Amantes Amentes

Курт ненавидел то, что был вынужден сидеть у себя в комнате и скучать, вместо того, чтобы проводить время с Блейном здесь или в комнате Блейна, как получится… В общем-то, за это он и был наказан на две недели, и им с Андерсоном можно было видеться только до пяти часов и только на кухне или в гостиной. Всё было бы проще, если бы Финн умел держать язык за зубами. Родители Блейна уехали на выходные, и парни никак не могли упустить случая остаться вдвоем в целом доме. Распланировав чудесное свидание, которое бы непременно закончилось сексом, Курт сказал отцу, что ночует у Рейчел, а сам, конечно же, уехал к Блейну. Видимо, Хадсон совершенно забыл о просьбе брата и выложил Берту всё как на духу. К счастью, эта история всплыла только утром, когда у Курта состоялся серьёзный разговор с отцом по телефону, где присутствовали выражения «Я не заслужил лжи» и «Блейн – труп». Ну, хотя бы свидание прошло просто замечательно, и парни смогли насладиться восхитительным сексом, которого у них не было уже пару недель. Но, так или иначе, Курт был наказан, и никакие попытки Блейна взять вину на себя не спасли его от гнева отца. Поэтому всё, что оставалось Хаммелу, сидеть за компьютером и переписываться с Блейном в фэйсбуке. Курт 19:23 Привет. Я грущу сегодня. Напиши мне что-нибудь приободряющее. Блейн 19:27 Ну, дело обстоит так, что мне лучше не открывать свой ворд, потому что я поудаляю все к чертям! Я как бомба замедленного действия сегодня. Курт тяжело вздохнул. Он знал, что уже несколько недель Блейн работает над текстами песен, пробуя писать что-то своё, и часто это приводило к эмоциональному взрыву, когда его бойфренд был готов выкинуть ноутбук в окно. И только поцелуй нежных губ, продолжающийся на шее, ключицах и ниже, мог заставить брюнета отвлечься от неудачной попытки сочинительства. Курт 19:28 Представь мою попу. Некоторое время ответа не было, и Хаммел мог поклясться, что Блейн уже представил. Это всегда его успокаивало, даже если он никогда в этом не сознается. Блейн 19:34 Что, простите? Я психанул, посмотрел на текст песни и закрыл, пока не захотелось её удалить. А в итоге сказал «пошли они все» и выключил комп. Шатен улыбнулся, прижимая к груди ноги на компьютерном кресле. В этом был весь его парень – трогательный и ранимый, но безумно страстный и романтичный. И нужно срочно переключить на что-то его внимание, чтобы не спровоцировать депрессию. Курт 19:36 Давай играть в «правда или вызов». Блейн 19:37 Как мы будем играть? Хаммел улыбнулся, продумывая детали, и ответил. Курт 19:39 Легко. Смотри: правда или вызов? Блейн 19:40 Правда. Курт 19:41 Ты целовался с девушкой до Рейчел? Шатен захихикал, ожидая ответ, и нетерпеливо покрутился на стуле. Блейн 19:43 Нет. Правда или вызов? Курт 19:44 Правда. Он пытался предугадать, чего же такого секретного захочет узнать его парень, и закатил глаза, читая ответ. Блейн 19:46 Я был достаточно нежен, когда лишал тебя девственности? Курт 19:49 Да, было почти не больно. Правда или вызов? Блейн 19:41 А если вызов, то как? Курт 19:42 Сделай фото того, что видишь перед собой. Раз Блейн выключил компьютер, значит он в сети с телефона и доступ к камере ему открыт. Прошло несколько минут, прежде чем Андерсон отправил фотографию, на которой шатен заметил кусок шкафа из комнаты Блейна, спинку кровати и левую ногу его возлюбленного, вальяжно развалившегося на постели. И прямо в кадре был замечен большой плакат «Сверхъестественное» с главными героями на нем. Вероятно, брюнет повесил его совсем недавно. Курт 19:44 «Сверхъестественное»? Неожиданно. Блейн 19:46 Они охраняют мой сон, пока длится твоё наказание. Правда или вызов? Это было чревато, ведь фантазия бойфренда была буйной и пошлой одновременно, но Хаммел рискнул. Курт 19:47 Вызов. Блейн 19:48 Запиши видео «Привет, Блейн, я люблю тебя». Это было так в духе Андерсона. Они признавались в любви с десяток раз каждый день, но никого из них это не напрягало. Скорее, это было даже необходимостью. Курт 19:50 У меня нет сейчас камеры. Давай плакат нарисую? Блейн 19:51 Давай. Шатену потребовалось несколько минут, что бы достать чистый листок формата А4, написать на нем черной гелевой ручкой «Blaine! Je t`aime». Конечно, ведь скучно признаваться в любви на английском, а на французском уже веселее. Затем оранжевым фломастером он добавил художественной обработки надписи и нарисовал красным карандашом несколько сердечек вокруг текста и внутри него. Сфотографировав своё творение, Хаммел отправил его брюнету. Блейн 20:00 Какая милая надпись! Нормально, что у меня при этом появилась эрекция? Шатен громко прыснул в руку, чтобы домашние не заметили его громкого смеха. Курт 20:02 Ты озабоченный, я говорил это? Блейн 20:05 Напомнить тебе, кто шлепал меня по заднице так, что пара пятен ещё не сошли? И мама видела тот укус на шее. С трудом смог убедить, что меня не покусал бешеный бурундук. Шатен снова заткнул рот рукой, чтобы не рассмеяться слишком громко. Курт 20:08 Если папа увидит последние засосы, то я буду наказан ещё на месяц. Блейн 20:10 Я знаю, где их надо оставить, чтобы никто не увидел. Хаммел прямо кожей почувствовал тепло пониже спины и в верхней внутренней части бедер. Действительно, брюнет знал, где нужно оставлять засосы. Курт 20:12 Не представляю, как перенесу этот домашний арест. Зовут ужинать. Люблю тебя, Блейни. Он едва успел написать это, дверь комнаты распахнулась, и отец ещё раз позвал его вниз за стол. Хаммел спрятал переписку, потому что не хотел, чтобы кто-то прочитал топографию его засосов, поэтому ответ Блейна прочитал только спустя час. Блейн 20:14 Я тоже скучаю, малыш.

***

На следующий день, когда в районе пяти часов Берт возвращался с работы, он застал у дома машину Курта, а Финна, судя по всему, не было дома, но он не был наказан, поэтому ему можно. Конечно, он догадывался, что его сын с Блейном уже пересекли черту простых поцелуев и хождения за ручку, но его голову не покидала неприятная мысль, что Курт его обманул, чтобы провести ночь со своим парнем. С озабоченным Блейном Андерсоном, из-за которого Берта уже дважды вызывали в школу, когда парочку застукивали жадно целующимися в кабинете испанского. А от того случая, когда подростков застали полуголыми в раздевалке команды поддержки, мужчина сгорал от стыда и по сегодняшний день. Но глупо было отрицать, что парни любили друг друга и были счастливы вместе. Именно по этой причине Блейн Андерсон всё ещё жив, а не висел вниз головой в колодце стараниями заботливого отца Берта Хаммела. В комнате сына было тихо, и дверь оказалась закрытой, поэтому мужчина не заподозрил ничего неладного, видимо, Курт занимается или читает. Поэтому Берт прошел на кухню, чтобы налить содовой, но буквально поперхнулся напитком, когда услышал эти звуки. - Курт? Едва он позвал сына, звуки моментально стихли, и ответ раздался только через минуту: - Да, пап? Что-то в голосе Курта насторожило отца, поэтому он попросил: - Спустись, пожалуйста, вниз. Берт успел допить содовую, вымыть стакан и удобно усесться на диване с газетой, когда в гостиной появился растрепанный Курт и, конечно же, за его спиной маячил взлохмаченный Блейн. Ради целостности своей психики мужчина не стал отмечать, что вид обоих был весьма красноречив, а одежда выглядела так, будто её набросили наспех. Ох, об этом лучше даже не думать. - Блейн, уже пять минут шестого. Тебе вызвать такси? Не заметил у дома твоей машины. Брюнет, губы которого выглядели неестественно красными, поправил волосы на голове, отчего кудри выступили ещё явнее, и схватил гитару, которая стояла у двери. Как только Берт её не заметил раньше? - Нет, спасибо, сегодня не понадобится. Курт подал Андерсону его куртку, которую тот просто набросил на плечи, и после нежного поцелуя Блейн вышел из дома. Берт изучающе оглядел лицо сына, которое светилось сейчас истинным счастьем, поэтому не стал вдаваться в подробности того, что увидел только что. Прошло несколько минут, и через окно мужчина услышал странные звуки. Игру на гитаре и пение. Before you met me, I was alright but things / До такого, как ты встретил меня, я был в порядке, хоть Were kinda heavy, you brought me to life / И бывало немного сложно, а ты вернул меня к жизни. Now every February, you'll be my valentine, / И теперь каждый февраль, ты будешь моим Валентином, Valentine... / Моим Валентином... И этот голос был ему так же хорошо знаком, как и голос его сына. - Курт? - Да, пап? - Почему Блейн поет у нас на заднем дворе? - Мне кажется, что он протестует. Шатен негромко хихикал, пока в окно продолжали доноситься звуки. No regrets, just love / Никаких сожалений - только любовь! We can dance until we die / Мы будем танцевать, пока не умрём... You and I / Ты и я... We'll be young forever / Мы будем вечно молодыми! - Курт, скажи ему прекратить! - Я не могу! Он пытается добиться снятия домашнего ареста. Берт громко выдохнул и вышел на улицу прямо в футболке, говоря сыну остаться в доме. Он нашел Блейна сидящим прямо на своей куртке под их окнами и не перестающим петь. We drove to Cali, and got drunk on the beach / Мы едем в Кали и напиваемся на пляже, Got a motel and built a floor out of sheets / Снимаем комнату в мотеле и стелем простыни. - Блейн Андерсон, ты объяснишь мне, что это за мюзикл у меня под окнами? Брюнет продолжил петь и указал взглядом на табличку рядом со своими ногами. На ней значилось «Протестую против домашнего ареста Курта». - Блейн, это не смешно! – взревел Берт, но ответил ему Курт, чуть приоткрыв окно в зале: - Зато очень мило! Люблю тебя, Блейни! Брюнет сияюще улыбнулся и послал Курту поцелуйчик, затем заиграл другой мотив и начал другую песню. Unconditional, / Безусловно, Unconditionally / Вне всяких сомнений, I will love you unconditionally / Я буду любить тебя несмотря ни на что. There is no fear now / Нам нечего бояться, Let go and just be free / Давай оставим всё в прошлом и станем свободными, I will love you unconditionally / Я буду любить тебя несмотря ни на что. Последние строчки Курт пропевал уже вместе с ним, поэтому Берт просто оставил гитариста в покое и вернулся в дом, чтобы отвести сына от окна. Хаммел-старший думал, что едва ли Андерсона хватит надолго. Курт все так же выглядывал из окна и пояснял отцу песни, которые пел брюнет. Изумительно, надо сказать, пел. Сейчас, когда половина репертуара Кэтти Пери была уже исполнена, брюнет перешел на мюзиклы. - Милый, почему на нашем газоне сидит Блейн и поет? В комнату вошла Кэрол, вернувшаяся с работы и, видимо, уже заставшая это сумасшествие. - Он протестует, - выглянул Берт из-за газеты. - Против чего? - Потому что папа не разрешает нам пожениться, - ответил за отца Курт и поймал два ошарашенных взгляда. - Курт Элизабет… - Да я пошутил же! – быстрее поправился шатен, не желая отцу нового инфаркта. – Шутка! Кажется, оба родителя не оценили прелести этой шутки, но нагнетающуюся атмосферу разбавил Финн, скрипнувший входной дверью. - А что Блейн делает на нашем газоне? Если это из-за того случая в понедельник, то его можно понять. Правда, Курт, на тебе были очень узкие джинсы, а Блейну и меньшего достаточно, чтобы отключились мозги. Только используйте в следующий раз другое место, чтобы позажиматься, а то Арти уже боится зайти в туалет для инвалидов. Пока Берт и Кэрол пытались поднять челюсть с пола, Курт представлял, как отрывает Финну голову. А потом пришивает обратно. Но только для того, чтобы оторвать снова. - Нам что-то нужно сделать. Курт, скажи ему идти домой! – первой пришла в себя Кэрол. - Он не уйдет, пока меня не освободят из-под домашнего ареста или не смягчат наказание, - пожал плечами шатен. - Вау, а Блейн крутой! – воскликнул Финн, ловя полный ненависти взгляд брата. Голова Берта вот-вот грозилась взорваться от этих споров, от этого пения и от полного безумия, что творилось вокруг. Выровняв дыхание, он всё же принял решение: - Курт, иди к Блейну и скажи, чтобы ехал домой, - сын попытался что-то вставить, но мужчина продолжил. – Можешь отвезти его. Но к восьми чтобы был дома. Шатен громко воскликнул что-то неразборчиво радостное и, схватив ключи и куртку, вышел на улицу, где уже начинало темнеть. - Поехали, я тебя отвезу, бард ты мой неугомонный. Курт помог брюнету встать и сразу же оказался в тесном кольце его объятий. - Ко скольки тебе домой? - раздалось у самого уха, и Курт вздрогнул от наступающей волны возбуждения. - К восьми. - Тогда у меня есть ещё целых два часа, чтобы показать тебе, насколько я неугомонный. Хаммел почувствовал теплое дыхание своими губами и, улыбнувшись, притянул брюнета для поцелуя. К удивлению, Блейн отстранился первым и уверенно повел его в сторону машины. - Поехали быстрее. Родители вернутся часа через полтора, и у меня ещё есть шанс понаставить засосов там, где никто, кроме меня, не сможет их увидеть. Курт закатил глаза и, шлепнув брюнета по ягодице, сел за водительское кресло. Кажется, кого-то давно не кусали за шею.