Стокгольмский синдром

От автора: Это бред. Сразу прошу прощения. Обещаю исправиться в ближайшее время. Тимур возвращался с очередной слежки за депутатом, когда заметил за собой «хвост». Незнакомец шел за ним нога в ногу, чем очень сильно себя выдавал. Да и неприметная одежда говорили о том, что человек желает затеряться, остаться незаметным, что само по себе наталкивает на подозрения. До остановки пройти оставалось всего пару кварталов, необходимо что-то делать. Свою «берлогу» показывать кому-либо Маркин не желал, мысленно планируя, как лучше уйти из-под надзора незнакомца. Перейдя дорогу на красный, рискуя жизнью и чуть не попав под машину, он ринулся в ближайший парк, петляя по извилистым дорожкам. Преследователь слегка отстал, замешкавшись перед потоком машин. Но стоило светофору мигнуть зеленым, как мужчина быстро пересек дорогу, озираясь по сторонам в поисках силуэта Тимура. Маркин добрался до дома только в девятом часу. Сумерки опустились на пустующую деревню, в лунном свете старые дома отбрасывали устрашающие тени. Войдя в дом, Тимур насторожился. Слишком тихо. Не шуршали страницы книги, не гремела чайная ложка о стеклянный бок чашки. Это слегка настораживало. Егор редко ложился спать так рано. Либо он приболел, либо что-то случилось. Блондин двинулся в комнату мальчишки с серьезными намерениями узнать о том, что творилось дома, пока он отсутствовал. Малец обнаружился в своей постели. Егор беспокойно спал, махал руками, толкал и без того скомканное одеяло ногами, что-то бессвязно шептал. Разобрать, о чем он говорит, было невозможно. Тимур подошел ближе. Он никогда не был сентиментальным, жалостливым. Но сейчас не мог уйти и оставить парня один на один с кошмарами. Сначала Тимур попытался разбудить подростка, а когда это не увенчалось успехом, прилег на край кровати, обнимая Егора. Сначала Егор сопротивлялся, брыкался, но потом обмяк, странно всхлипнув. Тимуру пришлось полночи находиться рядом с парнем, тот так крепко обвил его ногами, что просто выпутаться и уйти не получалось. Успокоившийся мальчишка лишь время от времени издавал странные звуки, что-то говорил на неизвестном Тимуру языке. Находиться в такой близости от привлекательного, сексуального Егора было трудно. Тимур понимал, что поступает неправильно, принимая парня за сексуальный объект, но ничего не мог поделать. Фантазия, подогреваемая жарким дыханием прямо в шею и конечностями на ногах Маркина, разбушевалась не на шутку. Джинсы жали в одном определенном месте, каменный стояк жутко мешал расслабиться и просто уснуть. Все бы может было и по-другому, но тут Тимур почувствовал, что Егор весьма двусмысленно трется пахом о его бедро. Возможно, Маркин и списал бы это на эротические сны, снившиеся парню, но Егор вдруг взял и поцеловал его. Поцеловал. Его. Тимура. В шею. Мурашки табуном пронеслись по коже, а дыхание резко сбилось. Этот мелкий провокатор был настолько притягателен, что если блондин сейчас же не покинет его кровать и комнату, то случится кое-что весьма ужасное. Маркин прекрасно понимал, что совершает глупость, но посильнее зажмурив глаза, он повернулся к лицу мальчишки, на ощупь ища его губы. Егор шумно вздохнул, крепко руками обвивая шею Тимура. Когда он устраивал спектакль, он и не ожидал, что все обернется так. Так хорошо, так, как он и мечтал, как хотел. Он не надеялся, что Тимур даже успокаивать его станет, а тут… Он сильнее прижался к крепкому мужскому телу, вдавливаясь своим пахом в пах Тимура. Волна дрожи накрыла с головой. Он хотел этого странного, жестокого, бессердечного человека. Он готов к наказанию за такой поступок, но это будет потом, не скоро, а сейчас он будет получать ласку, о которой так давно мечтает. Руки Маркина блуждали по обнаженной спине Егора, лаская нежную кожу, считая выступающие позвонки. Он целовал шею мальчишки, прикусывая, оставляя отметины. Голова кружилась от сладкого запаха, от всхлипов Егора. Когда Тимур чуть сильнее прикусывал кожу шеи, Егор шипел. Когда Тимур зализывал укус, Егор стонал. Эти стоны отдавались набатом в ушах. Взять. Владеть. Никому не отдавать. Маркин мыслил бессвязно, лаская худое, мальчишеское тело. Когда его руки накрыли аппетитную задницу мальчишки, здравый рассудок помахал ручкой обоим. Для Егора этот день стал самым лучшим за шесть лет. Он добился, чего хотел. Он не собирался упускать свое счастье, старался не только брать, но и отдавать ласку. Он зарывался в грязно-белые волосы Тимура, гладил его плечи. Он готов был умереть от того восторга, что переполнял его. Егор уже не мог терпеть, не мог ждать, когда же Тимур решится и перейдет к более серьезным действиям. - Хочу. – Тихий, на грани слышимости, шепот на ухо. Кто из них первым это сказал, не понять. Но это слово стало тем самым, отчего основательно сорвало крышу. Стягивая с парня боксеры, Тимур сомневался, стоит ли это делать, но когда Егор улегся на живот и приподнял попу, то все сомнения отправились догонять рассудок. С себя одежду блондин буквально сдирал, не заботясь о ее сохранности. Ему не терпелось оказаться внутри податливого мальца, взять, овладеть, подчинить, заставить просить, стонать. Когда Маркин наконец-то справился с одеждой, Егор уже нетерпеливо ерзал, потираясь стояком о синие простыни. Нетерпение, безумное желание, детская радость, восторг – вот, что наполняло двух разных, но таких близких людей. Взяв с тумбочки детский крем, смазав им два пальца, Тимур сразу же приступил к растяжке Егора. Он знал, что парень никогда ни с кем не спал (поспишь тут, ага, когда живешь с маньяком), посему очень аккуратно ввел сначала один палец в желанное тело, растягивая, ища заветный бугорок нервов. Егор всхлипнул, но сам понятия не имел отчего – от удовольствия или боли. Эти ощущения так смешались между собой, что грань между ними стерлась. А когда его заполнил еще и второй палец, Егор не смог сдержать стон. Это оказалось весьма приятно. Чувство заполненности отдалось удовольствием в паху. Максимов-младший уже сам подавался назад, насаживаясь на пальцы Тимура. У мужчины терпение было на пределе, и он поспешил заменить пальцы кое-чем более существенным. Пристроив головку члена к сжатой дырочке, Тимур прошептал на ухо Егору: - Потерпи. Будет немного больно. *** Егор лежал, бездумно глядя в привычный потолок и улыбался. Зад болел, но оно того стоило. Столько эмоций, столько чувств. Он никогда не видел Тимура таким. Он был нежным, ласковым, страстным. Такого хотелось любить, такому хотелось всецело принадлежать. Но мальчишка не был уверен, что будет нужен Маркину со своей любовью. Возможно, он поступил глупо, практически вынудив Тимура переспать с ним. Но даже если мужчина и не захочет повторить это безумие и принимать его любовь, Егор переживет. Перетерпит как-нибудь, бывало и хуже. Он получил то, что так хотел. Он должен быть доволен. Так оно и есть, но что-то не дает полностью насладиться этим чувством. Егор перевел взгляд на спящего Тимура. Мужчина был красив, не так как модели или еще кто, он был красив своей необычной и неординарной красотой. Утром Егор проснулся один в холодной постели. Тимур ушел. Подросток лишь хмыкнул, он именно этого и ожидал от Маркина. Не думал же он, что после одной ночи этот странный, жестокий мужчина влюбиться в него. Парень встал, собрал грязное постельное белье, захватил чистое полотенце и отправился в ванную. Закинув белье в стиральную машинку, он встал под обжигающие горячие струи душа. Смывая с себя засохшую сперму, он тер чувствительную кожу жесткой мочалкой. Натыкаясь взглядом то на один синяк, то на другой на своем теле, он жмурился от вспышек воспоминаний. Неожиданно накатили слезы. Горькие рыдания заглушал шум воды. Опустившись на холодный кафель, Егор размазывал соленую воду по лицу. Горячая вода продолжала омывать его тело, немного успокаивая. Кого он обманывал? Он ведь и правда надеялся, что в душе Тимура проснется светлое чувство. Он надеялся на любовь…