Full House

Максим вернулся в номер ровно через полчаса. Он нашел Викторию в спальне, у окна. Облокотившись о стеклянную стену, она задумчиво смотрела куда-то вдаль, совершенно не заметив, как быстро пролетело время. Шаталин замер почти у самого входа, глядя на тоненькую фигурку Вики на фоне оживленных улиц Парижа. Он любовался. Картинка была настолько красивой, что будь у него под рукой фотоаппарат, он бы непременно запечатлел этот момент. Виктория почувствовала его присутствие почти сразу, хотя Максим вошел в спальню едва слышно, а после того, как увидел девушку, и вовсе старался не дышать. Она неуверенно обернулась, а затем, чуть помедлив, осторожно повернулась к нему лицом. Его руки были опущены в карманы брюк, галстук небрежно приспущен. Они молча смотрели друг на друга ровно до тех пор, пока Шаталин не сделал пару уверенных шагов по направлению к девушке. - Любуешься видом? – Не громко произнес он, не видя лица Виктории. Яркое солнце обрамляло её темный силуэт. - Да. Очень красиво. Я никогда не была в Париже, - сказала она то, что Максиму было и так известно. Он ничего не ответил, а лишь слегка улыбнулся, подойдя к Вике вплотную. Теперь он видел её глаза. Широко распахнутые карие глаза, которые смотрели на него с нескрываемым волнением. И он прекрасно знал, что это означало. - Вика, - нежным шепотом произнес он, ласково касаясь её волос руками, - я хочу, чтобы ты поняла одну вещь - между нами ничего не будет до тех пор, пока ты сама этого не захочешь. Виктория продолжала смотреть на Максима, немного запрокинув голову. Высокий каблук не спасал - Шаталин был всё равно выше её. Он стоял рядом, как скала, завораживая своей мужественностью и опасной близостью. - Всё, чего я хочу сейчас, - чуть погодя продолжил он, - чтобы ты просто была рядом со мной. Понимаешь? Она понимала всё, и в тоже время ничего. Как только её холодная влажная ладонь снова оказалась во власти его рук, Вика слегка кивнула головой, и Максим очень бережно прижал её к своей груди. Вот так, обнявшись, они постояли совсем не долго. Не прошло и минуты, как Шаталин снова нащупал её ладонь своей и произнес с улыбкой: - Пойдем. Нас ждет Париж. ** Они пообедали в небольшом ресторане, в котором было всего три столика, изумительная французская кухня и терпкое вино. Виктория снова вспомнила, что находиться рядом с Максимом Шаталиным – очень легко и приятно. Ей нравился его юмор, его манеры, его внимание. Ей нравилось в нем абсолютно всё. Мысленно она часто возвращалась к его словам, сказанным там, в спальне, перед уходом. Вика смотрела в его глаза, на улыбающиеся губы, на их переплетенные пальцы и пыталась понять, готова она или нет к следующему шагу. К шагу, который, возможно, изменит всё. Готова? Удивительно. Она согласилась быть с ним эти несколько дней и, казалось бы, всё и так было понятно без лишних слов и комментариев. Но Максим спокойно давал ей возможность разобраться в себе и не торопить события даже в таких условиях. Он просто хотел, чтобы она была рядом. Просто рядом. Сразу после обеда они отправились гулять. Яркое солнце заливало своими лучами милые улочки Парижа. Они бродили по ним, держась за руки, словно, влюбленные. Вика не знала сколько километров они намотали в тот день, но благодаря тому, что Максим очень хорошо знал город, они успели подняться на Эйфелеву башню, пройтись по знаменитым Елисейским полям мимо Лувра и Триумфальной арки, заглянуть в парочку уютных заведений. Виктория была в восторге от Парижа. Ей казалось, что в этом городе всё самое обыденное и повседневное было пронизано романтикой, влюбленностью и каким-то волшебством. Она поделилась этой мыслью с Шаталиным, а он ответил, что так и есть, но это, скорее, связанно с её внутренними ощущениями. Вике понравились его слова. Уже вечером, когда здания и улицы Парижа зажглись яркими фонарями и неоновыми вывесками витрин, они плыли вдоль Сены на небольшом прогулочном катере. Погода портилась, поднимался сильный ветер, и даже на ночном небе было видно наступление темных туч. Однако, ни Викторию, ни Максима это не пугало. В теплых объятьях Шаталина, Вика чувствовала себя защищено и умиротворенно. Она не боялась никакой непогоды. Чувствуя приятную усталость, она чуть откинула голову назад, к груди Максима, и тут же ощутила, как его теплые губы прижались к её виску. - Тебе не холодно? – Спросил он шепотом, когда новый порыв ветра зло дунул им в лица. Вике было настолько хорошо сейчас, что вместо ответа она лишь отрицательно помотала головой. - Сейчас пойдет дождь. - Ну и пусть. Виктории было действительно абсолютно всё равно. Всё вокруг тонуло в каких-то мягких красках, переплетаясь с его нежными прикосновениями. Закрыв от удовольствия глаза, она наслаждалась каждым произнесенным им словом, каждым жестом и касанием. - Видишь этот мост? – Раздался голос Шаталина. - Да. – Она открыла глаза. - Он называется мост «Искусств». Всем влюбленным принято под ним целоваться. Вика улыбнулась. Не задумываясь ни на секунду, она развернулась к Максиму лицом. Его губы были совсем близко, так близко, что ничего особенного делать не пришлось для того, чтобы дотянуться до них. Их катер плавно вошел под мост, и они соединили свои дыхания в одно. Поцелуй был нежным и чувственным, таким, от которого еще долго кружится голова. Они не спешили прерывать его – слишком долго ждали этого момента оба. Не по-летнему холодный ливень обрушился на Париж тогда, когда тот самый мост уже давно был позади. Прислонившись друг к другу лбами и носами, Максим с Викторией улыбались. - А вот и дождь, - тихо произнесла Вика. - Тебе до сих пор всё равно? - Абсолютно. Их влажные холодные от дождя губы снова искали друг друга. Мокрые волосы Виктории беспорядочно развивались на ветру. Они путались, сплетались и прилипали к их лицам. Ледяной ветер заставлял их трястись от холода и одновременно сильнее прижиматься друг к другу, чтобы хоть как-то согреться. Причал катера был совсем не далеко от их гостиницы. Крепко взявшись за руки, они бежали туда под стеной дождя. Смеялись, наступали на лужи, целовались и снова продолжали бежать. Уже в номере, после горячего душа, Виктория лежала на диване, перед камином. Максим старательно закутал её в плед и буквально заставил девушку выпить хотя бы немного обжигающего губы и душу глинтвейна. Дождь, под который они попали, хоть и принес им массу удовольствия, но он был отнюдь не летним. Вика посмотрела за окно и непроизвольно поежилась – деревья угрожающе гнулись к земле от новых, более сильных порывов ветра. - Еще не согрелась? – Тут же отреагировал Максим, бережно массируя девушке ступни, которые покоились у него на коленях. - Согрелась. Просто за окном так неприятно. - Ничего, - ответил он, - завтра снова будет солнце. Обещаю. Они посмотрели друг на друга, обменявшись теплыми улыбками. В глазах Максима плясали отблески огня в камине, и в эту самую минуту Виктория подумала о том, что ей давно не было так хорошо, спокойно и уютно, как сейчас. Хотя, нет. Было. И совсем недавно - в ту самую ночь, когда она приезжала к нему домой. Вика улыбнулась собственным воспоминаниям, чем мгновенно привлекла внимание Максима. - Чему ты улыбаешься? – Спросил он, лениво отпивая со своего бокала глинтвейн. - Ничему, - Вика чуть смутилась. Она совсем не хотела, чтобы Шаталин видел эту её улыбку. – Мне просто хорошо. - А мне не просто, - Максим отставил в сторону свой бокал и чуть подался к девушке, - мне хорошо потому, что ты рядом. Это было именно то, чего Вике не хватало - его губ. Теплых и ласковых. Его поцелуи отдавали корицей, ароматным ломтиком лимона и такой нежностью, что хотелось в ней задохнуться. Он касался её губ очень легко, без единого намека на страсть или желание, но с каждым его новым прикосновением Виктория чувствовала, как у нее внутри всё переворачивалось, и становилось невыносимо жарко от нарастающих эмоций. Под мирное потрескивание бревен в камине, комната постепенно наполнялась новыми звуками, ощущениями и невысказанными словами. Очень аккуратно, одними подушечками пальцев Максим с Викторией изучали лица друг друга. Они гладили щеки, обводили контуры губ, дотрагивались до носа, лба и тут же оставляли горячие отпечатки поцелуев на всем, что уже было изучено руками. Вика отчетливо ощущала, как быстро стучало сердце Шаталина. Её собственное билось в точно таком же ритме, и от этого удивительного созвучия она поняла главное – да, она готова. Готова окончательно шагнуть в эту пропасть и принадлежать Максиму Шаталину во всех смыслах этого слова. - Мне жарко, - произнесла она, когда губы Максима вновь оставляли следы на её губах. Ничего не ответив, он стянул с девушки плед и отбросил его куда-то в сторону. - Так лучше? – Спросил он с нежностью, проводя тыльной стороной ладони по её щеке. - Нет... – со вздохом ответила Виктория, прикрывая глаза от его прикосновений, - мне всё равно жарко… Шаталин замер. Опершись рукой о мягкий подлокотник дивана, он медленно поднял голову и посмотрел Вике прямо в глаза. - Ты… - Да, Максим. Больше не говоря ни слова, он подхватил её на руки так легко, будто бы она и на самом деле была пушинкой. Шаталин отнес её к ним в спальню и бережно опустил девушку возле их кровати. Он раздевал её очень медленно, не спеша, сбрасывая её одежду им под ноги. Каждое касание его сильных рук заставляло Викторию волноваться и одновременно хотеть его еще больше. Подрагивающими от волнения пальцами, она тоже принялась расстегивать пуговицы на его рубашке. Расстегнув последнюю, девушка замешкалась и подняла свой робкий взгляд на Максима – она уже буквально дрожала от волнения, а потому просто не могла решиться дотронуться до его обнаженного торса. Ему понадобилось всего несколько секунд для того, чтобы понять всё. Взяв её руки в свои, он положил их себе на грудь, накрыл сверху теплой ладонью и легонько сжал. - Не бойся, - прошептал он, - мы пройдем через всё вместе, я не оставлю тебя. Вика смотрела в его глаза. В те самые волшебные серо-голубые глаза, которые пленили её с первых минут их встречи, и она им верила. Верила Максиму. Верила всему тому, что он говорил. Она успокоилась почти сразу, как только его губы накрыли её, а руки бережно подхватили и перенесли на мягкую кровать. Всё было совсем по-другому и не так, как казалось Вике. Да, она не раз представляла себе их близость с Максимом. Особенно сегодня. Рисовала в голове какие-то картинки, пыталась угадать, какими будут прикосновения его рук, поцелуи, какой на ощупь и вкус будет его кожа. Она думала об этом часто, но только сейчас поняла, насколько её фантазии были далеки оттого, каким Шаталин был на самом деле. В реальности другим было всё. Абсолютно. Каким он был? Очень нежным. Внимательным. В его уверенных руках она чувствовала себя неопытной девчонкой. А, может, так оно и было? Ведь у Виктории не было много мужчин. Они начали жить с Владом, когда ей было всего 20 лет и до него у нее не было какого-то особенно богатого сексуального опыта. Собственно, своё прошлое она уже не очень-то и помнила. За последние десять, даже двенадцать лет Влад вытеснил всех. Никого другого у нее не было, никого другого она и не хотела… Но, как оказалось, жизнь непредсказуема. И Максим своим внезапным появлением перевернул всё верх дном. Всё. И теперь, дрожа и задыхаясь от соприкосновения их обнаженных тел, от нежно-страстных поцелуев, от его умелых рук и горячего дыхания, она понимала, что никогда и ни с кем она не испытывала ничего подобного из того, что испытывает сейчас. Максим сводил её с ума. Он как будто бы специально издевался, медленно лаская её губы, шею и грудь горячим языком. Выгибаясь всем телом, она выдыхала его имя, а на вдохе её встречали его губы, которые прерывисто шептали ей бессвязные слова. Да, Шаталин знал, что делает. Виктории вообще казалось, что он знал про неё всё, а потому так быстро и так умело смог добиться того, что она хотела его так сильно, что у нее темнело перед глазами. Он вошел в неё очень плавно и легко. Не разъединяя губ, они двигались вместе. Движения Максима были не торопливыми. Он наслаждался каждым мгновением, каждым новым проникновением, вбирая в себя глухие стоны Виктории. Задыхаясь от целого круговорота чувств, они тонули друг в друге и не оставляли ни единого шанса для спасения. Медленно и нежно упиваясь друг другом, они двигались в едином ритме. Максим не спешил. Напротив, он пытался подарить Вике те эмоции, которые она никогда не испытывала. Каким-то странным и не понятным для нее образом, он знал, что каждое его прикосновение, каждый толчок внутри нее вызывает в ней калейдоскоп ощущений, новых для нее. И она не думала, не пыталась анализировать. Она просто поддалась и отдалась ему вся, без остатка, каждой клеточкой своего тела впитывая его нежность. Максим чувствовал ее, чувствовал, когда нужно ускоряться, а когда замедляться, когда ей хочется глубже вобрать его в себя, а когда ощутить горячие поцелуи на груди. Он предугадывал ее желания еще до того, как она сама понимала их. И исполнял, ловко и уверенно доводя ее до беспамятства своими ласками. Пик удовольствия яркой вспышкой озарил ее мозг, проносясь электрическими разрядами по всем нервным клеткам. Новизна ощущений накрыла ее с головой, Вика толком и не понимала, что Максим сделал с ее телом. Связных мыслей не было, остались только инстинкты. Она поддалась им, обняв его и крепко прижав к себе. И даже это Максим знал заранее – ей нужна его близость, просто объятия, теплота его рук и ощущение горячего дыхания на плече. И он снова исполнил ее желание. А она лежала, понимая одну простую вещь. Она никогда в жизни не чувствовала этого - не чувствовала абсолютного счастья. Как сейчас. *** Не смотря на глубокую ночь, Париж всё так же горел яркими огнями и жил. Совершенно обнаженная, Виктория стояла у окна спальни, и сквозь размытое дождевыми каплями стекло заворожено смотрела на светящуюся позолотой Эйфелеву башню. Темнота и тишина в комнате позволяла Виктории слышать, как дождь уныло стучался в окно, продолжая падать с небес и заливать город. Каждая капелька на мокром асфальте играла и переливалась под желтыми огнями уличных фонарей. Проведя руками по плечам, Виктория оглянулась и посмотрела на смятые простыни постели, которые, казалось, еще хранили тепло разгоряченных тел. Максима долго не было. Слишком долго. Без него всё казалось пустым и не нужным. Прижавшись плотнее к холодному стеклу, Вика принялась зачем-то водить по нему пальцем. Она думала о том, что произошло между ними еще совсем недавно. Она пыталась понять жалеет ли, испытывает ли какие-то угрызения совести… чувствует ли она хоть что-нибудь со знаком «минус». Но нет. Напротив, после этой ночи её тянуло к Шаталину еще больше, и она только удивлялась тому, насколько в жизни всё может быть непредсказуемо. Конечно, сказать что-то однозначно она всё еще не могла, к тому же, вопросов пока тоже было больше, чем ответов, но отчетливо осознавала она только одно – ей хорошо с Максимом. И, кажется, так хорошо ей никогда не было даже с Владом. Наконец-то. Его руки обняли её и прижали к себе. Щека Максима была холодной и влажной, а поцелуи, напротив, горячими и такими, словно, они расстались не на несколько минут, а на целый год. Вика прикрыла глаза. От Шаталина пахло дождем и осенью. - В который раз за день жалею, что я не художник или хотя бы не фотограф, – прошептал он, - я бы рисовал тебя возле этого окна сутками… - А я бы смогла любоваться этим видом сутками. Мне всё кажется, что там, за окном – просто декорации, а за ними кирпичная стена. Максим прижал к себе девушку сильнее и коснулся губами её плеча. - Хорошо, что я не художник, - с хитрой ухмылкой произнес он. Виктория этого не видела, но почувствовала по интонации. – Мы бы сутками занимались черт знает чем, вместо того, чтобы заниматься любовью. Улыбнувшись, Вика развернулась к нему лицом. Максим промок до нитки, но его серо-голубые глаза горели, и вид у него был при этом совершенно счастливый и даже немножко сумасшедший. - Где ты так долго был? – Виктория провела рукой по его влажным волосам и тут же ощутила теплые губы Максима на своих губах. - Я не захотел ждать, пока нам принесут что-нибудь из ресторана, поэтому выбежал на соседнюю улицу и смел там пол булочной. А затем, я увидел сумасшедшую бабушку-цветочницу. Она продавала розы, стоя под зонтом. Я не удержался и купил их для тебя. Столько, сколько смог ухватить. После этих слов Максим медленно отступил в сторону. Виктория опустила взгляд на кровать и мгновенно почувствовала, как в глазах что-то защипало - на черном шелковом белье лежала огромная охапка ярко-красных роз. И они были великолепны. Подойдя к ним поближе и дотронувшись до нежных лепестков, Вика больше не смогла сдерживать своих чувств. - Максим, я... я не знаю, что сказать... - только и смогла выдавить она из себя, после чего слезы сами брызнули из глаз. Закрыв лицо руками, она попыталась скрыть переполняющую её бурю эмоций, но разве Шаталин мог этого не заметить? - Ничего говорить и не нужно, - его голос вдруг стал хрипловатым. Он снова обнял Викторию и прижал к себе. Сглотнув подступивший к горлу ком, Максим принялся осыпать её лицо поцелуями. Он не ожидал такой реакции от девушки, совсем. Эти цветы он купил ей не для того, чтобы произвести впечатление, а просто потому, что ему захотелось их купить для нее. - Спасибо тебе, - он провел рукой по её волосам и заглянул в заплаканные, но абсолютно счастливые глаза. - За что? - За то, что для тебя всё это имеет значение. Вика улыбнулась и положила голову ему на грудь. - Я не помню, когда в последний раз мне дарили цветы, - тихо произнесла она, - а такие красивые, наверное, вообще никогда. Это тебе спасибо, Максим. Спасибо за всё. Ничего не ответив, Шаталин склонился к её губам и уже через секунду они оба задохнулись в волнующем поцелуе.