Под сердцем

Лео чувствует чужие руки, обнявшие его, и сожалеет, что не может почувствовать тепла за своей спиной, хотя от Рафа валит нарастающим жаром. Он легко улыбается, когда губы саеносца касаются его плеча, а потом поднимается выше, накрывая медленными поцелуями его шею, которую он ненавязчиво подставляет, считая пробегающие под кожей мурашки. И ему тепло от этого, и голова кружится немного. - Они волнуются за тебя, – шепчет саеносец, накрывая губами уголок улыбающихся губ, и целует их, как только они становятся ближе. Язык в глубинах чужого рта ласков и медленен, и некуда спешить, сейчас можно расслабиться. - За тебя тоже, – отвечает Лео, накрывая руку, скользящую по его пластрону вниз. Он не сопротивляется и не мешает, ему просто нужно чувствовать его, нужно знать, что всё в порядке. – Как ты себя чувствуешь? - М-м-м… - произносит саеносец томно, легко, словно пробуя, касаясь самых нижних пластин пластрона и обводя основание чужого хвоста, вырывая из груди старшего брата шумный вдох. – Прекрасно. Раф легонько трёт основание хвоста Лео, покрывая его шею поцелуями, и несильно давит на панцирь, заставляя его приподняться на четвереньки. Лео поддаётся легко, принимая правила этой игры, в которой он подчиняется и получает за это ласку, от которой у него кружится голова. И Раф молча дарит её, сам не подозревая, что её столько внутри него. И он рад, что лидер ему верит. Лео тихо стонет, когда рука темперамента ложится на его половой орган, и ненавязчиво толкается в его ладонь, прося большего. Сейчас он позволяет вести себя и не контролирует это. И это, наверное, к лучшему, потому что можно довериться инстинктам и просто наслаждаться. Руки саеносца немного грубоваты, видимо, из-за постоянного контакта с оружием, а ещё у него такая натура и нежные действия никак не вяжутся с владельцем сай, но тем не менее, Раф нежен, насколько это возможно. Он не спешит и не оставляет синяков (не руками во всяком случае). И в эти минуты он кажется по-настоящему прекрасным. Правда, Лео признаётся себе в том, что прекрасен саеносец всегда. Больше ни в чём себе и кому-то там ещё он признаться не может, потому что пальцы, скользящие вдоль его члена и – о боже – внутри него, лишают его этой возможности. - Раф, – выдыхает Лео, кусая губу, чтобы не стонать очень громко. В додзё не должны зайти, но кто знает, быть может, шум привлечёт братьев. – Раф, стой… - Что такое? – Саеносец останавливается и внимательно смотрит в глаза такого разомлевшего, такого горячего брата (внутренне он усмехается – брат, ха). - Тебе нельзя, – шепчет старший, жмуря глаз, когда Раф целует его в щёку, взяв его лицо в ладони. И не сопротивляется больше, даже когда он целует его глубоко, повалив на панцирь и навалившись сверху. Но как только Раф разводит его ноги в стороны, он упирается в его плечи руками. - Брось, Лео, – кривится саеносец, но лидер смотрит решительно. Раф фыркает, усаживаясь напротив. – Не дави на живот. - И не напрягайся, – Лео ухмыляется, довольный собой, и садится на колени брата, обнимая его, и целует, стараясь не прижиматься. Раф тихо смеётся в поцелуй и обхватывает ягодицы лидера ладонями, направляя его. Лео поддаётся и в этот раз и у саеносца голова кружится от этого. - О боже, Лео… - шумно выдыхает он, когда узкое тепло охватывает его всего. Темперамент откидывает голову назад, сжимая пальцы крепче, и делает пробное движение вперёд, но Лео больно ударяет его кулаком в плечо. “Поспешил?” – судорожно думает Раф, и это последняя мысль, посетившая его голову. Воздуха не хватает, перед глазами начинает плыть, но меченосец старается держать контроль над собой, ему хочется видеть лицо брата, его закушенную нижнюю губу, его покрасневшие щёки… он видит, что саеносцу хорошо, и наслаждается вместе с ним, переместив руки себе за спину, опершись ими в чужие колени. Раф же смотрит на него и не может поверить, что его брат может быть настолько возбуждающим. Ему хочется взять контроль полностью в свои руки, повалить лидера на спину и показать ему ритм, в котором бьётся его горячее сердце. Но он знает, что Лео не даст ему этой возможности сейчас, и направляет его руками, помогая. И Лео вроде бы не против этого. Темперамент чувствует, как пульсирует внутри меченосца, и не может сдерживать себя, и кончает в брата спустя некоторое время, накрывая его губы поцелуем, потому что Лео жмурится, тоже дойдя до конца. Они валятся назад, Лео оказывается снизу, и Раф мелко двигает бёдрами, пытаясь продлить его удовольствие. Они шумно дышат, целуя друг друга, и их руки везде, они переплетаются, и Рафу немного неудобно, потому что обнимать лидера одной рукой и удерживать свой вес другой несколько сложно, особенно после оргазма. И Раф уверен, что сейчас кончать по-другому он не сможет. Теперь рядом с ним должен быть его лидер. А ещё лучше – под ним. Хотя и в ведущей роли он ошеломителен, спору нет. Лео осторожно выворачивается из-под темперамента, и теперь Раф может нормально лечь набок и обнять меченосца поудобнее. Старший уютно устраивается в его объятиях, утыкаясь носом во влажное плечо, и глупо улыбается, чувствуя себя самым счастливым черепашкой на Свете. Лидер кладёт руку на щёку брата, смотрит на его умиротворённое лицо, на лёгкую, но полностью счастливую улыбку, на закрытые веки, и опускает кисть на выпуклый живот. Он ожидает, что сейчас Раф вскочит, схватит что-нибудь и, проклиная всех их, убьёт его к чертям. Но вместо этого темперамент улыбается чуть шире, свободнее, мягче, и накрывает ладонь Лео своей, несильно сжимая его пальцы в своих. - Ты чувствуешь это? – спрашивает саеносец шёпотом, потираясь щекой о плечо брата, и позволяет ему касаться его там. И знает почему-то, что никогда не будет против. - В последнее время всё чаще, - лидер кивает, касаясь губами горячего лба. - Это из-за воды, - произносит Рафаэль, совершенно расслабляясь. Он чувствует такое убийственное умиротворение, что даже голоса в его голове молчат. - Усиливает зов? - Да, они ведь… морские жители частично, - темперамент тихо смеётся, но Лео чувствует, что ему тяжело. И сжимает его ладонь в своей, закрывая глаза. - Ты всё ещё хочешь… - он не договаривает, но знает, что Раф понимает, о чём он говорит. И Раф действительно понимает. - Нет, Лео. Я многое понял. И я рад, что сделал это раньше, чем успел совершить самую ужасную ошибку в своей жизни. - Идём в воду? Тебе же лучше там, - лидер смущённо улыбается. – Да и я хочу послушать их ещё… Рафаэль смеётся и целует брата в уголок губ. И становится вдруг серьёзным, и Лео знает – он чувствует что-то. - Это, возможно, последние тихие дни, Лео, - произносит саеносец, и Лео кивает, понимая это. – Я немного боюсь… Раф отводит взгляд в сторону, и лидер поворачивает его голову обратно, и темперамент поясняет нехотя: - Вдруг я не выживу? Не хочу оставлять вас. Я же, можно сказать, только жить начинаю, обретаю цель своего существования… - Боже, Раф, вот как загнёшь… - Лео понимает страхи брата, и ему самому, по правде говоря, тоже страшно, но он отвечает отчего-то с уверенностью: - Всё будет хорошо. Вот увидишь. Всех нас переживёшь. - Не шути так, – Раф пихает старшего брата в бок, и тот смеётся тихо, немного откатываясь и потирая пострадавшее местечко. Обстановка, тем не менее, более расслабленная, нежели секундами ранее. И Раф улыбается, глядя на него с любовью и решимостью. - Идём, Лео. Нас ждут.