трюме, в полной темноте. Потом меня обменяли на другого военнопленного. Флот Талига под командованием Альмейды дал бой. За сухими словами Родриго прятал боль. И все это чувствовали. Потом рассказал Паоло. - Отец Герман привез известие о том, что в Хексберг находится Родриго, которого вся семья считала погибшим. Он тогда жил у адмирала Вальдеса. - Да, - усмехнулся старший, - Ротгер смог вытащить меня, в прямом и переносном смысле. Я ведь первое время жить не хотел. А он поил меня. Вином, касерой, а иногда – и тем, и другим. И заставлял говорить, плакать – в общем, тащил из меня осколки. Паоло вздохнул – и прижался к брату, словно боясь, что он исчезнет. - Я тогда сказал – не вернусь в Лаик. Остался в Хексберг, у Ротгера. Мы вернулись месяц назад. И скоро поедем домой, в Кэналлоа. Тут подал голос молчавший до сих пор Алва. - Я полагаю, поедем мы туда все вчетвером. Счастливое число – вы, юноши, как думаете?

HAPPY-END