Мечтать не вредно

      На следующий день уже весь отель знал о случившемся. Дракула рассказал правду про Дейрана, поведал о смертельной болезни Луизы и об её предстоящем обращении. Сама она всё ещё лежала на кровати, отдыхая после укуса. Драк тихо открыл дверь и бесшумно прошмыгнул в комнату, взял ключи с тумбочки и уже собрался уходить. Видимо, девушка почувствовала его присутствие, поэтому проснулась и проговорила: — Побудьте со мной. Вампир нежно взглянул на свою возлюбленную и лёг рядом с ней. Она сразу придвинулась к нему, как будто в поисках поддержки и защиты. — Как ты себя чувствуешь? — Испытываю слабость и, бывает, кружится голова. Знаете, кровопийца, это было действительно больно, — Лиза посмотрела ему в глаза с лёгкой обидой. Он улыбнулся. — Я понимаю, поэтому и предупредил сразу. Ты учти, что я ещё старался. Но ты молодец, — граф поцеловал её в макушку. — Готова стать вампиром? — Я не знаю... — девушка поёжилась. — С одной стороны, это классно, но ведь есть и обратная сторона монеты? — Верно. Поэтому в последние дни человеческой жизни попытайся насладиться всем, что доступно людям. — А вы не перестанете меня любить? Вас ведь манит моя кровь, мой запах. Вас завораживает то, что я живая, моё тепло, дыхание. Вам, как вампиру, нравятся моя беспомощность, человеческая слабость и уязвимость, вам доставляет удовольствие показывать себя сильным и могучим, защищая меня. Вам интересно читать мои чувства и эмоции, а особенно, ощущать трепет перед вами. Но, когда я превращусь в создание ночи, этого всего уже не будет, — граф весело засмеялся на это. — Ты считаешь, что это единственные причины моей любви? Они, скорей, притягивают меня, как вампира, но не создают чувства более сильные, в сердце. Ты просто прекрасна, как внешне, так и душевно. Твой характер, голос очаровали меня. Твоё непредсказуемое настроение, твоё бесстрашие вперемешку с испугом, твоя радость на лице, скрывающая горечь в сердце... То, что ты смогла пережить в детстве, а потом упорно идти вперёд, заставляет восхищаться. Ты сильная. Твой смех и улыбка... А вообще, я не могу точно сказать, что меня в тебе привлекает. Всё, наверно. Ведь любят не отдельные качества, а человека в целом — всё, что он собой представляет. После обращения ты будешь вечно украшать этот мир и приносить мне счастье. Я бы любил тебя, даже превратись ты в зомби. Ещё в первые дни нашего знакомства я понял, что ты необычная. — Если меня спросят, за что я люблю вас, то мне не хватит и книги, чтобы описать это. Я и сама не понимаю, как могла полюбить столь опасное создание, во много раз меня старше и величественней, — девушка опустила глаза, но вампир взял её за подбородок и заставил поднять на себя взгляд. — Может поэтому и влюбилась? Мы, вампиры, существа опасные и коварные, но до жути привлекательные и обаятельные. Думаю, это является нашим главным оружием, не считая клыков и когтей, — он подарил ей короткий поцелуй, в котором она опять почувствовала металлический привкус и лёгкий укол. — А ещё вы самовлюблённые и гордые... И долго ещё вы будете меня кусать? До тех пор, пока я не стану вампиром? — Я должен успеть насладиться твоей кровью, — Драк игриво сверкнул глазами. Девушка сама потянулась к лицу вампира и попыталась прокусить его губу, но это вызвало у него лишь улыбку. — Мне напомнить, чьи зубы острее? То, что ты делаешь — пустая трата времени. Пойдём лучше в холл, — Драк встал и стал ждать, когда Лиза слезет с кровати. Она же начала потягиваться и переваливаться с боку на бок. — Так не хочется. Я устала, — лениво пожаловалась девушка. — Пошли, — более требовательно ответил вампир. Он взял её за обе руки и потянул на себя, ожидая, что она всё-таки поднимется. Но Луиза была упряма. Граф волочил её к краю кровати, как мешок с картошкой, а она даже и головы не подняла. Ещё чуть-чуть, и Драк скинул бы её на пол. Он посмотрел на неё, как смотрят на капризного ребёнка, а девушка просто зевнула. — Хорошо. Давай я понесу тебя, — вампир ожидал буйной оживлённости, но и её не последовало. Он всё не мог понять — Луиза действительно так устала или вредничает? — Ну лаадно, — протянула Лиза и ещё больше распласталась на всю ширину кровати. Дракула устало улыбнулся и вздохнул, но всё же поднял её на руки. Она, кажется, снова собралась задремать. Пока они шли по коридорам, девушка действительно засопела, и графу пришлось прислонить её к себе, чтобы её голова не откидывалась назад. Он любил смотреть за ней спящей. Она была совершенно беспомощна и мила, а иногда во сне смешно дёргала руками и ногами. Такой тёплый маленький комочек. Парочка спустилась на лифте в холл. Обстановка, казалось, была обычная. Постояльцы делились друг с другом новостями и встречали новоприбывших. У ресепшена, как обычно, была куча монстров. Трио скелетов играли на музыкальных инструментах. Зомби разносили напитки и вещи гостей. Им и всем остальным мешали волчата Вольфыча... Но чувствовалась напряжённая атмосфера. Все понимали, что это затишье перед бурей. Тут дверь отеля закрутилась, и по красному ковру, как ни в чём не бывало, прошагал Дей. — Всем привет! Надеюсь, не страдали без моего общества, — усмешка. Стоявшие рядом монстры отшатнулись в разные стороны, а некоторые оскалились. Луиза сию же секунду проснулась и, увидев «брата», со злостью произнесла: — Без твоего общества куда спокойней и лучше, братец, — она нарочно интонацией выделила последнее слово, на что Дейран подозрительно прищурился, приподняв бровь. — Тебе больше нет места в этом отеле. Возвращайся к своему папочке, демон. Я надеюсь, что он поставит тебя на место, — отчеканил граф. Дей сначала немного удивился, а потом противно расхохотался. — Наконец-то вы, тупоголовые, догадались! И кто же такой умный вам помог в этом, а? — Луиза уже стояла на ногах и схватилась за руку Драка, немного зайдя за его спину. Дей это заметил. — Хах, я так и думал. Слишком много проблем у меня возникло из-за тебя, сестрёнка. Что ж, — демон повысил голос, обводя почерневшими глазами всех монстров и подлетев к потолку, — теперь вам известно, кем я являюсь. И я уже ощущаю страх, исходящий от вас. Понимаю, что вы не отдадите мне Луизу просто так, — по холлу разнеслись возмущённые голоса. Дракула тихо зарычал, задвигая Лизу за себя ещё больше. — Но, думаю, вы тоже осознаёте, что я так просто не сдамся. Вы знаете, что силы неравны. Поэтому попрошу вас мирно отдать мне девчонку. — Никогда! — проорал Фрэнк. — Даже и не мечтай! — подхватил Мюррей. — Да что ты о себе возомнил?! — зарычала Мэйвис. — Ты всего лишь жалкий демон! — усмехнулся Джонни. — Лиза только наша! — запротестовал Человек-Невидимка. — Мы ни за что не отдадим свою подругу! — выкрикнула Юнис. — Вали к себе в Преисподнюю или к вонючим дружкам — ликанам, ублюдок! — прокричал Вольфыч. — Я лично прослежу, чтобы тебе выбрали самую мучительную пытку в том самом месте, сволочь, — процедил вампир, глядя демону в глаза. Дей усмехнулся и ответил ему тем же тоном: — Скорей ты окажешься там. Уж отец-то поддержит своего сына. — Твой отец не такой безмозглый, как ты. Он знает, к чему это всё приведёт, и что всё это бессмысленно. А ещё понимает, что тебе не выиграть в этой битве. — Это мы ещё увидим, — оскалился демон. После того, как крики недовольства стихли, он обратился уже ко всем: — Если не хотите мирным путём, значит, придётся либо подчинить, либо уничтожить вас. Сначала монстры, а потом всё человечество. Вы совсем потеряли голову, раз решили сражаться со мной и моей армией. Особенно вот этот сопляк, который обозвал меня «всего лишь жалким демоном»! Как ты посмел вякнуть, смертное существо?! — Дей метнул в Джонни огненный шар. Драк понял, что парень не успеет отскочить, и своей магией оттолкнул шар обратно к демону. — И вы собираетесь меня победить? Так и будете ежесекундно защищать этого человечишку? Или обставите вокруг него рыцарей-пустышек, которые разваливаются на части от одного удара? Кто будет сражаться?! Среди вас всех есть шанс продержаться хоть пять минут лишь у Дракулы и Лизы! Я вас предупредил. Больше ваша жизнь не будет прежней... Ой, простите, я неправильно выразился. Жизни у вас не будет вообще, —демона окутал чёрный дым, и он исчез. По холлу разнёсся взволнованный гул, монстры начали сомневаться в своей победе. А это разозлило вампира, и он зарычал в своей излюбленной манере: — Что вы ведёте себя, как люди в Средневековье перед монстрами?! Неужели вы забыли о своих скрытых силах?! Мы сможем защитить себя! — Драк сделал паузу и задумчиво опустил глаза. — Может быть даже придётся защищать и людей, — граф снизил тон. — Собирайтесь с силами и духом. Не теряйте надежду. Джонни, — вампир нашёл в толпе парня, — Пойдём со мной, — тот немного удивлённо взглянул на Дракулу, но поплёлся за ним следом. Пока они шли к лифту, Джонатану показалось, что вампир и Мэйвис успели переговориться мысленно. Когда Князь Тьмы уже нажал кнопку нужного этажа, к парню подбежала любимая вампирша и крепко-крепко обняла его, а потом поцеловала. Он, конечно, обрадовался, но не ожидал такого резкого и беспричинного порыва чувств от Мэйвис. Дракула и Джонни оказались на нужном этаже, и вампир позвал человека в номер своей дочки. Верней, в номер дочки и самого паренька. — Зачем вы меня позвали? — с интересом спросил Джонатан. — Кстати, спасибо, что спасли. Уже во второй раз... — парень улыбнулся, и губы вампира, казалось, тоже затронула улыбка. Повисла тишина. Граф отвернулся к окну и не торопился отвечать. Прошло несколько гнетущих минут, и он произнёс: — Но я не могу спасать тебя постоянно. Когда наступит война, то ни меня, ни Луизы, ни Мэйвис не будет рядом с тобой. И вряд ли у кого-то найдётся время или возможность помочь тебе. Для человека все наши движения будут незаметными и очень быстрыми. Секунда — и тебя уже нет. — Но я сталкер, всё-таки! У меня есть подготовка и... — Помолчи! Ты, похоже, действительно не понимаешь, что нас ожидает. — Понимаю, — парень вдруг перестал спорить и грустно вздохнул. — Ну не сидеть же мне в замке целыми днями и ночами. — В замке будет столь же безопасно, как и за его пределами, — усмехнулся вампир. — А это правда, что вы собираетесь защищать людей? После всего, что они вам сделали. — Чтобы пойти на людей, им надо уничтожить сначала нас, чего мы, конечно же, не допустим. Но если они разделятся, послав демонов и сюда, и к городку, то да. Попытаемся защитить. Во-первых, я видел, какими стали люди сейчас. А если вспомнить прошлое... — граф задумался и продолжил. — Понимаешь, если люди исчезнут с Земли, то нарушится баланс. И не только в нашем мире и измерении, а и во всех остальных. Они ведь все тесно взаимосвязаны. Если разрушится одно, то за ним по цепочке начнут рушиться и другие. Так что, здесь уже не до личных счётов. Тебя бы не было в живых, если бы я обратился к воспоминаниям прошлого... — вампира перебил Джонатан. — Драк, мне кажется, что вы уходите от настоящей причины, по которой мы сейчас тут. — Интуиция тебя не подводит, — граф улыбнулся. — Тебе определённо понадобятся твои навыки сталкера, резвость и сообразительность. — И всё же, что вам нужно? Дракула обернулся к нему и загадочно сверкнул глазами. — Помнишь тот день, когда ты попал в отель? Я пытался тебя прогнать, потом тебе пришлось изображать монстра, позже мы прокатились на столах, после этого тебя похитил Квазимодо. Я тебя впервые спас и именно тогда рассказал о Марте, — медленно начал он. — Ну, помню. И что? Не томите, Драк! — граф ухмыльнулся. Он ожидал, что человек скажет именно это. — Сядь, — граф терпеливо ждал, пока до человека дойдёт смысл сказанного, и он послушно сядет на кровать. Сейчас Джонни немного тупил. — Тогда я сказал: «Знаешь, Франкенштейн ты, конечно, никудышный. Но вампир бы из тебя получился», — Дракула многозначительно посмотрел на парня, следя, как в его голове начинает рождаться правильная мысль. — Тогда вы действительно имели в виду... — Да, Джонни. Мы не можем рисковать тобой. Ты мой друг и парень моей дочки. Ты неотъемлемая часть моего отеля. Но тогда в этом не было необходимости. А сейчас время пришло. Война начнётся через несколько дней, а ты должен успеть превратиться и обучиться вампирским навыкам. — Вы завтра обратите меня? — по выражению лица человека можно было понять, что он заволновался. — Почему же завтра? — вампир начал подходить к парню. — Чем раньше, тем лучше. Уже сегодня ты станешь вампиром, — Джонатан сглотнул и мельком посмотрел на дверь, но и этого хватило, чтобы граф магией запер её. — Надеюсь, за двадцать три года ты успел насладиться человеческой жизнью? — Мне до этого момента казалось, что я уже попробовал и испытал всё, чего хотелось бы, — его голос начал дрожать. — Но нам, людям, всегда мало времени и возможностей. Всего мало. Теперь мне кажется, что столько всего упущено. Я понимаю, что стать вампиром — это не поставить крест на путешествиях, общении с людьми, но всё равно определённые ограничения появятся, а мне не нравится это. — Ты ведь знал, что рано или поздно тебе придётся стать вампиром. Так почему же забоялся? — Дракула остановился около человека. — Я думаю, это нормальная реакция. Мне казалось, что я морально готов к этому, но теперь мне хочется как можно дольше отсрочивать этот день... Как говорится: «Перед смертью не надышишься», — тихо проговорил рыжий, смотря на вампира снизу вверх и вжав голову. — Мне кажется, что сейчас ты видишь во мне не друга, а безжалостного монстра, собирающегося тебя злостно сожрать, — Драк горько ухмыльнулся, и парень заметил уже удлинившиеся клыки. Вампир попытался смягчить свой взгляд и, как можно добрее, продолжил. — Ты понимаешь, что я делаю это не со зла? Ты открыл мне глаза на мир и стал настоящим товарищем. И, поверь, я не хочу причинять тебе боль, не хочу так внезапно менять твою жизнь. Я бы ещё потянул время, но сейчас просто безвыходное положение. — Я понимаю, — неуверенно начал Джонатан. Он пытался увидеть в графе, стоявшем перед ним, отца своей девушки, лучшего друга, того, кто принял его в отель, того, кто солнечным днём вернул его сюда, того, с кем он летал на столах, но видел лишь короля всех вампиров, Князя Тьмы, легендарного и жестокого графа Дракулу. А тот слышал его мысли. — Но почему Луизе вы дали время, а мне нет? Это слишком неожиданно. — У Луизы есть довольно значительная сила, и она в битве сможет защитить себя. А вот ты станешь первой жертвой. Или они украдут тебя и начнут шантажировать нас. Но мы не можем этого допустить, верно? — Угу, — и снова короткий неуверенный кивок. А граф понимал, что друг просто боялся его. — Так как это всё происходит? — Я должен выпить столько крови, чтобы почти иссушить, но ты смог самостоятельно выпить немного моей, — человек сморщился. — Не волнуйся, она на вкус такая же, как и человеческая. Дракула сел рядом с парнем. Если во взгляде Джонатана читались волнение и страх, то в глазах Князя Тьмы можно было увидеть горечь, сочувствие и печаль. Он не хотел так скоро и болезненно обращать своего друга. — Сколько я буду превращаться? Вы будете держать меня, чтобы я не повредил себе или в этой комнате чего-нибудь при этой..ломке? — Думаю, тебе должно хватить от одного до трёх часов. Мне не нужно будет сдерживать тебя. Ты будешь переживать обращение в своей голове. У меня, так как я Король Вампиров и Князь Тьмы, есть некие способности, недоступные моим сородичам. Даже у моей дочки и отца их нет. Одним из специальных умений является «незримое превращение». Когда для всех ты валяешься трупом. Это превращение имеет преимущества над обычным. Например, обычное обращение разделяется на физическое, душевное и сознательное изменения. При моём умении твоё сознание изменяется сразу, так как в нём всё и происходит. Следовательно, процесс займёт меньше времени. Ты будешь кричать, ломать себе кости, дёргаться, но со стороны просто будешь тихо лежать без малейшего движения. — Чтобы другим не стало плохо от процесса моего превращения, — усмехнулся парень. — Сними линзы. Джонни, так ты простишь меня за ту боль, что я тебе причиню, и ту, которая ждёт тебя впереди, а также за то, что без преждевременного предупреждения обращаю тебя? — вампир положил руку на плечо Джонатана, пока тот ковырялся пальцами в своих глазах, снимая линзы, и снова поморщился от этого зрелища. — Я знаю, что это ради Мэйвис, ради вас, ради всех монстров, да и ради себя тоже. Ведь с возрастом я не буду молодеть. А я не хочу оставлять вас. Что же вы без меня будете делать? Так что, прощу, — парень посмотрел на Драка и почти весело улыбнулся. Это было больше похоже на Джонни, но вампир ясно видел и ощущал его страх, и всё же ответил ему такой же весёлой, но уже клыкастой улыбкой. Так как это превращение, Дракуле придётся кусать, не сдерживаясь, как с Луизой. Граф одной рукой схватил его за плечо, немного выпустив когти. Второй рукой он так же, как и с Лизой, закрыл ему рот, потому что в этом случае будет намного больнее. А чтобы сильно не вырывался, Драк придавил парня коленом к стенке кровати. — Прости ещё раз, — глаза покраснели, и вампир резко вонзил свои клыки в шею Джонни. Парень заорал и попытался оттолкнуть графа руками, но тот магией парализовал их. Какую бы жалость не испытывал вампир при виде и ощущениях своего друга, ему приходилось ещё сильнее сжимать челюсти, разрезая плоть и вены, из-за чего глаза ещё больше напоминали по цвету кровь. Из-за сильной боли Джонни начал вырываться ещё пуще прежнего, и Драк схватил его уже обеими руками и выпустил когти, которые впились в плечи не очень глубоко, но чтобы парню становилось хуже от сопротивления. Достаточно прокусив шею, вампир начал стремительно пить кровь, чувствуя, как от головокружения и кровяной недостаточности Джонатан всё больше расслаблялся и заваливался, что являлось преддверием потери сознания. Оставив в теле друга немного крови, Драк прокусил своё запястье. — Хэй, ты меня ещё слышишь? Пей. Сделай хотя бы три глотка, — Джонни, уже почти потеряв сознание, всё же выпил вампирской крови, уже не совсем осознавая, что делает. — Молодец... — это было последнее слово, которое услышал парень, так как сразу же отключился. Всё время обращения Дракула сидел рядом с Джонни и никого не впускал в комнату. Теперь парень будет являться ему, помимо друга, ещё и учеником, и сородичем, и «птенцом», ведь он — его создатель. И, как создатель, вампир обязан был следить за обращением. Обычные вампиры делали это, чтобы держать подопечного и не позволить ему от боли сломать себе кости, разбить голову или расцарапать кожу. Дракула же следил за внешним процессом обращения. К тому же, если Джонни начал бы дёргаться наяву, это значило бы, что что-то пошло не так, и тогда вампир должен был срочно сделать что-нибудь. К счастью, пока что всё шло нормально. Но Драк не представлял, что на самом деле творилось в голове парня. Граф знал, что это мучительно больно и сам наблюдал, как обращались люди, укушенные обычными вампирами. Зрелище заставило содрогнуться даже его — повелителя всех кровопийц, которому наблюдение за страданиями было, как сказка на ночь. Ему не довелось такое испытать, он с рождения был «ужасом, летящем на крыльях ночи». Того, что чувствовал его друг, ему было не понять и не узнать никогда. Джонатан переживал адскую боль, от которой невозможно было избавиться, её нельзя было смягчить, и с каждой секундой она нарастала. Никакие наркозы не помогли бы, да и могли сильно повредить менявшемуся организму. Сначала была стадия, когда по ощущениям выворачивало наизнанку все кости, ужасно раскалывалась голова, всё тело будто горело пламенем. В это время бледнела кожа, а тело становилось более крепким и сильным. Потом стадия, когда этот «огонь» проникал глубже, сжигал все вены, сосуды, артерии, заполняя их вампирской кровью. Уши заострялись, под глазами появлялись тёмные круги. Одновременно с этим у человека менялось восприятие мира и передавалась частичка характера вампира, чьей жертвой он стал. Позже «огонь» всё дальше пробирался к сердцу и, достигнув, заставлял его остановиться. Вампир больше не слышал у парня сердцебиения и плеск крови. Но на этом мучения не заканчивались. Начинали ещё больше болеть пальцы, глаза и дёсна. Драк видел, что у человека появились клыки, когти, и исчезли следы от укуса. И вот последние минуты обращения, когда адская боль должна была закончиться, но человек ещё не знал об этом. За время всего превращения Джонатану хотелось разорвать себя на куски, умереть, сделать что угодно, только бы избавиться от этой пытки. Вот боль прошла, и парень окунулся в небытие. Теперь он не чувствовал вообще ничего, даже самого себя, не слышал своих мыслей. Он и не знал, где находился. Не знал, жив или нет в этот момент. Его как будто бы и не было. Так продолжалось какое-то время... Новообращённый открыл глаза.