Amantes Amentes

Вообще-то, день рождения у Криса,но мы поздравляем и его, и Курта, и вообще всех, потому что почему бы и нет?

- Блейн, почему у меня получается такое адское число? И в чем этот ужас вообще измеряется? Курт и Блейн сидели в гостиной дома Хаммелов и уже второй час занимались решением домашнего задания по физике. Точнее, решением занимался Курт, половину из этого времени потративший на попытку заставить бойфренда помочь ему. Хаммел не мог не признать, что, в отличие от него самого, у Блейна с физикой всё было в порядке, но тот, как назло, отказывался продиктовать ему решение. Вздыхая, брюнет отвернулся от окна и вернулся к дивану, где разместился Курт с тетрадями, учебником и калькулятором. - Потому что маленькая буква «к» в твоей формуле – это постоянная Больцмана, и её нужно смотреть в справочнике в конце учебника. Единица измерения – джоуль на Кельвин. Блейн разъяснял это так, словно Курт не понимает элементарных вещей, и в этот момент Хаммел даже забыл, кто именно из них учится в выпускном классе. Он открыл таблицу постоянных величин в справочнике и переписал оттуда значение постоянной в свою формулу. - И как мне теперь ещё и универсальную газовую постоянную высчитать? Рука Хаммела замерла, едва он расписал первый пункт решения, и брюнет снова посмотрел на него так, что Курт почувствовал себя несмышленым первоклассником. - Курт, вот же нужная формула. Постоянная Больцмана у тебя есть, а число Авогадро сам найдешь. Над головой шатена словно зажглась невидимая лампочка, и он снова вернулся к справочнику за нужным значением. Едва парень завершил все расчеты, то сверился с ответами, а затем победно вскинул ладони вверх. - Не прошло и часа, как мы закончили с физикой. Всё было бы проще и быстрее, если бы ты мне помогал, - недовольно проговорил Хаммел, игнорируя взгляд теплых карих глаз. Блейн пододвинул несколько тетрадей и сел рядом с парнем, мягко сжимая его руку: - Я тебе помогал. Но решать вместо тебя, согласись, это не помощь. Курт уже придумал с десяток оправданий, которые смогли бы растопить сердобольного Блейна, но их беседу нарушила Кэрол, войдя в комнату в весеннем плаще. - Мальчики, мне нужно на пару часов в город за покупками. Вы ещё занимаетесь? Курт хотел сказать, что они намерены взять пока перерыв, но, к его удивлению, Блейн успел встрять раньше. - Да, физика, - брюнет помахал первой попавшейся тетрадкой, которая к физике не имела никакого отношения. – Много физики. Женщина сочувственно вздохнула и проверила наличие телефона и ключей в сумке. - Берт сегодня допоздна, вам взять что-нибудь в супермаркете? - Нет, спасибо. - Хорошо вам позаниматься! Кэрол улыбнулась парням на прощание и вышла через парадную дверь.

***

15 минут спустя

- Боже, Блейн… Шатен краем глаза все же смог проверить, что дверь его комнаты закрыта, но это усилие далось ему с большим напряжением. Он вообще с трудом мог сосредоточиться на чем-то другом, когда обнаженный Блейн разместился между его расставленных ног. На тумбочке лежала открытая бутылочка смазки, которую брюнет уже успел использовать, пока чередовал дразнящие движения языком на головке члена своего парня с умелыми движениями пальцев в чуть растянутом отверстии. Курт тяжело дышал, срываясь на тихие стоны, но брюнета это только раззадоривало, и он принимался за более активные ласки. - Ммм, мне нравится твой новый гель для душа. Андерсон с улыбкой на губах склонился над телом партнера и провел носом от самого паха и до нижних ребер. До его нюха донесся аромат чего-то цитрусового с примесью розы и собственного запаха Курта, терпкого и идеального. - Блейн, иди сюда уже. Я готов. Пальцы брюнета легко выскользнули из Курта, и тот резко прижал Блейна к себе, жадно целуя. Их поцелуй, влажный, страстный и нетерпеливый, длился несколько минут, прежде чем оба вспомнили, что времени у них не так и много до возвращения кого-то из родителей, и решили скорее приступить к делу. Курт издавал высокие звуки, когда чувствовал себя божественно заполненным и единым с Блейном, и его голова едва ли полноценно соображала в тот момент, когда брюнет спросил: - Вроде на завтра же мы готовим песни современных бойс-бэндов для репетиции? Какое вообще сегодня число? Разговоры не мешали Блейну ускорять темп, и он активнее задвигал бедрами, несильно прикусывая плечо бойфренда. Курт не мог рассуждать ни о чем, кроме того, как ему сейчас хорошо с твердым Блейном внутри, но на автоматизмах он сумел что-то вспомнить и ответил: - Двадцать шестое. Затем он почувствовал, как Блейн чуть вышел, но нового толчка не последовало, пока тот о чем-то раздумывал. - Так завтра же… твой день рождения. Хаммел раздраженно прорычал и схватил брюнета обеими руками за ягодицы, притягивая к себе. - Обязательно обсуждать это вот сейчас? Двигайся, или останешься без секса на целую неделю. Оба понимали, что эта угроза показательная и не имеет никакой претензии на реальность, но уже через секунду Блейн возобновил скольжение, да так, что пальцы на ногах Хаммела крепко сжались, а ногти на руках впились в широкую спину партнера.

***

Курт Хаммел уже много лет не любил дни рождения. Когда-то, когда он был совсем маленьким, в этом была определенная прелесть: он получал подарки, сладости, и все старались его заобнимать. Но чем взрослее он становился, тем больше понимал бессмысленность этого праздника. С каждым годом он становился старше, и в этом не было ничего привлекательного или искреннего. Если кто-то захочет его поздравить или порадовать, то ему не понадобится для этого особенный повод. Любить и заботиться нужно каждый день, не переставая, а не в день рождения и Рождество. Это выглядит как лицемерие. Он с благодарностью принимал подарки, но не мог не ловить себя на мысли, что этого делать и необязательно. Гораздо больше юный Хаммел ценил поддержку, понимание и доброту, а купить нужную вещь он мог и сам. К тому же его подруги в лице Тины, Мерседес и Рейчел, как правило, выбирали совершенно жуткие подарки. Два года назад Берри подарила ему огромный розовый будильник с фламинго на верхушке, который прожил ровно два дня, до того момента, пока спросонья Курт не смел его на пол рукой, чем и закончился жизненный путь этого механизма. В прошлом году же брюнетка презентовала ему огромного плюшевого пса, который едва поместился на заднем сидении его авто. Это создание занимало слишком много места, поэтому пес жил на чердаке, и парень по нему ни грамма не скучал. Подарки Мерседес и Тины были менее вычурными, но такими же бестолковыми: футляр для очков, который потерялся ещё в школе; набор дешевых позолоченных колец и прочее. Неудивительно, что и в этом году Курту ждать ничего приятного не стоит. В любом случае, у него будет Блейн, который сможет спасти самый ужасный день рождения, какой катастрофой бы он не обернулся.

***

Курт шел к своей машине на парковке Маккинли, где его уже должен был ждать Блейн, но брюнета ещё не было нигде поблизости. Но едва ли это испортило настроение Хаммела, ведь злополучный день рождения начался не так и плохо. На его руке покоились часы – подарок отца, и это было единственным исключением из череды бессмысленных вещиц в его день рождения. В школе же, к удивлению, его не поздравил никто: ни Рейчел, ни Мерседес, ни Финн, и, что самое удивительное, даже Блейн. Тот мог забыть или же готовить настоящее романтическое свидание, поэтому Курта это нисколько не тревожило. Он решил подождать бойфренда внутри машины и достал ключи, подходя к дверце со стороны водительского сидения. Через полминуты он почувствовал, что не может двинуться с места, через мгновение – что не видит совершенно ничего из-за какой-то повязки на глазах, и ещё спустя секунду, что его полный ужаса крик никто не слышит из-за ладони, что крепко зажала его рот. И тут Курта окутал омут страха, ужаса и безысходности. Он не слышал голосов, но точно был уверен, что нападавших было несколько, и по тому, как резво ему заткнули рот и завязали глаза, это нападение было четко спланированным. Курта, судя по всему, затолкали на заднее сидение его же машины, но он не мог этого видеть из-за повязки на глазах и полной обездвиженности, и едва мотор автомобиля завелся, Хаммел точно мог сказать, что это его собственный Навигатор. Он лежал головой на чем-то твердом, вероятно, на коленях одного из похитителей, который ещё и связал чем-то его руки. Хаммел плакал, кричал, бился в истерике, но это не принесло результата. Его украли прямо со школьной парковки и везли куда-то на его собственном автомобиле. Когда волна слепой ярости прошла, Курт постарался успокоиться и подумать, что можно сделать в такой ситуации. Руки были связаны чем-то тряпичным за его спиной и никак не могли дотянуться до телефона, чтобы вызвать помощь. Опять же, лишенный зрения, он оставался полностью беспомощным. Ему вспомнилось, как в каком-то фильме похищенный запоминал дорогу, повороты и характер маршрута, чтобы полиции было легче найти его, но парень упустил слишком многое, пока дергался и пытался освободиться. Мысли стремительным потоком проносились в его голове, но все они казались бесперспективными. Вскоре автомобиль притормозил, и Хаммел понял, что они куда-то приехали. И судя по тому, как дверцы стали открываться, а его самого выносили наружу, это место было точкой их назначения. Парень почувствовал, как его поднимают вверх, словно по крыльцу, а затем послышался шум открывающегося замка. Раздался скрип двери, и Курта понесли внутрь. Через несколько минут парень почувствовал опору, потому что его перестали нести, а куда-то поставили. В голове Хаммела пронеслись ужасающие картинки из многочисленных триллеров и фильмов ужасов, и он решил, что не сдастся. Если все похитители поместились в его машине, значит, их не больше трех. Не так и много. Курт проверил натяжение пут, что сковывали его руки, и с удовлетворением обнаружил, что после его яростных попыток освободиться те стали рваться. Он сделал ещё несколько рывков, и материал продолжил давать трещину, вероятно, его связали обычным шарфом. И когда Курт почувствовал прикосновение к своим плечам, то понял, что хватит. Он не будет беспомощной куклой, а станет бороться, даже если это будет стоить ему жизни. В следующую минуту шарф, связывающий его руки, разорвался на части от мощного рывка, и Курт с силой ударил того, кто стоял к нему ближе всех. А затем он снял повязку с глаз.

***

Берт с хмурым выражением лица расхаживал по гостиной и наблюдал за тем, как Рейчел прикладывала лед к челюсти Финна, на которой виднелся внушительных размеров синяк. Девушка сидела на подлокотнике кресла, парень же сидел в самом кресле и выглядел так, словно по нему проехался асфальтоукладчик. На диване разместились Курт с Блейном, но на таком расстоянии, какое только позволял небольшой диванчик Хаммелов. Андерсон же походил на побитую собачонку, в то время как Курт – на тигра в гневе. - Так, давайте пройдемся по обстоятельствам еще раз, - протянул Берт, оглядывая лица подростков. – Вы хотели устроить сюрприз моему сыну и поэтому выкрали его из школы, завязав глаза? Угрюмые лица присутствующих были лучшим доказательством правоты, и Берт продолжил: - Но Курт сумел вырваться, ударил Финна, накричал на Блейна и отказался разговаривать с Рейчел весь ближайший месяц. Блейн бросал виноватые взгляды на своего парня и пытался придвинуться к нему ближе, но не потухшая ярость в голубых глазах подсказывала, что лучше этого не делать. - Итак, - резюмировал Хаммел-старший, - у меня только один вопрос: кто был автором этой гениальной идеи? Подростки опустили глаза вниз, не смея столкнуться взглядом ни с кем из Хаммелов, и Курт громко воскликнул: - Будто непонятно! Мой первый день рождения с Блейном, и моё первое похищение с Блейном! Просто блеск! Шатен вскочил на ноги и стал мерить шагами комнату: - И как вы все это представляли? Что вы снимите повязку, и я сердечно вас поблагодарю за то, что похитили меня, пока я боялся за свою жизнь? Вы нормальные вообще, а? Лицо Хаммела покраснело, и он все никак не мог успокоиться от того, что это придумали его собственные друзья. - Курт, мы… - А ты вообще молчи, если не хочешь, чтобы мы расстались здесь и сейчас! Глаза Блейна расширились, и его страх мог почувствовать каждый в этой комнате. Побледневшее лицо брюнета и застывшие слезы в них вернули Курта из состояния ярости, и он снова сел на диван. - Вообще-то, это была моя идея, - негромко начала Рейчел. - А я поддержал. Просто ты всегда говоришь, что день рождения – это скука, и мы решили его… ммм… разнообразить, - Финн разглядывал свои ладони, а затем продолжил. – Блейна мы вообще еле уговорили. Прости, Курт, мы хотели как лучше. Брюнетка закивала в ответ, и Хаммел расслабленно выдохнул. Последний час явно не войдет в топ лучших часов его жизни, но всё худшее позади. И он не мог не признать облегчения, что снизошло на него. - Ладно, можете расходиться. Но это не значит, что вы прощены, - Курт поднялся с дивана и зашагал в сторону лестницы, направляясь в свою комнату. Но внезапно он обернулся и нашел глазами Блейна. – Ты идешь со мной. Андерсон не знал, радоваться ему или горевать. Он и сам уже был не рад, что ввязался во все это, ведь до его части сюрприза дело так и не дошло. А может и не дойдет, если Курт расстанется с ним прямо сейчас. Но он не мог оставить этого просто так, и едва они оказались на втором этаже, Блейн загородил Хаммелу дорогу. - Курт, я понимаю, что… Что это всё жутко, внезапно, и вообще всё испорчено, но мы хотели, чтобы хотя бы этот день рождения ты запомнил. Шатен негромко хмыкнул и, обойдя парня, толкнул дверь своей комнаты. - Поверь, Блейн, этот день рождения я запомню надол… боже мой. Курт сбился с мысли и не мог больше ничего выговорить, потому что весь воздух вышел из его легких, и взгляду предстала удивительная картина: повсюду в его комнате висели воздушные шары, множество шаров, которые будто порхали в воздухе. Его кровать оказалась завалена лепестками красных и белых роз, а на письменном столе под прозрачной пластиковой крышкой стоял большой торт со свечами, и через упаковку можно было прочитать на нем «Курт Хаммел», обведенное в сердечко. Курт широкими глазами рассматривал всё это великолепие, и только спустя несколько минут заметил, что к витающим в воздухе шарам были привязаны фотографии: на каких-то из них был он один, на других с Финном или Бертом, но больше всего было фотографий, где изображены они с Блейном, улыбающиеся и бесконечно влюбленные. - С днем рождения, Курт. Шатен обернулся, вырываясь из омута фотографий, и увидел прямо перед собой Блейна, раскрывшего небольшую коробочку, в которой покоились золотые запонки, о которых Курт втайне мечтал несколько месяцев. И тут его недовольство растворилось окончательно под внимательным взглядом теплых карих глаз. Одной рукой он забрал у Блейна запонки и тут же прижался к нему в тесном объятии. Андерсон обнял его обеими руками, вдыхая запах каштановых волос, и нежно гладил по спине, просто наслаждаясь тем, что может быть к нему так близко. Курт негромко рассмеялся, поцеловал брюнета в щеку и взял за руку, ведя к письменному столу. - Зажигалка есть? - Зачем? – удивленно спросил Блейн, глядя на то, как Курт снимает пластиковую упаковку с торта. - Чтобы задуть свечи, нам сначала нужно их зажечь, верно? Андерсон удивленно заморгал, но его руки сами собой нашли зажигалку и зажгли каждую из восемнадцати свечей, воткнутых в торт. По телу исходил приятный трепет от этого зрелища, и Блейн отважился спросить: - А Берта и других не будем звать? Курт взял любимого за руку, переплетая пальцы, и поставил рядом с собой прямо напротив торта. - Своё желание, как и тушение свечей, я хочу разделить только с тобой. Поможешь? Сияющие улыбки отразились на лицах парней, и они, не разрывая рук, склонились и задули каждую из свечей, набрав в грудь побольше воздуха. И где-то на задворках сознания они допускали мысль, что загадали при этом одно и то же желание. Вместе. Навсегда.