Три момента вечности

https://www.flickr.com/photos/106005144@N05/sets/72157645001302700/ 30 сентября 1998 У них редко получалось выбраться куда-то вместе. Так складывалось, что отпуска у МакКоя и Спока никак не совпадали, и совместные поездки были скорее исключением из правил. Но безвылазно сидеть круглый год в Орландо было невыносимо даже для Леонарда, обычно ненавидящего перемены. И когда, наконец, звезды сошлись, и им удалось урвать пару свободных недель, времени для выбора места поездки особо не было… да и денег, на самом деле, тоже. Из всех доступных вариантов реальнее всего было провести короткие каникулы в Мексике, тем более, Джим был в восторге от этой идеи. Хотя Лен подозревал, что парню вообще плевать, куда ехать, лишь бы побыстрей сорваться с места. Сразу же было решено оставить их старенький шевроле, который не выдержал бы долгого путешествия по жаре, и взять машину на прокат. Джим настоял на кабриолете, конечно же, вызывающего красного цвета. И сколько бы Лен со Споком дружно не закатывали глаза, смотря, как Джим воркует с машиной, нельзя было не согласиться, что выбор был правильным. Встречный ветер отлично спасал от стоявшей духоты. МакКой понял их ошибку, как только они продвинулись глубже на юг. Грейсон не переносил жару, он перебрался на заднее сиденье и практически прекратил всякую активность. Он выглядел замучено и настолько жалко, что МакКой даже не мог злиться на него за такую неосмотрительность. Их путь лежал в Мериду, потому что Кирк сразу же заявил, что Мехико это банально, и все туристы съезжаются именно туда, а им непременно нужно было что-то особенное. Первые дня три в Мериде практически стерлись из памяти Леонарда. Они слишком замотались за этот год и погрязли в быту, поэтому стоило им только въехать в гостиницу, как Кирк тут же раздобыл четыре бутылки текилы. Собственно, в компании текилы и начос они и провели первое время, валяясь под вентилятором и наслаждаясь абсолютным бездельем. Правда, Спок, стоило ему только чуть привыкнуть к этой духоте, постоянно порывался отправиться на какие-то экскурсии и осмотр местных достопримечательностей. Когда их приличный номер в трехзвездочном отеле стал превращаться в обыкновенную мотельную комнату в Мексике с завешанными окнами и двумя вентиляторами, которые только и могли, что отгонять мух, стало ясно, что нужно что-то делать. И первым, как ни странно, не выдержал Джеймс. Выкинув все пустые бутылки, он стащил на ресепшене буклет о достопримечательностях, и следующий день было решено провести на воздухе. Вот только оказалось, что в Мериде и смотреть толком было нечего, разве что кафедральные соборы и монастыри. Но их они обошли очень быстро, и было решено на обратном пути сделать крюк: доехать до Чичен-Ицы, а затем развернуться и отправиться домой. И как бы Грейсону не было хреново, он горячо одобрил эту идею. Все-таки азарт исследователя в нем пересилил физический дискомфорт. Лен был не в восторге от этой идеи и настаивал, что лучше бы им всё-таки сразу поехать в Орландо, потому что, что бы там не говорил Грейсон, выглядел он, мягко говоря, неважно. – Эй, ну давайте хотя бы тако возьмем, я же не могу весь день одни фрукты есть! – как обычно начал Джеймс, растянувшись на заднем сиденье вместе со Споком, прикрывшем глаза и подставляющим голову прохладному ветру. – Фруктами, ты издеваешься? Джим, мы уже неделю питаемся только мексиканской едой. Почему вообще только я здесь помню о твоем гастрите? – Потому что ты врач. А тако это круто, – хмыкнул Кирк и наклонился вперед к водительскому сидению. – Останавливайся давай. – Черт с тобой! Если что, я предупреждал, – МакКой свернул к обочине, и стоило только машине остановиться, Джим вылетел из нее, а Грейсон принялся обмахиваться каким-то журналом. – Как ты, нормально? – сочувственно поинтересовался Лен, выходя из машины и открывая пассажирскую дверь. – Пошли, там вроде попрохладней, – он кивнул в сторону закусочной. – Я в порядке, если можно так сказать, – Спок благодарно кивнул и шагнул за Леонардом в спасительный полумрак помещения. Кирк уже расположился за стойкой, улыбаясь официантке, которая вовсю флиртовала с ним, наклоняясь через стойку настолько, что всему бару было видно, что скрывает глубокий вырез ее кофточки. Джим неотрывно наблюдал за девушкой, и Лен недовольно тыкнул его в бок, присаживаясь рядом. Тот недовольно покосился на друга и еще шире улыбнулся официантке. – Ты чего? Нам тут сейчас вообще-то скидку сделают, – прошипел Кирк, как только она отвернулась. – За красивые глаза что ли? – скривился МакКой. – И не только. Я вообще-то наш семейный бюджет берегу, а ты… Хм, или ревнуешь? – Джим хлопнул Лена по колену и почти сразу же переключил внимание на подошедшего Спока. Но тот лишь кивал в ответ, уходя от прикосновений и стараясь расположиться как можно ближе к вентилятору. Через несколько минут официантка принесла им заказ и снова попыталась покорить Кирка, но злой взгляд Леонарда тут же отбил у нее это желание. *** 2 октября 1998 Несмотря на то, что эти каникулы не оправдали всех ожиданий Спока, он не считал их провальными. В его планы не входили беспробудные пьянки при учете, что алкоголь он вообще переносил плохо… собственно, как и жару, от которой он страдал больше двух недель. Но нужно было ценить то редкое время, которое они проводили вместе, хотя и тут всё было не так гладко. На обратном пути в Орландо Джим с удовольствием вылакал бутылку, как он сам заявил, «последней мексиканской текилы в его жизни». И самым главным аргументом было то, что не ему выходить завтра на работу, так что сейчас он дремал на заднем сиденье, спрятавшись от закатного солнца под сомбреро, купленного на обратном пути. Они рассчитывали вернуться ещё утром, но из-за посещения Чичен-Ицу друзьям пришлось скорректировать планы, и домой они прибыли только к самому вечеру. Кирк уже давно заснул, а МакКой старался не вырубиться на последних километрах, практически всю дорогу он провел за рулем. Сам Спок хоть и порядком устал, но чувствовал себя лучше, чем во все предыдущие дни. Он плохо переносил жару, но за столько лет к флоридской погоде Грейсон адаптировался, а мексиканский зной и духота были для него невыносимы. Но сейчас они были, наконец-то, дома, и последнее, что Спок ожидал там увидеть, это Джоанну, сидящую на пороге с огромным чемоданом и Мэрилин возле ног. Лен, двигающийся на автомате, вышел из машины и, растолкав Джима, повел его к дому. Только когда собака с лаем бросилась к хозяину, он поднял глаза и, наконец, заметил дочь. – Джо… – МакКой удивленно уставился на девушку. – Что ты здесь делаешь? Мы вроде не… – Вас жду, – перебила отца Джоанна и тут же добавила. – Ты же сам говорил, что вы приедете первого числа ну или, в крайнем случае, второго утром. Я тут, между прочим, весь день проторчала! – Мне кажется, ты не поняла суть вопроса. Что ты вообще здесь делаешь да еще и посреди ночи? – спросил Леонард, одной рукой придерживая полусонного Кирка, а другой пытаясь открыть дверь. – Спок, черт возьми, не хочешь мне помочь?! – Все просто, я приехала на автобусе, – невозмутимо ответила Джо. Подошедший Грейсон не мог взять в толк, специально она провоцирует отца или действительно не понимает, что вызывает у Леонарда раздражение. – Кончай придуриваться! – вспылил МакКой. – Ну не стой столбом, Спок! Отведи Джимми наверх, а то он уже на ходу спит, – Леонард прошел в гостиную, кивком указывая Джоанне на кресло. – Садись, и давай все выясним по-нормальному. Во-первых, почему ты приехала к нам, ничего не сказав? И, во-вторых, куда вообще смотрит твоя мать, раз ты одна шатаешься по ночам не пойми где?! – Не пойми где? Я вообще-то в твоем доме, – все так же невозмутимо ответила девушка. – А с мамой поссорилась. И туда не вернусь. – О господи, – Спок уже был на лестнице, но прекрасно слышал усталый вздох друга. Пока разморенный Кирк пытался уговорить Грейсона поваляться с ним, с первого этажа доносились крики МакКоя. Судя по всему, он звонил своей бывшей жене, и разговор у них, как обычно, проходил на повышенных тонах. Грейсона всегда поражали отношения Леонарда и Джослин, даже спустя столько лет они обвиняли друг друга во всех грехах и были готовы придушить, но при этом регулярно созванивались. В основном, конечно, именно из-за Джоанны, с которой Спок столкнулся уже на лестнице. – Папа спать отправил. Сказал, утром разберемся, – ответила девушка на его вопросительный взгляд. Когда Грейсон зашёл на кухню, Леонард с грохотом бросил трубку и, развернувшись, нашарил в кухонном шкафчике виски. – Будешь? – он кивнул в сторону бутылки. – Разумеется, нет. Мне, как впрочем, и тебе самому с утра на работу. – И то верно, – хмыкнул МакКой и вразрез со своими словами плеснул виски в стакан. – Ты выяснил, что произошло? Джим спрашивал, а я ему даже толком не ответил ничего, – поинтересовался Спок, открывая окно и закуривая. – Видите ли, Джослин с Патриком приспичило жениться… ага, спустя десять лет. И что за мудак этот мужик, мало того, что сразу не сбежал так еще и захомутать себя дает? Ну да ладно, не суть. Они решили переехать в Ирландию, потому что «Патрик скучает по родине. Там его родители. В Европе ей будет лучше». Джо они тащат с собой, а она ни в какую. Ну, ты же знаешь, у нее сложный характер. Джослин с ней ругалась-ругалась, и все закончилось тем, что моя дочь хлопнула дверью и ушла из дома. «Ну, прямо вся в тебя», – подумал Спок, а вслух спросил: – И что мы теперь будем делать? – Блять, откуда я знаю, – разражено буркнул МакКой, опрокидывая стакан. – Джослин психует, говорит, что с такими выходками пусть едет к отцу. И что она не собирается менять свои планы. И, если Джоанна вернется, то они все вместе уезжают и без вариантов… Ну а Джо, естественно, обратно возвращаться не хочет. – Но, Лен, ты же понимаешь… – Грейсон запнулся, не зная как лучше сформулировать свои сомнения по этому поводу. Конечно, это дочь Леонарда, и она может приезжать к ним когда угодно погостить. Но не жить же здесь постоянно. Это же целый год, если не больше… Спок понимал насколько эти мысли эгоистичны, но, по правде говоря, у них в доме совсем не та атмосфера, в которой должен жить ребенок. И пусть Джоанне уже семнадцать, все их ссоры, пьянки и уж, тем более, бурные примирения явно не для нее. – Слушай, давай не будем всё усложнять. Разберемся завтра, я нормально поговорю с Джоанной, вдруг смогу ее переубедить… – без особой надежды вздохнул Леонард, вставая из-за стола. – Во всяком случае, мы все тут смертельно устали, такое ощущение, что отпуск вымотал меня сильней, чем двенадцать часов на смене. Пошли спать. В этом Спок был абсолютно с ним согласен и чувствовал себя так же. Завтра они разберутся… Попытаются разобраться со всеми проблемами, накопившимися за время их отсутствия, но для начала нужно как следует отдохнуть. *** 3 октября 1998 Джим проснулся за полдень и был счастлив, что ни Лена, ни Спока дома не было. Обычно, рабочие будни не доставляли ему особого удовольствия, потому как до самого вечера приходилось довольствоваться только компанией Мэрилин, друзья возвращались с работы порой ближе к ночи и слишком уставшие, чтобы еще и развлекать Джима. Но последние две недели они находились бок о бок круглые сутки, и это раздражало. Даже после десяти лет жизни вместе порой нужно отдыхать друг от друга. Вчерашняя бутылка текилы все еще давала о себе знать, и голова гудела от похмелья. Но времени валяться в кровати не было. За их отсутствие в доме скопилась куча дел: от пустого холодильника до полностью запущенного двора, в котором всё уже давно пожухло под палящим осенним солнцем. Но для начала нужно было раздобыть себе хороший завтрак, ну или хотя бы кружку крепкого кофе, чтобы взбодриться после практически двенадцатичасового сна. По привычке закутавшись в простыню, Джеймс спустился вниз. Навстречу ему выбежала Мэрилин и принялась радостно крутиться под ногами. Кирк не успел удивиться тому, кто же с утра пораньше забрал её от соседей, как его внимание привлек работающий в гостиной телевизор. Лен и Спок вообще пользовались им редко, разве что по вечерам Грейсон регулярно просматривал новости, а МакКой каждый раз порывался переключить на очередной бейсбольный матч. Все стало на свои места, когда пройдя вглубь комнаты, он обнаружил Джоанну, устроившуюся на диване с огромной миской хлопьев. – Эээ, Спок тебя убьет, если узнает, что ты ешь на его драгоценном диване, – Кирк кивнул девушке и сильней затянул простыню, чтобы она ненароком не сползла. – Неа, на меня он ругаться не станет. И, эээ, доброе утро, – Джо улыбнулась мужчине. – Ага, привет. Прости, я вчера слишком устал, чтобы тебя нормально встретить, – Джеймс неловко переступил с ноги на ногу, не зная, куда себя деть. – Ну да, «устал», как же. – Ты же понимаешь, – Джим прошел на кухню и не сразу нашел в кухонном ящике припрятанную пачку сигарет. – Сейчас же вроде как учебный год. Боунс не говорил, что ты приедешь. – А кто сказал, что я его предупреждала? – улыбнулась Джо, и, поднявшись с дивана, потянулась к пачке. – Эй, это еще что такое? – Кирк отдернул руку. – Можно мне сигарету? – ничуть не смутившись, попросила Джоанна. – Нельзя. И вообще, ты что, куришь? –удивился Джим. – Нет, просто подержать хочу! Здесь должна быть шутка про Фрейда, но думаю, обойдемся без нее, – не растерялась и съязвила девушка. Джим все больше и больше отмечал ее сходство с Леном не только во внешности, но и в характере. Что гораздо, гораздо хуже. – Отец в курсе? – Нет, и надеюсь, что ты его в этом вопросе не просветишь. Потому что Патрик один раз спалил, и мало того, что отчитал так еще и матери все рассказал. Наверное, Джим должен был тоже рассказать ей о вреде курения, отругать, но он прекрасно понимал, что, когда Боунс узнает, то сам устроит девочке такой разнос, что мало не покажется. Тем более, Кирк прекрасно помнил себя в этом возрасте, когда все слова взрослых воспринимались в штыки.… Хотя, конечно, невозможно сравнивать его годы в Айове с той благополучной жизнью, которая есть у Джоанны. – Ладно, возьми. Я, конечно, отцу не скажу, но ты это… осторожней, сама знаешь, у нас с этим стро… – Естественно, он же врач, как будто я не знаю, – перебила его Джоанна, забирая зажигалку из рук. – Может, теперь ты объяснишь нормально, почему ты приехала? – Джим неловко стянул валявшийся на диване банный халат и натянул прямо поверх простыни. – С матерью поссорилась. Они переезжают в хренову Ирландию. А мне там делать нечего. Всё равно скоро восемнадцать. – Ирландия это же круто, разве нет? – Издеваешься? – Джо скривилась. – Городишко в 13 тысяч человек и куча родни Патрика, которая постоянно косится на меня, потому что видите ли… – Ладно-ладно, понял. И насколько ты к нам? – На год, наверное. Вчера папа пытался возвратить меня домой, но с утра мы все обговорили, и он, вроде как, дал свое согласие. Завтра насчет школы поедем договариваться, в конце концов, у меня выпускной класс. – Классно, – Джим искренне обрадовался. – У нас тут не соскучишься. – Нууу да. Отец со Споком считают, что я еще маленькая и тут… хм, неподходящая атмосфера. – Тебе уже семнадцать и… – Вот только не надо говорить «я в твоем возрасте уже…». Я уже слышала все эти истории про пыльные дороги и ночевки в подворотнях. – Тебе уже семнадцать, и ты прекрасно осознаешь всю ситуацию. Всё образуется, ты привыкнешь, и мы тоже. Все равно, конечно, придется перекраивать наш уклад жизни. По крайней мере, я больше не буду выходить из комнаты в одной простыне. – Ооо, Джим, я благодарна, что ты вышел хотя бы в ней. – Не стоит благодарности, – Джим рассмеялся. – Ладно, заканчиваем дымить, а то Боунс учует. Сейчас придется комнату проветривать… И в следующий раз выходи во двор, ну или, на крайний случай, в кабинет Спока. Там постоянно накурено. Он кивнул в сторону комнаты Грейсона и, развернувшись, поплелся наверх, теперь, прежде чем заняться завтраком, стоит все-таки приодеться. В целом, к переменам он относился положительно. Но был абсолютно уверен, что друзья вчера долго спорили о сложившийся ситуации, пока он дрых наверху. Они были консервативны и слишком цеплялись за их устоявшийся быт. *** 5 ноября 1998 Леонард предпочитал не афишировать свою личную жизнь и уж, тем более, не посвящать в ее подробности бывшую жену, не говоря уже о дочери. Раньше она знала только о том, что в Сиэтле отец жил с Джимом, а уже в Орландо они переехали вместе со Споком. То, каким образом случилось так, что они стали жить втроем, никем никогда не обсуждалось. Раньше не обсуждалось… Но стоило Джо переехать к ним, как Кирка будто прорвало. Может быть, сказывалось то, что раньше, пока все были на работе, ему и поговорить толком не с кем было, а друзьями во Флориде он так и не обзавелся. Так или иначе, историй у него скопилось слишком много. Вот только он не видел той грани, где нужно было остановиться и промолчать. Когда Лен одергивал его, Джим отмахивался, говоря, что Джоанна достаточно взрослая, и что он не рассказывает ничего такого. – Боунс, ну хватит, вы тогда вообще в первый раз друг друга увидели, – отмахнулся Кирк. – Здесь-то тебе чего не нравится? Ведь так оно и было. – Я и не спорю, но часть про то, как ты блевал в туалете, можно было опустить. И вообще про то, что было позже в нашей квартире. – Ты же доктор, и все равно до сих пор стесняешься говорить дочери про однополый секс? – рассмеялся Джеймс, уворачиваясь от подзатыльника. – Что значит «до сих пор»? Тебя послушать, так я еще лет десять назад должен был приветствовать Джо словами: «Дорогая, твой отец живет с двумя мужиками, а с одним из них еще и трахается. Понимаешь, так бывает, смирись и прими этот факт». – Ну это ты уже перегибаешь палку, я всего лишь имел ввиду, что нам нечего стесняться, все случилось так как случилось. Зачем что-то придумывать? – Ну тогда, если ты такой правдолюб, то секса у нас в тот день не было, ты был просто не в состоянии. – Да? Хм… ну ладно. Зато очень мило, что ты это помнишь! – Джеймс перегнулся через кухонный стол, пытаясь неловко обнять друга. Джо все это время ничего не говорила, только улыбаясь, поглядывала на них. Она уже уяснила, что их перепалки не стоит воспринимать как что-то серьезное. Джоанна жила с ними уже около месяца, но они всё еще относились к ней как к гостье, стараясь не ссориться и реже повышать голос. Хотя с каждым днем сдерживаться было труднее и труднее. – Черт, вот ты только представь, это было пятнадцать лет назад. Нет, не так, пят-над-цать! Мне чуть больше двадцати было, – он развернулся к Джоанне. – Я практически твоим ровесником был, когда из дома ушёл… Вот только идти мне некуда было. Хреново, что все так быстро пролетело. – Вроде того… – пробормотал Леонард, начиная понимать, куда клонит Кирк. В последнее время он всё чаще поднимал эту тему. И, кажется, впервые начинал задумываться о своём возрасте. Хотя какой там возраст, ему сейчас лишь едва за тридцать! МакКой догадывался о причине всех этих разговоров, но все еще не хотел высказать это вслух. Фактически, все те пятнадцать лет, которые они живут вместе, Джим провел как какая-нибудь домохозяйка. У него не было ответственной и интересной работы как у Грейсона и МакКоя, не было детей, и весь его мир замыкался на Боунсе и Споке. Леонард ждал этого, но не думал, что Джеймс так рано усомнится в своей полезности, что наступит тот период, который обычно называют кризисом среднего возраста. К счастью, от очередного приступа ностальгии Джима отвлекло возвращение Спока, который обычно первым делом заходил на кухню, чтобы поприветствовать друзей, но сейчас он направился прямиком в свой кабинет, даже не глянув в их сторону. – Эй, Спок, ты чего? – удивившись, окликнул его Кирк. Грейсон обернулся перед самой дверью и хмуро глянул на Джеймса. – Добрый вечер, – кивнул он и собирался уже отвернуться, но Джим так просто не сдавался. – Не хочешь рассказать, что случилось? – На самом деле не хотелось бы, – Грейсон рассеяно махнул рукой. – Но ты обычно с нами ужинаешь и только потом уходишь в кабинет. На работе неприятности? – Не бери в голову. Все в порядке. – Хватит ломаться, Спок, все уже поняли, что у тебя что-то случилось. Давай выкладывай, – не выдержал уже Леонард. – Урезали финансирование на работе, не думаю, что вам это интересно. – Эээ… для твоего исследования? Ну, той фигни, над которой ты с весны работал, – Джим испытующе глянул на друга. Кажется, он сообразил, о чем идет речь. – Да, той, как ты сказал, фигни. Теперь мой проект неактуален, и вся работа прошла зря. – И из-за этого ты весь расклеился? – удивился МакКой. – Я думал, произошло что-то действительно серьезное. Тебя ведь не уволили, даже зарплату не урезали? Ты как-то же жил без своих разрабо… – Леонард, ты не понимаешь, – Спок, так и не пройдя в комнату, скрестил руки на груди. – Я работал над этим не с весны, – он выразительно глянул на Джима, – а несколько лет, это мог бы быть новый шаг в ракетостроении. Финансирования на это не хватает, а ведь когда бюджет появится, мои исследования утратят свою актуальность. – Ну, утратят и утратят. Ты изобретешь что-нибудь новое. – Леонард, не думаю, что ты в полной мере понимаешь, о чем говоришь. Тебя волнует только то, что я остался при работе и фиксированной зарплате? – Если честно, да. Меня волнует именно это. И не смей отказаться от части оклада в пользу этих твоих разработок. Ты вообще-то живешь здесь не один, и твоя зарплата это половина нашего бюджета. Нужно содержать дом, Джима, теперь еще Джоанну, да и Мэрилин, в конце концов, тоже надо кормить. Ты должен это понимать. Грейсон ничего не ответил, но по взгляду было видно, что эти слова задели его, и он был готов развить конфликт, но сдержался: – С тобой всегда было бесполезно спорить, Леонард, – он развернулся и хлопнул дверью своего кабинета, чего отродясь не делал. Джим и Джоанна переглянулись. Даже Джо, не так хорошо знавшая Грейсона, понимала ошибку отца, что со Споком в отношении его работы так вести себя нельзя. Да МакКой и сам это понимал, но иногда Грейсон просто выводил его из себя своей упертостью и оторванностью от реальной жизни. А сейчас и вовсе все свалилось разом: Кирк с его «кризисом среднего возраста», переехавшая к ним Джоанна, Спок с проблемами на работе… МакКой был готов удушиться от одной мысли о том, какой у них может выдаться год. *** 23 декабря 1998 Этого Рождества они дожидались с тех пор, как позвонила Джослин с сообщением о том, что, так или иначе, она забирает Джоанну на каникулы. Эти две недели представлялись отдушиной, потому что последние три месяца были непростыми, и между ними возник ряд проблем, которые друзья не могли решать при ребенке. Все назревающие конфликты гасились в самом начале, что порядком напрягало Спока. Потому что все невысказанные слова с каждым днем только нагнетали обстановку в доме. Джо уехала лишь полчаса назад, а они уже собрались за столом, чтобы выпить и отметить отъезд Джо. Леонард ради такого даже откупорил бутылку приличного вина и дал добро на то, чтобы Джим закурил прямо в гостиной. Он вообще выглядел гораздо спокойнее и расслабленее, чем в последнее время. До этого МакКой проводил с Джо слишком мало времени, чтобы уставать от неё и только сейчас прочувствовал, что по настоящему значит быть отцом взрослой дочери. Спок не успел допить первый бокал, как в дверь постучали. Судя по звукам, ногой. Леонард, чертыхнувшись, прошел в коридор, а уже через пару секунд на кухню влетела разъяренная Джослин, явно нервничая и психуя, а за ней вошла абсолютно спокойная Джо. – Какого черта здесь творится?! Да такое вообще только в этой дыре могло случиться! – чуть ли не срываясь, прокричала Джослин, даже не пытаясь объяснить, что случилось. – Прекрати ты орать! Сейчас же, – с пол оборота завелся Леонард и, пытаясь упокоить, развернул бывшую жену к себе за плечи. – Какого хрена ты делаешь в моем доме? У вас рейс через час. – Убери руки! – Джослин резким движением скинула руки Леонарда и, подойдя к столу, разом осушила нетронутый стакан Кирка. – Патрик в полицейском участке! – Эээ, в смысле? – глупо переспросил Джим, до это молча переводивший взгляд с раскрасневшегося Боунса на Джослин. – Кирк, мальчик мой, думаю, что такое полицейский участок, тебе знакомо не понаслышке, – натянуто улыбнулась женщина и уже серьезно продолжила. – Мы опаздывали, ехали с превышением скорости. У вас дорога пустая, какие тут правила, какие полицейские посты посреди полей? Бред какой-то. В общем, нас и остановили, думали, просто оштрафуют и отпустят ну или, в крайнем случае, сунем им сотку и поедем дальше. Так нет, куда уж тут, фараоны заявили, что у них ориентировка, и Патрик, видите ли, похож на разыскиваемого! – А я всегда говорил, что этот твой Патрик тот еще… – не скрывая злорадства вмешался Лен, но бывшая жена его сразу же перебила: – МакКой, твое мнение здесь никого не интересует! – вспылила Джослин. – Ты хоть представляешь, что у нас поездка сорвалась, рейс и так уже пропустили, так еще непонятно, что с Патриком, его забрали в участок снимать отпечатки пальцев… – Джослин, – как можно спокойней начал Джим, – да ничего с ним не случится. Хах, ну если, конечно, он не какой-нибудь ирландский террорист. – Джеймс! – Спок строго глянул на друга, пытаясь взглядом дать понять, чтобы тот замолчал пока не поздно. – Ну… я хотел сказать, если он не тот парень, которого разыскивают. Но даже если не так, его там на ночь могут оставить, в нашем-то отделении никто заморачиваться не будет… – со знанием дела закончил он. – Да я посмотрю, ты в этом хорошо разбираешься. МакКой, я бы на твоем месте помолчала о моем Патрике, когда у самого тут такой знаток есть, – неосторожно бросила Джослин. Спок, понял, что еще пару таких заявлений, и разразиться настоящая буря, он хотел попробовать успокоить бывших супругов и по возможности урегулировать ситуацию. Но, к счастью, его опередил телефонный звонок, и Джослин, стоявшая ближе всех, спешно ответила. – Алло. Да, МакКой. Хорошо, спасибо. Нет, мы не нуждаемся в извинениях, – кивнула она и повесила трубку. – Всё в порядке, Патрика отпускают. Нужно его забрать оттуда. Сейчас уже темно, а он понятия не имеет, как добраться до вашего дома, тем более, пешком. Машина-то осталась у меня. – Так какие проблемы? Я за ним съезжу! – Джим радостно подскочил с дивана. – Сядь на место, ты выпил только что, – осадил его Лен. – Не хватало, чтобы и тебя загребли. Джослин сама в состоянии съездить за своим недомужем. – Кто бы говорил, разве тебе трудно не сучиться хоть раз в жизни? У меня тут каждая минута на счету, нужно еще до девяти выяснить что-то насчет билетов, чтобы завтра улететь. Это не так-то просто накануне Рождества! – Да ладно вам, придумываете проблемы из ничего. Давай пешком за ним схожу, мне нетрудно, – Кирк мягко улыбнулся, придерживая Лена за локоть. – Ты только не нервничай. – Кроме того еще нужно найти, где заночевать. Я вообще сомневаюсь, что в этой дыре найдется приличный отель, – всё еще не унималась Джослин. – Мам, – решилась вмешаться Джоанна, до этого только стоявшая в стороне, – почему мы не можем остаться здесь? Сейчас Джим приведет Патрика, а ты разберешься с билетами, и всё образуется. Смысл тащиться еще куда-то на ночь глядя? Джослин задумалась. Конечно, перспектива ночевать в доме бывшего мужа ей решительно не нравилась, но это было, по крайней мере, разумно. – Ладно, если только твой отец не против, – кивнула женщина. – Я похож на того, кто выгонит дочь невесть куда ночью? – сквозь зубы процедил МакКой, который в действительности был не особо рад сложившемуся положению дел. Кажется, только Джим был счастлив от того, что в доме собралось столько народу, впервые за то время, которое они в нём жили. – Я так понимаю, это было согласие? Вот и славно, – Джослин вернулась к телефону, и все остальные тоже потихоньку разбрелись. Леонард пошёл наверх готовить спальни, а Джим, кивнув Споку и Джо, вышел на крыльцо. – Джим, будь аккуратней, нам не нужны еще большие проблемы, – хмыкнул Грейсон, провожая друга. – Спок, я выпил всего бокал и буянить в участке точно не собираюсь, – улыбнулся Кирк. – Это вы смотрите, чтобы Боунс с Джослин друг другу наедине глаза не выцарапали. – Мы будем начеку, – рассмеялась Джоанна, приняв всё это за шутку. Вот только Спок не был бы так в этом уверен. *** Сколько бы ни ворчали друзья, Джиму всегда нравилось, когда вокруг много народу. Особенно он любил компании, которые собирались в Сиэтле, но с появлением Спока и переездом шумные вечера ушли в прошлое. И Кирк невыносимо скучал по тем временам и был действительно рад, когда к ним переехала Джо. Но вот пребывание в доме такого человека как Джослин было перебором даже для него. Он слишком остро чувствовал то, насколько это напрягает друзей. И если МакКой проявлял свои эмоции более чем отрыто, постоянно пикируя с бывшей женой, то Спок предпочитал быть как можно дальше от происходящего, сначала он просто отсиживался в кабинете, а сейчас уже почти час пребывал в ванне. Наверное, в единственном месте, где можно было не слышать гвалта снизу. Джиму это совершенно не нравилось, тем более, на этот вечер у него были свои планы, и отказываться от них ну совсем не хотелось. Доставать своим присутствием МакКоя было плохой идеей, и поэтому, недолго думая, Джим решил, что сегодня компанию ему составит Спок. – Спок, ммм, ты еще тут? Я войду? – спросил Джим, постучав в дверь. – Джим? Чтобы ты вошел, мне придется подниматься, потому что в отличие от тебя я запираюсь, – прокричал сквозь шум воды Грейсон, но спустя минуту впустил Кирка и снова залез в ванну полную пены. – Как настроение? – участливо поинтересовался Кирк, присаживаясь на бортик. – Джеймс, твои очевидные вопросы не оставляют мне шансов, – Грейсон устало закатил глаза. – Ты же знаешь, что я надеялся отдохнуть сегодня, а вместо этого устал еще больше, чем обычно, и это в канун Рождества. – Ты главное не напрягайся, – Джим улыбнулся. – Они уедут вроде как с утра. Завтра этого рейса нет, так что Джослин нашла еще один из другого аэропорта. Не успеешь проснуться, они уже уедут. – Наверное, ты прав, – согласился Грейсон, проводя влажными пальцами по кисти Джима. – Может быть, сделаешь массаж? – Разумеется. Я здесь именно для этого, – Кирк обрадовался, редко выходило так, что инициатива шла именно от Грейсона. – На следующие две недели мы останемся втроем. Даже Джо не будет, классно? – Мне не хватает этих времен, – простонал Спок, наслаждаясь тем, как уверенно руки Кирка растирали его шею и плечи. – Хм… может, – Джим запнулся, - я к тебе присоединюсь? – он ткнулся носом в шею Грейсона. – Вода шумит, все заняты... Спок нахмурился, раздумывая над предложением. Ему никогда не приходилось скрываться в своем доме, и от этого ситуация становилась только интересней. В итоге, он согласно кивнул, а Джим принялся спешно стягивать с себя джинсы, путаясь в них. Его прервал настойчивый стук в дверь. – Занято. Я еще не закончил, – ответил Спок. – Грейсон, у вас в доме две ванны, вы с Джоанной сидите там уже больше часу. Ты, черт возьми, мужик. Что вообще можно так долго делать, челку что ли стричь? Пять минут и выходи! – Джослин постучала еще раз. Грейсон со вздохом поднялся из ванны, чтобы как-то разрешить ситуацию, но Джим, не желавший его пускать, подался вперед, преграждая путь, но, запнувшись о приспущенные штаны, поскользнулся и с громким «блять!» рухнул на пол. И все это в том момент, когда Спок натянувший халат, уже отворил дверь. – А я тут голову ломала, что столько времени можно делать, – Джослин, усмехнувшись, заглянула в ванну. – Вы издеваетесь, да? – Нет, – отрезал Спок, даже не пытаясь как-то оправдываться перед женщиной. – Стоит заметить, что это мой дом, и я имею полное право заниматься чем угодно и где угодно… – Эээ, Спок, притормози. Надо было, правда, ванну освободить, мы же можем продолжить и у тебя, так ведь? – подал голос Кирк, поднимаясь. Только ссоры между Джослин и Грейсоном не хватало. – О, Кирк, да ты просто сама благородность, – съязвила Джослин. Спок кинул на него еще один сердитый взгляд. – Ладно, – он недовольно вздохнул. – Эм, подождите-ка, Джослин, почему на тебе этот халат? – Потому что я собиралась в душ? Мне, по-твоему, стоило надеть вечернее платье? – Нет, почему на тебе именно этот халат? – О господи! Да потому что мне его МакКой дал. У тебя какие-то проблемы? – она немного удивленно оглядела огромный шелковый халат, который был ей явно не по размеру и волочился по полу. – Отлично, просто отлично, – Грейсон резко распахнул дверь и направился по лестнице вниз прямиком в гостиную. – Эээ, Джослин, извини, у Спока сегодня трудный день, – Джим, не понимающий, что вообще сейчас происходит, ринулся за ним. За столько лет он точно усвоил одно главное правило: если живешь со Споком, то нужно уважать его личное пространство, без этого никак. И уж, тем более, ни в коем случае не стоит без спроса брать его вещи, начиная от ручек в кабинете и заканчивая одеждой. И сейчас, когда нервы у всех и без того были на пределе, инцидент с халатом стал последней каплей. И у всегда спокойного и хладнокровного Грейсона был предел. Джим хотел уладить конфликт еще до его начала, но на лестнице его задержала Джоанна: – Джим, ты-то куда? Чего все вообще по дому как сумасшедшие носятся? – Да так… Небольшая заминка с ваннами. – Ну, если что, то я уже освободи… – Эх, где же ты была пару минут назад, – вздохнул Джим. – Что-то случилось? – усмехнулась Джо, улавливая знакомые раздраженные интонации отца из гостиной. – Ну ты же их знаешь… – Кирк закатил глаза и, извинившись поспешил вниз, где Грейсон и МакКой уже начали выяснять отношения на повышенных тонах. А на диване пристроился растерянный Патрик, чувствующий себя здесь лишним и старающийся выглядеть как можно незаметней. – Леонард, мы же множество раз это обговаривали. А сейчас ты распоряжаешься моими вещами без спроса? – Прекрати, ну что я, по-твоему, должен был дать Джослин?! – Гостевые халаты, например? Гостевые, Лен, не мои, – не унимался Спок. – У нас есть гостевые халаты!? Откуда, блять, я должен это знать, если у нас и гостей никогда не было? Да какого черта ты вообще всполошился? Тебе что сейчас надеть нечего? – Суть проблемы не в том, что я хотел его надеть, а в том, что это мои вещи. – Окей, я понял. Пошли, ворвемся к Джослин в ванную и заберем у нее хренов халат! – всплеснул руками Леонард. – Нет уж, ты пойдешь сам. Только для начала я покажу тебе, где у нас лежат вещи для гостей в, между прочим, твоем доме! Всё так же переругиваясь, они поднялись наверх. Кирк уже подумал, что раздраженный Спок действительно не постесняется прямо сейчас забрать у Джослин халат, но, к счастью, обошлось без этого. Все-таки он был интеллигентом до мозга костей. – Ты не подумай у нас не всегда так, – словно оправдываясь, Кирк подсел к Патрику. – Извини, в общем… У вас и так тяжелый день, а тут все орут. Ну, ты сам понимаешь… – Вроде того, – только и кивнул мужчина. Патрик и так оказался в чужом доме, так еще и все эти ссоры: то МакКой препирался с Джослин, то Спок решил проявить характер. И сейчас Джеймсу было даже стыдно перед ним. Он явно ощущал себя лишним и покинутым в доме бывшего мужа своей женщины. – Может, выпьем? – предложил Джим, надеясь хоть как-то исправить ситуацию. – Было бы неплохо, – согласился Патрик. Стоило Джеймсу подойти к холодильнику за пивом, как на лестнице снова послышались ругань и возмущенные голоса друзей. – А пошли лучше на крыльце посидим, там как-то спокойней, – поспешно предложил Кирк, не желая, чтобы гость видел еще одну сцену. На улице уже было темно и тихо, только из дома отдаленно доносились голоса, но слов было уже не разобрать. При личном общении Патрик оказался нормальным парнем, Джим вообще всегда относился к нему хорошо и считал, что именно такой конкретный и стабильный мужик и нужен Джослин. И, наверное, это было причиной, почему он нравился только Кирку. МакКой относился к нему почти что пренебрежительно, и, кажется, бесился от того, что тот был рядом с Джослин уже больше десяти лет, когда сам Лен не вынес и пары. А что касается Спока, то, кажется, он вообще не замечал ирландца, они уж точно были людьми из разных миров. И только Кирка совершенно не напрягала компания Патрика, более того, с ним он чувствовал себя в своей тарелке. По крайней мере, с ним было легко общаться, вот так за бутылочкой пива. Кирк трепался о спорте и машинах разве только с Сулу, да и то это было лет десять назад. Очередное воспоминание опять заставило вспомнить, что ему уже давно не двадцать пять и вместо кабриолетов пора бы обсуждать газонокосилки для заднего дворика. Сейчас он невыносимо скучал по старым временам, по пьянкам в Сиэтле, по посиделкам на крыше у Сулу, даже по своей работе в автомастерской… Лен называл это кризисом среднего возраста, но Джим был с этим категорически не согласен, он вообще терпеть не мог, когда МакКой вот так направо и налево ставил диагнозы. Из тоскливых мыслей Джима вырвал голос Патрика: – Что-то не верится, что у вас такое, – он кивнул в сторону дома, где еще не прекратился спор, – только сегодня. – Не, ну, конечно… не только сегодня, – уклончиво ответил Кирк. – У всех же бывают ссоры, сам понимаешь. Эти двое вообще-то редко ругаются, но уже если начнут, то это надолго. А тут еще и Джослин в доме… – Ну да. Я вообще не понимаю, как вы вот так живете… ну, эээ, втроем. Ты, конечно, извини, но для меня это безумие, – вздохнул Патрик. – Хотя отношения МакКоя с Джослин не меньшее безумие. – Ну, про нас-то понятно, я не обижаюсь. А насчет них-то ты что имеешь в виду? – Они уже десять с лишним лет в разводе, а всё равно постоянно созваниваются… – Эй, брат, у них все-таки дочь, все дела. – Как будто я не знаю. Да ладно, если бы Леонард звонил только Джоанне, но они постоянно разговаривают с Джослин… и не только о дочери. И пусть, сколько я ее знаю, это ни разу не проходило спокойно, всегда только на повышенных тонах… Но все равно это напрягает. – Ты ревнуешь что ли? – усмехнулся Кирк. – Брось, повода-то нет. Конечно, отношения между людьми не могут пройти бесследно. Я не говорю, что там остались чувства… В смысле, да, остались, но это уж точно не любовь и не что-то подобное, это точно. Когда я познакомился с Боунсом, он её ненавидел. Честное слово, он реально её ненавидел, придушить был готов. А потом вроде перебесился, ну когда снова начал общаться с Джо, но ты же сам видишь, что между ними искрит, но совсем не от того, что они заинтересованы друг в друге… скорее наоборот. Да и вообще, ты с ней столько лет, а Лен живет со мной… и Споком. Знаешь, он погряз во всей, так называемой, семье, так что ревновать тут просто глупо. – Наверное, ты прав, – Патрик благодарно кивнул и резко встал. – Пожалуй, я уже достаточно выпил, и можно возвращаться в дом, там вроде успокоились. Кирк еще немного посидел на улице, переваривая их разговор и все то, что он наплел. Сам он никогда не ревновал Леонарда к Джослин, даже когда отношения бывших супругов начали восстанавливаться. Слова Патрика его скорей повеселили, чем заставили задуматься. Да даже если так, ревновать в его случае и бессмысленно, и просто слишком поздно. Кирк вообще в последнее время начал замечать, что для слишком многого в своей жизни он может сказать «уже поздно». *** 5 января 1999 Лен думал, что с уездом Джоанны, все разбредутся по своими комнатам, и, как минимум, пару дней будут отдыхать от всей той суматохи, что царила у них последние дни. Но вышло иначе, оказалось, что они точно не устали от друг друга, а скорей даже наоборот. И тихие вечера первых дней года, которые они проводили втроем, неожиданно полюбились Леонарду. Сейчас все были в отпуске, хотя Спока все равно было не оттащить от рабочего компьютера. Наконец-то Джим решил приготовить им что то кроме уже приевшихся полуфабрикатов и картофеля. Кирк хмурился на замечания МакКоя о том, что в кои-то веки ему пригодились все кулинарные шоу, которые он включал по утрам. Но на плите все-таки стояла отбивная по-милански, и отдельно для Спока готовился сырный суп. Лен до сих пор удивлялся, как Грейсон умудрялся оставаться вегетарианцем в доме, где мясо употребляются ежедневно да еще и в огромных количествах. Дожидаясь роскошного ужина, МакКой расположился на диване вместе с Мэрилин и смотрел бейсбол. И казалось, что это один из лучших вечеров за эти годы, вот только у погоды на это было свое мнение. Зимой ураганы во Флориде были редкостью, но, когда они случались, весь дом сотрясался от ветра, а провода обрывались, оставляя всю округу без света. – Если внезапное отключение света спровоцировало поломку компьютера, я имею полное право подать в суд, – возмущенный Спок появился в гостиной. – Ну и на кого ты подашь? – отозвался Лен, у которого в планах все еще было досмотреть бейсбол. Грейсон вздохнул и, выдернув шнур из телевизора, присел рядом на диван, согнав Мэрилин. – Леонард, я не вижу, но чувствую, как ты на меня смотришь. Это элементарная техника безопасности. Думаю, об очередном поражении Ред Сокс тебе придется узнать из завтрашних газет. – Черт, ужин же еще не готов, – Кирк раздраженно покрутил ручки на плите, удостоверяясь в том, что и она не работает. – У нас, что, больше еды нет? В шкафчике запас мюслей и хлопьев на год вперед. А вот пиво будет теплое, это хреново. – Но всё равно, я тут вообще-то старался, – разочарованный Джим присел на подлокотник. – Это надолго, да? – Естественно, – подтвердил Грейсон и был прав. Обычно свет у них не появлялся раньше, чем через пару часов после отключения, тем более, в такую погоду в их глушь никто быстро не доберется. – Слушайте, нам нужно разжечь камин! – внезапно оживился Джеймс. – Нет, я серьезно. Сейчас найду решетку для барбекю, попробую на ней доделать отбивную, ну а суп.… Прости, Спок. – Да ничего. Я могу обойтись и салатом, не беспокойся. – Ну вот и решено. Посидим у камина в полутьме, поедим, выпьем. Отличная идея? – Пока рано что-либо говорить, – пожал плечами Леонард. Пока Грейсон светил фонариком, помогая Кирку в поисках решетки, Леонард разжег огонь, стащил с дивана и кресел подушки и огромный плед. Подобную романтику он переваривал только в редких случаях и небольшом количестве. Но сейчас МакКой был не против посиделок у камина. – По-моему, круто вышло, мы так очень давно не сидели… – Джимми, только не начинай, – Лен, которого порядком разморило после плотного ужина, знал, что за этой фразой обычно следует бесконечное нытьё на тему «как молоды мы были». – Да нет, Боунс, мы в последний раз сидели у огня, когда в поход ходили. Ну костер, зефир, поцелуи и всё-такое. Вы же помните? – хмыкнул он. – О чем ты, Джим? – непонимающе переспросил Грейсон. А Леонард напрягся, он в отличие от Спока начал понимать, к чему ведет этот сукин сын. – Правда или желание, ну? – Кирк усмехнулся, облизав пересохшие губы. – Я помню эту игру и что? – Нууу, я загадал тебе желание… – Нет, Джим, нет! – Спок, смешно выставил перед собой руки как только понял, что подразумевает Кирк. – Когда ты уже бросишь эту глупую идею? – Когда мы попробуем… И вовсе она не глупая, – надулся Кирк. – Я знаю, что вы к друг другу неравнодушны. О господи, и не смотрите на меня так! Когда вы ссоритесь, прям искры летят. – Джимми-бой, сейчас летать здесь будешь ты по всей комнате, – легонько хлопнул его по лбу Леонард. – Не придумывай. Тебе, верно, пора уже спать. Ты или перебрал виски, или огонь на тебя так пагубно влияет, уж не знаю. – Да ну вас! Оба взрослые мужики, а ведёте себя как… – не унимался Кирк. – Джеймс, довольно! – строго оборвал парня Грейсон. – Ооо, «Джеймс»? Ты специально так меня называешь, да? – хохотнул Кирк. – Я не хочу идти спать. Чуть что, так сразу Джеймс Т. Кирк, ты пьян, вали спать, сколько можно. Давайте сегодня ляжем все вместе у камина, это ведь здорово. Мы втроем не спали с Сиэтла. – Джим, мы и в Сиэтле втроем не спали, ты уже бредишь, – устало буркнул МакКой. – Всё потому, что вы отказались и говорили, что мы не поместимся. Ну давайте, давайте, даваааайте! – Джим, стянув футболку, улегся прямо на ковре. Грейсон и Лен переглянулись, их тоже разморило, и подниматься наверх не хотелось, а здесь было тепло и, в конце концов, уютно. Но кто вообще знает, что еще придёт Кирку в голову… – И вы точно уверены, что… ну, кхм, не хотите? – еще раз поинтересовался Джим, устроившийся между Споком и Леонардом. – Не сегодня, Джимми-бой. – Не сегодня… – Кирк улыбнулся. – Отлично. Видимо, мне предстоит дожидаться этого еще лет десять… *** 21 февраля 1999 Хотя гостиная изначально подразумевалась как место для отдыха, но там просто невозможно было расслабиться, по крайней мере, Споку. Там кто-то постоянно смотрел телевизор, готовил на смежной кухне, или Джоанна беспрестанно висела на телефоне. Грейсон уже давно предлагал установить еще один аппарат у нее в комнате, но руки до этого пока не доходили. У Джима всегда находились какие-то другие дела. Сегодня, например, он затеял генеральную уборку, точнее, затеял её, конечно, Леонард, и у Джима просто не оставалось выбора. Уже был глубокий вечер, но Кирк все еще гремел ведрами, при этом напевая себе под нос «We Are the Champions». Ни голоса, ни слуха у Джеймса не было, и именно поэтому Грейсон отсиживался у себя в кабинете. Он и не обратил внимания на грохот, послышавшийся в коридоре, подумав, что Джим, как обычно, в процессе уборки разрушает их дом своей неуклюжестью. Но уже через минуту к нему в комнату буквально ворвался Кирк: – Лен… там…он…лестница! – Джим, что случилось? – Спок уставился на бледного, трясущегося друга. – Он … умер, к-кажется, – заикаясь, выговорил Кирк. Грейсон, не став разбираться дальше, вскочил из-за стола и ринулся к лестнице, у основания которой лежал распластавшийся Леонард с рассеченной головой. Джима всего колотило, в экстренных ситуациях он не всегда мог держать себя в руках. В такие моменты Спок был рад своему хладнокровию и выдержке, которые приносили ему в жизни столько проблем. Но сейчас был не тот случай. Он как мог осмотрел Лена, и тот уж точно дышал, хотя его затылок был рассечен, но ничто не указывало на то, что он при смерти. – Ну, господи, что ты смотришь? Что там, ну? Не молчи! – Просто потерял сознание, – с облегчением выдохнул Спок. – Джим, хватит паниковать, принеси воды. Кирк застыл как вкопанный и перевел обеспокоенный взгляд с МакКоя на Спока. – Джеймс! - повысил голос Грейсон. – Я сказал, с Леонардом всё в порядке, он просто потерял сознание. Принеси воды. Джим, наконец-то, дернулся и вышел из оцепенения. Растерянно кивнув, он быстрым шагом направился на кухню. А Спок неуверенно ударил МакКоя по щекам, сомневаясь в эффективности своих действий. – Грейсон, отвали, – прошипел Лен, приходя в себя. – Убери руки! Что вообще..? Блять, Кирк! Ай… Блять! Ему нихера нельзя доверить, даже лестницу помыть! – он, совершенно не обращая внимания на разбитую голову, принялся орать на Кирка, который вернулся со стаканом воды. – Почему нельзя просто протереть сухой тряпкой? Поч… Он еще, блять, смеется! – Это нервное, – усмехнулся Спок. С МакКоем точно всё было в порядке, раз он нашел силы на то, чтобы упрекать Джеймса. – Кажется, я сломал ногу, из-за тебя между прочим… Да еще и голову разбил. Охрененно, – Леонард сразу свел брови к переносице, то ли от боли, то ли просто задумавшись. – Джимми, вызови скорую. – Что? Зачем? Давай мы тебя сами отвезем. Пока машина прие… – Издеваешься? При переломах вообще нельзя человека трогать. А если там что-то серьезное? Предпочитаю довериться профессионалам, уж извините. – Прости… И я не знал про то, что трогать нельзя, – Кирк кивнул и отправился в гостиную, вызывать скорую. – Он действительно идиот или умело притворяется?! – Лен, я понимаю, что ты зол, и тебе, должно быть, больно… – Должно быть, больно? Да ладно? И как же ты догадался? – съязвил МакКой. – И где, черт возьми, Джоанна до ночи шатается? – Еще не ночь, Леонард, – Спок встал на защиту Джо. – Сейчас только восемь вечера, тем более, ей почти восемнадцать и… – Опять к полуночи вернется. Нужно с ней поговорить… Хреновый я отец. – Тебе сейчас нужно волноваться не об этом, тем более, с ней Мэрилин… Сейчас приедут врачи, Джим, наверное, пусть останется дома, встретит Джоанну, расскажет все, а то она придет домой, а тут никого. – Ну да, – МакКой приподнялся на локтях. – И нечего всей гурьбой ездить, тебя будет достаточно, а Джимми будет только под ногами мешаться. – Не злись на него, – Грейсон укоризненно глянул на друга. – Конечно, он не всегда достаточно внимателен, но Джеймс очень за тебя волнуется. Прибежал ко мне в кабинет, не мог и слова сказать, весь трясся и вообще… заявил, что ты умер. – Умер… Дурак он. Но я все и без тебя знаю, как он остро на такое реагирует, – огрызнулся Леонард, кажется, уже переставший злиться на друга. Спок только молча кивнул, отлично понимая, что МакКой просто не может всерьез и подолгу обижаться на Кирка. *** 27 марта 1999 Отец сломал ногу около месяца назад. К счастью, перелом оказался не сложным, и уже скоро ему должны были снять гипс, но несмотря это Спок и Кирк продолжали суетиться вокруг него, как будто отец находился чуть ли не при смерти. Ладно еще Джим, он до сих пор чувствовал себя виноватым из-за этой дурацкой лестницы. Но вот от Спока Джо такой заботы никак не ожидала. За те пол года, что она жила с ним под одной крышей, сложилось устойчивое ощущение, что Грейсон с другой планеты и ему чужды банальные людские переживания. А отношения между ним и отцом казались не более чем приятельскими или дружескими. Она в этом убедилась, когда они как старая супружеская пара ругались из-за долбанного халата Спока. И сейчас Грейсон носился с отцом чуть ли не больше, чем Джим, Джо могла только удивляться их странным взаимоотношениям. Кстати сказать, отец чувствовал себя в сложившейся ситуации более чем комфортно. Поначалу, он порывался отправиться на работу прямо на костылях, но убеждения друзей и особенно коллег сделали свое дело, и последние недели он валялся на диване в гостиной, ворча, смотря телевизор и отдавая распоряжения всем домочадцам. Джо была за него даже рада, ей всегда казалось, что МакКой работает как проклятый, его смены могли длиться чуть ли не сутки, но он никогда не жаловался, и уж точно заслужил немного отдыха, пусть и вынужденного. Но за это время Джоанна успела возненавидеть субботние вечера. Почему-то именно в субботу Спок с Кирком придумали проводить идиотские «семейные кинопросмотры», которые заключались в том, чтобы всем вместе устроиться на диване и посмотреть какой-нибудь фильм. В любой другой день Джо была бы даже рада такому времяпрепровождению, но только не субботу! Вся ее новые школьные друзья выбирались в Орландо, а ей приходилось сидеть в компании взрослых мужиков, у которых были свои интересы и вкусы. Сколько бы Джим не молодился, ему тоже уже было за тридцать, и он никак не мог сойти за ее ровесника. Неделю назад она все-таки не выдержала и улизнула из под контроля Спока. Отцу, кажется, было вообще на это плевать, он и сам не особо горел желанием проводить субботы именно так. За месяц ему уже надоел повышенный интерес к собственной персоне. И сегодня Джоанна тоже решила незаметно уйти из дома, тем более, сейчас все были заняты своими делами и не обращали на нее внимания. Папа что-то активно обсуждал со Споком, а Кирк возился на кухне, перемывая посуду, оставшуюся после ужина. Только ей стоило выскользнуть в коридор, за спиной послышался голос Грейсона: – Джоанна, куда это ты? – А что, есть какая-то разница? Тебе не все равно? – Разница огромная… И нет, мне не все равно, как ты выразилась, – Спок недовольно покачал головой. – Ты снова решила уйти? – А если и так? – хмыкнула Джо. – Ты же меня не накажешь, верно, Спок? – Так поступать нельзя, это в крайней мере эгоистично, – он нахмурился и глянул на нее. – Ты должна понимать, как это важно для твоего отца… – Ты что, издеваешься? Да он уже готов на работу сбежать, лишь бы избавиться от вашей гиперопеки. – Мне кажется, ты не совсем понимаешь суть происходящего, – настаивал Грейсон. – Смысл не в том, чтобы не дать ему заскучать, пока нога сломана… Мы с Джимом стараемся показать, что мы семья, и ты, так уж вышло, ее часть, придется свыкнуться с этим. – Спок, я прекрасно знаю, что вы семья. И, конечно, не благодаря этим дурацким субботним посиделкам, которые никому не нужны. Вы бы лучше с папой по двору погуляли, ему нужно разрабатывать ногу и все такое. – Джим говорит, что он и так постоянно встает и порывается что-то делать… Ты же знаешь своего отца, – он на секунду отвлекся. – Но все-таки, Джоанна… Ты проводишь с ним слишком мало времени, как мне кажется. – Тебе кажется, – раздраженно бросила Джо, стаскивая с себя ветровку. Ей совсем не нравилась такая опека со стороны Грейсона, который всегда считал, что его мнение единственное верное, с ним практически невозможно было спорить. Пусть сейчас он и был прав, говоря о том, что хочет она того или нет, но ей придется стать частью этой семьи. *** 10 апреля 1999 Еще вчера в их доме раздался телефонный звонок, и женщина на том конце строгим голосом попросила позвать Леонарда МакКоя. Он долго и внимательно слушал ее, изредка кивая и хмурясь. А после того как повесил трубку, поднялся на верх к Джоанне и долго ругался с дочерью. Джим и Спок недоуменно переглядывались, пока Лен не вернулся вниз и не объяснил друзьям, что произошло. Оказывается, его уже больше месяца хотели видеть в школе, но Джо ничего им об этом не говорила. И сейчас учительница звонила сообщить, что не намерена больше ждать и завтра сама придет к ним, раз родители игнорируют ее. Леонарда эта новость взбесила. – Черт, да она, наверное, думает, что мне плевать на ребенка, раз я за месяц не нашел времени заехать в эту долбаную школу. Вот что я ей завтра скажу? – Да ладно тебе, ну скажи, что Джо только переехала, ей трудно, тем более, последний учебный год на новом месте, а ты… Хм, а ты сломал ногу и просто физически не мог придти, – предложил Кирк. – Бред, учительница такие отговорки каждый день слушает. Ладно, что-нибудь соображу, но вам, наверное, лучше при этом не присутствовать, – замялся Лен. – Ну, сами понимаете… Мне и так придется объяснить, почему Джо тут без матери… А тут еще и вы… – Леонард, я не думаю, что это будет правильно, – вмешался Грейсон. – На мой взгляд, проблемы Джоанны с успеваемостью и моя вина тоже. Так что я хотел бы присутствовать при этом разговоре. Не думай, что нам все равно. – О Господи, ну ты-то тут при чем? Если она пропускает занятия и не делает задания, это только ее проблемы, – Боунс закатил глаза. – Если вам так хочется, то, пожалуйста, только расхлебывать последствия будете сами, – он рассеяно кивнул. Кажется, Лену сейчас было не до этого. Он и так считал себя далеко не лучшим отцом, а тут еще оказалось, что он и понятия не имел о трудностях дочери в школе. *** 11 апреля 1999 За пару лет, которые она проработала в школе, ей еще ни разу не приходилось бывать дома у своих учеников по такому безрадостному поводу. Но, увы, рано или поздно каждый учитель проходит через это. К счастью, Джоанна не считалась трудным подростком, и, скорее всего, простым разговором с родителями все ограничится. Глубоко вздохнув, Кэйтлин Роджерс постучала в дверь типичного американского дома, стоящего особняком от остальных. Не прошло и пары секунд, как дверь ей открыл молодой мужчина, кажется, её здесь ждали. На вид ему было около тридцати, что было странно, учитывая, что Джоанне практически восемнадцать. – Добрый вечер, – кивнула девушка, проходя в дом. – Я Кэйтлин Роджерс, учительница Джоанны. Мистер МакКой, извините, я не думала, что вы так молоды, – и немного тише добавила. – Хотя это, конечно, объясняет почему… – Эээ, нет… Подождите-ка! – мужчина на секунду растерялся. – Вы что, подумали, что я МакКой? К счастью, нет, - он улыбнулся. – Он сейчас спустится. Я Джеймс Кирк, но лучше просто Джим. Будем знакомы. – Да, конечно. Очень приятно… – Кэйтлин протянула ему руку как раз в тот момент, когда из соседней комнаты появился второй мужчина, с первого взгляда казавшийся несколько старше и серьезней, чем Кирк. Его лицо было смутно знакомо, в местных газетах часто печатали статьи о исследованиях, проходящих на космодроме Кеннеди. «Кажется, он один из тех ученых, работающих на станции… Совсем неудивительно, что у него не остается времени, чтобы заниматься дочерью». – Грейсон. Спок Грейсон, – кивнул мужчина раньше, чем она успела допустить очередную ошибку. – Мы вас ждали. – Да, конечно, но могу я все-таки увидеть мистера МакКоя? – Он сейчас спустится, я же говорил… Еще минута, – снова дружелюбно улыбнулся Джеймс. – Пройдемте пока в гостиную? – Пожалуй, так будет лучше, - она улыбнулась в ответ. «Наверное, это старшие братья, кузены или родственники МакКоев, ведь бывают же в семьях совершенно непохожие люди», – раздумывала девушка. – Печенья? – предложил Кирк, пытаясь нарушить затянувшееся молчание. – Нет, спасибо. У меня не так много времени, - вежливо отказалась девушка. – Поэтому хотелось бы все-таки поговорить с… – Леонард! Где тебя носит?! – громко прокричал Джеймс, чуть ли не перебивая Кэйтлин. – Сколько можно там возиться? – Да иду я! И прекрати орать, у меня от тебя уже голова раскалывается. Ну и где она там… Оооу, здравствуйте, – в гостиную спустился мужчина, который уж точно был отцом Джоанны, дочь была просто его копией: те же черты лица, волосы и хмурый тяжелый взгляд. – Здравствуйте, я Леонард МакКой, – он протянул ей руку, садясь напротив. – Кэйтлин Роджерс. И я бы хотела уже приступить к сути дела. Миссис МакКой подойдёт? Хотелось бы поговорить и с мамой девочки ведь… – Её не будет, – резко оборвал Леонард. – Не будет? – удивилась Кэйтлин. – Да. Совсем. Никогда. – Ох, извините, я не знала, – она запнулась. Все шло совсем не так, как она планировала. Учитывая открывшиеся обстоятельства, сложно укорять отца, если он воспитывает ребенка без матери. – Не знала, что вы воспитываете Джоанну один. – Не один, с чего вы взяли? – он повернул голову направо, где сидел Кирк. – А её мать жива, черт бы ее побрал. Она в Ирландии, так что вы её не увидите, по крайне мере, в ближайшее время. – Эм… хорошо, – Кэйтлин робко улыбнулась, пытаясь реабилитироваться. – Извините, просто меня никто не предупреждал, о том, что у вас такая необычная, эээ, семья… – А об этом должны как-то особо предупреждать? – встрял в разговор Грейсон. – Что вы вообще подразумеваете под термином «необычная»? То, как мы живем, наше личное дело и не касается… – Спок, всё в порядке. Мисс, эээ, Рейган… – Роджерс… – поправила девушка. – Да точно. Извините. Так вот, мисс Роджерс, наверняка не хотела тебя задеть, – Кирк похлопал Грейсона по колену. – Печенья? – снова предложил мужчина, подвигая вазочку к Кэйтлин. – Нет, спасибо еще раз. Может, уже перейдем к проблеме? Я уже сообщала вам о том, что Джоанна плохо справляется со школьной программой, но вы никак не отреагировали, и вот я здесь. Конечно, всё не так плохо, как вы могли подумать, девушка хорошо успевает по гуманитарным предметам, но что касается остальных… в особенности физики… Я не уверена, что она сдаст итоговый тест за семестр, а без этого её не допустят к экзаменам. – Это всё, конечно, замечательно, миссис Родж… – Мисс, – она смущенно поправила МакКоя. – Мисс Роджерс, но вы ведь не всем ученикам такие визиты наносите, я думаю, в вашей школе хватает трудных подростков, или вам больше не на что свое время тратить? – Мистер МакКой, если бы дело было только в оценках. У нее систематические прогулы и проблемы с дисциплиной, понимаете? Конечно, ей трудно освоиться на новом месте, но ведь прошло уже почти полгода! Вам нужно что-то с этим делать, поговорить с дочерью, позаниматься. – Разумеется. Это все? – видимо, МакКой хотел как можно скорее свернуть разговор. – Да, наверное, да, – девушке уже и самой не терпелось закончить эту несуразную беседу. – И, пожалуй, мне действительно уже пора. Надеюсь, что мы вместе сможем помочь Джоанне. – Я вас провожу, – вызвался Кирк и, пропустив Кэйтлин вперед, вышел в коридор за ней. Она долго сомневалась, стоя перед дверью в прихожей, но, в итоге, порывшись в сумочке, нашла нужную визитку и протянула её Джеймсу. – Это школьный психолог. Мистер Кирк, думаю… он точно не помешает вашей семье, – вежливо кивнув, она поспешно удалилась. И еще долго успокаивала себя тем, что приложила все усилия, чтобы помочь Джоанне МакКой. *** – Ребята, вы только посмотрите! – в гостиную влетел Джим, размахивающий какой-то бумажкой. – Кэйтлин оставила нам номер психолога. – Мисс Роджерс, Джим, – одернул его Спок, безуспешно пытающийся проанализировать встречу с учительницей. – Она тебе не подружка, а преподаватель Джоанны. – Вот именно, – кивнул Лен. – И теперь она будет думать, что мы какая-то сумасшедшая семейка из трех мужиков. – Ну так ведь и есть, – Кирк широко улыбнулся. – Джим, я имел в виду, что это хреново… Очень хреново. Черт, нужно было дать ей понять, что у нас все под контролем, чтобы она не чувствовала себя спасительницей заблудших душ. Никогда не умел договариваться вот с такими идейными девицами. – Зато ты умеешь разговаривать с такими женщинами как Джослин, – попытался подбодрить друга Джеймс. – Да ладно? – усмехнулся МакКой. – Почему я тогда не могу найти подхода к Джо, она же вся в мать. – Леонард, ты же знаешь, что это не так, – Спок хотел сказать, что характер Джоанны полностью повторяет отцовский, что она такая же упертая и резкая, но промолчал. Сейчас бы его слова не возымели никакого эффекта. – И проблема не настолько серьезна. Давайте я попытаюсь помочь Джо с физикой. В конце концов, это связано с моим вторым образованием. – Точно! И как мы раньше об этом не подумали, классная же идея, – тут же поддержал Грейсона Джим. – Ну не знаю… Она же просто из упрямства может ничего не делать. – Я поднимусь к ней и поговорю. Постараюсь убедить в том, что это, в первую очередь, в ее интересах. Грейсон, решительно поднялся и хотел было уже идти к Джо, но его остановил Кирк. – Эээ Спок, подожди секундочку, ты бы не мог мне сначала, кхм, помочь с новой, ммм, сушилкой для белья? Я что-то никак не разберусь, что там к чему. – Именно сейчас? – мужчина удивленно поднял бровь, а Леонард и вовсе посмотрела на друга как на идиота, но ничего не сказал. – Да-да-да. Срочно, пошли уже, – он чуть ли не выпихнул Грейсона в коридор и уже на лестнице тихо спросил. – Черт, как ты думаешь, Боунс в порядке? – Джим, так вот для чего ты это выдумал. Никто не умер, и ничего страшного не случилось. Леонард немного переживает, но ты с ним поговори. У него всегда был комплекс плохого отца. – Окей, – Джим поцеловал Спока в уголок губ и прошмыгнул обратно в гостиную. А Грейсон поднялся наверх и постучался в комнату Джо. – Заперто, – послышался голос девушки. – Я знаю. Можно войти? – Спок, это ты что ли? Вот уж не думала, что они тебя пришлют. Входи, что уж… Он никогда не считал себя специалистом в психологии, особенно, в подростковой, и с сожалением подумал, как ему сейчас не хватает матери. Она-то точно знала бы как построить разговор, ну а он решил начать издалека: – Как дела? – А ты как думаешь? – хмыкнула Джо. – К нам только что приходили из моей школы и, наверняка, наговорили кучу всего. Поведение, бла-бла, успеваемость, бла-бла… – Ты не далека от истины, – нехотя кивнул Спок. – Ооо, дай угадаю, – девушка закатила глаза. – Сейчас внизу, наверное, бесится отец, а Джим бегает вокруг него и успокаивает? Грейсон посчитал, что этичней будет проигнорировать этот вопрос и неловко перевел тему: – Хм… Как с физикой дела? – Хреново. – Ммм, – Спок замялся. – Думаю, лучше всего будет говорить сразу прямо, так, как на самом деле обстоят дела. Мисс Роджерс действительно очень многое нам сказала. И ты знаешь, как я отношусь к образованию. Ты должна понимать, что это очень важно, и… мы решили, что я буду с тобой заниматься. – Ну зашибись теперь, – протяжно вздохнула Джо, откинувшись на кровать. – У меня есть право голоса? – Боюсь, что нет. – И ты думаешь, что это поможет? – Я постараюсь сделать все, что в моих силах, поверь, – уверенно ответил Спок. *** 14 мая 1999 Изначально Джоанна хотела всего лишь отблагодарить отца и его друзей. Ведь за эти полгода все трое действительно немало сделали для нее. Вот взять хотя бы отца: приняв ее у себя в доме, он изо всех сил старался компенсировать все то, что не додал ей в детстве. Он действительно старался быть хорошим отцом… Хотя и получалось это не всегда. А Джим стал ей кем-то вроде старшего друга благодаря тому, что он все еще думал, что ему едва за двадцать, Джоанна всегда могла рассчитывать на его помощь, например, если нужно было её прикрыть или улизнуть из дома за полночь. Ну а что касается Спока… Пусть поначалу он сторонился девушки, но зато последний месяц они проводили вместе почти все свободное время. Он серьезно подошел к вопросу ее образования, помогая не только с домашней работой, но и с учебными проектами и даже конференцией, в которой он сам и убедил ее поучаствовать. Благодаря ему, результаты Джо заметно улучшились, и угрозы завалить экзамены уже не существовало. Уже потом ей пришло в голову совместить приятное с полезным, а именно - заодно и отблагодарить их и отправить на пару дней подальше от дома. Билеты на музыкальный фестиваль, стартовавший в этом году на побережье близ Майами, были идеальным вариантом. Единственным пробелом в плане была высокая вероятность того, что они сами не согласятся. Насчет Кирка опасений, конечно, не возникало… Но отец и Спок не согласятся. Они оба чуть ли не сутками пропадали на работе и отпуска в ближайшем времени у них не планировалось. – У меня есть для вас небольшой подарок, – Джо, пряча билеты за спиной, зашла на кухню. – Подарок? – Кирк, играющий на полу с Мэрилин, вопросительно уставился на нее. А отец со Споком, сидящие за столом, обернулись. – Ну да. Это так удивительно? Вы тут стараетесь для меня… И я просто хочу сказать спасибо. Ну или типа того. – Джо, не бери пример с Джимми и выражай свои мысли доступным способом, – усмехнулся отец. – Я хо-чу ска-зать вам спа-си-бо. Это было вполне доступно, пап? – Обыкновенной благодарности достаточно, Джоанна, – вежливо улыбнулся Грейсон. – Это просто обязанность, которую мы, так или иначе, должны выполнять. Моральный долг, если угодно. Ты совсем не обязана нам чем-то отплачивать. – Нууу нет, – Джо покачала головой. – Я уверена, что вы устали от меня за эти полгода, и я, правда, хочу, чтобы вы все вместе отдохнули. Небольшой музыкальный фестиваль в Майами этому только поспособствует, правда, Джим? – она улыбнулась и помахала билетами прямо перед носом Кирка. – Ох, Джо! Спасиибо, ты чудо, – Кирк, искренне обрадовавшись, неловко поднялся с пола, чуть не упав, и обнял её. – Я уже давно хотел на что-то такое этих зануд свозить! – Ну вот, видишь, как я удачно придумала, – Джоанна все еще надеялась хоть на какую-нибудь реакцию от отца и Спока. – Спасибо, правда, спасибо, – замялся Грейсон. – Но у меня работа, а это ведь совсем скоро, да? Да и Леонард тоже… – Я только что провел на больничном почти полтора месяца, – поддакнул отец. – Спасибо, Джо, детка, но… – Ну, пап! – пришлось, как обычно, канючить и давить на жалость, чего она просто терпеть не могла. – Я же хотела как лучше! Не думаю, что что-то случится, если вы уедете дня на три. Ты ведь и так работаешь, черт пойми как. Там же все на тебе держится, если попросишь отгул, они не откажут. – Ты права, но я не могу ничего гарантировать, – вздохнул Леонард, все еще не решаясь. – Бооооунс, мы так давно ничего подобного не посещали, я вообще не помню, когда такое в последний раз было, – подключился Кирк. – На музыкальном фестивале мы последний раз были… в восемьдесят шестом или пятом? Пятнадцать лет назад, черт! Кажется, вечность прошла… – Спок? Видимо, теперь решение за тобой, – Леонард внимательно посмотрел на него. – Я попробую что-нибудь сделать, – Грейсон улыбнулся уголком губ. – Джоанна, это прекрасный подарок. Она улыбнулась в ответ, уже в деталях продумывая вечеринку, которую устроит, как только все трое покинут порог дома. *** 20 мая 1999 Перспектива ночевать в дешевом отеле, слушать музыку, которую он, честно говоря, совсем не любил, и смотреть на всех этих пьяных любителей фестивалей его совсем не впечатляла. Но он согласился даже не из благодарности к Джоанне, а из-за того, что им действительно нужно было расслабиться. Начало поездки его даже порадовало, по крайней мере, они не успели переругаться за почти пять часов, проведенных в дороге. Да и заселились в отель без особых приключений. Неудобством была только единственная в номере двуспальная кровать, но других свободных номеров при таком количестве посетителей не было. Джим убедил их, что это не беда, ведь как-то же они жили целый месяц в Сиэтле в комнате, где был только старый сломанный диван. «Ну, конечно, жаловаться не на что», – с долей сарказма подумал Спок, расположившись у бара под открытым небом. Глупо подпрыгивать или тупо пялиться на сцену ему уже надоело. В отличие от друзей, которые ловили кайф от происходящего, хотя с того места, где они стояли, толком ничего и не было видно. Ближе к полуночи людей стало меньше, и хотя на сцену и выходили, и выходили новые группы, народ постепенно расходился. Джим и Леонард, стоявшие там практически с самого утра, тоже не заставили себя ждать. МакКой уже еле волочил ноги, а Кирк все еще был полон энергии. Здесь под звуки ударных и бас-гитары он чувствовал себя не просто молодым, а даже юным. Спок порой скучал по тому Джеймсу. – Давайте ко мне, – Кирк, завалившись в номер, сразу рухнул на кровать. Уставшие Грейсон и Лен не стали спорить и прилегли рядом. Было жутко тесно, а Леонард со своими плечами, кажется, занял добрую половину кровати. – Ребяяят, – пьяно улыбнулся Джим. – Как же хорошо… Ну вот когда мы еще так отдохнем? Нужно использовать момент пополной, – он ухмыльнулся и, развернувшись к Леонарду, с чувством поцеловал того. Спок нервно сглотнул, догадываясь, что Джим сейчас заведет свою любимую песню. – Ммм, Спок? – он повернул голову к нему. – Что вы скажите на такое развитие событий? – Кирк, аккуратно проведя пальцем по линии подбородка Грейсона, прикусил кожу у него на шее – Джимми, ты опять за свое, – вздохнул МакКой, но Кирк его перебил: – Да сколько можно! Ты и в прошлый раз отвертелся, сказал «не сегодня», и сейчас… Вот что тебя сейчас не устраивает? – Джим, встав на кровати на колени, стянул с себя майку. – Хватит вам обоим упираться. Если что-то пойдет не так, или нам не понравится, мы просто забудем об этом. Спок и Леонард переглянулись. Им все также было крайне неловко, но время сделало свое дело и они уже изучили друг друга и даже по-своему любили… Ничего не ответив, МакКой подвинулся и мягко поцеловал Грейсона сначала в подбородок, а потом в губы. Довольный Кирк тут же принялся за ремень Спока, и Грейсон совсем растерялся от неожиданной ласки, он только и мог, что нерешительно отвечать на поцелуй Леонарда. Это не было неприятно, может, даже наоборот, ведь МакКой целовался отменно, пусть и совсем не так как Джим. Но неудобство присутствовало: было тесно, от Лена порядочно воняло пивом и сигаретами, где-то в ногах возился Кирк, пытаясь стянуть с него джинсы. Даже если Спок когда-то представлял себе это, то в его мыслях все было совсем не так. Когда Леонард, наконец, оторвался от него и притянул к себе уже раздетого Кирка, кто-то постучал в дверь. Джим махнул рукой, пробормотав, что никого они не ждут, но стук повторился более настойчиво. – Мистер МакКой, спуститесь, пожалуйста, вниз. Вам звонят, говорят, очень срочно, – послышался голос из-за двери. Леонард, выругавшись, оторвался от цепляющегося за него Джеймса, кое-как слез с кровати, натянул шорты и вышел из номера. Джим недовольно нахмурился, но с места больше не двинулся. Лен не вернулся ни через минуту, ни через две. Кирк, заскучав и замерзнув, залез под одеяло и, видимо, обиделся на весь белый свет. Спок и сам начал переживать, не случилось ли чего. Лен вернулся, чуть не вышибив пинком дверь. Разозленный он принялся метаться по и без того крохотной комнате и, вытряхнув все вещи из общей сумки, начал запихивать туда свои. – Эй, Боунс, не хочешь объяснить, что происходит? – возмутился Джеймс. – Джим, отвали, – бросил он через плечо. – Джоанна, чтоб её! Только мы уехали, так она, видите ли, вечеринку закатила, да еще такую, что соседи вызвали полицию. Соседи, блять! Соседи, которые от нас живут в трехстах метрах! – Черт, давайте тогда вместе поедем… – в неуместном порыве предложил Кирк. – Джимми, это бред, за отель заплачено, от фестиваля ты в восторге, а это моя дочь и мои проблемы, – выпустив пар, Лен более-менее успокоился и посмотрел на Спока. – Я возьму машину, а ты позаботься о том, чтобы у вас были билеты до Орландо, ладно? – Конечно, хорошо, – немного огорченно согласился Кирк. – Езжай… И пока. – Пока, – МакКой натужно улыбнулся и вышел за дверь. Грейсон, сначала огорчившийся, что теперь вся поездка пойдет насмарку, понял, что это отличный шанс провести пару незабываемых дней наедине с Джеймсом. Не то чтобы он видел в Леонарде препятствие этому, совсем нет. Но ведь, по сути, они жили вдвоем только месяц, да и то, когда МакКой и Джеймс поскандалили. Тем более, здесь не было каждодневной рутины, которая всё всегда портила. Он осторожно подвинулся с Кирку, притянул к себе, обвив руками, и уткнулся в ключицу, прикусывая кожу и намекая, что он вовсе не против продолжения ночи уже без Леонарда. Но Джеймс только недовольно дернул плечом и отстранился. – Не надо, я устал, и вообще… Настроения как-то нет. Спок нахмурился, но понимающе отодвинулся. «Не сейчас, так не сейчас», – подумал он, всё равно впереди два потрясающих дня. *** 21 мая 1999 Выехав около часу ночи, Леонард добрался до Орландо только к шести утра. Несмотря на то, что дороги ночью были пусты, он старался не гнать, усталость давала о себе знать, а попасть еще и в аварию совсем не хотелось. После жутких бюрократических формальностей, уговоров и ста долларов офицеру за столь ранний визит, Джо отпустили. К счастью, всю ночь она провела не в камере, ее просто посадили в кабинет одного из полицейских, хотя Леонард считал, что такая воспитательная мера пошла бы ей только на пользу. Домой они ехали в полном молчании. Джоанна знала, что нужно дать отцу время успокоиться и сейчас его вообще не стоит трогать и что-то объяснять. МакКой, и правда, был зол не только на дочь за то, что она натворила, но и на себя за то, что не уследил за ней, и заодно на Спока и Джима, которых ждет еще пара дней отдыха наедине друг с другом. По приезду домой он хотел сразу упасть в кровать и хорошенько выспаться, разговор с дочерью мог подождать до утра, а спал он последний раз больше суток назад. Когда он отпер дверь, к нему первым делом бросилась Мэрилин, дожидавшаяся хоть кого-то из хозяев в коридоре. Не обращая на собаку внимания, он прошел на кухню, так и не сказав Джо ни слова. Игнорирование и молчание иногда действовали лучше криков и скандалов. Вместо того, чтобы поступить благоразумно и пойти спать, Джоанна упрямо последовала за отцом на кухню и села напротив. – Извини. – За что? – бросил Леонард, даже не взглянув на нее. – За то, что тебе пришлось приехать, – выдавила из себя Джо. – Проблема не в этом, – вздохнул МакКой, наливая себе немного виски. – Ммм, разве? – Джоанна, тебе почти восемнадцать, а ты не можешь ни за что нести ответственность. Ни за учебу, ни за себя. Господи, что, так трудно устроить вечеринку так, чтобы не приехала полиция? Теперь ты не можешь спорить с тем, что ты еще маленькая, если бы об этом узнала твоя мать… Голову бы тебе оторвала, кхм, и мне заодно, – он потер переносицу. – Давай поговорим позже? Я чертовски устал, и тебе бы тоже хороший сон не помешал. – Хорошо, – послушно кивнула Джо. – Не засиживайся. – Посмотрим, как дело пойдет, – МакКой взглянул на стакан в руке и махнул дочери. – Иди уже. На самом деле, заходя в дом, он ожидал увидеть что угодно: разбросанные бутылки, заблеванный диван, элементы одежды, свисающие со всех поверхностей, вообще все, после чего обычно и приезжает полиция. На деле следов вечерники даже не было заметно, за исключением нескольких пачек чипсов и полусъеденной пиццы. Ему точно нужно будет нормально поговорить с Джоанной и выяснить, с хрена ли соседи проявили такую заботу, если в целом все было в порядке. Допив виски, он уже решил подняться к себе и, наконец, выспаться, но телефонный звонок не дал ему этого сделать. – Привет, Боунс! Как у вас дела? Все, надеюсь, в порядке? – конечно же, это был Джим. – Более-менее, – хмыкнул Лен. – У вас там все нормально? – Ну, мы поспали, сейчас в кафе зайдем позавтракать, ну а дальше пойдем на концерт, там на второй сцене будут высту… – Джим запнулся. – Тебе, наверное, сейчас не до этого. Как Джо? – Как миленькая просидела в полицейском участке пол ночи, с неё станется. Потом с ней серьезно поговорю, сейчас сил уже никаких нет. – Точно, ты же столько не спал… Иди отдыхай. Мы сегодня возьмем билеты на автобус, ну и вечером еще, наверное, позвоним, если не слишком поздно в номер вернемся. Окей? – Окей. И осторожней там, – буркнул Лен и повесил трубку. Джим изо всех сил старался быть чутким и участливым, но получалось у него это из рук вон плохо. Леонарду хотелось быть сейчас там, рядом, и Джеймс это знал. Но Кирк все равно, как обычно, говорил прежде, чем подумать, и добился только того, что МакКой снова злился и на него, и на Спока за то, что они там развлекаются, ходят на концерты и засыпают вместе. Только остыв, он с удовольствием отметил, что лет десять назад он бы бросил всё к чертовой матери, ревновал бы, бесился и, может быть, банально решил бы уйти, а сейчас воспринимает все относительно спокойно. Все-таки годы сделали свое дело. *** 3 июня 1999 – Джим? – Джоанна подсела к Кирку на диван.– Я хочу у тебя кое-что попросить, можно? – Эм, что-то такое, о чем стоит предупреждать заранее? – Джим заинтересованно глянул на девушку. – Давай, выкладывай уже. – Свозишь меня в Орландо? Скоро выпускной, нужно купить платье. И, кстати, взгляд со стороны, мужской взгляд, совсем бы не помешал… А у тебя, нуу, – она запнулась, – вроде как есть свободное время. – Хм, даже не знаю, – Джим озадаченно почесал затылок. – Как насчет Джэксонвилла? Там магазинов больше, и Спок сегодня туда по работе поехал. Заберем его по дороге, а то он без машины домой снова только за полночь доберется, ты же знаешь какие они с твоим отцом трудоголики. – Джииим, люблю тебя, – Джо улыбнулась мужчине. – Едем прямо сейчас? – Ну, можем прямо сейчас, если тебе так не терпится, – он поднялся с дивана. – Иди тогда собирайся, минут через двадцать будем выезжать. Ты, кстати, отца предупреждала? – Ну, вроде того, – уклончиво ответила девушка. – Ты лучше оставь записку, а то придет, а дома никого нет, потом нам такую взбучку устроит. – Что да, то да, лучше будет подстраховаться, – Кирк, оторвав стикер. «Боунс, мы с Джо уехали за Споком и платьем в Джэксонвилл, не злись, если что. Целую. P.S. Так уж и быть, привезу тебе оттуда приличного бурбона». Джеймс редко забирался дальше Орландо, Спок с Боунсом постоянно работали, а одному выезжать было скучно, да и незачем особо. А Джо оказалась отличным компаньоном в пути: она точно так же любила быструю езду, не ворчала из-за открытых окон, как её отец, они могли вместе курить в машине и ставить на повтор последний альбом Green day. Зайдя в огромный торговый центр, Джо сразу направилась к отделу, где были выставлены вечерние платья. Уже по одной витрине Джим понял, что задержатся они здесь надолго. «Неплохо было бы позвонить Споку, чтобы он подошел к нам», - Кирк набрал номер друга и принялся слушать гудки. – Алло? – через какое-то время всё-таки ответил он. – Спок! Ты еще в Джэксонвилле, так? – Эм… Ты немного не вовремя, подожди секунду, – пробормотал Грейсон и зашелестел бумагами. – Джим, ты что-то хотел? Я уже скоро выезжаю домой, если что-то нужно купить, говори сейчас. – Бу-бу-бу, какой же ты зануда… – Джеймс, ты вообще-то отвлекаешь меня от работы. – Ладно-ладно. Просто мы с Джо поехали за выпускным платьем, так что можешь подойти к нам. И ей пригодится твоя оценка, и ты не поедешь домой на автобусе. – Я всегда езжу домой на такси… А где вы именно? – Эээ, в каком-то огромном центре на Маккормик-роуд. Джо вроде нашла подходящий магазин, так что будем на третьем этаже. Мы тебя ждем. – Хорошо, на работе остались одни формальности, и офис находится рядом, так что я постараюсь подойти. Пока Джоанна просматривала платья в поисках чего-то подходящего, Джим расположился на диванчике. Ему пару раз приходилось ходить с девушками по магазинам, правда, это было очень давно в Айове или в первое время в Сиэтле, он уже не помнил… Девушка-консультант перевела взгляд с Джо на него и едва заметно кивнула каким-то свои мыслям. «Наверняка, подумала, что я выгуливаю по магазинам свою малолетнею подружку», - подумал Джеймс и ослепительно улыбнулся консультанту. – Может быть, вам помочь? – девушка подошла к Джоанне, которая растерялась от обилия платьев вокруг. – Да, пожалуй… мне нужна помощь. – К какому событию вы выбираете платье? Выпускной вечер, наверное? – Да, – кивнула Джоанна, следуя за девушкой вглубь магазина. – Хм, как вам такое? Одна из самых популярных моделей, думаю, вашему молодому человеку понравится. – Что? – Джоанна на секунду растерялась. – Нет, вы что, это не мой молодой человек, просто, эээ, друг. – Да, конечно, просто друг, – Кирк приветливо помахал им рукой, а про себя отметил, что если его могли посчитать за парня Джо, за молодого человека, то он в отличной форме! – Что-то уже выбрали? – Угу, – кивнула Джоанна. – Сейчас примерю, и у тебя будет возможность оценить. – Окей, – подмигнул Джеймс и, чтобы хоть чем-то заняться, принялся листать один из тех журналов, что лежали на столике. Джо еще не успела выйти из примерочной, как, оглядываясь по сторонам, в магазин вошел Спок. Кирк немного расслабился, вот на чей выбор можно было положиться. Уж кто, а Грейсон одевался всегда с иголочки, и никто не мог упрекнуть его в отсутствии вкуса или стиля. Консультант оценивающе окинула взглядом уже их обоих и удивленно подняла брови, когда Грейсон присел рядом с Джимом. – Где Джоанна? Мы уже можем идти? – Эй, Спок, ну нет, конечно. Она только первое платье меряет, – хмыкнул Кирк, положив журнал обратно на столик. – Джооо, ну что там? – Сейчас. Меньше чем через минуту она вышла к ним в простом классическом платье в пол. Джиму казалось, что светло-синий цвет ей очень даже идет, и широкий черный пояс подчеркивает талию… Но Грейсон придерживался совершенно другого мнения. Впрочем, как обычно. – Нет, – он недовольно покачал головой. – Джоанна, мне кажется, это более чем неудачный выбор. В подобных платьях будут, как минимум, две твоих одноклассницы. И если их наряд будет отличаться хотя бы оттенком, это уже будет большим везением. Классика хороша, но все же не всегда. Платье слишком простое, слишком светлое, ты в нем бледнее и невзрачней… Нет, точно не это, – вынес свой вердикт мужчина. – Эмм, Спок, это было немного резко и вообще, с каких пор ты разбираешься в платьях, если Джоанне оно нравится, то поче… – Джим, мне тоже не особо нравится, – согласилась со Споком Джо. – Какие у нас еще варианты? – Сейчас я что-нибудь подберу… – тут же подсуетилась девушка-консультант, но Грейсон её прервал: – Пусть выберет сама, вы уже помогли, – он взглядом указал на платье. – И, Джим, помоги ей. Ты же тут ссылался на мужской взгляд. – Ага, конечно, а ты типа не мужчина? – усмехнулся Кирк, вставая с диванчика и потягиваясь. – Мальчики, вот только не нужно выяснять отношения прямо здесь, – усмехнулась Джоанна снова скрываясь в примерочной. – Я посмотрю журнал и тоже подберу что-нибудь, – сказал Спок.- И вообще, среди нас ты ценитель женской красоты, – и уже шепотом добавил: – Был когда-то. Только когда Джим сам прошелся вдоль рядов вешалок, он убедился насколько много здесь платьев. Кирк смутно себе представлял, что может одновременно и понравиться Джо и устроить Спока и не вызвать сердечный приступ у Боунса. Хотя… его сюда позвали, чтобы он посоветовал какое платье произведет впечатление на мужчину… Так что была не была. Спок в это время листал каталог, периодически спрашивая что-то у девушки-консультанта, но все наряды, приглянувшиеся ему, в магазине отсутствовали. В конце концов, он понял, что ничего из каталога платьев от кутюр в торговом центре Джексонвилла не найдется, и он присоединился к Кирку, пока Джо мерила то платье, которое приглянулась ей самой. – Ну как вам? – она прошлась перед ними в шикарном, как показалось Кирку, платье. Темно-синее, в пол, с интересной формой декольте, из ткани, напоминавшей бархат. Оно выглядело… дорого. – Это нам не по карману, – подтвердил его догадку Спок. – Извини, Джо, даже если мы с Джимом добавим, всё равно это очень дорого. Хотя это отличный выбор, и оно тебе, несомненно, идет. – Я понимаю, – расстроено отозвалась девушка. – Тогда ваши предложения? Они протянули ей платья, которые выбрали и принялись ждать. Кирк всегда считал, что у него есть вкус, по крайней мере, его подружки из Айовы когда-то так говорили. – Нет, Джим. Господи, почему именно это? – Грейсон придирчиво оглядел Джоанну, вышедшую из примерочной. – Джо, пожалуйста, пойди и переоденься, это никуда не годится, – он недовольно повернулся к другу. – Джим, только посмотри, она же похожа на девушку легкого поведения, или ты перепутал и среди множества нормальных платьев отыскал пеньюар. – Сам сказал выбрать, что понравится, – пробурчал Кирк. Ему короткое черное платье с тонкими бретельками и кружевом действительно приглянулось. – Спок, да ты уже задолбал! – наконец не выдержала Джоанна. – Не знаю, зачем Джим вообще тебя пригласил. Тебе ничего не нравится. Вообще ни-че-го. То слишком просто, то слишком дорого, то слишком пошло. Возьму и пойду на выпускной в джинсах, буду вас позорить. – Не веди себя как отец, и я не думаю, что меня как-то может опозорить твой туалет на выпускном, – Грейсон укоризненно покачал головой. – Вместо того, чтобы возмущаться, иди и примерь то, что предложил я. Тогда посмотрим. И да, то, что он выбрал, было, несомненно, в стиле Спока. Широкие брюки с высоким поясом и тонким ремешком, кружевным верхом и длинными тоже кружевными рукавами. Выглядело это экстравагантно и уж точно совсем не пошло, а, скорее, изысканно... Насколько мог судить Кирк. И на Джо смотрелось великолепно, к ее высокому росту очень подходили брючные костюмы. – Мы отпорем этот ужасный цветок с пояса, и… – Будешь королевой бала! – радостно перебил его Джим. – Вряд ли… Но внимания точно привлеку, – Джоанна крутилась перед зеркалом, рассматривая необычный вариант выпускного платья. – Кхм, цена… – Не волнуйся. Я добавлю, – уверенно кивнул Грейсон. – Оно того стоит. Берем? – Берем! – улыбнувшись, согласилась Джо. – Эээ, ребята, это, конечно, круто, но Боунс увидит это и открутит нам голову. Всем по очереди. Его вкус южного колониста этого не переживет. – Думаю, Леонарду до поры до времени вообще не обязательно об этом знать. Скажем, что его еще нужно доработать, а в день выпускного он уже не сможет ничего сделать, – предложил Спок, в котором неожиданно проснулись задатки конспиратора. *** 20 июня 1999 Выпускного вечера с нетерпением ждут все школьники: для кого-то это возможность последний вечер провести со своими друзьями, для кого-то покрасоваться в прекрасном платье, может быть, стать королевой бала, ну или, на худой конец, просто напиться. Но Джоанна училась с этими ребятами меньше года и не настолько привязалась, чтобы грустить о скором расставании. Этого дня Джо ждала долго, потому что выпускной вечер, фактически, означал её полную свободу. Хотя ей, несомненно, тоже хотелось покрасоваться в своем довольно необычном наряде. Кроме Спока и Кирка его еще никто не видел, и можно было только догадываться о том, как это воспримут одноклассники и, тем более, отец. Он был жутким консерватором и, наверняка, ожидал, что на ней будет сдержанное и простое платье. Именно такое бы посоветовал сам МакКой. Как в классическом школьном фильме она сейчас должна была спуститься по лестнице, а внизу руку ей должен был подать кавалер на сегодняшний вечер. Но мужчин в этом доме и так было достаточно, да и отец в штыки воспринимал всех ее кандидатов в бойфренды. Поэтому спутник должен был дожидаться ее уже у школы, а туда ее доставит Джим. Лучше не рисковать. Последний раз глянув в зеркало и глубоко вздохнув, она вышла из комнаты, в коридоре столпились все обитатели дома, даже Мэрилин, почувствовав всеобщий ажиотаж, присоединилась к ним. Джо вряд ли когда-то видела такое выражение лица… Оно было просто непередаваемым. Кажется, в голове отца галопом пронеслись мысли от «что это еще такое?» до банального «бляяять». – Джоанна? Какого черта? – наконец, выдавил он. – Пап, тебе что, не нравится? – притворно испугано спросила Джоанна. Кирк заранее предупредил её и посоветовал, что, если отец будет недоволен, а он, очевидно, будет недоволен, проще всего надавить на жалость, а еще лучше пустить слезу. По его словам, на мужчин совершенно непостижим образом действуют женские слезы, и ее отец уж точно не исключение. Джо предпочла не спрашивать откуда у Джима такие обширные познания, ей и без того было чем забивать себе голову. – Как это вообще в голову могло прийти? У вас глаз что ли нету? Или мозгов? – он раздраженно повернулся к Джиму и Грейсону. – А ты куда смотрела? Или что тебе посоветовал этот двинутый, то и купила? – МакКой снова взглянул на дочь. – И да-да, Грейсон, очевидно, что это все твое влияние. Джоанна решила пока не применять методы Джима и просто промолчала, обижено глядя то на отца, то на Грейсона. Все-таки это действительно он выбрал этот наряд, пусть и оправдывается. – Леонард, не стоит так волноваться, это всего лишь одежда. И Джоанне её костюм нравится, а со стороны отца вообще не просто неэтично, а некрасиво допускать такие вот комментарии, – Спок, конечно, перегнул палку и зря произнес последнюю фразу. – Да, конечно, Спок, ты же у нас отличный советчик в плане отношений детей и родителей, и как я только мог забыть, – съязвил Леонард. – Раз такие умные и сами можете справиться, то отлично. А ты, – он взглянул на дочь, – чтобы в полночь была дома. – Ну папа! – Но Боунс! – не выдержал Джим, но МакКой проигнорировал обоих. Он лишь недовольно махнул рукой и ушел в гостиную. Грейсон, пожелав Джоанне хорошего праздника, последовал за ним, а Кирк, схватив с крючка ключи от машины, улыбнулся девушке. – Не обращай внимания, ты отлично выглядишь. Поехали? – Поехали. Джеймс вырядился как настоящий пижон, по крайней мере, по сравнению с тем, что он носил каждый день. Отличный темно-серый костюм с одной пуговицей, бабочка, лаковые туфли. Такое ощущение, как будто это он был выпускником, да не просто выпускником, а первым кандидатом в короли бала. – Не переживай из-за Боунса, – повернулся к ней Джим, когда они уже подъезжали к школе. – И не обижайся. Ты же понимаешь, он… сложный человек. Спок, конечно, его сейчас образумит, скажет, что это он поступил неправильно, но он, на самом деле, тоже переживает по этому поводу… – Кирк припарковал машину, улыбнулся и вышел, чтобы открыть перед ней дверь. – Вообще забей на это, сегодня твой день! – Спасибо, Дж… – она хотела поблагодарить его и распрощаться, но Кирк взял ее ей под руку, и буквально потащил к зданию школы. Сначала она не поняла, зачем это вообще нужно, но потом до нее дошло, видимо, Джеймс действительно решил, что он её сегодня сопровождает весь вечер. – Эээ, Джим, дальше я сама, – она ловко вывернулась из его хватки и сделала пару шагов вперед. – А? – растерялся на секунду Джим. – В смысле, хм... Я понял… За тобой заехать? – Нет, я сама доберусь. И так, спасибо, что довез. – Да ерунда, – он неловко улыбнулся. – Повеселись там. И насчет полночи Боунс пошутил… я так думаю. Кирк развернулся и зашагал обратно к машине. Давненько Джоанна не чувствовала себя так отвратительно. Джим действительно подумал, что будет ее кавалером в этот вечер, а она так обломала его. Конечно, Джо знала, что он все еще считает себя молодым и все такое… Но, черт, неужели он действительно мог подумать, что ему будет место среди восемнадцатилетних подростков? *** 27 июня 1999 Спок догадывался, что этот июнь будет для них одним из самых тяжелых месяцев. Вслед за выпускным предстояло пережить выдачу аттестатов, и только потом можно будет вздохнуть спокойно. Хорошо еще Джослин не смогла приехать, застряв в Дублине из-за погодных условий. В доме и без этой женщины все шло наперекосяк. Джим, собравшийся быстрей всех, только путался под ногами, не зная, чем себя занять, слонялся из комнаты в комнату. МакКой заметно нервничал и вообще готов был сорваться из-за любой мелочи. Он терпеть не мог официальные мероприятия, строгие костюмы и все в этом духе. Даже галстук Спок завязал ему собственноручно, сам бы тот ни за что этого бы не сделал. Только Джо собиралась у себя, и ее не было ни видно ни слышно… И на том спасибо. Они практически опаздывали, и выдвигаться нужно было, в крайнем случае, минут через десять, но в гостиную влетел Леонард почему-то без пиджака и с развязанным галстуком. – Я никуда не поеду, – он приземлился на диван подле Кирка. – Леонард, довольно. Какая на этот раз причина? – устало вздохнул Спок. Только этого еще не хватало. Последние пару дней МакКой только и делал, что выдумывал причины как бы никуда не ехать и пропустить выдачу аттестатов. – Ты же знаешь, я ненавижу все эти мероприятия. И вообще, это Джослин должна была с вами ехать, точней даже без вас… Не понимаю, что вы-то там забыли. Ладно еще я… Хотя присутствовать там только потому, что я отец, глупо. – Именно потому, что ты отец, ты и должен быть там, причем в первых рядах, – с нажимом произнес Грейсон. – Чтобы я не слышал больше ничего подобного. Мне уже по горло хватило всех этих разговоров. – С каких пор ты специалист в плане отношений отцов и детей? Что вообще за внезапно проснувшийся родительский инстинкт? Мне, наверное, стоило бы напомнить, что… – начало было Лен, но Кирк, поднявшись, похлопал того по плечу, отвлекая от перепалки, которая легко могла разгореться и перерасти в ссору. Только этого им сейчас не хватало. – Боунс, не нужно. Ты же прекрасно понимаешь, что всё равно поедешь, так или иначе. Хватит уже ломаться. – Идите на хер. Оба, – огрызнулся МакКой. Он вышел из гостиной, хлопнув напоследок дверью. Как только они остались с Джеймсом наедине, тот, подойдя к Грейсону вплотную, аккуратно приобнял его, видимо, в попытке успокоить и сгладить напряжение. – Джеймс, не время… И костюм помнешь, – он аккуратно отстранил Кирка. – Джоанна еще не собралась, и так куча дел, мы опаздываем… – Да ничего с твоим костюмом не случится, – нахмурился Джим. – Ладно, – отпустив Спока из объятий, он прошел на кухню. Оставшись один, Грейсон только и мог, что гадать с чего это Кирка так внезапно перекоротило. Сейчас уж точно не время для нежностей и ласк, еще и нужных очков не было на месте… – Грейсон, тебя Джо зовет! – из ванной прокричал Леонард. В который раз, устало вздохнув, Спок все-таки пошел наверх. Сегодня важный для Джоанны день, и внимание, в первую очередь, должно быть направлено на нее. Но до комнаты девушки он так и не дошел. На лестнице Грейсон столкнулся с Кирком, который по-прежнему бесцельно слонялся по дому. – Спооок, – позвал он. – Ну что на этот раз, Джим? Джо зовет, и… Джеймс, перестань… – если раньше он еще сомневался в том, что именно удумал Кирк, то поцелуй и укус в шею никак иначе расценить было нельзя. – Сейчас не время. – Мы и так уже опаздываем, пятью минутами раньше, пятью позже, уж не важно, – он ухватил Грейсона за запястье и потянул за собой наверх. – Что на тебя нашло именно сейчас? – в любой другой момент Спок бы не задумавшись последовал за Кирком… Но Джеймс выбрал самое, самое неудачное время. – Ты сегодня за главного, ходишь, командуешь… Так Боунса на место поставил, ты же знаешь, как меня это заво… – Ты с ума сошел, Джеймс, – нервно выдохнул Спок. – Не нужно, ты и так уж костюм помял… Уже не исправишь. – Костюм помял, ага… Я бы сейчас чего другое… Хм, неважно, – в глазах Джима блеснуло раздражение. Сильно дернув Грейсона за руку, он отпустил её, сбежал по лестнице и, громко хлопнув дверью, вышел на веранду. – По голове себе, блять, постучи! – ожидаемо послышалось из ванной. *** Атмосфера в машине была накалена до предела настолько, что еще чуть-чуть и заискрит. За время пути еще никто не произнес и слова, все упорно смотрели в разные стороны: кто себе под ноги, кто в окно или на дорогу. Глядя на надувшегося Кирка, Спок почувствовал себя виноватым за утреннюю резкость. После вот таких вот недосказанностей молчание могло затянуться и на несколько дней, и лучше было бы сделать первый к примирению. И он не придумал ничего лучше, как действовать методами самого Джима: Спок осторожно положил ладонь ему на колено и легонько сжал, но Кирк, резко дернувшись, немедленно скинул её. – Руку убери, костюм помнешь, – громко произнес мужчина. В зеркале Грейсон заметил, как недоуменно уставились на них Джо и МакКой. Меньше всего Грейсону сейчас хотелось выкручиваться и пытаться им что-то объяснить. День и без того казался окончательно испорченным. И перед Джоанной из-за всего этого было крайне неловко, ведь он один здесь понимал, насколько важен не только сам факт выдачи аттестата, но и церемония. Но как только они подъехали к школе, всеобщая эйфория и чувство торжественности сделали свое дело, потихоньку раздражение сошло на нет. Спок прекрасно понимал, что когда они вернулся домой, все снова пойдет по кругу: Кирк будет дуться за инцидент на лестнице, МакКой ворчать насчет того, что он терпеть не может официальные церемонии… А он сам сбежит от этого в кабинет. Но все это будет вечером, а пока они втроем сидели на трибуне преисполненные гордостью за то, что приложили все усилия, чтобы этот день настал. *** 18 июня 1999 По настоянию матери на лето Джоанна всё-таки уехала в Ирландию. Все равно осенью ей предстояло вернуться в Штаты, но не в Орландо или Атланту… Джо собралась в Полицейскую Академию Сиэтла, и Кирк был только за, ведь именно туда, в свое время, он так и не смог поступить. Ну а Леонард предсказуемо был резко против и каждый раз пугал дочь перспективой закончить как Джим. Это, конечно, было справедливо, но обидно, потому что Кирк, как ему казалось, устроился в жизни совсем неплохо. А уж у Джоанны было все, чтобы справиться с предстоящими трудностями: у нее был отличный аттестат, рекомендации, четкие цели, она знала, чего хочет от жизни и, в конце концов, у нее была семья, готовая поддержать, если что… Одним словом, все то, чего не было у самого Джеймса. К тому же, на всякий случай они договорились с Сулу, который уже преподавал в Академии, чтобы он помогал ей по мере возможностей. Все-таки для чего еще нужны старые друзья? Но как бы Джим не был рад за то, что перед Джо открываются такие перспективы, он не мог не скучать по ней, по той атмосфере, которую она создавала в доме. Ему снова было невыносимо скучно. Лен и Спок с утра отправлялись на работу, оставляя его до самого вечера в четырех стенах. Конечно, он был взрослым, самодостаточным человеком и прекрасно понимал, что так живут и работают практически все… Но все равно, как ни крути, а с Джо было куда веселее. А сейчас из всех каждодневных развлечений у него остались только поездки в магазины. Кирку нравилось просто так кататься на машине, а огромный список покупок в кармане придавал этим поездкам смысл. На этот раз, набрав целую тележку продуктов, собираясь приготовить что-нибудь эдакое на ужин, Джеймс направился к кассе. Обезоруживающе улыбнуться или подмигнуть кассиру стало для него чем-то вроде ритуала, женщины в ответ чаще смущались, но порой можно было надеяться на скидку или какую-нибудь акцию. – Мужчина, вы оплачивать будете? – немного раздраженно спросила девушка, только мельком взглянув на него. – Кхм… Да, конечно, еще пачку Lucky Strike, пожалуйста. Джим, на самом деле, был немного удивлен. Пусть едва уловимый флирт действовал и не всегда, но улыбку в ответ он получал исправно, по крайней мере, его никогда не игнорировали. Уж что-что, а то, что он нравился женщинам вне зависимости от их возраста, Кирк усвоил уже очень давно. И сейчас ему было немного неловко и даже самую малость обидно. Выйдя из супермаркета, Джеймс погрузил продукты в багажник и закурил, опершись на машину. «Черт, наверняка, та девчонка на кассе ровесница Джо, не старше уж точно», – с досадой подумал Джим. Неужто в стремлении потешить свое эго он даже не обратил на это внимания? Ведь к Джоанне Джим бы клеиться даже просто для галочки ни за что бы не стал. И нет, совсем не потому, что она была дочерью Лена… хотя и поэтому тоже. Просто для него он была еще совсем маленькой, и даже в голову не могла прийти мысль, чтобы посмотреть на нее не как на ребенка. А, с другой стороны, девушка в магазине тоже его раза в два младше… И, наверное, если бы она отреагировала на его заигрывание, в его копилку самолюбия добавилось бы пару монет. Только сейчас Джим подумал, что в словах и Грейсона, и МакКоя о том, что он постоянно молодится и никак не хочет свыкнуться, что ему уже за тридцать, есть доля смысла. Вот им не требовалось такое самоутверждение, они были, действительно, осмысленно взрослыми, состоявшимися людьми. Кирк буквально с ужасом осознал, как выглядел все это время на их фоне. Что у него вообще есть кроме двух людей, без которых он не мыслит своей жизни? Ведь, фактически, он так ничего и не добился. Все юношеские стремления остались в прошлом, он не поступил никуда после школы, работал с горем пополам. В Орландо он, правда, изредка чинил машины, но и то в половине случаев бесплатно, и это точно нельзя было назвать самореализацией. По сравнению с ним Леонард и, уж тем более, Грейсон, с его двумя высшими, выглядели настолько успешными и состоявшимися, что невольно в голову лезли вопросы вроде - «а нужен ли им такой неудачник как я рядом?». Конечно, это все глупости, и нужно срочно выбросить этот депрессивный бред из своих мыслей. Ведь Джеймс прекрасно знал, что будь он хоть пьяницей, хоть немощным, они бы его все равно не оставили. За столько лет они уже так привязались к друг другу, что разорвать эту связь не представлялось возможным. Но, черт возьми! Он ведь здоровый, далеко не глупый мужчина, которому идет только четвертый десяток, и впереди еще куча времени, целая жизнь, а значит начать меняться, заняться, наконец, делом еще не поздно. Когда-то же это время должно было прийти. А начать можно и с малого, например, прекратить флиртовать с продавщицами, а потом найти работу в какой-нибудь мастерской. Конечно, это не будет приносить большого дохода, но он будет занят, и времени на пустые сожаления просто не останется. А с финансами у них и так все в порядке, им на троих много и не надо. Удовлетворенно улыбнувшись, Джим кинул окурок в урну и сел в машину. Выезжая на трассу, он уже думал, как расскажет друзьям о том, что с завтрашнего дня у него начинается новая жизнь! *** 24 августа 1999 Только когда Леонарда окончательно вымотали двойные смены и срочные вызовы, когда он же хотел бросить это и уйти работать в небольшую клинику в пригороде, ему предложили пост главного врача. Он уже занимал подобную должность в Сиэтле, правда, недолго, всего около года, но этого времени хватило, чтобы понять, что это гораздо легче. По крайней мере, тогда его никто не выдергивал посреди ночи, а под начальством было достаточно молодых врачей и медсестер, чтобы перепоручать им бумажную работу. И вроде бы все шло к тому, чтобы согласиться на повышение, но он медлил, зная, что за более высоким положением и зарплатой последует и колоссальная ответственность. Джим ни на секунду не мог допустить того, что Леонард может отказаться от должности. И, конечно, тут же решил отпраздновать это, и плевать, что МакКой до сих пор сомневался в своем согласии. Только при поддержке Спока энтузиазм Джима удалось усмирить, этот год вымотал их настолько, что ни на какие празднества желания уже не оставалось. Лучшим знаком внимания для него бы послужили просто взгляды друзей полные гордости и понимания. Вернувшись вечером с работы, МакКой недовольно нахмурился, услышав звуки музыки, доносившиеся из гостиной. Первой была мысль о том, что Кирк плевать хотел на их уговоры и поступил по-своему. С другой стороны, зачем было включать пластинку, у них ведь уже давно есть отличный кассетный магнитофон. Леонард без проблем мог отличить звук винила от чего-либо другого, но каким образом Джим сумел это все устроить и, главное, для чего, всё еще оставалось для него секретом, ведь проигрыватель у них сломался лет пять назад. – Добрый вечер, Леонард, – уже вернувшийся с работы Грейсон устроился на диване с бокалом вина. – Добрый… – немного сбитый с толку МакКой присел к нему. – У нас сегодня какой-то особый день? Где вы этот проигрыватель откопали? – А тебя сейчас только он волнует? – усмехнулся Кирк. – Нет. Что за старье играет на весь дом? – Оу, Боунс, ты хоть знаешь, какая именно это пластинка? – Джеймс улыбнулся, доставая коробку из под альбома. – Понятия не имею. И, Джимми, я так замотался на работе, что мне сейчас не до твоих загадок. – Это первый альбом Pink Floyd. Я подарил эту пластинку, когда тебя назначили главврачом в Сиэтле, помнишь? – Эм… точно, – Леонард, задумавшись, отпил из бокала Джима. Он уже и забыл об этой пластинке и о самом подарке. Как еще Кирк мог держать в голове такие мелочи? И немного странно, и даже неловко было через двенадцать лет снова слушать Flaming. Вместе с песнями приходили воспоминания, казалось, что все повторяется снова, что их жизнь восходит будто по спирали: Джим все так же улыбается, сидя с ногами на диване, а он опять стоит перед выбором. – Неужели ты хранил пластинку всё это время, Джимми-бой? – Нуу да, это же подарок, и я все так же люблю Pink Floyd, а кроме того… – Кирк откинулся на диван. - Ты знаешь, что еще с ней связано? – Эй, снова загадки? Давай уж выкладывай. – Я выбирал её вместе со Споком, вообще-то именно он притащил меня в тот магазинчик. – А ведь я мог тогда уйти и не дождаться его. Джеймс опоздал почти на сорок минут, – не удержался и вставил свое слово Грейсон. – Интересно, что бы тогда было. – Да какая вообще разница, ведь ты меня подождал, – Джим устроил голову на плече Спока. – И все сложилось так, как должно было. «Так, как должно было…», – повторил про себя Леонард и усмехнулся, все действительно вернулось в исходную точку. И кто бы мог подумать, что ей станет его назначение на должность главврача, это же смешно. Но с другой стороны, откажись он тогда от должности, Джиму бы не пришла в голову идея о подарке, и он бы не отправился за ним и не встретил Грейсона… И ничего тогда бы не было? Погрузившись в свои мысли, Лен молча поднялся, и, взяв с камина пачку сигарет, вышел на веранду. Мысль о том, что такая мелочь могла перевернуть его жизнь, никак не укладывалась в голове. Джеймс и Спок, заметив его замешательство, переглянулись и двинулись за ним. Удушающие флоридские вечера никогда не могли проветрить голову и избавить от ненужных мыслей, вот и сейчас, стоя на веранде, Леонард никак не мог отделаться от ощущения, что все это до банальности смахивает на пресловутый эффект бабочки. «Что если все снова повторяется заново, и судьба дает шанс повернуть все вспять или готовит новый крутой поворот?», – думал он, глядя на друзей: Спока, развалившегося в кресле-качалке, и курившего, примостившись рядом, Джима. Как бы глупо это не звучало, но один лишь кивок, одно лишь согласие, данное им в больнице в восемьдесят седьмом, послужило импульсом, изменившим все в его чертовой жизни. И кто знает, сделал бы он точно такой же выбор, согласился бы он, уже зная, к чему это приведет? На этот вопрос у Леонарда МакКоя не было ответа.