Колесо похабной Фортуны

Осенью, когда гуси улетают на Багамы, а скамейки в парке обрастают суисайдерами с нервными жёлтыми лицами, наш герой выбирается в библиотеку. Его руки по локти в краденых книгах, глаза воровато оглядываются по углам в поисках чего бы ещё стащить. Воровато, но осторожно. Потому что злобная старая и сморщенная блядь-библиотекарша Алоиза Паловна зыркает на него из-под своего дырявого чепчика. Глаза у неё на спине, затылке и ссохшихся коленных впадинах. Она навеки приклеилась костлявой задницей к ветхому зелёному стулу, из которого торчал мышиный войлок, и всегда внимательно принюхивалась, не дрочит ли кто втихаря в читальном зале над очередным томом Гарри Потного. Наш герой был знатным дрочером, но заметать следы за собой умел. Его карманы полны бумажными салфетками, а лысая, похожая на шар для боулинга, голова — похабными мыслями. Он как раз приценился к маленькому засаленному томику бульварного прона, примостившегося на самом краю полки с детскими сказками, и готовился набросить на него свою смертоносную удавку, когда Алоиза Паловна пронзительно чихнула, взвизгнула, хватаясь за передок, и заорала: — О-о-о!!! Бля-я-ядь! Моё яйцо-о! Так наш герой нечаянно откусил себе кончик языка, а также узнал, что семидесятилетняя Паловна — трап¹... ------------ ¹ Транссексуал.