Full House

Виктория знала, что после всего произошедшего, врать Владу она просто больше не сможет, ровно как и спокойно смотреть ему в глаза. Дело было далеко не в невинном поцелуе и даже не в предложении Шаталина, а в том, что всё и без того давно зашло слишком далеко для нее самой, и противостоять этим чувствам Вика была не в силах. Пожалуй, это понимание было единственное, в чем она была уверенна на сегодняшний день. Всё же остальное – сплошная расплывшаяся картинка. Она не знала, что ей делать. Просто не знала. В душе теплился огонек надежды, что вместе с Владом они всё преодолеют, сохранят то, что они построили за эти 10 лет, и наваждение в виде Максима Шаталина растает раз и навсегда. Но с другой стороны, она понимала, что это самообман. Она не сможет так просто забыть Максима. Не сможет и всё. А способен ли Влад на что-то «вместе» - об этом она старалась вообще не думать. После того, как Шаталин уехал, Виктория еще долго успокаивалась и пыталась настроить себя на разговор с Владом. На какое-то время ей даже показалось, что у нее это получилось, но к тому моменту, как она открывала ключом входную дверь, Вика вдруг заметила, что у нее дрожат руки. Холодные, влажные пальцы никак не могли справиться с замком, а когда дверь с той стороны неожиданно подалась, она, испугавшись, выронила из рук ключ. Он с грохотом упал на старый советский кафель где-то между молодыми людьми, и сразу же привлек внимание Виктории и Влада. Они молча смотрели на него какое-то время, словно, завороженные, а затем почти одновременно склонились к нему. Влад дотянулся до него первым и, взяв в руки, посмотрел на Викторию. - Всё в порядке? - Осторожно спросил он. - Нет, - ответила Виктория без пауз. Влад выпрямился, постоял какое-то время на пороге, внимательно вглядываясь в бледное лицо девушки, после чего медленно отступил в сторону, пропуская ее вовнутрь квартиры. Вика прошла в зал. На диване лежала упаковка от нового фотоаппарата, штатив, шнуры и инструкции. Глянув на всё это отсутствующим взглядом, она замерла где-то посередине комнаты и на несколько секунд прикрыла глаза. Нужно было говорить. Сейчас. Немедленно. Она хотела как можно скорее вытолкнуть из себя этот ком лжи, который сдавливал ей горло, и прекратить делать вид, что всё у них хорошо. Она не знала, как Влад воспримет правду, которую она собиралась ему сообщить, но и жить с ней, ежедневно разрывая себе сердце, она больше не могла. - Я сегодня видела Шаталина, - тихо произнесла Вика, не поворачиваясь лицом к Владу. Он молчал. И, наверное, не дышал. Но даже сквозь это безмолвие Виктория физически ощущала, как электризуется между ними воздух. Перед глазами всё плыло и ей казалось, что прошла целая вечность прежде, чем она услышала слова Влада. - Это было не в первый раз после той ночи? Его голос был неузнаваем. От этого чужого тона у Вики прокатились мурашки по спине и вспотели ладони. Она набрала в легкие воздух и с ужасом поняла, что не может вдохнуть в полную грудь – внутри всё защемило, сдавило. В голове моментально зашумело, и она едва смогла вымолвить только одно: - Нет… Новый фотоаппарат, который Влад держал в своих руках, в ту же секунду полетел в стену, разлетевшись на осколки. Виктория вздрогнула всем телом и резко повернулась лицом к Владу. Его глаза пылали от злости, а рот был искривлен в горькой усмешке. - Я знал... – сдавленно произнес он, - я чувствовал, что ты продолжаешь с ним спать… - Это не так…- дрожащим голосом начала было Вика, но Влад резко оборвал её на полуслове. - Это так! Это так, Вика! – Выкрикнул он, отчего девушка зажала уши руками и зажмурила глаза. - Этот сукин сын знал, чем тебя зацепить, да?! – Продолжал Влад, небрежно швыряя слова в Вику. - Прекрати… я прошу тебя, прекрати… - срывающимся голосом произнесла Виктория, - ты же не знаешь ничего… - А вот тут ты права! – Воскликнул Влад, подходя к девушке ближе. – Расскажи мне, что же такого он сделал с тобой той ночью, а? Как он ублажал тебя, что ты до сих пор отойти не можешь и бегаешь к нему при каждом удобном случае?! Его слова… они были настолько мерзкими, что Вика моментально почувствовала себя грязной девкой, готовой прыгнуть в постель к каждому. Ничего обиднее он просто не мог сказать. Было настолько больно, что слезы не заставили себя ждать. - Влад… - умоляющим голосом произнесла Виктория, глядя ему прямо в глаза, но это не помогло ни ей, ни ему. Она взглядом просила его прекратить эту пытку. Всё рушилось. Та самая тонкая нить, которая немыслимым образом держала их последние несколько дней, рвалась. Наверное, это было неизбежно, но мириться с этим было очень не просто. Даже не смотря на то, что оба были морально к этому готовы. - Вика, я хочу знать, я имею на это право, - произнес Влад, впиваясь взглядом в Викторию. Да, ему нужна была правда. Но только та, которую он уже себе придумал. Богатая фантазия художника и архитектора уже давно нарисовала в его уме мельчайшие подробности той ночи, где Вика с наслаждением отдавалась Шаталину. - Между нами ничего не было… - прошептала Вика со стеклянными от слез глазами, - но ты же не хочешь в это верить… - Вранье! Всё вранье! – Тут же взорвался Влад. Виктория только и успела закрыть лицо руками, как уже в следующую секунду что-то стеклянное вдребезги разбилось о пол. - Я не верю ни единому твоему слову! Слышишь?! Ни единому! Ты хотела этого с самого начала и не надо мне врать!.. Виктории невыносимо было больше ни слышать, ни видеть Влада. Внутри всё и так разрывалось на части от боли, а после всех этих его слов, которые не имели ничего общего с тем, что происходило на самом деле, её и вовсе выворачивало наизнанку. Убрав с лица дрожащие ладони, она подняла на Влада свои красные от слез глаза. Сил больше не было выносить всё это, и она решилась. - В ту ночь… между нами… ничего не было… – произнесла она, с трудом выговаривая каждое слово, - ни-че-го... он и пальцем меня не коснулся… но знаешь, что самое худшее во всем этом? Влад молчал, плотно сжав губы. Его карие глаза казались еще чернее обычного на фоне бледного и осунувшегося лица. - Это была лучшая ночь в моей жизни. Она не лгала. Ни себе, ни ему. И Влад понял это, как только услышал фразу Вики. Сердце его куда-то упало, и всё остальное как-то потеряло всякий смысл. Это была её лучшая ночь. Всего одна ночь в противовес тысяче другим, которые были у них за последние 10 лет. Только что сказать? И вообще нужно ли после таких слов что-либо говорить? Влад не знал. А потому молчал, глядя на то, как Вика дрожащей рукой смахивала со щек слёзы. Они что-то упустили. И вряд ли это произошло намеренно. Виктория подняла взгляд на Влада и, не увидев в его глазах ничего кроме немой боли, тут же ощутила вполне реальное покалывание в груди. Никто из них никогда не думал, что всё это однажды произойдет с ними. И, наверное, можно было бы как-то оправдаться, что-то друг другу простить, на что-то закрыть глаза, если бы речь шла о физической измене, ведь изначально казалось, что это и не измена вовсе, а просто необходимость для их общего будущего. А теперь стало ясно, что Вика действительно изменила Владу. Изменила душой, которая так неожиданно стала реагировать на другого мужчину. И теперь сердце Вики разрывалось пополам. Она только сейчас поняла, насколько наивны были её предположения о том, что как только она всё расскажет Владу, ей сразу же станет легче. Да, нарастающий ком лжи больше не душил её, но никакого облегчения она не ощущала. Клубок чувств только сильнее запутывался, а оттого на душе становилось еще хуже. - Что ты молчишь? – Вика больше не могла выносить эту тяжелую, давящую тишину между ними. Она хотела, чтобы Влад говорил. Хоть что-нибудь, но только говорил. - А что ты хочешь от меня услышать? – Без интонации ответил он, и от этих слов сердце Виктории в очередной раз ухнуло вниз. Она чувствовала себя одинокой и абсолютно беззащитной в их общей беде. Влад снова поворачивался к ней спиной именно в тот момент, когда его поддержка ей была жизненно необходима. - Что ж… - сдавленно произнесла Вика, - мне очень жаль, если тебе нечего сказать… Это была глупая игра в одни ворота. Виктория мгновенно почувствовала, как острый осколок разочарования прошел сквозь всё её тело. Смахнув последние слёзы, она вобрала в легкие воздух и шагнула к выходу из комнаты. Голос Влада раздался в тот момент, когда она уже почти дотронулась до ручки двери. - И что дальше? – Его тон уже не был таким уверенным и резким, каким он был еще совсем недавно. Виктория остановилась. - Я не знаю… - чуть помедлив, произнесла она. - Но ты уходишь. - Да, - Вика чуть повернула голову в его сторону, - к маме. *** Двигатель самолета монотонно гудел. Виктория смотрела в иллюминатор и наблюдала за тем, как медленно проплывали внизу белые облака. Она снова спрашивала себя, что делает здесь, в этом самолете, рядом с Шаталиным, и не находила ответа. Она путалась в правильном и неправильном каждый раз, когда он появлялся на горизонте, но теперь уже точно было поздно об этом думать. Всю минувшую ночь Вика тихонько проплакала в подушку, и никогда бы не решилась поехать с Максимом, если бы он сам не забрал её прямо из квартиры родителей. Наверное, он знал это, а потому действовал напролом. И вот его самолет, его рука, его улыбка и немного встревоженное лицо каждый раз, когда он смотрел в её заплаканные и полные грусти глаза. Виктория была благодарна Шаталину за то, что за всё это время он не задал ей ни единого вопроса, не мучил разговорами и не заставлял думать о том, чем её голова и так была забита. Он был просто рядом, держал её за руку и согревал взглядом. Ей было этого достаточно хотя бы для того, чтобы не жалеть о том, что она с ним и так будет ближайшие пару дней. За тонированными окнами автомобиля уже проплывали уютные улочки Парижа, потрясающей красоты здания, зеленые парки. Вика смотрела в окно и с трудом верила, что всё то, что она видит сейчас, – это не сон, и не кадры из чужого фильма, а вполне ощутимая реальность, которая случилась именно с ней и ни с кем другим. Стоило только ей подумать об этом, как Максим, словно, в подтверждение ее мыслей, сжал чуть сильнее её ладонь в своей и Виктория обернулась. Он улыбался. - Тебе понравится, - произнес он глубоким и очень волнующим голосом. Глянув в его серо-голубые глаза, Вика затаила дыхание. Она так и не смогла понять, что именно имел в виду Шаталин, говоря эти слова. Город или то, что они вместе. Но она не стала сильно копаться в этом, отпустив эту мысль. Улыбнувшись ему в ответ, она просто произнесла вслух то, что чувствовала: - Мне уже нравится. В небольшой, но очень уютной гостинице их ждали. По крайней мере Виктории так показалось. Вышколенный персонал улыбался, любезничал. Вика не понимала ни слова, зато Максим прекрасно говорил по-французски. Он по-прежнему крепко держал её за руку и разжал ладонь только тогда, когда они подошли к стойке ресепшена. - Bonjour, Monsieur Chatalin!.. Стало пусто. Виктория отступила на шаг назад и посмотрела на свою ладонь, которую еще несколько секунд назад бережно держал Максим. Да, пусто. И очень одиноко. Оказывается, к теплоте рук тоже можно привыкнуть. Растерянно оглянувшись по сторонам, Вика вдруг почувствовала, как откуда-то потянуло холодом. Она обхватила себя руками, и её взгляд уперся в широкую спину Максима. Он чуть склонился к стойке, подписывая какие-то бумаги твердой рукой. Это процедура длилась не более минуты, но Виктории казалось, что целую вечность. Без теплоты его ладони она чувствовала себя чужой посреди шикарного холла этой гостиницы. - Pardon, Madame, - услышала она внезапно вежливый голос рядом и от неожиданности дернулась. Молодой темнокожий парень в светлой униформе улыбался. Он сказал ей еще что-то по-французски, но Вика ничего не поняла. Она лишь испуганно смотрела на него и привычным жестом прижимала к себе сумочку. Максим обернулся. Виктория стояла всего в паре шагов от него и смотрела на молодого портье с такой немой беспомощностью, что он, не задумываясь, резко откинул в сторону ручку и уже через доли секунд оказался рядом с девушкой. Он обнял её и властно прижал к себе. С легкой полуулыбкой он позволил портье то, зачем он и обратился к Вике - забрать их вещи и отнести в номер. Лифт плавно поднимал их на шестой этаж отеля. Они молчали. Максим по-прежнему обнимал Викторию, а она, глядя на зеркальную поверхность закрытых дверей, рассматривала их отражение. Ей нравилось то, что она видела, но ощущения были каким-то очень странными. Непривычными. Шаталин обнимал её так, словно, она была давно его, а она, в свою очередь, принимала его внимание так, словно, принадлежала ему. И всё было очень естественно, как будто бы так и должно быть. Их ждал совместный номер. Большой и просторный, он состоял из двух уровней, но Виктории было очень неловко внимательно разглядывать его, поэтому, сделав пару шагов от двери, она замерла на месте и потупила взгляд. Что дальше? У них один номер на двоих, одна ванная комната на двоих и, очевидно, одна кровать. Что теперь ей делать? Виктория совершенно не знала как вести себя. Если бы она была уверенной в себе, раскрепощенной женщиной, то наверняка чувствовала бы себя в такой ситуации свободно. Но уверенной она не была, а потому совершенно растерялась и глупо уставилась в пол. Рассчитавшись с портье, Максим медленно подошел вплотную к девушке. Она была натянута, как струна, и он почувствовал это сразу же, как только его ладони очень осторожно дотронулись до её плеч. - Ты не будешь против, если я оставлю тебя минут на 30? – Произнес Максим. – Владелец этой гостиницы – мой хороший знакомый, я хотел бы поздороваться с ним. - Почему я должна быть против? – Виктория чуть повернула голову в его сторону. - Мне было бы приятно, - с улыбкой ответил он после небольшой паузы. Вика ничего не ответила. Через несколько мгновений она прикрыла глаза от того, что Шаталин очень ласково коснулся губами её виска. - Ты располагайся, чувствуй себя как дома, - продолжал он. - Абсолютно всё здесь к твоим услугам. Я заберу тебя ровно через 30 минут. Мы пообедаем, а после я покажу тебе Париж. Хорошо? Виктория кивнула. Оставив теплый поцелуй где-то в районе её виска, Максим нехотя развернулся и вышел из номера. Никакого хорошего знакомого не существовало. Шаталин вообще понятия не имел, кто является владельцем этой гостиницы, но он просто хотел дать Вике время для того, чтобы она немного пришла в себя. Он прекрасно чувствовал её скованность, зажатость и ему искренне хотелось, чтобы она расслабилась, перестав думать только о том, что где-то там, в глубине номера стоит одна большая двуспальная кровать, и он непременно потащит её туда прямо сейчас, не успев переступить порог. Глянув на наручные часы, Максим вошел в лифт и спустился на первый этаж. Ближайшие полчаса он был намерен убить за чашечкой кофе. Шаталин ушел. Мельком скользнув взглядом по помещению, Вика скромно присела на краешек дивана и обняла свою сумочку. Номер был просто шикарным. Виктория никогда не видела ничего подобного, разве что в Голливудских фильмах, да глянцевых журналах. Как девушка успела заметить ранее, номер состоял из двух уровней. На первом находилась она. Здесь располагались уютные диваны и кресла, толстый светлый ковер, камин, плазменная панель телевизора, висящая на стене, и бар. Всё было очень стильно и дорого. Над дизайном помещения явно трудились лучшие стилисты. Ко второму уровню номера подводила небольшая лестница. Поднявшись с дивана, Виктория с любопытством ступила на нее и, преодолев несколько ступеней, оказалась в спальне. Она замерла, едва её каблуки утонули в мягком пушистом ковре. Эта комната была самым красивым местом, которое Виктория когда-либо видела в своей жизни. Прямо посреди номера одиноко стояла большая двуспальная кровать. Мягкое шелковое покрывало небрежно спадало на пол, к резным ножкам из дорогого темного дерева, а прямо напротив неё, на всю ширину и длину стены было огромное панорамное окно с видом на парк и Эйфелеву башню. И всё. Кровать и окно. Как ни странно, но больше ничего и не нужно было. Этот минимализм захватывал дух, и картинка была более чем яркой и полной. Красноречивой. Осторожно ступая, Виктория медленно подошла ближе к кровати, коснулась кончиками пальцев её мощной спинки, нежного покрывала из черного шелка и остановилась у окна, заворожено глядя сквозь него. Отчетливо ощущая беспокойное биение сердца, одну руку Вика положила на грудную клетку, а второю – на холодную гладкую поверхность стекла. За окном жил Париж, а здесь – её сердце.