Обратная сторона мести или Не называй меня "детка"

Швейцария, отель 5 звёзд, следующий вечер Мы сидели в огромном номере Родригеса, у открытого балкона с видом на Альпы и живописный закат. Продюсер довольно потирал руки. - Друзья мои, я несказанно счастлив от того, как вы начали относиться к своей работе! Все прилетели вовремя, не поругались, не подрались, не убили друг друга, мирно заселились в один отель… - Спасибо, что один номер на всех не снял, - проворчал Дитер, усмехаясь. Родригес проигнорировал замечание Болена, продолжая разливаться соловьем: – У нас шикарная программа: сегодня отдыхаем, завтра в полдень интервью, вечером шоу, на следующий день еще два интервью, фотосессия и вечером самолет обратно. - А в Альпы не поедем? - голосом капризного ребенка протянул я. - В Альпы с Норой поедешь. Мы сюда работать приехали, не гулять. Завтра я вас подниму с самого утра. - Как долетели? - спросил нас Дитер. - Гроза надвигается. - Чуть не умер со страху, - признался я. - Грозовой фронт совсем рядом был. Мы даже приземлиться сразу не смогли, два круга налетали. - Они оба тряслись так, что самолет вибрировал, - заметил Гвидо, с любовью глядя на свою девушку. - Трусишки, - улыбнулся Дитер. В номере я разобрал вещи, не торопясь принял душ, смывая страх после перелета, переоделся в короткие шорты и футболку с Чипом и Дейлом. Посмотрел в окно, любуясь видом на горы. Стук в дверь. В номер заглянул Дитер, одетый в джинсы и белую майку. - Не помешал? - Проходи, - пропустил я искусителя. Дитер оглядел номер. – Такой же, как у меня. Я пожал плечами. Дитер улыбнулся. – Я конфет принес. Прилетел еще утром и успел купить. Швейцарские, вроде, вкусными считаются, - он протянул огромную коробку шоколада. - Хорошо, что без цветов, - засмеялся я. Дитер фыркнул. – Хотел еще шампанского прихватить, но вспомнил, что ты буйный становишься, и не рискнул… Я забрал конфеты. Дитер внимательно окинул меня взглядом и показательно облизнулся. – Просто охренительно выглядишь! - Соблазнять будешь? – я с удовольствием увидел на брутальном лице смущение. - А ты смелый, оказывается, - Дитер удивленно осматривал меня, словно впервые увидел. – Я в последнее время тебя с трудом узнаю. И все больше обалдеваю… Я молча сел на диван. Дитер уселся рядом, положил свои ладони на мои руки. – Томас, что происходит? Я понимаю, что ты меня позлить хочешь или мстишь. Но мне кажется, ты сам увлекся… Я смутился. – Может быть, ты наконец меня достал приколами? Дитер сверкнул голубыми глазами. – Я ведь и раньше прикалывался точно также, но ты никогда не давал мне повода... Он замолчал, закусил губу. Я быстро отвёл взгляд от его лица. – А если у меня терпение кончилось? - Это у меня терпение уже кончилось! Он повалил меня на диван, устроился сверху, прикоснулся губами к щеке. Я шутливо отмахнулся. – Дитер… Ты чего сразу-то! - Не строй из себя монашка! Я теперь знаю, ты совсем не прост! Дитер уселся на моих бедрах, стянул майку со своего мускулистого торса. Я смотрел во все глаза, ощущая, что от вида его наготы у меня сейчас наступит эйфория, а Дитер дернул за молнию на своих джинсах. - Ди... Не торопись… Я провел по его рукам, перешел на плечи, изучая, очаровываясь все больше силой и рельефом - тем, чего так не хватало самому. Погладил по груди, ущипнул за соски, которые тут же среагировали, а Дитер тихо охнул и поддался ко мне, слишком откровенно потерся джинсами, от чего по нервам прошла первая волна возбуждения. От неожиданности я закрыл глаза, почувствовал, как Дитер пробрался руками под футболку, точно также как я, гладя меня изучающе... Но черт побери, какие же у него сильные руки! И почему я так реагирую-то?! Я просто умирал от прикосновений, а ведь мы еще ничего не делали. Он стащил с меня футболку и шумно выдохнул. - Ты прекраснее, чем я себе представлял. Стук в дверь раздался, как раскат грома. Я дернулся, Дитер удивленно поднял брови. - Эй, Томас! - я услышал голос Родригеса. - Чего это он про тебя вспомнил? - одними губами спросил Дитер. Я выполз из-под Болена, подошел к двери, несколько раз глубоко вздохнул, выравнивая дыхание, и почти спокойно отозвался: - Луис? Тебе чего? - Ты не откроешь? Какой наглый продюсер. - Не открою. Я после душа голый! Дитер улыбнулся, слез с дивана и не торопясь начал стягивать с себя джинсы вместе с трусами, полностью обнажаясь. - Томас, я не буду на тебя смотреть, - не унимался Луис. - Говори, чего надо и проваливай. Я устал! Я закусил губу, увидев, как бесстыжий блондин медленно провел рукой по возбужденному члену, сжал его у основания, пальцами другой руки погладил головку, прикрыл глаза. - А ты не знаешь, где Дитер? - вдруг спросил за дверью продюсер. - Знаю, блин! Он передо мной стриптиз исполняет! – выпалил я. – Родригес, ты охренел?! Отвалите все от меня до завтра! Дитер сложился пополам, зажимая рот руками. Я прислушался к сопению за дверью, потом услышал шаги. Тишина. Я выдохнул и посмотрел на Дитера. Он смеялся, сидя на ковре. Нереально возбуждающее зрелище - загорелый голый Болен, беззвучно хохочущий, такой… другой. Я спустился на пол, пополз на ковер, выгибаясь поясницей, наблюдая, как расширились светлые глаза, как налитой член прижимался к животу. - Буду над тобой издеваться! - я решил оторваться по полной, толкнул Дитера, заставил его откинуться, опереться на локти… Прямо перед своими глазами увидел напряженный орган, облизнулся, посмотрел на Дитера. Тот, не отрываясь, таращился на меня, и в глазах застыло изумление. - Томас, - хрипло спросил он. – А почему ты облизываешься? - Никогда не видел так близко, - прошептал я. Желание прикоснуться руками и даже… губами было невероятным. «Да ты извращенец!» - дьявольски захохотал внутренний голос в голове. Я потряс волосами, заметил, как они касаются обнаженных ног Дитера, не отдавая себе отчета, высунул язык и медленно провел по выступающим венам на члене. Кожа оказалась нежной и горячей. Я облизал головку, обхватил ее губами, почувствовал вкус… странный... «Бля, что я делаю?!» - возникла шикарная мысль в затуманенном мозгу. Взглянул на Дитера. Он закусил губу, часто дышал. Зрелище потрясающее. Я поцеловал головку, отстранился. - Дитер, - сказал я, хищно улыбаясь. – Проси прощения… - Томас, прости меня, – тут же отозвался Дитер, сожмурившись. – Прости за все, я дурак, дурак, сто раз дурак, прости меня за всё, умоляю! Прости. Прости. ПРОСТИ!!! - он почти провыл последнее слово, раздвинул ноги. - Прощаю, - великодушно оценил я порыв, хотя сам дрожал от возбуждения. У Дитера были закрыты глаза, и он не видел, в каком состоянии я находился. Желание продолжить дальше пересилило, я осторожно сомкнул пальцы на основании члена, языком прошелся по стволу до головки, снова обвел ее по окружности, потеребил языком уздечку, вызвав громкий стон у Дитера, прислушался к своим ощущениям. Возбуждение, восторг, адреналин, все вместе смешалось в дьявольский коктейль. Подвигал рукой вверх-вниз по стволу, одновременно попробовал заглотить поглубже. Черт, это оказалось не так-то просто! Чуть не подавился, но не остановился, сменил угол, приноровился немножко, нашел ритм. Пошевелил языком, щекоча чувствительную головку. Дитер выгнулся, застонал в голос, хрипло, раздвигая длинные ноги. Его голос заводил меня неимоверно, заставлял двигаться быстрее, продвигать член глубже в горло. Восторг от происходящего заполнял, в паху горело и скручивало спазмами, а Дитер вдруг простонал: - ДА! Черт вот так, да! Еще, еще! Его член запульсировал, словно увеличился в размерах. Не переставая двигать рукой, я отстранился как раз в тот момент, как он излился струей белой вязкой жидкости. Дитер продолжал стонать и содрогаться, а я смотрел на него, как завороженный, когда вдруг почувствовал, что волна наслаждения накрывает и меня, не сдержал стона и так же, как Дитер, выгнулся, ощущая собственный оргазм, удивляясь и офигевая от этого… Дитер полулежал в той же позе и смотрел на меня. Я потянулся к дивану, взял коробку с конфетами, начал открывать, закусив губу. - Томас, - наконец сказал Дитер. – Я охреневаю. Я молча открыл коробку, внимательно изучил содержимое, выбрал себе конфету. - Ты меня слышишь? – спросил Дитер. Я наконец посмотрел в его глаза - они снова стали голубыми, веселыми и удивленными. - Я слышу. Ты охреневаешь. Я тоже. Я засунул конфету в рот, зажмурился, взял еще одну, потянулся к Дитеру. - Попробуй. Дитер послушно взял конфету, посмотрел на меня, притянул к себе. – Сегодня самый лучший день в моей жизни! Я усмехнулся. – Уверен, ты представлял все совсем по-другому. Дитер кивнул и вдруг засмеялся. – Да, только я думал, все будет хуже. Я буду долго тебя уламывать, ты будешь лить слезы о своей поруганной невинности, ну и прочий романтический бред… - У тебя обо мне такое впечатление? - И не только у меня. А теперь я, честно говоря, даже сомневаюсь в твоей… хм невинности. - Это имеет какое-то значение? – я поднял бровь, разговор меня занимал. Дитер почему-то смутился. - Нет. Я потянулся за конфетами, а потом лукаво посмотрел на Дитера и засмеялся: - Ты такой странный сегодня. Не подкалываешь. - Я тебе нравлюсь? Я облизал шоколадные пальцы: – Очень. А ты не заметил? Дитер наконец рассмеялся и пришел в себя: – Да, здорово ты меня… И главное - неожиданно. Прости меня, детка, еще раз. - Не называй меня детка, черт побери! Или я отправлю тебя из номера, будешь с девицами трахаться! - Многообещающе, - задумался Дитер. – То есть если я останусь… - Заткнись, - посоветовал я. – Или я передумаю. И, может, оденешься? - Ни за что, - помотал головой Дитер. – А ты, может, разденешься? - И правда, - я кивнул. – В мокрых шортах вообще не айс. - Ээ? - настало время Дитера поднимать брови. - Мне очень понравилось, что я с тобой делал, - пояснил я. Почему же я не смущаюсь?! Ведь еще месяц назад от всей этой ситуации я бы отчаянно краснел и, скорее всего, блевал. – И кстати, я делал это в первый раз. - Нереально, - пробормотал Дитер, а я повернулся, вытащил из шкафа чистые шорты, стянул сырые, переоделся. Вот так, стоя перед Дитером, оголился и медленно натянул на себя одежду. Дитер застыл с конфетой в руке. - Я, бля, честно хренею, - выдал он. - И я думаю, ты меня на что-то разводишь. На что, Томас? Прощения я уже попросил. - А ты не думаешь, что я просто… - и не договорил. - Не знаю. Наверное, пока нет, не думаю,- Дитер криво усмехнулся. – Я почти год чувствую твою неприязнь. С чего вдруг перемены? Скажи, Томас. Это мешает мне быть собой. Он был искренен. Он был взволнован. Он смотрел на меня ласково, в его глазах читалась печаль. Он очень мне нравился таким. Я подошел поближе, посмотрел в его лицо, хотел что-то сказать, но продолжал молча разглядывать. За окном раздался гром, перекрывая шум сильного дождя. Я вздрогнул. Дитер наконец улыбнулся: – Неужели боишься грозы? - Нет, - неубедительно прошептал я. Сверкнула молния, ударил гром. Гроза была над нами. Я неконтролируемо взвизгнул и оказался в объятиях Дитера, который воспользовался минутной паникой и притянул меня поближе, сажая к себе на колени. - Наконец я тебя узнаю, - продолжая улыбаться, он погладил меня по лицу. – В моем представлении ты можешь бояться грозы… - Ага, а еще темноты, змей и маньяков, - добавил я, прижимаясь к теплому Дитеру. - И пауков, - добавил он. Бррр… я вздрогнул. Он засмеялся, прикасаясь тёплыми губами к волосам. Это оказалось так приятно и так странно смешивалось со страхом, который я и правда испытывал, слушая грозные раскаты за окном. Дитер почти невесомо провел губами по шее, и от этого почему-то стало щекотно в животе. Потом он переместил свои руки на грудь, обвел пальцами соски по окружности, и вдруг припал к левому ртом, слегка втягивая и покусывая. Меня подбросило, в глазах потемнело, а из-за мгновенной эрекции потянуло в паху. Кажется, я застонал. Дитер быстро подхватил меня на руки, понес в соседнюю комнату, положил на кровать, стянул шорты, улегся сверху. Окна в комнате были закрыты шторами, грозы не слышно, а темнота явно помогла мне расслабиться. Дитер наконец стал самим собой, вернее, я втайне надеялся, что он такой: он начал сильно тискать меня, сжимая и пощипывая, чуть прикусывая и засасывая кожу так, что я скоро весь горел под его губами, от его грубых ласк растерял остатки самообладания, извивался и тихо стонал, хотя хотелось кричать в голос… Дитер резко отстранился, перевел дыхание, оскалился. - Я так сильно хочу тебя. Я ждал этих слов, но не думал, что они так подействуют - я неожиданно выгнулся под его руками и признался: – И я хочу тебя, Дит… Дитер улыбнулся, чмокнул меня в нос, сполз с постели, мгновение спустя оказался опять рядом, держа в руках свои джинсы. Покопался в карманах, выудил маленький тюбик и упаковку презервативов. В голове пронеслись слова Гвидо: «Без смазки и кондома даже не думай ему отдаваться…» Я почувствовал, что краснею. - Наконец ты смутился, - констатировал Дитер, внимательно смотря в лицо. - А то твое невозмутимое нахальство сбивало меня с толку. - А твоя подготовленность заставляет задуматься, - отбился я. Дитер засмеялся, прошептал жарко: – Выкинь все мысли из своей прекрасной головы. В ближайшее время они тебе не пригодятся. Он быстро повернул меня на бок, спиной к себе, скользкими от смазки пальцами обхватил член, подвигал вниз-вверх, восстанавливая эрекцию, и направился дальше, раздвигая ягодицы, коснулся сжатого колечка мышц, пощекотал. Меня подбросило. Никогда и никто не трогал меня там… Я был готов к странным ощущениям, но когда его палец проник внутрь, то сдавленно охнул и закрыл глаза. Не просто странно, а очень странно! Дитер легко укусил меня за плечо, жарко подышал в ухо. - Признайся, Томас, у тебя еще не было мужчины. Я глубоко вздохнул, всеми клетками чувствуя движения внутри себя. - Не было, конечно. - Я чувствую. Ты дико узкий. Ты очень сжимаешься. Расслабься, пожалуйста. Тебе будет хорошо. Дитер коснулся языком моего уха, провел по мочке, легко пососал… Наслаждение шумной волной пробежалось по позвоночнику, а потом словно разбежалось двумя ручейками - скрутилось в водоворот внизу живота и… там, где Дитер шаловливо двигал пальцем. От неожиданности я застонал, прогнулся в пояснице, притянул ноги к груди, почувствовал, что Дитер осторожно прибавил еще один. Ощущение заполненности стало нереальным. Я потерялся во впечатлениях, от новых движений начал плавиться мозг, в то же время дискомфорт не давал мне расслабиться. - Какой ты тугой, - чуть не простонал Дитер. – Разожмись, детка. Я не хочу причинять боль. Он снова поцеловал меня в ухо, потом прикусил кожу на шее. Наверное, синяк останется… Я немножко привык к движениям, но когда он вдруг сделал внутри что-то неуловимое, меня словно тягуче и сладко сжало и отпустило, на грани предчувствия эйфории. Я дернулся, застонал, насадился на пальцы, пытаясь повторить ощущения. Дитер куснул меня за шею, еще раз вошел пальцами, задевая комок нервов внутри, еще, еще… Я изогнулся, прижимаясь к нему сильнее, чувствуя приближение волны удовольствия… Но Дитер не согласился с таким развитием событий, он резко вытащил пальцы, поставил меня на колени и локти, прижался сзади возбужденным членом. - Подыши детка, рано кончать. Мы еще не начали. Я не успел ничего ответить и отдышаться, когда почувствовал, как горячая головка прикоснулась к месту, где раньше были пальцы. Дитер нажал мне на плечи, заставляя выгнуться сильнее, и вошел. Медленно, но уверенно. Боль… Боль… БОЛЬ. Как же больно! Я закричал, подался вперед, интуитивно пытаясь соскочить с распирающего меня органа и избавиться от резкой боли. Дитер зажал мне рот рукой, другой крепко обхватив за талию, прижал к себе. - Тише, детка, тише, - он поцеловал ласково, успокаивая. - Потерпи немножко, я уже внутри. Сейчас будет легче. Я доведу до такого оргазма, какого у тебя никогда не было. Доверься мне. - Больно, - я всхлипнул. - Знаю, - Дитер убрал руку, погладил меня по лицу. - Расслабься, не сжимай меня, будет лучше. Он не торопился, просто гладил по плечам и целовал, давая успокоиться и привыкнуть. Привыкнуть было сложно, хотя резкая боль от проникновения скоро прошла. Я глубоко вздохнул и немного расслабился. Дитер, видимо, почувствовал, и медленно начал двигаться. Но это была уже другая боль. Боль, смешанная с наслаждением. Боль, которую я ждал всю жизнь - она подстегивала и невероятно возбуждала. Я чуть не засмеялся от счастья, что нашел эту сладкую боль, и застонал, сильно поддаваясь к Дитеру. - Неужели уже привык? - удивленно спросил Дитер. - Кажется, да. Мне хорошо, Ди, - от его движений говорить было сложно. С каждым толчком меня охватывала волна нервной дрожи. Он входил глубоко, ритмично, ускоряя темп, четко, даже музыкально, и я ощущал, что скоро в голове зазвучит та мелодия, которую вдалбливал Дитер. Боль в тандеме с удовольствием заставляла стонать и, словно похотливая кошка, выгибаться ему навстречу. Он ускорил темп, вцепился пальцами в бедра, вколачиваясь уже по полной амплитуде, хрипло дыша, доставляя нереально сильные ощущения, которые сложно сформировать в слова и, вдруг слегка изменив угол, задел чертовски чувствительную точку внутри и продолжал бить прямо туда, отчего я уже вскрикнул, задохнулся от накрывающего невероятного, острого, небывалого оргазма, растворился в нем, желая, чтобы это длилось вечно… Слышал отголосками слуха и сознания, как Дитер, прижимал меня к себе, переживая свою волну наслаждения… За окном затихала гроза. Дитер валялся на кровати, растянувшись во весь свой немаленький рост. Я помотал головой, приходя в себя. Дитер улыбнулся: - Ты живой? - Назовешь деткой – выгоню, - я облизнул пересохшие губы. - Не буду, детка, - заверил Дитер и погладил меня по щеке. - Ты просто невероятный. - Да… - пробормотал я. – От этого сдохнуть можно. У меня никогда не было такого… финала. Дитер усмехнулся. – И у меня. - Да ладно, - я приподнялся на локте и посмотрел на него. – Не рассказывай, что у тебя это впервые. Мы слишком хорошо справились. Дитер засмеялся. - Я этого не говорил. Только я никого так долго не хотел, как тебя, Томас. И я уже отчаялся получить тебя. Пару раз был близок к тому, чтобы взять тебя силой. - Было бы интересно… - мечтательно протянул я. Дитер удивленно присвистнул. – Я, кажется, понял. Мазохистские игры любишь? Для первого раза ты слишком быстро пережил боль и начал кайфовать. - Наверное, - я посмотрел в веселое лицо Дитера. - Как-то не задумывался раньше. И… мне понравилось. - Хочешь еще? - Не сейчас. Дитер потянулся. – Пойдем в душ? - Вместе? - А что тебя смущает? Я сполз с постели. – Только если будешь хорошо себя вести. Дитер засмеялся, поднял с пола использованную латексную резинку и не спеша направился за мной. В душе, стоя под теплыми струями ароматной воды, мы не сдержались и начали ласкать друг друга, рассматривая, словно знакомясь вновь. Целовались мокрыми губами, прижимались бедрами, чувствуя новую волну возбуждения. Руками довели друг друга до ослепительной разрядки. Почти не вытираясь, вышли из душа, съели конфеты, включили телевизор и под какой-то странный фильм о китайской топ-модели (даже, кажется, детектив) быстро заснули. Пробуждение началось с легкого поцелуя в висок и щеку. Я поморщился и сонно спросил, не открывая глаз: - Уже пора вставать, дорогая? - Ни за что, дорогой, - ответил мне мужской, хорошо знакомый голос. Я резко открыл глаза, в полумраке рассветной комнаты увидел перед собой Дитера Болена. Он улыбался. - Спи, еще очень рано. Я пошел к себе, - он прикусил меня за мочку уха и прошептал. - Я от тебя с ума схожу, детка. Он легко поднялся с кровати, вышел из комнаты. Я услышал, как щелкнул замок. Слегка недоумевая, помотал головой и снова провалился в блаженный утренний сон. В следующий раз пробуждение было менее приятным. Звонил внутренний телефон - настойчиво, нагло, из чего я, даже едва проснувшись, сделал вывод, что это Родригес. Игнорировать продюсера не имело смысла, таким образом он мог названивать по полчаса. - Ну и чего надо? - не тратя слов на приветствие, спросил я вредную трубку. - Томас! - взвыл Луис. – Ну как можно так дрыхнуть? Завтрак проспал! Через два часа ты должен быть готов улыбаться, позировать и изъясняться внятными фразами! Давай, приходи в себя, звезда! Я отправил к тебе Гвидо. - Зачем Гвидо? – удивился я. - Для скорости! В дверь номера деликатно постучали. Я медленно сполз с постели, накинул белый халат, ответил Родригесу: - Он уже бьется в мою дверь, - бросил трубку, обреченно пошел открывать. Гвидо был свеж, как майское утро, зашел в номер, прикрыл за собой дверь, с интересом осмотрелся. - Доброе утро, - вздохнул я. - Потерял кого-то? Друг внимательно посмотрел на меня. - Ты что, правда только что проснулся? - Ну да, - я сладко потянулся. - Гроза была… вчера. Ты знаешь, я не люблю. Заснул, только когда она прошла. Гвидо засмеялся. - Да, я вижу. Гроза не прошла бесследно. Похоже, своими молниями она наставила синяков на твоем нежном теле! Я посмотрел на себя в зеркало. Мда… губы покусаны, на шее синяки… Я поплотнее запахнул халат, подозревая, что плечи и бедра выглядят еще более вызывающе. Внезапно воспоминания вчерашнего вечера накрыли меня, я сильно закусил нижнюю губу, закрыл глаза, глубоко дыша, и прислонился спиной к стене. Гвидо покачал головой. - Интересно, Бернд, как ты объяснишь свой вид гримеру? Глория обязательно все расскажет Норе. - Гвидо! - взвыл я. - Ну зачем ты сейчас об этом говоришь, а? - Чтобы настроение твое испортить, - Гвидо серьезно посмотрел на меня. – Болен за завтраком был в нереальном ахуе. Ржал, прикалывался и закатывал глаза. Но он не ночевал в своем номере, и эйфория его вполне объяснима. А вот ты с какого перепугу такой очарованный? Почему после страшной грозы и одинокого вечера перед телевизором у тебя такой вид, словно ты пережил брачную ночь? Я пожал плечами. Ответ Гвидо не ждал. - Пошел в душ, - я оставил друга осматриваться, а сам был рад хоть немного прийти в себя и подумать, прикрываясь необходимостью освежиться. Меня ждал жаркий день: планировалось интервью, телешоу с выступлением и фотосессия, и все это время придется делать вид, что я едва переношу Дитера Болена, огрызаться на его приколы и презрительно улыбаться. Я совершенно не знал, как теперь себя с ним вести и, что волновало меня еще больше, как он будет вести себя. Пережитый секс перечеркнул все, что я раньше думал и испытывал к этому человеку. «У меня был секс с Дитером!» - повторил я себе, стоя под душем, закрыл глаза и тут же память охотно показала мне картины прошедшей ночи… Реакция организма оказалась мгновенной, я даже удивился, как быстро мог возбуждаться. Пришлось чуть задержаться под струями воды. Но хоть в голове немного прояснилось. Гвидо стоял у окна и задумчиво смотрел на горы. - Ты остался без завтрака, - заметил он, когда я с включенным феном остановился перед зеркалом. Я ничего не ответил, пытаясь привести голову в порядок. Потом покопался в сумке и радостно вытащил большой косметический набор, подсунутый женой. - Да ты подготовился, - прокомментировал Гвидо, усмехаясь. - Не уверен, что получится замазать шею, но легкий макияж придется нанести, - вздохнул я. - Швейцария не переживет, если я буду не в форме. В коробке с косметикой оказалась подробная инструкция от жены, чем и как пользоваться. «Она меня за идиота принимает, - подумал я иронично. Все-таки надо обладать большим нахальством, чтобы нанести полноценный сценический макияж без опыта. А с тушью для ресниц и блеском для губ я справлюсь и без ее советов. Гвидо внимательно наблюдал за тем, как я тональником пытаюсь замазать следы бурной ночи. - Все равно видно, - заметил он. - Для фотосессии сойдет, но команда заметит. - Ладно, - я сдался. - Замаскирую другим способом. Изначально я планировал другой вариант одежды, но теперь надо было как-то спасать свою репутацию. Посвящать продюсера и команду в любовные подвиги я не собирался. Хорошо, что у меня оказалась черная водолазка, я надел ее с голубыми узкими джинсами и ярко-синим коротким пиджаком. Гвидо кивнул. - Молодец, выкрутился. - Сейчас глаза накрашу и можем идти. Я плюхнулся на стул перед зеркалом и чуть не подскочил от внезапной боли. Гвидо хитро улыбнулся. - Неужели задница болит? - Болит, – я поморщился непроизвольно. - Но меньше, чем я думал. - Ты точно чокнутый, - кратко резюмировал Гвидо. Я был с ним согласен. Через полчаса я был совсем готов, нереально красив и сексуален, и сумасшедший день начался. Боже, я даже не представлял себе, как это будет сложно! Мне приходилось контролировать каждое слово, каждое движение, чтобы не выдать ни своей боли, когда я раскованно падал в кресло и закидывал ногу на ногу, ни своих эмоций… Последнее оказалось труднее, ведь ощущая рядом с собой веселого, счастливого и правда точно пьяного Дитера Болена, фонтанирующего приколами, мне хотелось только одного - остаться с ним вдвоем… Гвидо корчил гримасы и толкал при возможности ногами и локтями. А после первого интервью я сам пришел в себя. Дитер откровенно хамил и издевался надо мной, как раньше, но сегодня я вдруг разозлился и стал огрызаться. Настроение было испорчено, на фотосессии мы уже чуть не ругались, и на сцену телешоу вышли как всегда, в состоянии тихой войны. Меня успокаивала только одна мысль - сегодня вечером я запру дверь номера, и пусть Болен хоть сдохнет на пороге… Поздно вечером, измотанный физически и морально, я послал всю команду подальше, закрылся в номере и надолго залез в ванну, успокаиваясь, наслаждаясь покоем и одиночеством, пытаясь отогнать все мысли подальше. В конце концов, понимая, что могу заснуть и утонуть, вытащил себя из ароматной пены и решил спокойно завалиться спать. Стук в дверь. - Может, пустишь пожелать спокойной ночи? – спросил из коридора Дитер Болен. Я улыбнулся. - Уходи. Я сплю уже, - стараясь, чтобы голос звучал спокойно, ответил я. - Ты один? - поинтересовался Дитер. Я засмеялся и отправился в другую комнату, вышел на небольшой балкон, вдохнул свежий воздух Альп, увидел подозрительно тусующийся у входа в отель народ с плакатами и быстро вернулся в комнату. И откуда фаны всегда знают, в каком отеле мы остановимся? Свалился на постель, включил телевизор, опять наткнулся на вчерашний китайский фильм. Решил переключиться на другой канал, потянулся за пультом и вдруг услышал шум на балконе. Шестой этаж, балконная дверь открыта. Я спрыгнул с кровати и отскочил к выходу, готовый в любой момент выбежать в коридор. Геройствовать я не собирался, предупрежденный продюсером о большом количестве неадекватных людей, охотящихся на звезд. - Не стреляй, детка, - донесся с улицы знакомый голос, и в комнате появился Дитер, запирая балконную дверь. Я выдохнул и сполз по стене на пол - Вот скотина… - я закрыл глаза. - Как ты меня напугал!!! - Я соскучился, детка, - весело ответил Дитер, подходя поближе и поднимая меня с пола. - И я очень переживал, что тебе будет одиноко спать. Страх медленно отпустил, и я начал злиться. - Болен, какого хрена?! Сначала ты издеваешься надо мной весь день, потом лазишь по балконам! Ты мог упасть! Тебя могли увидеть! У отеля тусовка наша, не заметил? - Я заметил, они меня нет, - улыбнулся Дитер, прижимая меня, негодующего, к себе. - Тебя что больше беспокоило, что меня увидят или что я сорвусь? - Дурак! - всхлипнул я, вдыхая его запах и непроизвольно прижимаясь к нему. - Ты такой красивый, когда злишься… - Дитер легко поцеловал меня в волосы. – И такой… ммм… душистый! Я почувствовал, как в голове помутилось, и дрожь предвкушения прошла по спине. «Кажется, с ним я становлюсь похотливой сучкой...»- невесело подумал я. С самим собой мне удавалось быть откровенным. Я закрыл глаза. - Я так устал сегодня. Это оказалось совсем не просто - ругаться с тобой и слушать оскорбления. - Ты хочешь, чтобы я изменил свой стиль? - так же тихо спросил он. Я вздохнул. - Наверное нет. Просто... все стало по-другому. - Поверь, детка, мне тоже было нелегко. Ты такой соблазнительный в своих узких штанишках. Чертовски хотелось поиметь тебя прямо на телешоу. Я засмеялся, представив эту картинку. Дитер улыбнулся, поцеловал, сразу проникая языком… Наконец все встало на свои места. Возбуждение накрыло, когда он, сбрасывая с меня халат, провел словно наэлектризованными руками по груди и спине, обнимая, прижимая… Собрав остатки самообладания, я потянулся, щелкнул выключателем. - Не хочу, чтобы нас засекли с улицы, - прошептал я в темноте, почувствовал улыбку Дитера, обнял его за сильную шею, поцеловал упрямые скулы, провел языком до подбородка. Дитер еле слышно застонал, легко поднял меня, бросил на постель, лицом вниз, уселся сверху, прижал руками плечи, поцеловал шею, щекоча жесткими прядями и, глубоко вдыхая, целуя и прикусывая кожу, пополз от плечей вниз, по лопаткам, по спине… От таких прикосновений рвало мозг, я вцепился пальцами в покрывало, закрыл глаза, удивляясь его фантазии и своим богатым эмоциям. Дитер оказался виртуозным любовником, внимательным, страстным и нежным, вот уж никогда не думал… Поток моих приятных мыслей неожиданно прервался, потому что Дитер, потершись щекой о поясницу, вцепившись в бедра, поставил меня на колени… В полном оцепенении я почувствовал, как его язык скользит между ягодиц и… ЧЕРТ ЧТО ЖЕ ОН ДЕЛАЕТ?! Вчерашняя гроза полыхнула в моей голове, молнии заметались перед глазами, а в ушах раздался гром. Я даже не знал, как это называется… Обалдевшее тело содрогалось от наслаждения, и я чувствовал очень, очень горячий язык, который, словно раскаленная кисточка, дотрагивался до сжатого колечка мышц, щекотал, слегка проникал… Боже, удовольствие нельзя описать словами, я охрип от стонов и совсем потерялся в эмоциях, понимал только одно - сейчас меня накроет… И когда Дитер обхватил мой напряженный член рукой и уверенными движениями начал скользить вверх-вниз, я почти сразу оторвался от реальности, забился, переживая фантастический, чуть ли не с цветными бабочками, оргазм. Совершенно оглушенный, я перевернулся и посмотрел в глаза Дитеру. Он молчал, перебирая мои волосы. Он был еще одет и очень возбужден. Он облизывал губы и чуть только не рычал. Я понял, что меня ждет вторая серия, и зажмурился от предвкушения. - Ди… трахни меня, - я с ужасом услышал свои слова. Кто это сейчас сказал, неужели я? Дитер крупно вздрогнул, а я быстро начал расстегивать пуговицы его рубашки, сдернул ее нетерпеливо, добрался до брючного ремня, залез в карманы, вытащил уже знакомый лубрикант и презерватив, сам надорвал упаковку. Дитер моментально стянул с себя джинсы, остался голым. - Я сделаю все, что ты хочешь, - коварно улыбаясь, прошептал я. Мне очень захотелось отдаться ему, на грани рабской покорности. Дитер хищно отзеркалил улыбку, кивнул, показывая на тюбик и презерватив. - Тогда помоги мне. Я послушно натянул резинку на его подрагивающий от нетерпения член, выдавил на пальцы немного прохладного геля, плавными движениями прошелся по стволу. - Хорошо… - Дитер прикрыл глаза, потом приказал. – Ложись на спину. Ноги к груди подтяни. И разведи пошире. Легко улыбаясь, я исполнил его приказ, а приняв позу, понял, что сам опять возбужден. Дитер застонал. - Томааас… Я сейчас кончу только от того, как ты выглядишь! Он отбросил тюбик со смазкой, и ввел в меня сразу два пальца. Я глубоко вдохнул, но не позволил себе сжаться, ощущал, медленно дурея, как заполняется движением такое тесное пространство. - Поиграем? - осведомился Дитер. Он был на грани. - Ты ведь желаешь… боли? - Да… - простонал я, тут же почувствовал сильное вторжение, с губ непроизвольно сорвался крик… Но на этот раз дергаться я не стал, наоборот, попытался шире развести ноги и максимально раскрыться. Дитер сразу начал двигаться по всей длине, глубоко, резко, так больно и так… волшебно. Он смотрел, как погружается в меня и выходит, кусал губы, а я от его вида возбуждался еще сильнее. - Еще, Ди, еще! Глубже, глубже! - неужели это я кричу?! Дитер зарычал, упал на меня, заставив меня скрестить ноги на его шее и вошел под другим углом так глубоко, задевая тайную эрогенную область внутри, что я на мгновение ослеп от сверкающих перед глазами мушек, а он быстро вколачивался в мое тело, доводя себя и меня до фантастической разрядки. Кончили мы практически одновременно. Меня скрутило спазмом ослепительного удовольствия, я закричал и сжался… Дитер застонал сквозь зубы, выгнулся, впился в мои губы, кусая, целуя, терзая… - Бля… что за хрень мы смотрим? - осведомился Дитер, показывая на телевизор. Там все еще шел навязчивый китайский детектив. Я откинул на спину волосы. - Лично я смотрю немецкое порно с обольстительным блондином в главной роли! Дитер засмеялся, потянулся ко мне, поцеловал. - Томас, ты классный, я так ошибался насчет тебя! - Ну да, - я лукаво посмотрел на него. - Ты с Родригесом меня обсуждал, типа я скучный в постели… Болен сокрушенно покачал головой. - Ты лучший. Мне кажется, я попал в мир своих эротических фантазий. И знаешь, теперь я уже не смогу без этого жить… - И я, - я прикусил губу. Дитер погладил меня по волосам, зарылся в них лицом. - Мы что-нибудь придумаем, обязательно. Это слишком… волшебно. - Нереально! - Просто катастрофа! Мы посмотрели друг на друга и засмеялись. Следующий день прошел на удивление мирно. Вечером, уставшие после двух интервью, встречи с фанами и автограф-сессии, мы всей командой погрузились в самолет. Дитер и Родригес сидели впереди, мы с Гвидо и его Лапулей сзади. - Надо же, - удивлялся Луис. – Наверное, будет метеоритный дождь. Томас с Дитером ни разу за день не поругались и сели вместе в лайнер! - Не говори пока ничего, - мрачно перебил его Гвидо. - Мы еще не долетели… Я улыбнулся, дождался взлета, снял кроссовки и уперся босыми ногами в переднее кресло. Между сидениями просунулась рука Дитера с листом бумаги. - Спасибо, меня еще не тошнит, - вежливо отреагировал я. Гвидо с Лапулей засмеялись. - Делом займись, - проговорил Дитер. - Что это? - заинтересовался я, взял лист, пробежал глазами текст и ноты. Новая песня. Под шум моторов я попытался прочитать и напеть свежее творение Дитера, потихоньку понимая, вспоминая ритм и темп, и, в конце концов, краснея… Постучал ногой по сидению впереди. - А почему «Lonely tears in Chinatown», Дитер? - Да так… кино китайское фоном шло. Тебя что-то не устраивает, детка? Я улыбнулся, пропел первую строчку новой песни и отозвался весело: - НЕ НАЗЫВАЙ МЕНЯ ДЕТКА, ИЗВРАЩЕНЕЦ!!!