Твари не ходят в белом

Святая вода не поможет вам сейчас, Тысячная армия не удержит меня, Я не хочу Твои деньги, Я не хочу Твою корону, Я пришел посмотреть, как сгорит Царствие Твое внизу

- Florence and The Machine — Seven Devils - Это было действительно что-то на грани безумия. Она замерла, когда его губы накрыли её, не в силах пошевелиться. Она боялась. Его рука скользнула к её талии, слегка поглаживая спину, а длинные пальцы нахально приподняли белую блузку. Гермиона закрыла глаза. И именно сейчас девушке захотелось умереть. Сердце колотилось, как бешеное, словно вырывалось из грудной клетки. «Это же Малфой», — твердил ей внутренний голос. Но Грейнджер было уже всё равно. И она сдалась и слегка приоткрыла губы, осторожно целуя и ощущая его на вкус. Это было сплошное безумие. Почувствовав, что Грейнджер отвечает, Малфой углубил поцелуй ещё больше. Они не могли остановиться. Просто не в этот момент, не в эту секунду и не в это мгновение. Гермиона позволила себе положить руку на его синюю рубашку. Она давно заметила за ним одну особенность: Драко не носит рубашки белого цвета. Какого угодно, но не белого. Это казалось странным, но не сейчас… Более странного, чем-то, что они делают, не было ничего на этом свете. Всё закончилось так же, как и началось. Резко и неожиданно. Малфой резко оборвал поцелуй и, схватив с пола свою мантию, вышел из её комнаты. Гермиона до сих пор не могла прийти в себя. Её губы горели, а лицо пылало. Поясница до сих чувствовала тепло от его пальцев. До неё только сейчас дошло то, что они только что натворили. И она никогда не сможет себе признаться, что действительно этого хотела.

***

Кэрри ходила по гостиной, меряя её шагами. Именно сейчас девушка обдумывала задание, которое она получила вчера вечером, и его содержание никак не могло выйти у неё из головы. Как бы она ни ненавидела свою сестру, но, увы, это оказалось выше её собственных сил. Она бы просто не смогла, не справилась с этим. Убить Гермиону девушка всё-таки не сможет. Какая бы она ни была, но смерть… Она глубоко вздохнула и обхватила лицо ладонями. В голове это не укладывалось. Волан-де-Морт сказал, что смерть Гермионы Грейнджер хоть как-то повлияет на Гарри Поттера, и последний, чтобы не потерять своего единственного друга (речь идёт об Рональде Уизли), всё-таки расскажет тайну Ордена Феникса. И этот факт должен стать решающим в будущей битве, точнее, ключом к победе. — Господи, помоги мне, — еле слышно прошептала Грейнджер. Впервые за многие годы она сняла свою холодную маску. Сейчас захотелось упасть на колени… разреветься, кричать об этом всем, попросить помощи, в конце-концов. Она не могла себе этого позволить, потому что это было не в её стиле. Кэрри подумывала рассказать об этом Малфою. Она давным-давно простила ему их общую выходку на диване в гостиной. Просто это было помутнение разума у обоих, и она сама себя не контролируя, на следующий день совершила, как ей казалось, непоправимую ошибку. Утром, когда она заплаканная и измученная вышла из комнаты с флакончиком зелья в правой руке, она не отдавала себе отчет. И теперь Кэрри корила себя за это. Когда её рука дрогнула над его стаканом, лишь спустя несколько часов девушка осознала свою ошибку. Она собственноручно отдала в руки своей сестре самого дорого человека в её жизни. Зелье Амортенции. На одном из уроков ей удалось стащить его у Снейпа, не будем говорить, каким именно способом. Месть за то, что он так поступил с ней, затмила разум Кэрри, и она, не раздумывая, незаметно сняла с мантии Гермионы прядь волос и кинула её во флакон. Захотелось просто-напросто увидеть его лицо, когда Малфой поймет, кого он целовал… Зелье было слабое, поэтому оно лишь подсказывало, намекало Драко, что он должен делать. А сейчас она кусала локти за содеянное, и раскрыть Малфою правду приравнивалось к его потере. Всё это навалилось на девушку за считанные дни, поэтому представить её внутреннее состояние было практически невозможно. Что ей делать, Кэрри совершенно не знала. Ни как признаться Малфою и не потерять его при этом, ни как выполнить это гребаное задание. В последнюю очередь её добила Чёрная метка. Это стало последним переходом на сторону Волан-Де-Морта. Мерлин!!! Вдруг дверь резко распахнулась, и в помещение буквально влетел Малфой. Его руки на ходу развязывали галстук, а в руках он сжимал собственную мантию. Она никогда не видела его таким… растерянным. Он вихрем пронёсся мимо неё, не удостоив ни единым взглядом, и стремительно зашагал в сторону своей комнаты. Ни теряя ни единой секунды, Кэрри сорвалась с места и побежала вслед за ним. Или сейчас, или никогда! Дверь в его комнату была слегка приоткрыта, поэтому Грейнджер лишь слегка толкнула её вперед и проскользнула внутрь. — Драко, — прошептала девушка, опасаясь, подошла к парню и легонько коснулась его плеча. Он сидел на краю кровати, пальцами зарывшись в волосы. Казалось, что он совсем не заметил её присутствия, поэтому даже не сделал ни единой попытки скинуть её руку. — Уйди, — рявкнул Малфой, но Грейнджер даже не пошевелилась и упрямо продолжала попытку привести его в себя. И тут ей в голову пришла просто невероятная мысль. Действительно гениальная. Не сказав парню ни единого слова, девушка сорвалась с места и через несколько минут принесла стакан с некой жидкостью. Протянув его Малфою, она сказала: — Выпей. — Катись к чёрту, — ответил он, уставившись на стакан. — Выпей, Драко, — она присела на колени и сжала его руку в своей, — Поверь, тебе станет легче. Сам того от себя не ожидая, Малфой взял стакан из её рук и залпом осушил его. Буквально через мгновение он пришёл в себя и, поморщившись от вкуса напитка, резко встал с кровати. — Что со мной было? На это Кэрри лишь усмехнулась и, поднявшись с колен, твердо сказала: — Любовное зелье. — Какого хера? — на его лице читалось недоумение, — Фу, — он резко скорчил отвратительную гримасу, — Кажется, я поцеловал твою сестру. Победа. — Драко, я должна тебе кое в чём признаться, — виноватым голосом прошептала Кэрри и, сделав несколько шагов, схватила его за локоть, — Я видела как Гермиона Грейнджер что-то подлила тебе в стакан с соком за завтраком. Я видела это собственными глазами, просто была зла на тебя и не сказала. Драко, прости меня, пожалуйста, — всхлипнув, произнесла слизеринка, но Малфой лишь вырвал локоть из её руки. Его взгляд был наполнен ненавистью, смешанной с яростью. Он резко нахмурился, а на лице заходили желваки. — Какого хера? Ты что, совсем ёбнулась? — прошипел Малфой, и она резко отскочила назад, ведь знала, что Драко матерится лишь в редких случаях. В очень сильно редких случаях. И это не предвещало ничего хорошего. — Прости меня пожалуйста, Драко, — вновь всхлипнув, произнесла Кэрри. — А не пойти бы тебе на хер, — его лицо вновь исказилось от гнева, и он занёс руку. Еще чуть-чуть и он её ударит. Ещё мгновение. Она распахнула глаза и увидела лишь, как пальцы сжались в кулак и медленно опустилась его рука. — Да пошла ты, дура, — выплюнул он ей в лицо, а после вылетел из комнаты. В глазах резко помутнело, и Кэрри, цепляясь за тумбочку, съехала вниз. Это был полный провал.

***

В гостиной было пусто, поэтому Гермиона и Рон сидели там и практиковались в заклинаниях. Стараясь отогнать от себя воспоминания о Малфое, Гермиона сразу же и согласилась помочь Уизли с некоторыми заклинаниями, которые у него не очень хорошо получались. — Попробуй еще раз, — Гермиона широко улыбнулась, когда Рон сосредоточился. Когда он на чём-то зацикливался, то выглядел очень милым, и Гермиону это часто забавляло. Он кашлянул в кулак, а после, взмахнув палочкой, произнёс: — Эванеско. — Эм, ты, конечно, меня прости, но это совсем не то, что нужно, — отчеканила Гермиона, посмотрев на плоды его стараний. Исчезающее заклятие. Рон попытался скрыть от посторонних глаз одну из своих любимых магических шахматных фигурок. В итоге голова коня до сих пор оставалась в воздухе. — Я больше не могу, Гермиона, — откинувшись на спинку кресла, пробубнил Рон, — Это издевательство. Я уже целый час пробую, и у меня никак не получается. — Здесь нужна практика. Тебе нужно расслабиться и сосредоточиться, — Грейнджер одобрительно улыбнулась Рону, который кивнул ей в ответ и возобновил свои попытки. Сама девушка вновь и вновь прокручивала сегодняшние события у себя голове. С ней и Малфоем определенно творилось что-то неладное. Она не могла объяснить ни своё поведение, ни поведение Драко. Ей казалось это невозможным. Он прикоснулся к ней. Она до сих пор непроизвольно облизывала и до крови кусала губы, в попытке возобновить его вкус. Больше никогда она не позволит этому ублюдку сделать это. Н.И.К.О.Г.Д.А! Она не представляла, насколько точными были сейчас её мысли. В следующее мгновение произошло действительно что-то невероятное. Руки и ноги Уизли сложились по швам, и в следующие мгновение он растянулся на полу, а от еле слышного «Экспеллиармус» палочка девушки оказалась у стоящего в проёме Драко Малфоя. Его глаза метали молнии то в её сторону, то в сторону Рона. — Что за чёрт ты здесь творишь, Малфой? — она поджала губы и сделала несколько шагов в его сторону. Он был очень зол. Это было видно по выражению его лица, которое отображало всю его ярость. — Могу спросить тебя о том же. — О чём это ты? — Давай, ты не будешь ломать комедию, Грейнджер. Суй свои грязные руки в свои трусы, представляя меня в своей комнате… — Что? Да как он смеет?! Мерзкий, отвратительный ублюдок! — А то ты не понимаешь. Подлила мне эту дрянь… — Какую дрянь? — Не тупи, Грейнджер, и не смей отрицать, что подлила мне Амортенцию в сок! — Чего? — девушка расхохоталась во всё горло, хотя страх охватил её изнутри. Внутренности сжало. Что он вообще говорит? — Не делай из себя дуру. — Знаешь что, Малфой, — с горечью произнесла Гермиона, — Я тебе ничего не подливала. Мне это не нужно совсем, в равном счёте, как и тебе. Не знаю, кому это понадобилось, но, поверь, этот человек желает тебе зла. Я бы ни в каком случае не стала это делать. Верни мне мою палочку по-хорошему, — она вытянула руку вперед, сдерживая слёзы, которые вырывались наружу. — Нет. Из заднего кармана джинс девушка достала палочку Рона, которую успела прихватить незаметно, и, нацелившись на сжатую в руках Малфоя собственную палочку, произнесла: — Экспеллиармус. Палочка ловко выскользнула из длинных пальцев и оказалась в руках у Гермионы. Развернувшись спиной к Драко, она подошла к Рону и сняла заклинание, а после, не объяснив ничего удивленному Уизли, помчалась к себе в комнату, желая лишь одного — как можно быстрее проснуться. _ У автора вдохновение. Вместо того, чтобы готовиться к экзаменам, я пишу. Надеюсь, Вам понравилась глава, ведь она ответила на многие Ваши вопросы. Прошу прощения за размер, но как-то так. Всех люблю, и жду Ваших комментариев.