Мы пойдем другим путем...

Базиль вздохнул, и устало потер переносицу. Он два часа как вернулся из Испании, куда летал по поручению учителя. Документы были успешно переданы, ответ получен, он сразу же отправился назад, не задумываясь о цели общения с местным боссом. Учитель сказал, что так было необходимо, и ученик не привык задавать вопросы и обсуждать его приказы. Выполнил, и ладно, теперь нужно будет доложить и, возможно, получится, наконец, немного отдохнуть. Смену наследника он, как и все в отряде Емитсу, воспринял сначала с недоумением, а потом, когда выяснилось, что Антонио — незаконнорожденный старший сын Внешнего советника, все встало на свои места. Парень решил, что так Емитсу пытается загладить свою вину перед неожиданным отпрыском, одновременно уберегая дочь от тяжкой участи босса мафии. Уважение к учителю поднялось на несколько пунктов вверх, а сожаление, вызванное заменой Тсунаеши и ее Хранителей, Базиль старательно загнал в самый угол сознания. Нужно было жить в тех условиях, что есть. «Что-то я расслабился, — вздохнул юноша, подходя к кабинету Емитсу. — Отдохну потом, сейчас надо сообщить о результатах и вручить учителю пакет из Испании». Подходя к кабинету, он с удивлением отметил, что дверь была слегка приоткрыта. Это заставило юношу насторожиться — учитель никогда не позволял себе подобной неосторожности. «Лучше перестраховаться», — подумал он, прижав к себе папку с документами и осторожно извлекая свой бумеранг. Ковер скрадывал шаги, так что он смог подобраться к двери и заглянуть. Из его положения было трудно рассмотреть, есть ли в кабинете посторонние или нет, только стену было и видно. — Вот так, Девятый, — услышал он голос учителя и облегченно перевел дыхание. Никакими врагами в особняке и не пахло. — Вот только как втолковать парню, что ему Хранителей собирать надо. — Реборну я уже сказал, он займется этим вопросом, — Тимотео не видел в этом проблемы. — Другое дело, что меня беспокоит твой план касательно Тсунаеши. Использовать девочку втемную, чтобы проверить моральную устойчивость Тони... Не слишком ли? — Девятый, иногда приходится идти на риск, но другого выхода я не вижу. Мы не можем второй раз провоцировать Занзаса, Альянс нас не поймет. Хватит и одного Конфликта, — решительно ответил Емитсу. — Вы и сами все прекрасно понимаете и помните, как сложно нам пришлось в тот раз. — Более чем, — вздохнул старик. — Все висело на волоске. Взять хотя бы твоего ученика, который доставил в Японию поддельные кольца. — «Меньше знаешь, крепче спишь». Данная поговорка хорошо подходит к данному случаю. — Если бы Базиль знал... — Он бы попытался сыграть в героя, варийцы бы его убили и никому от этого лучше не стало — настоящие кольца все равно были доставлены по назначению, — блондин подошел к окну. Он не понимал порой босса, его способности переживать по поводу того или иного поступка. Сам он давно усвоил, что расчетливость в мире мафии важнее благородства и старался просчитывать каждый свой шаг. Девятый же порой затевал бессмысленные разговоры на тему, а можно ли было поступить иначе, Советник терпел эти приступы самокопания, стиснув зубы. Прошлого не изменить. Базиль смог дышать только через несколько минут. Учитель использовал его втемную просто потому, что так было удобно. Юноша знал, что в мире мафии нет места благородству и честности, и ко многому привык, но сейчас сердце болезненно сжалось. Емитсу он всегда безоговорочно доверял, думая, что тот его никогда не предаст. «И он бы разменял меня как пешку, если бы что-то пошло не так», — русоволосый усилием воли взял себя в руки. Бежать и жаловаться смысла не было, над ним только посмеялись бы, мол, наивный мальчик и все. Однако просто смириться он не мог, сердце протестовало. «Потом», — одернул себя юный Дождь, стучась в дверь кабинета. Они не должны заподозрить, что он их хоть и случайно, но подслушал. Передачу документов Базиль почти не запомнил, борясь с шоком и горечью. Емитсу отпустил его отдыхать, за что парень был ему благодарен. «Что теперь делать?» — на этот вопрос Базиль не мог ответить даже самому себе. Он вдруг осознал, что является пешкой в какой-то игре, смысл которой знают только Девятый и его советник. Чувствовать себя винтиком системы оказалось неожиданно горько и противно.

***

— Так что вот так, — шатенка закончила свой рассказ. — Из-за этого и пришлось сегодня бежать с Колонелло. — Ну, ты даешь, Тсуна, — Такеши искренне рассмеялась. — Выпить залпом коньяк? Головная боль обеспечена. — Я этого варийца взорву, — парень был мрачнее тучи, нервно теребя в руках динамит. — Он подверг опасности Тсуну и сделал это сознательно, а потом еще и напоил. — Не думаю, чтобы Занзас все это планировал, — фыркнула брюнетка. — Для чего ему? Нет, он, конечно, мог сговориться с Фонгом и Колонелло в целях обучения, но и то это маловероятно. Я думаю, что все это просто такое вот неудачное стечение обстоятельств. — Ты слишком беспечна, бейсбольная дура, — моментально отреагировал Хаято. — Не видишь дальше собственного носа. — Гокудера, паранойя — опасное заболевание, — в глазах девушки на какую-то долю секунды мелькнула холодная сталь, но подрывник этого, разумеется, не заметил. — Ну-ка, повтори? — когда под носом оказался динамит, Ямамото рассмеялась, а Тсуна поспешила вмешаться, пока друзья не поубивали друг друга. — Что я экстремально пропустил? — появление Рехея заставило ребят повернуться. Боксер выглядел чем-то весьма довольным, на щеке красовались внушительные ссадины. «Наверняка Колонелло устроил и ему какую-то тренировку. Он же такой садист, как Реборн», — поежилась Тсунаеши, глядя на друга. — Все, что можно, травяная башка! — огрызнулся Гокудера, но как-то вяло, погруженный в собственные мысли. Интуиция Тсуны зазвонила колокольчиком — драка с боссом Варии может кончиться для него серьезными последствиями. — А рассказать? — Тише, Рехей, — замахала на него руками Такеши. — Тут Тсуна с Занзасом допились до того, что Колонелло отправил на пробежку! — Экстремально круто! Занзаса тоже? — Ты что городишь, бейсбольная дура? — Такеши, все было немного не так, — подруга нервно хихикнула и повернулась к своему бывшему Урагану. — Гокудера-кун, не надо никого взрывать. Стыдно признаться, но возможно коньяк был единственным способом остановить мою возможную истерику от первого убийства, — девушка опустила глаза, внимательно разглядывая крышу. — Рехей, на нас с Занзасом напали возле продуктового магазина. С их стороны не обошлось без жертв, — как Тсуна не крепилась, ее голос все равно дрогнул. Она отчетливо понимала, что туманная дорога в итальянскую мафию становится все яснее. Другого пути кроме как стать отрядом Варии у них нет. — Ты не переживай, — тяжелая рука боксера легла ей на плечо. — Иногда нет другого выхода. Так бывает. — Я... — она посмотрела в серые глаза Солнца и осеклась. Сасагава-старший выглядел непривычно серьезным, но, что сильнее всего удивило девушку, это понимание. — Меня тренировал Колонелло, — Такеши и Хаято стояли чуть позади и не видели непривычной странной улыбки. — Он знает свое дело. — Не буду спрашивать, — шатенка заставила себя широко улыбнуться. — Мы должны идти вперед. — Экстремально согласен! — вопль успокоил Тсуну. Друг, несмотря на все изменения, все равно остался прежним. — Клоун, — раздраженно поморщился Хаято. — Ладно, Занзаса не трогать, уяснил, — ощетинился он, поймав взгляд Такеши. — Вот и хорошо, — мечница улыбнулась и взъерошила волосы. За широкой улыбкой она прятала волнение и тревогу — Скуало не шутил насчет тренировок по-серьезному, а это означало одно — она пройдет свою точку невозврата и станет... Кем? На этот вопрос у Такеши не было ответа, а тревожить друзей напрасно ей не хотелось. — Ой, мне пора возвращаться, — Тсуна посмотрела на часы. — Гокудера-кун, Такеши, Рехей пойдете со мной? Мама обещала приготовить что-то особенное. — Я бы с радостью, но не могу, — брюнетка виновато пожала плечами. — У меня тренировка. — Экстремальная еда! — в глазах боксера вспыхнули звездочки. — Мы не доставим неудобства? — подрывник поморщился от вопля друга. — Все-таки... — Гокудера-кун, не мели чепухи, — шатенка рассмеялась. — Мы с мамой всегда рады видеть вас всех. Жаль, что ты не сможешь сегодня, Такеши. Позанимались бы вместе. — Если получится, подойду, — улыбнулась мечница, тепло глядя на подругу. — Расходимся? — Да, идем.