Леди Совершенство 2. She's back! +57

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Hagane no Renkinjutsushi

Пэйринг или персонажи:
В ролях: армия Аместрис, гомункулы, химеры, гражданские. В эпизодах: Автор, Авторский произвол, Истина. В главной роли: Эльза Жозефина Генриетта Мариэлла... А, нет, простите, Оливия-Николь Изабелла Антуанетта Луиза-Глория... Да какая разница?
Рейтинг:
PG-13
Жанры:
Юмор, Пародия, Эксперимент, Злобный автор, Стёб
Предупреждения:
Мэри Сью (Марти Стью), ОЖП
Размер:
планируется Мини, написано 14 страниц, 4 части
Статус:
в процессе

Эта работа была награждена за грамотность

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Она пришла, чтобы нести добро, справедливость, бред и пакетик. Она явила свой светлый лик миру Стального Алхимика - и Мир зажмурился, то ли ослеплённый её великолепием, то ли от стыда и ужаса, ибо одеться всё-таки не помешало бы. Она всесильна и неповторима, точно так же, как и остальные тысячи их. Она - Эльза Жозефина Генриетта Мариэлла... А, нет, это уже Оливия-Николь Изабелла Антуанетта Луиза-Глория... Да один хрен.

Посвящение:
Моему больному воображению. Выздоравливай, бедное...

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Все помнят несравненную Эльзу Жозефину Генриетту Мариэллу де Люфуа-Боргезе Ануи де Лефорже и т.д., и т.п. на полстраницы из первой части? Она уволилась, не выдержав тягот, сваленных на её задубевшие от веса груди плечи коварным Авторским Произволом. На смену ей пришла Она - Оливия-Николь Изабелла Антуанетта Луиза-Глория...

Часть 3. Предвещающая.

1 апреля 2012, 01:09
Оливия-Николь снова скучала в поезде и снова предвкушала. Правда, памятуя разочарование в Централе, на сей раз она предвкушала осторожнее и ничего сверхъестественного не ожидала. В конце концов, Ризембул – небольшой провинциальный городок, так что на дворец рассчитывать не стоит. Скорее это будет простой, но добротный особняк, как полагается героям… Невычурный, и прислуги немного – так, горничная-садовник-повар-дворецкий-парочка лакеев. Прожиточный минимум, ведь господин Элрик – не какой-нибудь заносчивый аристократ, а герой из народа, таким полагается быть демократичными. Ах, этот господин Элрик… Изабелла Антуанетта растянула откорректированные до того, что в мире гламура называли «пухлыми», губы в мечтательной улыбке. Этот прекрасный юноша абсолютно точно станет её билетом в счастливую жизнь, к которой стремятся и приходят все сотрудницы АХТУНГа. Наверняка красив, как тот самый мифический идеал, на который делают стойку все особы женского пола, вне зависимости от возраста – по крайней мере, в академии Мери-Сью всех юных будущих спасительниц мира сего, того и этого учили выбирать в толпе именно таких, – а ещё высокий, как сосна, обходительный, галантный… Закружившись в воронке собственных мыслеизысков, Оливия-Николь задремала, даже несмотря на ополчившиеся против её филейной части бесчеловечно-твёрдые сидения.

– Мда-м… – Автор досадливо потёрла висок и выудила из кармана неизменное обезболивающее. – Хорошо так голову нашпиговали… Будто по Википедии пошарила часиков эдак восемь. Стоп, почему я опять здесь? Мне в Аместрис надо, вообще-то.
– Это не телепорт, вообще-то! – обиделся Истина. Врата не менее обижено скрипнули. Они определённо были с ним солидарны.
– Ничего, добавим функциональности. На то есть Авторский Произвол, – Автор махнула рукой, сшибив на белый пол стоявшее на белом постаменте белое нечто.
– Моя любимая вазочка! – немедленно запричитал Истина. Автор недоумённо моргнула.
– Слушай, а вазочки-то у тебя откуда? Здесь же священная пустота.
– Мне откуда знать? – Истина удручённо пытался нащупать идеально белые осколки на идеально белом полу. Получалось плохо – руки тоже были идеально белыми. – «На всё воля автора», так вы, фикрайтеры, говорите? Или как оно там, «Автор – царь и бог», что ли…
Автор быстро чиркнула в блокноте «не графоманить после приёма лекарств – чревато», и немедленно об этом забыла. Горючими слезами рыдал всеми покинутый Здравый Смысл – его хозяйка, даже имея его в наличии, чудила так, что потом неделями не могла разгрести свои графоманские завалы и понять, что там к чему, а без него – так и вовсе…

На платформе, как ни странно, никто не встречал. Вернее, встречать-то встречали, но не господин Элрик и не её, Оливию-Николь Изабеллу Антуанетту, а какой-то увешанный соплями шкет – увешанную тюками бабулю. Как-то это было неправильно… И вообще, они тыкали в неё пальцами и шушукались. Впрочем, Оливия-Николь решила не торопиться с выводами – разочароваться в мире и его обитателях она всегда успеет, – а направить стопы к особняку господина Элрика. Правда, её потрясающая интуиция, которую годами вырабатывали в академии Мери-Сью посредством подкидывания монетки и вопроса «орёл или решка?», подсказывала ей, что господина Элрика она там не встретит. В конце концов, если он не вышел встречать её на платформу, значит, он просто безумно занят. А чем может быть занят настоящий герой? Правильно, спасением мира. Значит, господин Элрик сейчас спасает мир, но как только спасёт – сразу примчится к ней, Оливии-Николь Изабелле Антуанетте, кинется в ноги, предварительно окинув эти самые ноги восхищённым взглядом, обеспечит беспроблемную сдачу экзамена, а ещё предложит руку, сердце, особняк и все полагающиеся спутнице жизни спасителя мира привилегии. Ну, и ещё предоставит возможность самой спасти мир, иначе в списке дел на каждый день не будет хватать галочки. Это ведь позор!
Уже через час бесцельных блужданий по пестрящим зеленью и овцами просторами Ризембуля Мери-Сью убедилась, что ничего путного из её попыток добраться до искомого особняка не выйдет. Хотя бы по той простой причине, что указателя, на котором огромными буквами было бы написано «к братьям Элрикам – туда», нигде не наблюдалось, никто не обсуждал их жильё, нигде не валялись таинственные алые плащи, принадлежащие, несомненно, её герою… В общем, не было ничего из того, что писали в учебниках и втемяшивали в головы будущих героинь чьих-то пятисотстраничных романов. А писали и втемяшивали им простую истину: «делай, что хочешь, иди, куда хочешь – всё равно в итоге всё получится в лучшем виде, ибо на тебя работает само провидение, судьба и Авторский Произвол». Что-то результаты их деятельности были не слишком-то заметны… Посему Оливия-Николь решила пойти окольным путём и спросить дорогу. Найти бы ещё, у ко…
– Папа, папа, смотри, у тёти вёдра на груди! – рыжеволосая девочка лет шести показывала на неё пальцем и дёргала отца за штанину.
– Лиза, нельзя же так! – мужчина подхватил дочь на руки и погрозил ей пальцем. – Простите, мне так неловко…
– Ничего, – Оливия-Николь кисло улыбнулась. – Не подскажете, где находится дом братьев Элриков?
– Элриков-то? Да прямо, прямо, направо, прямо, через мост, от него налево, потом прямо – ты там вдалеке увидишь сухое дерево, на него ориентируйся, – и дальше дорога уже одна идёт, – мужчина указал свободной рукой куда-то за холмы. Изабелла Антуанетта быстренько собрала мозги в кучку. Что ж, оставалось только надеяться на врождённое чувство направления… Правда, у неё это чувство всегда хромало, а костылей для него не придумали даже умельцы, испокон веков поставлявшие оружие, амулеты и бронелифчики уже не одному поколению Мери-Сью. Зато у неё была масса других достоинств! Ну, или, по крайней мере, масса, помноженная на ускорение.
– Спасибо, – не менее кисло отозвалась Франческа-Эрика… или что-то в этом роде, мысленно прикидывая, сколько же ещё шагов по кое-как утоптанной дорожке выдержат её дизайнерские сапоги на четырнадцатисантиметровой шпильке, а в особенности – сколько её ноги выдержат эту самую четырнадцатисантиметровую шпильку. Дизайнер, конечно, постарался на славу, но легче от этого не становилось.
– Вы, кстати, кем Элрикам будете? – тем временем поинтересовался мужчина. – Знакомая из Централа?
– Примерно, – почему-то от таинственной улыбки №184 из каталога улыбок мужчина отшатнулся. Оливия-Николь решила не вникать и широким шагом от бедра направилась куда-то прямо-прямо-криво-прямо… Короче, куда-то туда.
– Папа, папа, а почему у тёти вёдра на груди? У неё больше одежды нет, да?
– Лиза! Ну не надо так громко…
Мери-Сью даже не стала оборачиваться. Бронелифчик тоскливо позвякивал при каждом шаге. Он был оскорблён в своих лучших чувствах.

Прямо-прямо-направо-через мост-налево... А, вот и дерево показалось! И правда, сухое… Оливия-Николь с утроенными силами рванула вперёд. Правый каблук обещал отвалиться, а всё, что касалось Мери-Сью, отличалось редкостной исполнительностью. Обещал – отвалился. Пришлось разуться и переть по просёлочной дороге босиком – Изабелла Антуанетта предпочитала не думать, во что превратится её педикюр. А вообще, сапоги жалко… Нужно будет их в порядок привести, когда время будет. Если будет…

– Милочка, ты что ж это в таком виде? Неужто обокрали? Где ж такие изверги водятся, последнюю рубашку с женщины снять… На вот, хоть простынёй прикройся! – запричитала какая-то сердобольная бабка, которую, вообще-то, никто не спрашивал. Работала в своём огородике у дороги – и работала бы, чего к чужому стилю прицепилась?.. Кажется, от презрительного взгляда №395 ей поплохело. К сухому дереву и, предположительно, особняку Элриков Оливия-Николь добралась не в самом лучшем расположении духа. И оцепенела.
Пепелище?.. Неужели зло в этом мире пустило корни так глубоко, что его мерзкая рука дотянулась и до героев? Кому могло хватить смелости и подлости сжечь дотла дом тех, кто спас всю страну от неминуемой гибели? Пресвятой АХТУНГ, возможно ли исцелить мир, вирус зла в котором уже распространился в таких масштабах?..
– Деточка, этот участок не продаётся, ты даже не присматривайся, – проскрипела всё та же бабка, опёршись на свою тяпку. Она что, всю дорогу следом шла? – Года эдак с четыре назад его хотел старый Йозеф выкупить, но наши все ополчились, мол, ты чего на святое посягнул, вдруг мальчики образумятся, решат вернуться и новый дом себе отстроить… Вернуться-то вернулись, а строиться всё никак не начнут, а ведь им предлагают, у нас ведь молодцы такие – быстро любую громадину отгрохают…
Мери-Сью раздумала реветь, тем более, ресницы и так грозили отвалиться в любую минуту, рисковать ещё сильнее не хотелось.
– Значит, этот дом сгорел давно? – на всякий случай уточнила она.
– Да ещё в одиннадцатом году, где-то в середине осени, – бабка почесала в затылке. Кажется, недоумение отразилось на лице Мери-Сью так явно, что удалось обойтись без дополнительных вопросов. Да и собеседница была словоохотливой.
– Да, точно, в октябре… Сам Эд и сжёг. Да ты, я погляжу, совсем издалека пришла, если историю Элриков наших не знаешь? – бабка заулыбалась щербатым ртом. – Они сейчас у Рокбеллов должны быть, к ним и гостья приехала издалека. Если повидать их хочешь – это вооон там, отсюда видно. Сразу узнаешь, там знак большой – «Автоброня Рокбеллов». Да оно и тебе пригодится – авось сделают чего с твоей грудью. Бедная, как только дитяток кормить будешь… И ты всё-таки прикройся, а то негоже так ходить…
Без каблуков походка от бедра смотрелась не так эффектно, но Мери-Сью это сейчас не слишком заботило. Ещё пара комментариев о её дизайнерском бронелифчике – и она точно пойдёт нести добро в массы, в разрушительных масштабах!
____________________________________________________________

Эта глава какая-то сумбурная... Простите, Автор уже больше недели мается жуткой бессонницей, вот и графоманится всякое. Следующая глава будет более динамичной, слово Автора. Но всё равно, пожалуйста, не скупитесь на комментарии.

Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.