Под сердцем

Чудище, напавшее на ребят: http://ianimal.ru/wp-content/uploads/2011/03/sinekolchatii-osminog15.jpg http://diegruenwald.de/files/Die%20Gruenwald/Artikel/Viecher/Kopffuesser/Wozu%20der%20Farbwechsel/Blauringkrake.jpg - Это синекольчатый осьминог! – Донателло ловко уклонился от щупальца, отмечая на жёлтой коже помимо характерных синих пятен расцветающие коричневые круги. – И он зол! - Инкубатор! Охраняйте яйца! – Раф выскочил вперёд, срубая конец извивающегося щупальца и тут же уворачиваясь от второго. - Оно пришло за ними? – Лео вполне успешно смог прикрыть спину самого младшего из братьев и прийти на помощь к саеносцу. Внутри всё звенело, вопя дико: “Опасность!”. - За ними! – Рафаэль едва успел укрыться за колонной, где пригвоздил щупальце осьминога к бетонным плитам. - Будьте осторожны! – Донателло кинул цепь с крюком Микеланджело, памятуя о том, как тот ловко кидает снаряды и мельтешит перед глазами. – Не попадайтесь ему, держитесь подальше от клюва! Слюна этой твари, попав в кровь, убьёт вас за две секунды! - А ты умеешь обнадёживать! – Майки уже метнул крюк и теперь натягивал цепь, надеясь на то, что звенья выдержат. Осьминог оказался слишком подвижным, держать его было сложно. - Уж лучше быть убитым им! – Донни злился очень редко, и это было в какой-то мере забавно наблюдать, когда получалось разозлить его. Но сейчас Майки не получал удовольствия от этого. Злящийся и саркастичный Донни – плохой знак, особенно во время боя. - Сзади! – Раф едва успел прикрыть его, свалив его с ног, и его самого хорошенько приложило о стену, откинув в сторону мощным щупальцем. Сильную боль в животе саеносец ощутил не сразу, оглушённый, но когда ощущения вернулись к нему, стало совсем не до сражения с монстром. В голове Рафаэля тревожным перезвоном кричали голоса детишек, они очень боялись, зная, что им грозит смертельная опасность. Но, даже осознавая это, саеносец не мог ничего сделать. Его тело совсем не слушалось, мышцы натянулись до того, что даже вдохнуть было невозможно. Он задыхался. Перед глазами плыло. Но что случилось и что делать – он не знал. Он просто пытался встать, прикладывая множество усилий, но лишь беспомощно сжимал свои клинки и вжимался горячим лбом в пол, хватая ртом пыльный воздух. Почти впервые в жизни Рафаэль ощутил, как ему страшно. Он испытывал страх, конечно же, но никогда настолько ужасный. Он осознавал, что его семья в большой опасности. И осознавал также, что не может ей помочь. Ему самому сейчас нужна была помощь. Огонь в животе потёк ниже, разрастаясь, и саеносец понял вполне осознано, что это конец, ему не справиться. На его глазах его семью расшвыривает по разным углам, а потом щупальца хватают инкубатор и тянут его. Но почему-то он не двигается с места, только искры летят от ламп. Тогда конечности монстра обвиваются вокруг хранилища яиц и сжимают его, и Рафаэль слышит влажный хруст скорлупы, но мечи Лео точно и с силой лишают осьминога большинства щупалец, тех, что держат инкубатор. И только тогда их незваный гость, издав дикий рёв, кидается в воду, щёлкнув опасным ядовито-кислотным клювом возле плеча меченосца. - Чёрт, - выдохнул Донателло, опускаясь на колени перед инкубатором. Он не хотел смотреть, боялся, но всё же заставил себя и содрогнулся всем телом, когда увидел. Осьминог не смог унести инкубатор, тот на славу оказался прибитым к полу, но вот только… стоило ли оно того? Разглядывая поломанную скорлупу и мёртвые тела детей, Донни думал, что нет. Они погибли бы в обоих случаях. Разве что обстоятельства были другими бы да временная точка на судьбоносной линии. Но почему не сработала сигнализация? Все сенсоры работали, сигналы поступали и поступают на его ПК безоговорочно. Как тогда? Неужели Бишоп смог найти их и взломать коды доступа? Или монстр давно уже был в убежище? Шестоносец кинул взгляд на влажные следы и разрушения, оставшиеся после осьминога, и, проворачивая всю схватку в голове, посмотрел на воду. - Чёрт… - повторил он почти убито, и пожелал быть на месте детей. Они не заслужили такой участи, а Донни не смог защитить их, хотя должен был. - Ну, что, Донни? – Майки стоял в паре шагов от шестоносца и не решался подойти, видя убитый вид брата, его поникшие плечи. Донателло лишь головой покачал и поманил его к себе рукой. - Помоги мне собрать их, - попросил он, понимая, что это впечатлит младшего. Но Майки лишь кивнул и подошёл поближе. Он взял маленького детёныша в руки и просто молча уставился на него. Смотрел на безжизненное личико долго, держа осторожно и бережно, а потом мягко и неуверенно прижал его к себе и тихо всхлипнул. Донателло виновато опустил глаза, поджав губы, и сжал руки в кулаки. Видеть чью-то скорбь… как же это ужасно, чёрт возьми. Невероятно больно. Донни знал, что нужно это пережить, что вскоре боль притупится и всё вернётся в более привычное русло. Но как, как это сделать? - Донни, - позвал вдруг Микеланджело, опускаясь рядом, и Донателло поднял на него полные сожаления глаза. – Донни, это ведь дети Рафа… да? Но почему мне так грустно? - Не знаю, Майки, - шестоносец бережно обнял брата, зная, что Рафаэля лучше будет не трогать некоторое время. А лучше вообще исчезнуть. Только вот лучше кому? – Не знаю… - У меня ощущение, будто я его сердце держу, - прошептал носитель нунчак, прижимаясь к шее брата носом. - Одну его часть, - почти неслышно ответил Донни и обнял брата крепче. Не-вы-но-си-мо. - Ребята, там… - Лео прикусил губу, увидев, что именно случилось. Он представлял, что всё плохо. Но другое дело – видеть, а не представлять. - Что такое, Лео? – голос у Донателло хрипел, а Лео понял – Донни просто не может позволить себе слёзы. Не при Майки. Увидев детёныша в руках последнего, лидер ощутил, как сжалось сердце внутри. Они все… - Мне нужна твоя помощь, - Лео поманил его за собой, уводя от инкубатора, и Донни последовал за ним, ободряюще сжав плечо младшего напоследок. - Он пришёл через воду, Лео. И давно был тут. Таился… - Значит, Бишоп всё продумал. - Да, ему нужны были яйца. - И поэтому осьминог раздавил их? - Я не знаю, Лео. Пока не знаю. И я думаю… ох, панцирь… - только и смог он выдохнуть. Рафаэля они нашли в луже его собственной крови.