Под сердцем

То, что происходило сейчас, лидеру не нравилось совершенно. И вроде бы надо радоваться тому, что их не пытаются схватить, хотя они в самом сердце логова Бишопа, но Лео почему-то не радовался. Ему не нравилось это. От этого было только хуже. Лучше бы эти люди подняли тревогу, бегали бы за ними с ружьями и даже, может быть, ранили пару раз, но эта тишина… Лео резко качнул головой, ускользая от взора очередной камеры. Как-то всё было слишком просто. Они пробрались в здание через вентиляционную шахту, но если там ловушки и были, то исключительно отключенные. Это настораживало ещё больше, будто Бишоп специально ждал их. А ведь Бишоп знал, что они точно придут. Но это значило, что картина, что их ждёт впереди, будет гораздо более впечатляющей, чем если бы не ждал. От этого мороз бежал по коже, становилось по-настоящему плохо. Разве что не мутило ещё, но до этого – Лео был уверен – дело дойдёт быстро. И хорошо, что Майки остался в машине. Глядя на Донателло, поджимающего губы, Лео понимал, что гений тоже задаётся подобным вопросом. И ещё больше убеждался в том, что всё не так просто, как кажется. Донателло кинул что-то вперёд, под обозрение камер, и по коридору разнёсся шум падающего алюминия. Мутанты застыли, ожидая хоть чего-то, но, сколько бы они там не стояли, никто не приходил. “Дело плохо”, – сосредоточенно подумал Лео, выходя из-за угла и спокойно проходя по коридору. Смысла прятаться не было всё равно, Бишоп так или иначе узнал бы, что они тут, если всё ещё не был уведомлен об этом. Уж Бишоп-то точно подготовится, чтобы встретить их, как он умеет. - Лео, нам нужно спешить, - Донни внимательно всматривался в экран своего навигатора, который ещё дома настроил на волны Рафа. Конечно же, черепахофон взять с собой темперамент не додумался. И впервые Донателло был благодарен инопланетянам за то, что они сделали. Но, с другой стороны, это именно они были виноваты в случившемся. - Не спи, - Лео нырнул в очередной коридор, и Донни, тихо выдохнув, шмыгнул следом за ним. Хотя, зачем им прятаться? Их и так уже видели. - Э, Лео, - Донателло остановился, немного хмурясь, глядя в экран прибора, с помощью которого они искали Рафаэля. Лео заглянул за плечо гения и вопросительно вскинул бровь. Донни тихо вздохнул. Иногда он сожалел братьям, потому что они не могли читать его мысли, и поэтому им приходилось всё объяснять. Лидер не был глупым, никто из них не был, просто не настолько умные, как он – Донни. - Я ведь говорил, что эта штучка вычисляет инопланетные волны, верно? – он взглянул на брата с надеждой. В последнее время было несколько сложно отделить своё “реальное” от общего, и часто он не знал, про что говорил, а о чём только подумал. Но, тем не менее, вздохнул с облегчением, когда лидер кивнул, сосредоточенно глядя на него. И тогда Донателло продолжил: - Так вот. До этого момента ловился лишь один сигнал, и я не знаю, как такое могло случиться, но… - К чему ты клонишь? – Донни замолчал, перебитый Лео, которому надоело слушать его невнятные объяснения, и гений понял, что лидер, наверное, подумал о самом страшном. И, скорее всего, уже обвинил во всём исключительно себя. - Их теперь два, - наконец, ответил он, ткнув пальцем во второй сигнал, который почти накладывался на первый. – Они в одном помещении. Быть может, в одной комнате. И я думаю, что нам стоит поторопиться. Это могут быть наши друзья со дна. Селить панику в сердце и без того не спокойного лидера Донателло не хотел совершенно, но был уверен, что Рафу может грозить больше опасности, чем они предполагали. Потому что сигналы перекрывались, и это совсем не нравилось шестоносцу. - Лео, может, нам стоит пойти в обхо… - Донни хотел предложить вентиляционные шахты, по которым они вполне привыкли лазать, но в этот раз Лео решил, видимо, идти напролом. Такое поведение лидера можно было смело записать в рейтинг природных катаклизм. Высшая степень беспокойства, до которой лидер доходил крайне редко. Но Донателло знал, что сейчас все эмоции старшего брата под всевозможными печатями и замками, и знал также, каких трудов ему стоило каждый раз не впасть в подобное состояние. Возможно, они чего-то не знают… - Ну, можно ворваться в самое сердце вражеского логова… и попасть в такую очевидную ловушку! Лео, справа! – Донателло едва успел достать шест-бо и спасти свой панцирь от внешнего вмешательства в его черепашью анатомию. – Если на уроке биологии вам дали задание препарировать черепах, могли бы попросить постоять! Правда, сомневаюсь, что черепашки-мутанты позволили бы вам это… Лео! Донни краем сознания подумал, что болтать во время битвы – хобби Микеланджело, но понял вдруг, что это несколько разбавляет обстановку. Борьба становится похожа на игру, исход которой – чья-то возможная смерть. Всего-то и беда. Зато какой стимул к победе! Оглянувшись, чтобы проверить, нужна ли помощь старшему брату, гений черепашьей команды понял, что лидер справляется и без него. Что ж, отлично, меньше придётся отвлекаться и дёргаться. Только вот Донни всё равно готов был рвануться к меченосцу и прикрыть его панцирь. Сам же Лео, кажется, вошёл в режим машины-убийцы. Его глаза горели ледяными пламенем, атаки перешли в нещадные, и подходить к нему было себе дороже. Он больше не боялся ранить, его клинки практически купались в чужой крови, нанося исключительно смертельные раны. Он двигался неуловимо быстро, подобно молнии, и его глаза – последнее, что видели многие из погибших. Им вполне можно было бы залюбоваться, его боем, его ледяным спокойствием, движениями, что он совершал – точными, уверенными, разрушительными. Он был бы идеальным воином без лишних мыслей в голове, без страха убивать и быть убитым, способным вовремя отключиться и уничтожить, чтобы спасти. Да, им можно было бы залюбоваться, если бы его клинки не имели бы возможности дотянуться и убить. Но даже сквозь закрытое наглухо сознание до него донёсся слабый зов, который он узнал бы, даже если бы уже был мёртвым. И непременно пришёл бы на него. Вскинув голову, Лео запрыгнул на торчащую из стены арматурину, до которой дотянуться не то чтобы ниндзя было сложно, но и обычному рядовому солдату с необычным оружием для обычного рядового солдата было вообще почти что невозможно. С высоты лидер смог увидеть прикованного к столу Рафаэля, вид которого был совсем неважным. Из его рта бежала кровь, испачкавшая плечи, лицо, пластрон… и Лео увидел порезы на руках брата, на его лице, на ногах, и провода, и стоявших рядом людей. Особое впечатление на Лео произвёл взгляд Рафаэля. Кажется, тот только что пришёл в себя. Но Лео отдал бы свою голову на отсечение, чтобы этого не происходило, ведь иначе бы темпераменту не пришлось чувствовать боль сейчас. Он очнулся бы позже, когда бы всё уже закончилось. - Донни! – Лео едва успел прикрыть панцирь уже уставшего от постоянных атак брата, и тот благодарно улыбнулся, шестом в очередной раз ударяя в грудь противника. – Ты должен помочь Рафу! Иди, я тебя прикрою! - Окей, - Донателло быстро преодолел расстояние до темперамента, и лишний раз ужаснулся тому, как плохо может выглядеть хоть кто-то из его братьев. Он даже понимал, в общем-то, что заставляет Лео загибаться сейчас. Чей-то прилетевший со стороны бластер удачно попал по прожектору, и яркий луч ослепил одного из ублюдков, что вертелись возле Рафа, и его Донателло вырубил шестом. Первый сай, брошенный Лео, выбил из рук второго человека скальпель, а второй клинок попал ему точно в артерию на шее. Мужчина упал на пол, вырвав трезубец из своей плоти, и корчился теперь, умирая. Донателло подхватил острый прибор и ловко перерезал ими ремни, удерживающие Рафа. Тот тут же перекатился набок и склонился над полом, и его стошнило кровавым сгустком. - Пожалуйста, Раф. Всегда пожалуйста, - пробормотал Донателло, и ловким движением подхватил падающего со стола брата. Он быстро оглянулся, пытаясь увидеть кого-нибудь, кто был вторым пойманным сигналом. Но вместо этого услышал скрип шин, а в следующий миг стена левее него разлетелась на камни. - Вас подвезти? – задорно сверкая глазами, спросил Майки, но весь его задор исчез, как только он увидел, что тут произошло. И отчасти понял, почему братья настаивали на том, чтобы он остался в машине. Ну, в конце концов, он всё ещё в ней. - Майки, ты вовремя! – Донателло, к слову, выглядел тоже не хорошо. Кровь из пореза на лбу заливала его глаз, на остальные ранения носитель нунчак решил не смотреть. - Лео! Лео, уходим! – крикнул шестоносец в толпу, которой стало значительно меньше, и Майки имел часть лицезреть, как из самой её гущи выпрыгивает, подобно заряду, их лидер, залитый кровью с головы до ног, и клинки его тоже оказались не в лучшем состоянии. Майки помог Донателло затащить Рафа в машину и уложить его на горизонтальную поверхность, а потом занял место за рулём, дожидаясь, пока Лео достигает их. Не без замирания сердца он смотрел в боковое стекло, как лидер падает на панцирь, проскальзывая под машиной, а в следующий миг он оказывается уже в салоне, а в его окровавленных руках блестят тускло сай Рафа. - Экспресс отправляется, пристегните ремни безопасности, - Майки вдарил по газам. – Удачной поездки! И машина сорвалась с места. Донни лишь порадовался тому, что успел пристегнуть Рафа, а в следующую секунду его ослепили звёзды перед глазами.

***

- Сэр, они его забрали! – доложил рядовой, держась за раненное плечо. Тот мутант с голубой повязкой почему-то внезапно остановился, не доводя своё дело до конца, и сорвался к машине. Можно сказать, повезло. Но Бишоп, тем не менее, оставался спокойным, несмотря на все потери. - Пусть уходят, - ответил он, рассматривая горы трупов у бойца за плечами. Вот насколько, оказывается, можно разозлить черепах. Даже вдвоём они умудрились разгромить несколько отрядов и его здание за такое короткое время. А ведь вроде бы самые адекватные из их непобедимой четвёрки. - Но, сэр! – но Бишоп не слушал. Он повернулся к результатам, полученным в ходе изучения этого мутанта. Если бы не излучения, Бишоп решил бы, что его приборы получили ложный сигнал, а если бы не кровь, он поверил бы, что черепаха просто оказался там случайно или болен. Но результат поверг его в шок, стоит заметить. Такого он точно не ожидал. Мало того, что на теле мутанта были следы контакта с пришельцем (и не одним, к тому же), так ещё и в нём эти следы оказались. Кроме того, каково было удивление Бишопа, когда выяснилось, что черепаха, чьё имя Рафаэль, оказывается, ждёт пополнение от этих самых пришельцев! - Не мешайте им уйти. Один из них может быть нам очень полезен. – Ухмылка Бишопа, появившаяся на его лице, была, пожалуй, самой жуткой из тех, на которые он был способен.