До встречи с тобой

Курт уныло наблюдал за деревьями и домами, проносящимися за окном автобуса. Он заткнул уши наушниками от iPod и включил музыку, потому что меньше всего хотел по дороге на Отборочные снова, по которому уже кругу прогонять сет-лист, чем занимались сейчас остальные члены Новых Направлений. Оставалось еще двадцать минут пути, и атмосфера в салоне становилась все напряженней. Соревновательная нервозность охватила всех. Солирующие Сэм и Квинн, склонив друг к другу головы, о чем-то приглушенно переговаривались. От их показной близости у Курта заболела голова, а желудок скрутило в узел – от ревности. С этой безответной и короткой влюбленностью было покончено еще несколько недель назад, и ревность была больше похожа на обычное одиночество. Чувство, которое в последнее время становилось все более сильным, особенно когда он был с хором. Окружающие то расставались, то мирились, а Курт по-прежнему был один и ждал, когда же сможет уехать из Лаймы и перестать быть нечетным членом группы. Ситуация все усложнялась, и никто не обращал внимания на то, каково ему. Даже Мерседес стала слишком рассеяна в последнее время и давно не спрашивала, как у него дела. Курт не винил ее: он знал, что занятые люди могут просто забывать о чем-то малозначительном. Сейчас таким малозначительным был он. Впрочем, они с Мерседес наметили девичник на ближайшие выходные. Курт был уверен, что после нескольких часов пустой болтовни и просмотра фильмов все вернется на свои места. Он продолжил смотреть в окно и слушать музыку, совсем забыв про друзей, и ему даже стало чуточку лучше. Тихий гул, пробивавшийся сквозь наушники, убаюкивал. Любимые песни Леди Гаги настолько поглотили его, что… – Курт! Курт! – Пронзительный голос Рейчел раздался прямо над ухом, и Курт с досадой обернулся. Мерседес, сидящая перед ним вместе с Тиной, тихо рассмеялась. – Что, Рейчел? – Вышло чуть более резко, чем хотелось, и Берри посмотрела на него с упреком. – Я просто хотела спросить. Ты ведь ходил посмотреть на Уорблерс? Курт закатил глаза. Конечно, о чем еще она могла хотеть поговорить? – Да, ходил. Он снова сел прямо, посчитав беседу оконченной. Рейчел протянула руку между сидениями и схватила его за запястье, поцарапав кожу ногтями. Курт вздрогнул и оттолкнул ее ладонь. – Рейчел, я уже все тебе рассказал об этом! Он поверить не мог, что она снова завела этот разговор. Вернувшись из Вестервилля, он передал ребятам из хора все, что удалось узнать. Ну, разумеется, о Себастьяне он умолчал, потому что решил, что им не стоит знать о красавчике-гее, оказавшем ему помощь. И не только потому, что они потом дразнили бы его и искренне не понимали бы, почему Курту он не понравился – ведь он неплохо выглядел и был геем! На самом деле, Курт почти забыл о Себастьяне, и, хотя тот действительно был очень хорош собой, он казался подлым и наглым, а эти черты нельзя назвать привлекательными. Вот Рейчел он бы подошел, она любила таких – смазливых и наглых. Вроде. – Кхм, Курт, – неубедительным кашлем напомнила о себе Берри и многозначительно посмотрела на него. – Ох, прости, ты что-то сказала? – закатил глаза Курт. – Да, сказала! Я спросила: все ли ты нам рассказал о своей шпионской миссии, не умолчал ли что-нибудь? – Э-э, нет? Зачем мне что-то умалчивать? Они были великолепны. Они не только пели замечательно, но еще и двигались абсолютно синхронно. – Он помолчал, оглядев автобус. – В отличие от нас. – Хм, это да. Мы слишком дезорганизованы, – покачала головой Рейчел. – Если бы только мистер Шу дал мне соло… – И чем бы это помогло? – снова закатил глаза Курт. – Нам нужен лидер! И я не могу топтаться сзади. Она возмущенно фыркнула. Курт начал уставать от нее. – Если ты еще не заметила, Берри, большинство из наc постоянно топчется сзади, – приподняв бровь, сказал он. – Так-так, поучи ее, – встряла в разговор Мерседес. Курт улыбнулся ей, она широко улыбнулась в ответ, затем посмотрела на Рейчел и добавила: – Мы все звезды, и ты должна привыкнуть к тому, что в нашем хоре есть и другие люди. Мерседес говорила твердо, но не агрессивно, и Рейчел, казалось, в самом деле прислушалась в этот раз. – Да, вы правы. Мерседес и Курт удивленно переглянулись. – Пока мы побеждаем, неважно, кто поет соло, ведь так? К тому же, у меня наверняка будет возможность выступить на Региональных, – проговорила Берри. Лицо Мерседес вытянулось, и Курт увидел на нем отражение своих собственных эмоций – раздражения и веселья одновременно. – Она снова ничего не поняла, – шепнул он подруге, и та тихо рассмеялась. – В любом случае, Курт! – снова воскликнула Рейчел, отложив раздумья о Региональных на потом. – Да? – Курт снова повернулся и увидел, что она успела достать свой розовый ноутбук. – Ты действительно ни с кем не разговаривал в Далтоне? – настойчиво спросила Берри, и Курт едва удержался от горестного вздоха. – Разговаривал, пару минут или около того, – терпеливо ответил он. – Ты не рассказывал нам об этом, – с осуждением произнесла Рейчел. – Ну, я забыл, ясно? Он не состоял в хоре, так что не думаю, что это важно… – Курт, конечно, это важно! Они наши конкуренты! – Берри, похоже разозлилась, и Курт все-таки тяжело вздохнул. Как он устал от всего этого... – Лицемерно с твоей стороны обвинять меня. Вспомни Джесси... – Он не успел договорить – автобус сильно тряхнуло. Они приехали, и это значило, что меньше, чем через час, они будут стоять на сцене. Рейчел взвизгнула, и Курт почувствовал, как его желудок сжался от страха. Боже, он так хотел, чтобы они выиграли... *** – Курт, я буду через десять минут, ладно? – крикнула Мерседес по пути в туалет. – Не задерживайся! – Курт улыбнулся, проводил ее взглядом и повернулся к зеркалу, продолжая возню с галстуком. Привычная процедура успокаивала. Их выступление должно было начаться менее, чем через полчаса, а большая часть Новых Направлений еще даже не была одета. Конечно, в этом не было ничего необычного, но Курт все равно беспокоился. В раздевалке, отведенной их хору, было так тесно, что они с Мерседес, быстро переодевшись, сбежали к сцене. Чуть позже подруга ушла в туалет, а Курт остался за кулисами и продолжил наблюдать за последними приготовлениями других участников соревнования. Они нервничали точно так же, как и Новые Направления. Хаммел улыбнулся, вспомнив царившую в раздевалке панику, которой он на короткое время стал свидетелем. – Кхм... – Он почувствовал на плече чью-то руку и обернулся. Перед ним стоял высокий парень в знакомом пиджаке. Курт тут же вспомнил его – это был Себастьян Смайф. – Курт Хаммел, самый худший в мире шпион, какой сюрприз! – воскликнул тот, с издевательски приподнятой бровью рассматривая его недозавязанный галстук. – Себастьян Смайф, высокомерный придурок, какой сюрприз! – передразнил его Курт и, слегка покраснев, исправил узел. Себастьян мрачно усмехнулся и продолжил многозначительно рассматривать его. Курт ответил тем же, удивленный, что его неприязнь к этому парню оказалась так сильна. В Далтоне он был рад, что встретил именно Себастьяна, а не кого-то другого, и был в долгу за помощь. Но сейчас стало ясно, что высокомерие Себастьяна, на самом деле, ужасно его раздражало. – Что? – резко спросил Курт, и раздражение только усилилось, когда Смайф с нахальной ухмылкой посмотрел ему в глаза. – Ты учишься в государственной школе, – заявил он, пытаясь выглядеть и скучающим, и незаинтересованным в ответе одновременно. – Ты об этом не знал? – Интересно, испытывали ли ученики Далтона презрение к остальным – тем, кому не повезло быть такими же «эксклюзивными», как они. – Нет, я думал, что ты учишься в такой же академии, как Далтон, а потом узнал, с кем мы будем соревноваться. Курт едва удержался от колкости. Миллионы возможных язвительных ответов за секунду пронеслись в его голове. – А тебя все-таки приняли в Уорблерс. Ты ведь не рассказал им про меня? – спросил он вместо этого, когда случайно зацепился взглядом за брошку на кармане пиджака Себастьяна. Такие носили все участники хора Далтона. Он узнал об этом, когда приезжал шпионить. Курт поднял взгляд на лицо Смайфа, и тот закатил глаза. – Я ничего им не говорил, не забивай этим голову. Но да, меня приняли. Естественно, – самоуверенно добавил он, пожав плечами. – И что, ты получил соло? – спросил Курт. – К сожалению, нет. – Хаммел торжествующе улыбнулся, а Себастьян легкомысленно продолжил: – Я же новичок, я не имею права пробоваться на соло до Региональных. – Если вы попадете на Региональные... – пробормотал Курт себе под нос. – Попадем, можешь не сомневаться. Из того, что я слышал, можно сделать вывод, что МакКинли – кучка неудачников с самоуверенной солисткой-карликом. Курт заскрипел зубами, его терпение иссякало. – По крайней мере, мы не кучка синхронизированных козлов, – выплюнул он, кинув на Себастьяна испепеляющий взгляд. – И ваш солист тоже коротышка, если ты еще не заметил. – Ах, я-то уж заметил, – подмигнул ему Себастьян, и тут Курт вспомнил, что у того были виды на этого... Блейна Андерсона? – Кстати, ты все еще пытаешься его соблазнить? – поинтересовался он, приподняв брови. – Да. – Себастьян пригладил рукой волосы и заранее ответил на невысказанный вопрос: – И да, там еще работать и работать. Курт фыркнул. – Ну, видимо, не все находят тебя привлекательным, что бы ты там о себе ни думал. – Я секси, и ты это знаешь, – улыбнулся Себастьян. Курт, расслышав в его голосе дразнящие нотки, закатил глаза. Он открыл было рот, чтобы сказать что-нибудь еще в том же духе, но их прервал кто-то третий. – Себастьян! Курт, выглянув из-за плеча Смайфа, увидел Блейна Андерсона с ворохом нотных листов в руках. Себастьян хищно улыбнулся Курту и развернулся. – Блейн, чем обязан? – ласково пропел он, и Хаммел едва удержался от смешка над такой мгновенной переменой. Блейну, казалось, стало очень неловко от такого приторного проявления внимания, и Себастьян надулся. – Хм, Уэс хочет тебя видеть, – нервно рассмеявшись, сообщил Андерсон. Несмотря на то, что он действительно чувствовал себя неудобно, его голос был предельно спокоен и дружелюбен. – Хорошо, иду. – Себастьян задумчиво взглянул на Хаммела. – Жди здесь, я сейчас вернусь. И он ушел, оставив их с Блейном наедине. Курт хотел было представиться, но тот его опередил. – Я – Блейн. Его улыбка была очаровательной и уверенной, но не наглой, как у Себастьяна. – А я – Курт, – улыбнулся Курт. – Из Новых Направлений. – Да? Я слышал, что вы очень хороши, – сказал Блейн. Курт поразился искренности в его голосе. – Вы тоже, вы очень-очень классно поете... – Он запнулся, вспомнив, что Уорблерс, вероятно, не погладят его по голове, если узнают о шпионаже. – Как я слышал. Блейн весело рассмеялся, пожав плечами, и этой простотой понравился Курту еще больше. – Посмотрим. Сейчас мы все близки к паническому бегству. – И не говори, – преувеличенно грустно вздохнул Курт. – Новые Направления в полном раздрае. – Уверен, все будет хорошо, – усмехнулся Блейн, и Хаммел снова поразился его искренности. – Хм, не знаю… Сначала ты должен нас увидеть, – ответил Курт, припомнив, сколь ужасной была последняя репетиция. – Точно. – Они улыбнулись друг другу, и Блейн добавил: – Ну, по крайней мере, вы одеты в оригинальные костюмы. Представь, каково носить это на соревнованиях, – он опустил выразительный взгляд на свой пиджак. – Да уж, это и правда не самый модный вариант, – с сомнением ответил Курт. Он был рад, что в МакКинли нет единой формы. – Я знаю, – поморщился Блейн. – Это неудобно, да и хотелось бы носить свою одежду. – Вот почему мне нравится МакКинли, в ней я могу носить все, что... – Курт снова запнулся, оглядел себя и поправился: – Ну, конечно, этот костюм был сшит специально для соревнований, а так я могу носить все, что хочу. И я ношу. – Например? – с любопытством поинтересовался Блейн, и Курт, никогда не упускавший возможности поговорить о моде, пустился в пространные описания своих нарядов. *** Вернувшийся через пять минут Себастьян застал их за оживленным обсуждением моды. Несмотря на то, что Блейну большую часть времени приходилось носить пиджак, он неплохо разбирался в последних тенденциях, и у него был хороший вкус. Даже Мерседес не знала о некоторых брендах, с которыми был знаком он. Еще Курт обнаружил, что в присутствии Себастьяна Блейн терялся и выглядел застенчивым, но, когда тот уходил, он становился очень разговорчивым, но абсолютно не раздражающим и легким в общении человеком. – Эй, – осторожно окликнул их Смайф, подходя ближе и прерывая оживленную беседу. – О... П-привет, Себастьян, – смущенно отозвался Блейн и посерьезнел. – Смотрю, ты уже познакомился с нашим неудавшимся шпионом Куртом Хаммелом… Курт напрягся. – Ты обещал, что ничего не скажешь, – прошипел он, бросив быстрый взгляд на растерявшегося Блейна. Себастьян улыбнулся, протянул ладонь, и Курт непонимающе уставился на нее. – Дай телефон, Хаммел. Курт поначалу вопросительно приподнял брови, но потом покачал головой и непреклонно проговорил: – Ни за что. – Так, значит, Блейн, ты хочешь узнать, как я с ним познакомился? Это действи-и-ительно интересно, – протянул Смайф, повернувшись к однокурснику. – Ладно, ладно! – воскликнул Курт и со вздохом протянул ему мобильный. Себастьян с довольной усмешкой ввел в память свой номер. Видимо, он действительно привык получать желаемое любой ценой. Курт стрельнул в него гневным взглядом, но Себастьян только улыбнулся и вернул ему телефон. Хаммел сунул его в карман, вспомнил, что пора возвращаться в раздевалку, и повернулся к Блейну. – Приятно было познакомиться, – улыбнулся он. – Удачи, она вам понадобится. – Вам тоже, – немного нервно ответил тот. Курт едва подавил порыв закатить глаза – Себастьян слишком угнетающе влиял на Блейна. – Еще увидимся, Хаммел, не расстраивайся из-за проигрыша, – усмехнулся Смайф, Курт раздраженно посмотрел на него. – Ты тоже, если не хочешь, чтобы твое эго сильно пострадало. Они ехидно улыбнулись друг другу, и Блейн, откашлявшись, вклинился в пикировку: – Кхм, Курт, по-моему, твой хор тебя ищет… И действительно, Новые Направления в полном составе стояли в паре метров от них, глядя на Хаммела с удивлением и даже осуждением. Курт вздохнул и подошел к ним. – Увидимся позже! – крикнул ему вслед Себастьян. Вряд ли, подумал Курт и, конечно, ошибся.