В школе я был тихоней.

Следующий месяц в моей жизни был самым худшим. Находясь на больничной койке, я не мог пошевелиться от многочисленных разрывов, ссадин. У меня оказалось сломано два ребра и вывернуто правое запястье. Когда его вправлял врач, боль была ужасна, и я снова терял сознание. В общем, этот период в моей жизни можно вычеркнуть. После того, как я оправился, меня начали опрашивать полицейские. Парней поймать не удалось. В тот вечер кто-то позвонил в участок и сообщил, что, вероятней всего, в заброшенной беседке будет совершено насилие. Звонивший не представился, но участковые не сразу повелись на звонок, а только через час решили все же пойти и проверить. Про Усуми я ничего решил не говорить. Но во мне кипела ненависть. Хотелось взглянуть ему в глаза. Но я понимал, что, скорее всего, никогда его не увижу. В тот день он сдал последние экзамены в школе. Поступит в университет в Токио или же за границей. Его богатые родители могли это себе позволить. А я еще на три года застрял в школе. Хорошо, что начались летние каникулы и можно спокойно залечить свои раны дома. Через две недели я мог кое-как сидеть и лежать на спине. Поясница перестала болеть. А еще через две недели срослись ребра и связки на руке зажили. Дома родители устроили теплый прием и сообщили, что через три дня мы едем на Гавайи. Меня это новость порядком удивила, так как раньше мы никогда не выезжали за пределы Японии. Мое изнасилование сильно на них повлияло. Мама все время выпрашивала как мое настроение и как я себя чувствую. Отец же старался чаще улыбаться и вечно норовил отвести меня в поход или на рыбалку. Раньше же я и дома оставался невидимым. Они довольствовались моими успехами в школе и совершенно не интересовались мной как человеком. Меня это устраивало. С этого и начались самые важные перемены в моей жизни.