Первая любовь макнэ

- Хен, ну, пожалуйста... - умолял Кюхен. - Нет, - отрезал Донхэ. - Ну, я больше не буду... Нууу, Ли Донхэ... - После того, что ты меня старичком обозвал, я тоже больше не буду... помогать. - Фиши, не строй кислую мину и помоги макнэ, - приказным тоном сказал Ынхек Хэ. - Я сказал — не буду. - Ах, если так, то у тебя неделю не будет секса! - вынес страшный приговор Хек. Сидящий между хенами Кюхен сильно вздрогнул от последнего слова Ынхек-хена. - Хекки, следи за словами! Ты чего так орешь об этом?! Тут вообще-то дети, - Хэ кивнул на макнэ. - Извини, Кю. Надеюсь, тебе никогда не скажут такого, - мило улыбнулся Хек. - Но все равно, нет, - уверенно произнес Хэ. - Я тут для него стараюсь, а он... все делает только наоборот. Я вчера вечером чуть ли не вышел из себя! Да он даже прощения у меня не попросил! - Хэ кинул на Кю злобный взгляд. - Ты просто должен сидеть и советовать, а дальше, Кю сам знает, что будет делать. «Чуть ли не вышел из себя», - издевательски повторил Ынхек. - Не узнал бы, все было бы хорошо. - А ты сам то Реука поблагодарил? - За что? - не понял Донхэ. - Ли Донхэ, ты дурак! - Хек дал легкий подзатыльник Хэ. - Реук что, зря вчера весь день бегал за этой парочкой что ли?! - челюсть Кюхена поздоровалась с полом. - Хен, ты заставил Реука следить за нами? - удивился макнэ. - Ну... должен же я хоть как-то быть в курсе всех событий. А вдруг мало ли что? - начал оправдываться Донхэ. - Йаа! Больше не смей следить за нами! - и Кюхен решил быстро убраться подальше от этого собрания, а то мало ли что еще, Ынхек-хен выпалит. - Таак, здесь ничего нет... - журнальчик летит в мусорку. - Тут тоже... - еще один летит туда же. - О! Вот-вот, - Кюхен видит на своей кровати и читает женские журнальчики, сокровище Хичоля (ведь в этих журнальчиках множество советов по уходу за кожей, волосами, здоровьем и т. д.). Он ищет инфы про любовь, а точнее, о завоевании любви. - Так... «...подарите цветы...» я уже делал это. Что дальше? «Сходите на свидание...» Это я тоже делал. А Донхэ-хен, оказывается, просто ходячая энциклопедия в таких вещах! - чуть ли не восхищается Кюхен. - Айщ, что там, на самом конце? «Станьте идеалом в глазах вашего любимого!» Омо-омо! Ну, вот! Я же идеал красоты! - губы расплываются в кривой улыбке. Интересно, а «Синдром Хичоля - Эвила» передается по журнальчикам? Кюхен прибегает к Ынхеку, так как Донхэ играет в рыбку — заперся в комнате, обидившись на Кю и Хека, и молчит. Эта игра, случаем, не перебор? - Хен, вот ты помнишь ответ Мина на вопрос «идеальная девушка Сонмина»? - Ну, не очень. - Расскажи то, что помнишь. - Хм... Мин вообще говорил, что внешность не важна. Просто его идеальная девушка должна хорошо вести хозяйство в доме, любить розовый цвет и с хорошим характером. Больше не помню. - Спасибо, хен, - улыбнулся Кю. - О, хен, давай я тебе помогу! - и Кю, отобрав у готовившего ужин Сонмина его приборы для готовки, начал колдовать над плиткой. - Ооо, готовься еда! Готовься! - резко замахал ложкой и ножом над кастрюлькой. - Кю-а, так ужин не готовится, дай покажу, - Сонмин пристраивается сзади Кюхена, берет его руку с ложкой, и начинает медленно размешивать рис. Кюхен спиной чувствует тепло, исходящее сзади от Сонмина, и ему начинает казаться, что до этого ему всегда было холодно. Холодно душе. Это полуобъятие сзади... затуманивает разум. Кюхен, сам ничего не понимая, закрывает глаза и медленно закидывает голову назад, на плечо Мина. Этот запах Сонмина... завязывает мысли на нераспутываемый узелок. И Кюхен глубоко вдыхает... - Кюхен-и, ты спать хочешь? - спрашивает Сонмин, продолжая свое занятие. А Кюхен в ответ что-то невнятно мурлычет. - Иди спать, Кю, я сам все приготовлю. Сон важнее. Кюхен с трудом отрывает свою голову от Сонмина и, как-будто находится в трансе, послушно отправляется в свою комнату. Глубокая ночь. Кюхен почему-то именно сегодня ночью замерз. Он встает с кровати и тихо подходит к кровати Мина. Боже, даже не хочется будить такое чудо. Кто-то будит Сонмина ночью. - Хен... хен... - Мин еле открывает один глаз и видит перед собой такое милашество. Кюхен, в махровой пижамке розового цвета, с сонным личиком и растрепанными волосами стоит перед Мином. Потом, спустя минуту, Сонмин замечает, что макнэ сильно дрожит. - Хен, мне холодно... - Иди сюда, - слова вылетают с губ Мина раньше, чем он успевает подумать. Кюхен ложится рядом с Сонмином. Тепло. Вспоминается та теплота, которую Кю почувствовал во время готовки. Нет, тут не просто тепло, а, кажется, что сейчас пожар между двумя телами. И Кюхен в этой теплоте даже не замечает как легко засыпает. Толчок. Тела выгибаются, с губ срываются несдерживаемые стоны. Толчок. Парень сверху припадает к горячему телу под ним. Язык проходит мокрой дорожкой от мочки уха до скул. Продолжает свой путь и останавливается на губах, которые приоткрыты в немом стоне. Страстный поцелуй затягивается, что уже не хватает воздуха. Толчки становятся все быстрее и глубже. Темную комнату наполняют звуки причмокивания губ, шлепки разгоряченных и мокрых тел, непрекращающиеся стоны, которые становятся только громче и громче, иногда срываясь на крик. Пик наслаждения медленно уносит с собой в мир снов два тела. - Плохой ты, Ынхек. Не умеешь ты сдерживать свои обещания, - ухмыляется парень, что снизу. - Ты не лучше, - фыркает Ынхек, даже не думая слезть с Донхэ и даже не желая выходить из него. Легкое прикасание губами к щечкам Хэ, а, следом, сладкий сон. Утро вчера вечером, кажется, обещало быть чудесным. Но не тут то было. Сон Донхэ прерывает ужасающий крик макнэ: - Донхэ-хен!!!