Одна, но пламенная страсть +4522

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Ориджиналы

Пэйринг или персонажи:
м/м, м/м/м
Рейтинг:
NC-17
Жанры:
Ангст, Юмор, Повседневность, ER (Established Relationship)
Предупреждения:
Нецензурная лексика, Групповой секс
Размер:
Мини, 11 страниц, 1 часть
Статус:
закончен

Эта работа была награждена за грамотность

Награды от читателей:
 
«Любимая работа!» от Aksu
«Это было горячо, автор. » от Трагер
«Супер!!!» от arina1De
«Отличная работа!» от Chitin
«Отличная работа! просто супер!» от Elena163
«За прекрасных героев!» от oshish
«Отличная работа!» от Tori_Grace
«Отличная работа!» от Cold April
«Отличная работа!» от madarra
«За любящие мужские сердца!» от IGU
Описание:
Васька - человек не гордый: его послали на х**, он и пошел. Да еще и удовольствие получил.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
вторая часть здесь ---> http://ficbook.net/readfic/2642979

третья часть здесь ---> http://ficbook.net/readfic/2732858

Никита ---> https://vk.com/photo218727870_456239242
5 марта 2014, 19:09
Васька ошеломленно смотрел на захлопнувшуюся и лязгнувшую автоматическим замком дверь, не веря случившемуся. Его бросили. Бросил парень, для которого Васька на всё-всё-всё был готов.

Вот ведь фигнотень, а!

Васька тяжело, как-то по-мужицки, опустился на дерматиновый диванчик в прихожей, пытаясь собрать в кучу хаотично разметавшиеся мысли.

С Жориком – первым парнем на деревне, то бишь на их радиотехническом отделении – Васька встречался целых шесть месяцев. В глазах влюбленного Васьки Жорик был безгрешен, аки ангел небесный; озорной, хорошенький, языкастый Жорик умел располагать к себе нужных людей. В общем, полная Васькина противоположность. За это, наверное, Васька его и полюбил.

Ну, как полюбил… С Жориком было весело и удобно, ибо парень был из тех, кто без мыла в неё самую влезет. К тому же Жорик был единственным, кто стойко продержался рядом с Васькой дольше, чем пару бестолковых ночей. Иногда, глядя на сидящее рядом блондинистое чудо, Васька, сладостно замирая, думал о том, какой он все-таки везунчик, раз такой популярный парень не только обратил на него внимание, но и согласился на постоянные отношения…

И лишь крошечный червячок сомнения (по прошествии полугода превратившийся в двенадцатиметрового бычьего цепня) подгрызал Васькину эйфорию – Жорик никак не соглашался на активную позицию в сексе.

Сначала Васька списывал Жориково «не могу, не хочу, не буду» на страх быть ведущим, хотя и пытался уверить бойфренда, что парни там у него уже были и что никакого урона Васькиным тылам Жорикова страстность не нанесет. Поэтому Васька возложил на свои не то чтобы богатырские плечи трудную обязанность актива и с честью выполнял супружеский долг. Стоит ли говорить о том, что дотоле сам Васька предпочитал быть снизу и что Жорик был у него первым? Но раз назвался груздем… тьфу ты… универсалом, то требовалось держать марку.

Васькина жертвенность по достоинству оценена не была. И все робкие попытки напомнить Жорику о том, что у него тоже есть член и что не грех было бы им воспользоваться на благо Васькиной задницы, были проигнорированы – Жорик оказался пассивнейшим пассивом, хотя изначально, когда они с Васькой находились на конфетно-букетной стадии, позиционировал себя универсалом.

Отношения с Жориком Ваське льстили – все же, несмотря на демонстративное бравирование своей гомосексуальностью, Жорик был популярен. Правда, в их группе среди двадцати парней оказалось немало гомофобов.

С сожалением Васька констатировал тот факт, что именно из-за Жорика он потерял двух приятелей, с которыми хорошо общался не только по учебе, но и за пределами колледжа. Так что минусов в этих отношениях Васька нынешний увидел больше, чем Васька шестимесячной давности.

За то, что сразу не раскусил Жорикову стратегию и повелся на сладкие речи, Васька вдруг совершенно искренне себя запрезирал.

Как вполне адекватный человек Васька понимал, что у такого невзрачного замухрышки без особого ума, без ярких внешних данных и без надежных родственных связей удержать легкомысленного, как бабочка, Жорика не было никаких шансов. И то, что их отношения продержались целых полгода, было столь же удивительным, сколько и подозрительным, ведь единственное, что Жорик мог поиметь с Васьки, – это право бесплатно перекантовываться в его однушке. Конечно, помимо секса, который с некоторых пор Васька стал воспринимать как непосильную ненавистную обязанность.

И вот – финальное «Да у меня просто не стоит на тебя!» и лязгнувшая дверь…

От этих мыслей Васька совсем раскис и, дабы не впасть в состояние, близкое к депрессивному ступору, полез в интернет.

Васька был человеком увлекающимся.

Так, в тринадцать лет он активно, едва не по листочку собирал макулатуру, прочитав на заборе объявление о приеме бумажных отходов за вполне приличные деньги. Денег Васька так и не заработал, ибо бабушка Варвара, смотревшая на кажущееся безобидным занятие внука сквозь пальцы, случайно обнаружила среди истонченных желтых листов газеты «Правда» за тысяча девятьсот восемьдесят девятый год мышиную норку… Васька с ревом перетаскивал макулатуру в мусорный контейнер целых два дня.

В пятнадцать он увлекся компьютерными играми, дневал и ночевал у одноклассника Витьки, осваивая шутеры и файтинги, и едва не вылетел из школы за неуспеваемость вкупе с непосещаемостью занятий. Вновь вмешалась бабушка Варвара, упросившая директора дать сироте второй шанс. Ваське никогда не было так стыдно, как в тот момент, когда бабушка роняла слезы перед успешной лощеной Вероникой Львовной, которая согласилась помиловать Ваську лишь из желания быстрее прекратить этот балаган с тихой старушечьей истерикой.

Теперь Васька был одержим своей будущей профессией. В радиоэлектронике никто из его немногочисленных знакомых ничегошеньки не понимал, и Васька, умеющий паять микроскопические платы и стоять за профессиональным немецким станком, чрезвычайно собой гордился. К тому же, когда на втором курсе он получил зарплату за месяц практики на заводе, у него сбилось дыхание от сознания того, что если так пойдет и дальше, то жизнь его однозначно пойдет на лад…

А с недавнего времени у Васьки появилась еще одна маленькая страсть – тематический форум «Silentium». Пользователей – человек шестьдесят, из них активных – десятка два. Ваське здесь нравилось – и поболтать на провокационные темы, и картинки тематические поразглядывать, и поиграть в смешные сетевые игры. Этакий уголок тишины и уюта, где можно на время спрятаться от гомофобного окружающего мира.

Сейчас – без четверти три дня – посетителей на сайте не было, так что Васька решил просто побродить по темам, до которых раньше руки не доходили… О, актуально: «Мы пара. Оба – пассивы»… Васька хмыкнул и полез в обсуждения. Правда, вскоре ему взгрустнулось от того, что те, кто отписывался в этой теме, кажется, нашли решение, удовлетворившее (во всех смыслах) обоих, и теперь счастливы.

Васька вздохнул и натурально закручинился.

В тему «Мы пара. Оба – активы» он полез потому, что остальное («Интимная депиляция: за и против», «Как соблазнить натурала?», «Виртуальная измена») Ваську не заинтересовало. Зато щеки пикантно запунцовели от язвительно-откровенных постов пользователя под ником Зверь – парень не стеснялся в выражениях, называя вещи своими именами… До этого Васька даже не знал, что существуют пары, где оба партнера – убежденные стопроцентные активы.

Не Зверь начинал эту тему, но именно его сообщений здесь было подавляющее большинство: он делился собственным опытом таких отношений, выводил парней на откровенный разговор, давал советы активам, осознавшим, что любят друг друга, но не рискнувшим «подставиться» партнеру… Тема была активной еще год назад, а потом вдруг тишина… И месяц назад глубокомысленный пост: «…Сегодня два года, как мы вместе… Два успешных мужика, крепко стоящих на ногах, довольных жизнью и друг другом. Отмечали в ресторане с друзьями и Его родителями… Совет нам да любовь, ха-ха :-( Так какого хера я сейчас сижу на кухне и смолю одну за другой, предаваясь печальным размышлениям о бытии, когда должен до умопомрачения трахаться с Любимым?.. Когда-то мы говорили о том, чтобы приглашать третьего – пасса – в нашу постель, если станет совсем невмоготу… Но оба ревнивы (да-да, оправдываю свой ник)… Или просто не можем набраться храбрости, чтобы предложить что-то конкретное – идея так и заглохла на уровне полунамеков… В душе не ебу, как разрулить ситуацию… Напряжение между нами скоро ножом можно будет резать… Люблю Его и бешусь от того, что не могу дать того, чего Ему так хочется…».

Прежде, чем Васька осознал, что же он, идиотина, делает, в личку Зверя было отправлено сообщение: «Вы все еще ищете пассива?».

С болезненно-красными щеками и пылающими ушами Васька выбрался из-за стола, запихал ноги в зимние кроссовки, схватил пуховик и выскочил из квартиры, словно опасаясь, что сейчас из экрана выберется разъяренный Зверь и оторвет Ваське все, что плохо приделано. И будет прав – негоже вмешиваться в чужие, хоть и кризисные отношения!

Полтора часа Васька бездумно шатался по знакомому с детства району, игнорируя собачий холод и толпы возвращающихся с работы граждан. Поставив на максимум громкость в плейере, он ушел в мир музыки, гоня подальше мысли о нелепом бездумном поступке и о его возможных последствиях…

Переделав кучу домашней работы, написав реферат по совершенно ненужной на выпускном четвертом курсе философии, приготовив аппетитные макароны по-флотски, Васька с аритмично колотящимся сердцем, готовым вот-вот пробить грудную клетку, открыл браузер и нашел «Silentium» в закладках…

Вкладка «Личные сообщения» ёрнически мигала ярким желтым конвертом.

Васька вытер внезапно вспотевшие ладони о спортивные штаны и дрогнувшей рукой открыл сообщение.

«Где написано, что мы кого-то ищем? :-) Привет, кстати :-)».

Васька облизал пересохшие губы и написал в ответ: «Прости. Видимо, не так понял твой полуночный зов».

Перейдя на главную страницу форума, Васька увидел, что Зверь сейчас в сети. Но все равно удивился почти мгновенно пришедшему ответу: «Мой «полуночный зов» ты понял как объявление о знакомстве? О_о».

Осторожно подбирая слова, Васька решился: «Просто принял желаемое за действительное. Надеюсь, у вас уже все утряслось?.. Блин, тебе тоже привет :-D».

«Твою ж неведомую маму, Василий Сергеевич, что ты творишь?» – мысленно возопил Васька, для порядку побившись головой о старый лакированный стол, где был пристроен его бэушный ноутбук. Крайняя мера не помогла – в груди по-прежнему давило, а в паху жгло огнем. Что уж говорить про задницу, в которой разом засвербело при мысли о реализации давней тайной фантазии – быть оттраханной двумя самцами. Васька обозвал себя гнусным извращенцем и пошел пить чай.

«Я тебя правильно понял?».

«Чего уж непонятного-то?», – проворчал про себя Васька и, чувствуя какое-то глухое злое возбуждение, настрочил:

«Не сомневался в твоей сообразительности :-D Я просто хочу секса. Так, что в жопе зудит. Никаких отношений, никаких претензий – встретились, потрахались в свое удовольствие, разошлись. Понимаю, что звучит по-шлюшечьи, но я чист, здоров, проституцией не промышляю. Из-за учебы времени на отношения нет, а секса хочется. По-моему, все честно – вы мне, я вам!».

Зверь умолк на полтора часа. Почему-то Васька был уверен, что перетирает его, Васькино, предложение со своим бойфрендом.

«Быть или не быть, вот в чем вопрос? – хихикнул про себя Васька и врубил рамштайновcкую «Feuer Frei». – Ну а что? Под настроение!».

Васька с изумлением уставился на фотографию, что пришла в следующем сообщении. Загорелые улыбающиеся парни подпирали широкими, ощутимо подкачанными плечами какую-то античную колонну. Молодые – тридцать плюс-минус пара-тройка лет.

«Справа я, Никита, слева Клим. Прошлым летом в Греции :-)», – написал Зверь в качестве комментария.

«Красивые!» – не солгал восхищенный Васька, покраснев и заозиравшись, будто кто-то в пустой квартире мог стать свидетелем его жгучего смущения.

«Спасибо. Это значит «да»? *_*»

«Да» было еще до фотографии. А теперь – ДА, ДА, О ДААА! :-D»

«:-D Не боишься?»

«Что оттрахаете во все дыры? Скорее надеюсь! :-D»


Васька чувствовал, что пишет совсем не то, что надо, но его нереально штырило. Хотелось оказаться зажатым между двух сильных мужских тел со всеми вытекающими… Васькин дружок был с ним полностью солидарен, бугром упираясь в плотную ткань плавок.

«Рисковый ты парень :-D Как хоть зовут?»

«Упс, пардон. Василий, двадцать лет, оканчиваю колледж в этом году».

Ваське не терпелось задать самый важный вопрос – «Когда же? Когда?» – но он постеснялся.

«Приятно познакомиться, Василий :-) Какие планы на ближайший вечер? ;-)».

«Огооо, шустрые ребята!» – выдохнул Васька, поерзав на вдруг ставшем ужасно неудобным стуле. – «Собираюсь заняться сексом с двумя классными ребятами?»

«Пиши адрес, Васятка: Декабристов, 112-89. Вызови такси, иначе заплутаешь, мы оплатим :-) Как будешь отъезжать, скинь дозвон на мой номер 8-9**-***-***-***».

Несколько секунд Васька сидел как парализованный, не в силах поверить в то, что должно случиться… А если он им не понравится?.. Даже фотку не попросили… Или, если два года без пассива, то все равно, кому присунуть?.. Впрочем, какое ему, Ваське, дело до чужих дум и переживаний – он сразу оговорил условия и отступать был не намерен: хватит с него изматывающих переживаний из-за коварства Жорика… И Васька заметался по крошечной квартирке, полный решимости осуществить запланированное.

Уже в такси Ваську, прислонившегося пылающим лбом к ледяному боковому стеклу, что-то кольнуло (не иначе как дурное предчувствие), но вспомнив солнечные улыбки парней, которые, наконец, прервут его вынужденное анальное воздержание, он отмел коварные сомнения. Стоит ли говорить о том, что ни разу за вечер Васька не вспомнил о том факте, что только сегодня он расстался с парнем, с которым встречался полгода?

– Я забыл позвонить, – виновато сказал Васька, едва на том конце виртуального провода бархатистый мужской голос произнес: «Алло».

– Где ты? – Васька чувствовал, что Никита улыбается.

– У вашего подъезда, – признался Васька, переминаясь с ноги на ногу, как школьник на первом свидании.

– Код 771, поднимайся на шестой этаж, – распорядился Никита со смешком и отключился.

Бронированная дверь стала для Васьки своеобразным Рубиконом… Что ж, Alea jacta est…

Никита оказался точно таким же, как на фотографии, которую бдительный Васька рассмотрел в мельчайших подробностях. Выше среднего роста, плечистый, светлоглазый. Разве что тепло-оливковый загар смылся, да темные волосы были чуть короче. Васька так пристально уставился на него, впитывая черты лица будущего любовника, что не заметил, как изумленно расширились глаза Никиты, как нервно тот сглотнул, прежде чем отступить на шаг и впустить гостя в квартиру.

– Привет… еще раз, – застенчиво улыбнулся Васька, бочком внедряясь в квадратную светлую прихожую. Никита охотно ответил на улыбку и протянул парню руку, которую тот пожал с видимым облегчением.

– Ты голодный? – спросил Никита, пристраивая Васькин пуховик в шкаф-купе.

– В каком-то смысле да, – хмыкнул Васька и покраснел, услышав тихий смех Никиты.

– Ну, в таком случае силы тебе точно понадобятся – мы мальчики выносливые и темпераментные! – подмигнул хозяин квартиры и сделал приглашающий жест в сторону арки, ведущей в гостиную.

– Клим, – проорал Никита так, что Васька чуть не подпрыгнул. – Заканчивай со своими шанежками – Вася приехал.

Клим вышел на зов и тоже уставился на Ваську с каким-то обидным недоверием. Тот растерялся от избытка внимания, но головы не опустил, демонстрируя, что он не какой-нибудь сопливый нерешительный юнец, а вполне зрелый парень, который точно знает, для чего здесь находится.

– Привет, – улыбнулся Клим, являя восхищенному Васькиному взору очаровательную ямочку на левой щеке. Клим был шире Никиты в кости, отчего казался массивнее и выше. Черты лица – грубоватые, рабоче-крестьянские, но смягченные изящной линией рта и этой невыразимо сексуальной ямочкой…

Васька сладострастно поежился – хороши-и-и!

– Чай, кофе, чего покрепче? – предложил тем временем второй гостеприимный хозяин.

– Душ, смазка и… да-а-а – чего покрепче! – выпалил Васька, красноречиво дернув бровью. Он сам изумился собственной дерзости, ведь обычно в незнакомых компаниях он предпочитал отмалчиваться и казаться незаметным.

Парни весело хохотнули. Они ощутимо расслабились – видимо, для них, устоявшейся пары, сегодняшний вечер тоже был определенного рода стрессом.

Никита – более эмоциональный и решительный – дернул Ваську за локоть и практически впихнул в просторную ванную. Васька мог бы испугаться такой прыти, если бы не жаркий взгляд, которым Никита буквально облизал его напоследок.

Пока Васька стягивал с себя одежду и аккуратно складывал ее на стиральную машину, в дверь постучали – Клим принес полотенце.

– Вась, не обижайся на Никиту – иногда он бывает слишком импульсивным.

– Да ничего, сам еле сдерживаюсь, – улыбнулся Васька краешками губ. Клим скользнул взглядом по бедрам парня, задержавшись на крепкой выпуклости в белоснежных плавках, и с трудом сглотнул неожиданно застрявший в горле сухой комок.

Кивнув, Клим поспешил удалиться, ибо руки зудели от желания обнять, потискать, обгладить, зацеловать… Впервые за два с половиной года он хотел этого с кем-то, кроме Никиты. А судя по реакции любовника, тот был с ним как никогда солидарен.

Васька, целомудренно обмотав срамные места полотенцем, в глазах будущих любовников выглядел сокрушительно – смуглый, тонкокостный, с тяжелыми черными кудряшками, едва касающимися широких плеч… Огромные карие глаза смотрели со смесью надежды и сомнения – дескать, не передумали? А посекундно облизываемые губы привлекали внимания даже больше, чем так и не пропавший бугорок под полотенцем… И Никита, не выдержав, шагнул навстречу, заключая в плен сильных рук, прижимая слабо пискнувшего парня к своему стояку и накрывая приоткрытый рот жадными губами.

Вкус Никиты – кофе, шоколад, желание – ошеломил Ваську. Его еще никогда так не целовали – до подгибающихся ног, до трясущихся рук, до жалобного умоляющего о большем стона. Никита изнутри вылизывал его рот, исследуя, приглашая расслабиться и отдаться. Ваську повело, и он непременно осел бы у ног парней бесформенной аморфной массой, если бы не ладони Клима, опустившиеся на бедра. Клим лишил Ваську покрова, и тот оказался зажатым меж двумя полностью одетыми парнями в первозданной наготе. Как ни странно, Ваську это не смутило, а лишь подстегнуло возбуждение, и парень запустил пятерню в густые волосы Клима, притягивая и вовлекая в новый поцелуй.

Губы Клима были мягче, нежнее, таинственнее. Васька потерялся в ощущениях, и его начало мелко потряхивать – так бывало всякий раз, стоило ему по-настоящему чем-то сильно увлечься. И он решительно уперся ладонями в широкую Никитину грудь, хватая воздух припухшим ртом.

Никита, выцеловывающий Васькину шею и плечи, поднял шалый взгляд, не сразу придя в себя. Но Васька и слова не успел промолвить, как Клим решительно развернул его в определенном направлении и легким шлепком по обнаженным тылам придал ускорения. На пороге спальни Васька обернулся на следовавших за ним любовников и так улыбнулся, что у Никиты вырвалось сдавленное рычание. Клим пробормотал что-то вроде «Держи себя в руках!», но и сам не мог оторвать горячего взгляда от ладной Васькиной фигуры.

– Уютненько, – прокомментировал Васька дизайн спальни. Он никогда не видел такого буйства красок – полосатые сиренево-бежевые стены, темная фиолетовая мебель, пушистый ковер, легкие гардины цвета сливочного масла – и с любопытством озирался по сторонам, пока его мягко, но настойчиво не подтолкнули в сторону массивной кровати королевского размера.

Ничуть не меньше интерьера поразила Ваську красота представших перед ним обнаженных мужских тел (и когда только успели?). Парень вновь облизнулся, туманным взором скользя по соблазнительным рельефам. Захотелось протянуть загребущие лапки и обжамкать обоих – хороши ведь, ох как хороши!.. В животе вспорхнул рой пресловутых бабочек, и Васька торопливо отвернулся, дабы позорно не обкончаться.

– Все хорошо? Не передумал? – спросил Никита срывающимся голосом, обхватив лицо Васьки ладонями и большим пальцем поглаживая ямочку над верхней губой.

– Не дождетесь, – пробормотал Васька, решительно положив руки на гладкие Никитины бедра и притягивая вплотную, чтобы тот в полной мере ощутил степень его, Васькиного, возбуждения.

И вновь поцелуй, неистовый и жаркий. Васька с трудом сдерживал желание встать раком и умолять о том, чтобы его уже трахнули, наконец. Он умирал от желания заполучить в себя один из красивых крепких членов и растянул целующиеся губы в улыбке, когда почувствовал колено Никиты, раздвигающее его ноги. Васька изогнулся в Никитиных объятиях, откидывая голову на плечо стоящего сзади Клима.

– В кровать, – скомандовал Клим, без особого труда отрывая легкого Ваську от любовника. Нетерпеливые, пылающие жаждой деятельности тела прижались к Ваське с двух сторон, и парень на миг блаженно зажмурился. Но кайфовал он недолго – крупный твердый ствол Никиты призывно терся об упругие ягодицы, а фантастически умелые губы Клима вновь пленили рот Васьки.

Сквозь пульсирующую дымку Васька чувствовал, как Никита раздвигает его ягодицы, осторожно лаская и увлажняя прохладной смазкой. На миг Васька сжался, остро вцепившись в плечи Клима, который тут же прервал поцелуй и уставился на Ваську с избытком проницательности.

– Давно не был снизу, – дернул плечом разрумянившийся парень и слегка выставил зад, требуя «продолжения банкета». Никиту не нужно было просить дважды – почти тотчас щедро смазанный палец скользнул внутрь, поглаживая и растягивая. Васька выдохнул в губы Клима, полностью расслабляя тугое колечко ануса. Мурашки с топотом проскакали с головы до ног, и если бы не уверенная поддержка Клима, Васька лужей растекся бы по лавандовой простыне.

– Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, – горячо шептал Васька куда-то за ухо Клима, удобно держась за широкие плечи и насаживаясь на пальцы Никиты, которых – Васька даже не заметил – было уже больше одного.

Руки Клима бережно скользнули по Васькиным предплечьям, потом на бока, огладили ребра, скользнули на бедра и замерли на ягодицах, раздвигая их так, что у замершего было Никиты не осталось сомнений. Васька уткнулся пылающим лицом в шею Клима, мелко дрожа.

– Не томи пацана, – тихий шепот Клима. Никита торопливо и оттого неаккуратно порвал серебристый квадратик и раскатал презерватив. Головка изнывающего члена коснулась пульсирующего Васькиного входа, и парень прогнулся в руках Клима, показывая, насколько он готов почувствовать всего Никиту внутри.

Никита половчее ухватился за плечо Клима, обменявшись с ним шальными улыбками. Поддерживая член правой рукой, он осторожно надавил на тугое колечко расслабленных мышц, которое с влажным хлюпающим звуком (Никита явно не пожалел геля) впустило его внутрь. Васька толкнулся назад, вбирая восхитительно напряженную плоть. Чтобы не сорваться на позорный скулеж, он обхватил большой палец Никиты губами и втянул его в рот, облизывая как леденец.

– Хочешь пососать, маленький? – хриплый бархатистый голос Никиты с трудом добрался до затуманенного Васькиного разума. Тот, решив, что глупо смущаться с членом в заднице, лишь коротко кивнул. И тотчас лишился желаемого, правда, ненадолго. Парни быстро изменили диспозицию – теперь Клим лежал на прохладных лавандовых простынях, Васька в коленно-локтевой расположился меж его раздвинутых ног, а Никита пристроился сзади и вновь заполнил собой горячее Васькино нутро. Тугая головка скользнула по простате, Васька тихо вздохнул от удовольствия. И быстро накрыл ртом член Клима.

Ощущение обволакивающей ласки на чертовски чувствительной плоти вырвало у Клима стон наслаждения. Он опустил ладонь на затылок Васьки, зарываясь пальцами в длинные мягкие волосы. Умелый язык облизал головку, скользнул по всей длине вздыбленного члена, вернулся наверх, трепеща на расщелине в центре, отчего Клим заерзал и резко вздохнул. Он рефлекторно сжимал волосы на Васькином затылке, то оттягивая, то, наоборот, подталкивая, отчего Васька урчал как кот, и это горловое урчание дополнительно стимулировало реакцию Клима.

И еще Васька вдруг отчетливо понял, что затылок является одной из мощнейших его эрогенных зон – ощущение руки Клима было столь же желанно, как член Никиты в заднице. Который, к слову сказать, двигался плавно и ритмично, Ваське хотелось сильнее, грубее, но он боялся попросить. Правда, он быстро одернул себя: если Никита ускорится, то от интенсивного трения да с непривычки анус будет побаливать, а это в Васькины планы не входило, даже несмотря на то, что в рюкзачке лежал тюбик заживляющей мази. Поэтому Васька заставил себя неторопливо насаживаться на жесткий Никитин член, опасаясь лишь одного – кончить раньше времени. Он никогда не испытывал такого острого наслаждения от секса и был абсолютно уверен, что его штырит вовсе не от того, что партнеров двое. Васька застонал, всасывая гладкую, исходящую почему-то сладкой смазкой головку почти до горла, и про себя взмолился о том, чтобы это никогда не прекращалось.

Никита, крепко сжав Васькины бедра, вдруг задвигался быстрее, так, что крепкие гладкие яички звонко шлепались о тугие Васькины ягодицы. Хриплое дыхание подсказало, что парень на грани. Член Клима выскользнул изо рта, и Васька умело задвигал рукой – в том же энергичном ритме, с каким Никита долбил его зад. Он уткнулся мокрым лбом в каменно-твердый живот Клима, кусая губы и балансируя на грани. Хотелось кончить вместе, но Васька понимал, что это невозможно, что не может он сосредоточиться на собственном удовольствии. Да и не было у него никогда анального оргазма, поэтому Васька сконцентрировался на том, чтобы подарить любовникам незабываемые мгновения.

И у него отлично получилось. Сжатый внутренними мышцами Васькиного ануса, Никита несколько раз конвульсивно дернулся, кончая. Васька жестко лизнул уздечку члена Клима, и тот, ломко изогнувшись, начал изливаться в Васькин кулак. Горячие жемчужные капли попадали и на Васькино лицо, отчего парень дернулся и машинально облизнулся. На вкус Клим, действительно, был сладкий. Васька читал, что такое бывает, но обычно ему не везло, поэтому оральные ласки он не любил, а при мысли о том, что придется проглотить «натуральный белковый продукт», его слегка подташнивало... Но на каждое правило найдется исключение, и Васька жадно вылизал извергающийся Климов ствол, не побрезговав и даже словив какой-то извращенный кайф.

Самого его прогнуло в тот момент, когда Никита уложил его на спину и обхватил ладонью твердые гладенькие шарики под членом.

– Нет, – протестующе прохрипел парень, сообразив, что тот задумал. В ответ на удивленный взгляд улыбнулся:

– Хочу второй раунд… Через чуть-чуть…

– К твоим услугам, малыш, – Никита растянул губы в довольной ухмылке. Но отказываться от своей затеи не собирался – по очереди вбирал Васькины яички в рот, медленно и с явным удовольствием посасывая. А когда Ваську начало конкретно вести, по-садистски оттягивал мошонку, отсрочивая желанный оргазм. Позвоночник прошила жаркая ненасытная волна, и Васька всхлипнул в порыве чувств.

– Такой желанный, сексуальный мальчик… – промурлыкал Никита, отрываясь от Васькиного перчика и смотря на замершего парня голодными хищными глазами. «Что они, совсем не трахались?» – подумал Васька, но из уважения к чужой личной жизни с расспросами не полез. К тому же именно ему был на руку масштабный недотрах Клима и Никиты.

В ответ на Никитину сентенцию Васька призывно раздвинул ноги, так сладострастно вздохнув, что у обоих парней мурашки по коже побежали. Пальцы Никиты скользнули внутрь, в мягкое и расслабленное, где еще было влажно от использованного геля. Васька танцующе повел бедрами, насаживаясь до основания, но понимая, что пальцев ему слишком мало – даже таких умелых, как Никитины. Поэтому он призывно обхватил крепкий даже в расслабленном состоянии член Клима, неторопливо лаская по всей длине, и как-то лениво отмечая тот факт, что парням есть чем гордиться – достоинства у обоих ого-го.

К счастью для Васьки, Климу не потребовалось много времени, чтобы вернуть боевой задор. Сам же Васька был настолько распален играми Никиты с его дырочкой, что готов был сорваться на истеричный визг и умолять, чтобы его, наконец, трахнули. И, словно понимая состояние парня, Клим вошел резко и глубоко, сразу на всю длину, заполняя собой каждую Васькину клеточку.

Клим был больше Никиты, поэтому Васька чувствовал каждую венку на двигающемся внутри члене. Большего удовольствия Васька, пожалуй, никогда дотоле не испытывал… Как же все-таки чудесно млеть в руках сильного мужика, покорно отдаваясь и ловя нереальный кайф от внушительного члена в заднице! Не надо натужно пыхтеть, пытаясь угодить капризному любовнику, стараться произвести должное впечатление, заботиться о ком-то, кроме себя, любимого, а просто подчиниться заданному ритму и следовать за партнером, умело играя внутренними мышцами и дерзко оттягивая момент высшего наслаждения…

Клим трахал так, что у Васьки пальцы на ногах поджимались. Он задрал разведенные ноги едва не до подмышек Клима и неистово насаживался на крупный, легко скользящий член, комкая в кулаках лавандовые простыни. «Еще… Еще… Божечки, как хорошо-о-о!»…

Слегка приоткрытый Васькин рот накрыли губы Никиты, а рука обхватила стоящий колом член. Васька застонал и жадно начал отвечать на ласку Никитиного языка. Целовался Никита так, что Васька чуть не пропустил момент собственного оргазма, за что сурово отомстил, цапнув Никиту за нижнюю губу. Конечно можно было бы списать сей дерзкий порыв на оргазмические конвульсии, но смеющийся Никита не обманулся и, к удивлению Васьки, совсем не рассердился, а лишь чмокнул его в нос, когда Васька перестал содрогаться на члене Клима.

– Как ты, маленький? – участливо спросил Клим, одарив Никиту суровым взглядом и укладываясь рядом с Васькой. Васька прислонился пылающей щекой к широкому плечу и невнятно пробормотал:

– Это был самый охуенный секс в моей жизни! Однозначно!

Грудь Клима дрогнула от смеха, и Васька, чьи глаза неумолимо слипались, возмущенно зашипел. Его тотчас накрыли чем-то мягким и теплым, и Васька благодарно… Кажется… Или… Спа-а-ать…
Примечания:
Восемь читателей через ПБ пожелали исправить ошибку в слове "дерматиновый". Автор в недоумении О_о

Отношение автора к критике:
Не приветствую критику, не стоит писать о недостатках моей работы.