Сочти меня эгоистом, пожалуйста.

Христиан Который день я уже бьюсь над созданием идеи для нового рассказа. Точнее, которую ночь. Допоздна сижу и чуть ли не бьюсь головой о ближайшую стену. Мне срочно надо его написать, но я не знаю о чём. Нет, не так. Я знаю... О людях. Но я понятия не имею, как конкретно написать: о каких людях, о каких ситуациях... Мне сейчас так нужны деньги... Хотя, наверное, писать только ради денег - низко... Примерно с такими мыслями я и уснул той ночью на клавиатуре ноутбука, сидя за письменным столом. Будильник, благо, прозвенел вовремя. Мне надо было собираться на работу. А работал я журналистом-обозревателем в одном журнале, но платили там не очень много. Поэтому я подрабатывал, принося некоторые свои рассказы в одно местное издание. С последней моей книжонки я получил неплохой гонорар. Директор издательства сказал, что если я буду приносить к нему подобные работы периодически, то смогу хорошо подзаработать. Этого я и хотел, собственно. Деньги были нужны. Очень сильно. Приняв душ, прилично одевшись, взяв всё необходимое, я вышел из своей однокомнатной квартирки и направился к ближайшей станции. Там мне предстояло сесть на одну из электричек, идущую до Мургейта. В заднем правом кармане моих джинсов находился старый мобильный телефон, который был годен разве что на то, чтобы звонить по нему да слушать музыку. "Жизнь" его хорошенько потрепала. Поэтому сейчас бы за него и гроша не дали... Наверное. Сейчас я использовал его как плеер. Провод от наушников тянулся из того кармана, под ветровкой, до самого воротника. Я шёл, подпевая одной из песен Red Hot Chili Peppers и, скажу вам, получал от этого огромное удовольствие. Да... Ничто не могло так поднять мне настроение, как музыка. Хорошая музыка. Воздух приятно пах утренней свежестью, смешавшейся со знакомым всем запахом электричек. Да, это и был мой любимый запах, который я предпочёл бы тысяче ароматам духов, одеколонов, благоухающих цветов... Такой родной, надо же... Приятный. Я невольно улыбнулся, подумав об этом. Был я человеком, любящим жизнь, ибо она за мои двадцать один с половиной ещё не успела меня, как следует, "потрепать". В отличие от сотового. Ему и четырёх лет хватило. Многие относили меня к разряду, так называемых, странных людей, кто любит жизнь, человечество, свободу и так далее. Да, в принципе, это так и было. Но я ещё любил музыку и свежую утреннюю свежесть, смешанную с запахом электричек. Ещё у меня было довольно странное датское имя - Христиан. Да, креатив из моих родителей так и изливался. Хотя, я, наверное, тоже как-нибудь мудрёно назову своего ребёнка. Чтобы запоминалось хорошо. Мы же все индивидуальные. Неповторимые сволочи, да. Как всегда, налегке, я дошёл до станции и осмотрелся: у касс было слишком много народу, поэтому я решил купить билетик в специальном автомате. Я подошёл к нему и начал вводить координаты нужной мне станции. Внезапно музыка в моих наушниках прервалась. Я понял, что она уже исходит из динамиков моего телефона. Тут же, почувствовав, что в моём кармане нет сотового телефона, я резко обернулся. "Чёртов грабитель! Карманники среди белого дня! Вот я тебе сейчас!.." - разъярённо думал я. Но, развернувшись, я застыл в полнейшем оцепенении. Большие серо-зелёные детские глаза, полные страха и ужаса, смотрели на меня снизу вверх. Совсем юный парнишка держал мой сотовый аппарат в своих дрожащих ручонках и был не в силах пошевелиться. Я, было, открыл рот, чтобы сказать ему пару слов, но он выпустил мой телефон, из динамиков которого всё так же играла музыка, и пустился бежать. Споткнувшись, он упал, но сразу встал и предпринял попытку побежать дальше. В груди у меня защемило. Причём с такой силой, как никогда ранее. Этот мальчишка... Он даже был не в состоянии убежать. Ведь... Его левая нога была короче, чем правая. Он с трудом передвигался, о каком побеге здесь может идти речь, вообще?! Господи, на что он надеялся, вытаскивая из моего кармана телефон?.. Он же... "Мне надо его догнать", - подумал я и побежал за ним. - Эй, парень! Стой же! - сказал я, взяв его за плечо. Догнать парнишку не составило труда. - Дядь, но я вернул всё! Отпустите! - заливался он, пытаясь вырваться. - Пожалуйста, дядь, не буду больше, только пустите! - Послушай, успокойся, - я развернул его лицом к себе и чуть присел, придерживая его обеими руками за плечи. - Нет! Дядь, отпусти! А то меня в приют сдадут! А там не кормят вообще! У Каспера там сестру насмерть забили! Дядь, пусти! - хныкал он. Парнишке было лет семь-восемь... Каштановые волосы его падали на лицо, чуть закрывая глаза. Ходил он в каких-то отрепьях, которые явно были и не его вовсе. - Да подожди, - я пытался его успокоить. - Я не буду тебя никуда сдавать, не переживай. - Дядь, правда? - пролепетал он, и его глаза стали расширяться. - Но я же... Мобильный у тебя... Дядь... - он не мог понять моей доброты к нему. - Подожди, у меня есть кое-что для тебя. Только не убегай, - я полез в свою барсетку. – Мой, "потрёпанный жизнью", а, точнее, мною, сотовый и гроша не стоит... Парень чуть усмехнулся в ответ на мою такую шутку. Это явно позабавило его. - Вот, держи, - я протянул ему несколько купюр. Тогда я считал, что это всё, что я могу для него сделать. - Раз в приют ты не хочешь, то хоть так... - Дядь, но тут много так... - недоверчиво посмотрел он сначала на меня, а потом на деньги. - Поверь, здесь не так много. Но за мой телефон тебе бы гораздо меньше дали. - Гораздо? - он недоверчиво взял купюры из моих рук. - Ага, - кивнул я и встревожено взглянул на него. - Вот как... - он посмотрел на деньги и, пересчитав их, протянул ровно половину мне. - Держи, дядь. - Мне-то они на что? - не понял я. - Телефон новый купить. Я же тот на пол уронил, и он, наверное, совсем сломался. "Какой же... Добрый ребёнок", - пронеслось у меня в голове. На моих глазах невольно стали наворачиваться слёзы. Я попытался сглотнуть ком, подступивший к моему горлу. - Нет, они твои. Я ещё заработаю. А ты... - я опустил взгляд. - А я же могу тоже взять. - В смысле? Как у меня телефон? - спросил у него я. - Ну... Да. Это, конечно, плохо, я знаю. Но мне по-другому нельзя. Бабуля, вон, которая тут иногда сидит, говорила, что правительство может воровать, а, значит, и я могу. - Эх... - я, было, хотел что-то сказать ему, но внезапно услышал объявление о прибытии моей электрички. - Всё, парень, побежал я. Слышишь, электричка моя была. Удачи тебе, - я вскочил с места и, забыв о билете и мобильном, помчался на нужную мне платформу. В ответ я услышал что-то вроде робкой фразы: "Пока, дядь..."