Идеал. Совершенство

Уже почти месяц бывшие арранкары находились под “заботливым крылом” Урахары Киске. А в его планы содержание двух лишних ртов совсем не входило. Поэтому учёный извлекал из этого выгоду, какую только мог. Наблюдать за тем, как арранкарского происхождения душа сживается с гигаем, было весьма и весьма интересно. А исследовать сей процесс - тем более. Вот только сами “подопытные” энтузиазм Шляпника как-то не разделяли. Хотя Улькиорра Шиффер к гигаю привык быстро: помогла прекрасная осведомлённость в анатомии человека. Оставалось лишь проверять знания на практике. К тому же, Шиффер пришёл к выводу, что нужно заняться мускулатурой: уступать в физической силе наглому кошаку его не устраивало. А “наглого кошака” не устраивало, в свою очередь, уже совершенно другое. Например, само его пребывание здесь. Ладно, мысль о том, что он уже не арранкар, хоть как-то осела в голове - в данном положении не это было главным. На него угрюмая атмосфера Лас Ночес так не давила, как жизнерадостное и бурное “семейство” Шляпника. Желание было только одно - подальше свалить из этого дурдома. А так как умением заранее планировать свои действия Гриммджо никогда не отличался, нужна была только возможность, а там уж как пойдёт. Возможность такая появилась, когда в очередной раз Гриммджо вместе с Дзинтой убирали двор. Раздражённо шоркая по земле метлой, Джаггерджак ждал, пока мелкий, по привычке, свалит играть в бейсбол, скинув свои обязанности на Уруру. Что тот, собственно, и сделал уже через пару минут. Сама же девчонка пока готовила обед. Урахары с Женщиной снова не было, Тессай пропал вслед за ними. Йоруичи не наблюдалось уже несколько дней, а Шиффер сидел в доме, залипая в фотоаппарат. Кинув метлу на землю, бывший Секста побежал к соседней улице. За поворот, по дороге, переулок, стадион. Люди шугались от дикого взгляда и причёски мужчины, а он, в свою очередь, всё бежал, чуть не попав пару раз под машину. По сторонам стали попадаться огороженные заборами дома:  полуразрушенные здания были одним из последствий войны. Перемахнув через ограждение, Гриммджо огляделся и запрыгнул в первое попавшееся разбитое окно. Конструкция дома в этой части пострадала не особо, так что какое-то время можно было здесь пересидеть. Обстановка, по всей видимости, осталась от прежних хозяев: мебель была на месте. А бардак… Дело это рук грабителей или ударная волна - бывшему арранкару было глубоко наплевать. Своего он добился, остальное уже неважно. Ноги гудели от долгого бега, горло болело. Такое ощущение, будто Джаггерджак какой-то хилый сопляк, а не бывший Секста Эспада. Бывший… “Да нахуй это всё!” - рыкнув, мужчина запустил в угол торшер. Сердце стучало, как бешеное, отдавая пульсированием в голове. Услышав скрип, Гриммджо достал найденный на кухне нож и, как можно тише, сделал шаг к коридору. Урахара несомненно будет его искать, как только поймёт, что тот сбежал. В этом Джаггерджак даже не сомневался. Вопрос только в том, насколько быстро учёный это обнаружит. Больше никаких звуков мужчина не слышал. О том, чувствовал ли он чьё-нибудь присутствие, не стоит даже заикаиться: это человеческое тело настолько непробиваемо, что заглушает любую энергию, исходящую от окружающих. Проверив этаж, бывший арранкар убедился в заброшенности этого места. Соседи у него были только одни: насекомые и крысы. “Видел, некоторые люди и их жрут”, - скосился он на грызущих что-то хвостатых тварей. Впервые за мучительно долгие несколько недель Гриммджо почувствовал себя одним. Таким, каким была его натура, - одиноким. Но это одиночество было до наслаждения приятным. Отчего мужчина даже прикрыл глаза и ухмыльнулся. Началась его новая жизнь, где он снова сам себе хозяин.