Твой зверь.

–Это не простая угроза. Я убью каждого, кто причинит вред Римусу Люпину. Сейчас вся деревня собирается и идет сюда, я рассказала им, что вы оборотни! Мой блеф произвел фурор. Наступила такая тишина, что были слышны лишь завывание ветра снаружи и моё неровное дыхание. –Отпустите его, и уйдете отсюда до тех пор, пока весь Флиттон не явился по ваши души. –Ты глупа, если думаешь, что я поверю тебе. –Виктор не говорил – рычал на меня. –Если бы ты рассказала кому-то, здесь уже была бы вся деревня и добрая половина Министерства Магии. –Ты хочешь проверить сколько у вас осталось времени? –Сердце бешено колотилось. Мои дерзкие слова заставили кое-кого усомниться в правильности действий Виктора. Оставалось идти ва-банк. –Отпустите его немедленно! Виктор в два нечеловеческих прыжка преодолел расстояние между нами, так, что моя палочка уперлась ему в грудь. –Ну, давай же! Мой мозг лихорадочно работал в поисках хоть какого-нибудь заклятья. В голове всплывала лишь «алохомора». Невозможность собраться в трудную минуту злила меня и заставляла ещё больше паниковать. Виктор выхватил из моих дрожащих пальцев палочку. Я отрешенно смотрела на его пальцы с когтями, ещё не трансформировавшиеся в человеческие ногти, по ним стекала кровь, видимо, Виктор убил того парня наверху. Он переломил моё магическое оружие двумя пальцами. Изо рта его торчали клыки, а глаза были налиты кровью, когда он схватил меня и прижал к стене. –Не тронь её, Виктор. –Спокойный голос Римуса подействовал безотказно, Виктор отступил, и я спустилась по стене, хватая ртом воздух, и судорожно потирая шею. На глаза нахлынули слёзы – насколько же надо быть наивной глупой девочкой, чтобы прийти в логово оборотней, вооруженной только бесполезным куском дерева, покалеченный труп которого лежал сейчас рядом со мной. Волос единорога*, серебристо-белый, выпал из сердцевины моей палочки. Зачем-то мои пальцы потянулись к нему, схватили и зажали в кулак. –Прошу, я спас Астрид сегодня ночью не для того, чтобы ты убил её меньше чем через сутки. –Виктор, прошу тебя. –Я подползла к Виктору и схватила его за ногу. –Отпусти Римуса. Ты не убийца. Не зверь. Прошу, умоляю, не причини ему зла. Да, он обманул вас, но ведь все мы совершаем ошибки, он был связан клятвой, обещанием, долгом – называй как хочешь, но его положение не должно вызывать гнев. Уважение – да, но не желание убить. Прошу тебя. Очень прошу. –Мой голос сорвался, слезы полились из глаз, а из горла вылетали нечеловеческие всхлипы. Виктор скинул мои руки и начала нервно расхаживать по комнате. Потом он повернулся ко мне и подал мне руку. –Астрид, –сказал он, поднимая меня на ноги. –Я не собирался причинять тебе боль. Прости, эта внезапная вспышка больше не повторится. –Спасибо. –Одними губами выдохнула я. –Я предлагаю тебе сделку Астрид. В обмен на жизнь Люпина я хочу… –Всё что угодно! –Выкрикнула я, прежде чем он успел закончить. Виктор нахмурился, в его глазах мелькнул недобрый огонёк. Он оглядел своих приспешников. Никто бы и не усомнился в правильности его решения, но отчего-то он решил пояснить: –Я собираюсь отпустить его, проявив милосердие, лишь для того, чтобы он передал шпионам и посланникам любой из сторон в назревающей войне, что мы, оборотни, сохраним нейтралитет. Чем бы не соблазняли нас эти стороны, мы не примкнем ни к одной из них – мы не продаемся! Послышался одобрительный гул, но не такой, на который рассчитывал Виктор. Некоторые поглядывали с опаской, а кто-то в открытую переходил ближе к Римусу. Но главарь не заметил этого, он повернулся ко мне и в наступившей тишине произнёс: –А вы, мисс Вильямс, станете моей, как подтверждение того, что я решил судьбу Римуса Люпина. Таково моё условие. –Нет. –Римус шагнул вперед. Теперь его уже никто не держал. –Я согласна. –Слова вылетели из моего рта быстрее, чем я успела сообразить на что подписываюсь. –И у тебя ещё хватает наглости перечить мне? –Астрид, я не позволю тебе… –Я не спрашивала вашего позволения. –Горло обожгло свинцом, горячие слёзы порывались проложить мокрую дорожку по моим щекам, но я судорожно сглотнула и продолжила. –Я этого хочу, буду считать, что так Виктор предложил мне выйти за него. –А у малышки есть чувство юмора. –Виктор по-хозяйски закинул руку мне на плечо. –Убирайся прочь, Люпин, считаю до трёх… –Я не уйду. –Римус, прошу тебя. –Голос выдавал мое волнение, страх и безнадежность ситуации. Я знала, что Римусу не позволит уйти чувство того, что я подписала себе смертный приговор или пожизненное рабство в обмен на его свободу. Он не бросит меня здесь. Но вместо приятных бабочек внизу живота, горло стягивало обручем, суставы рук и ног жутко болели от удара об стену и быстрого бега. Я начинала возвращаться в реальность из мира чувств и эмоций. И здесь меня ждали боль, страх и гнев. Когда я бежала к своему дому по приказу Римуса, я не думала ни о чем, но, как только перед глазами появился знакомый пейзаж, я тут же развернулась и бросилась вслед Виктору и компании, осознав, что Римус в смертельной опасности. Не найдя их на том же месте, я побежала, зарываясь в снег по пояс, к заброшенному дому на окраине, именно там, по словам Виктора, они осели. Преодолев половину пути, я поняла, что ослепленная предложением Римуса погулять вместе, забыла надеть носки, и теперь, стерев пальцы ног в кровь, бежала медленнее, чаще спотыкалась и падала в снег. Руки покраснели и обветрились. Мокрые от снега и пота волосы липли к раскрасневшимся щекам, глаза постоянно наливались слезами, отчего покраснели. Сама я дьявольски замерзла, пока разговаривала с Виктором. Все эти чувства разом нахлынули на меня после его «я не уйду». –Римус, я прошу тебя, уходи. Виктор не причинит мне зла. –Моё серьёзное выражение лица, видимо, навело его на мысль, что лучше не спорить, а может, он решил, что я стою его спасения… но так или иначе, Римус направился к двери, а за ним еще трое. –Если вы сейчас уйдете, дороги назад не будет. –Прорычал Виктор, всё ещё обнимая меня. Никто не ответил ему. Оборотни, решившие покинуть свою семью, опустив глаза молча следовали за Римусом. Он тоже не смотрел на Виктора. Он смотрел на меня. В глазах его были: благодарность, и злость, и страх, и ужас. Я не отводила взгляд и даже не плакала. Но, как только на улице послышались хлопки трансгрессии, Виктор отпустил меня, даже оттолкнул, остальные разошлись кто куда, а из моих глаз брызнули долгожданные слёзы. Они всё лились и лились, никто не пытался заговорить со мной, отвести куда-то или издеваться. Все, кроме Виктора ушли. Он же стянул с себя футболку и начал подтягиваться на самодельном турнике. От тела его шел пар. С каждым рывком вверх я слышала, как он проговаривает сквозь зубы имена предателей, будто читает мантру. «Люпин, Оберк, Крейк, Иллоис». Я перестала плакать, несколько раз громко кашлянула, после чего подошла к Виктору и дотронулась ледяной, влажной ладонью до его спины. Он вздрогнул, но, увидев меня боковым зрением, спрыгнул вниз и повернулся. –Что мне делать? –Глупый вопрос, но что ещё я могла спросить? Я теперь вроде как его наложница. Он уставился на меня, состроив гримасу. –Что, все слёзы кончились? –Да. –Прошептала я хриплым от рыданий голосом. –Тогда что ты тут делаешь? –Я? –Я задохнулась от удивления. –Ты же сам сказал, что в обмен на меня… –И ты решила остаться здесь жить? В этом подвале? Астрид, я не собираюсь держать тебя здесь, как узницу. Я хочу…–Он провел рукой по моей щеке, убирая прилипшие к ней волосы. –…чтобы ты захотела быть моей. Сама. Без принуждения. Я широко раскрыла глаза. Виктор Мейси хочет, чтобы я его полюбила? –И прости за палочку. –Он опустил взгляд на мою ладонь. –Ты сохранила сердцевину? –Да. –Я протянула ему кулак, в которым держала волос единорога. Разжав пальцы, показала серебристую ниточку и следы от впившихся в ладонь ногтей. Виктор аккуратно взял волос и убрал его в колбу, которую создал из воздуха (оказывается, и он кое-что умеет). Потом взял мою руку и поцеловал ладонь, на которой остались красные полосы. Выйдя из заброшенного дома я была в таком шоке, что не реагировала на ноющую боль во всем теле. Виктор Мейси может быть нежным. Что, если он действительно в меня влюблен? Что могут дать мне отношения с этим человеком? Ха, в случае с Римусом я задумывалась лишь о том – ответит ли он мне взаимностью. Путь домой вышел долгий. Когда я подошла к саду, начинало смеркаться. Я вошла через заднюю калитку, сил затворить её уже не было. Зайдя в дом я первым делом сбросила с себя всю одежду и залезла в горячую ванну. Пальцы и ступни защипало от горячей воды, вода тут же окрасилась в красный, я несколько раз ее поменяла, смазала царапины и мозоли зельями, и только потом залезла в воду и смогла насладиться уединением. По привычке в горячей воде я нахожу решение всех проблем. И вот сейчас, когда мое тело полностью расслаблено, я оттерла мягкой мочалкой последние следы бурного дня и начала понимать, что за Виктором я буду, как за каменной стеной, но проблема в одном – я его не люблю. Я встала и обернулась мягким полотенцем молочного цвета с монограммой. Подарок Мелиссы. Интересно, как она встретила своего жениха? В объятьях его отца? Даже думать страшно о том, какой позор ее ждет, если правда выльется в массы! Задумавшись, я вышла из ванной, пятерней расчесывая мокрые волосы, и тут же замерла, заметив движение в дальнем конце коридора. –Кто здесь? Виктор, это ты? –Нет, Астрид. Его голос. Мир закружился. –Ты вернулся, зачем? –Я не мог уйти, не зная наверняка, что с тобой всё хорошо. –А если бы Виктор был здесь? –Мне всё равно. –Римус подошел совсем близко ко мне. Смахнув капельку воды с моего плеча, он грустно улыбнулся и наклонился, чтобы поцеловать меня в лоб… Я подняла голову как можно выше, надеясь не на простой целомудренный поцелуй, а на что-то более значимое, но он лишь слегка коснулся своим губами моего лба, после чего отпрянул, собираясь уйти. –Не уходи. Останься на сегодня. Что я несу? Сама же просила его спасаться, бежать, минуту назад недоумевала почему он вернулся, а теперь умоляю остаться? –Астрид. Прости меня… я не должен был… сегодня ночью… мне жаль… Нет, я не дам ему повода сожалеть о содеянном. Ведь мне не жаль. Я сделала шаг навстречу и скинула полотенце. Оно волнами легло у моих ног. Я стояла перед Римусом совершенно обнаженная, и по телу моему начали бежать мурашки. С волос стекали капельки воды, прокладывая свой витиеватый путь по моему телу. Несколько остановились в ямочке ключицы, остальные пошли дальше. Исследования самых быстрых закончились на моей груди. Римус внимательно следил за каждой каплей и, когда две росинки охватили мои соски, он не выдержал, накинулся на меня и поцеловал со всем жаром. Руки его в это время жадно ласкали мое тело, вторя зигзагам капель. Когда он добрался до груди, я не выдержала, запрокинула голову и издала стон. Руки мои, ещё секунду назад державшие его за шею, вдруг оказались внизу, расстегивая брюки моего мужчины. В мгновение ока он поднял меня с земли, словно перышко, прижал к стене и вошел в меня. Двигаясь вперед-назад в бешеном ритме мы оба забыли о реальности и лишь спустя пол часа и два оргазма, оказались лежа. Простыни, его одежда, наши потные тела – всё смешалось на моей старой кровати. Тяжело дыша и постепенно приходя в себя я понимала, что Римус остаться не может, но продлить наше с ним занятие любовью мне хотелось ещё хотя бы на пол часа. Поэтому, превозмогая усталость, я сползла с кровати, встала на колени, и потянула Римуса за собой. Он ещё не открыл глаз после нашего последнего соития, где я была сверху и задавала тот ритм, что был угоден мне, и ему. Невероятно, но его половой орган снова был готов вступить в бой. Я нежно поцеловала его и, заметив, что Римус открыл глаза и приподнялся на локтях, со всей силы втянула воздух через ноздри и начала его сосать. Мой спаситель откинулся на спину, схватившись руками за простыни и зарычал, словно зверь. Я делала это лишь единожды и много лет назад, откуда же теперь столько рвения в моих действиях? Ответ пришел не сразу – я лишь хочу доставить своему возлюбленному море незабываемых, счастливых, полных наслаждений моментов. Как только я почувствовала, что Римус подходит к грани, я перестала делать минет и снова запрыгнула на него, ведь моя жажда страсти тоже до сих пор не утолена. Еще несколько рывков, движений и всё кончено. Я завалилась на него, выдыхая его имя. Спустя ещё несколько минут я произнесла: –Я никогда не буду принадлежать Виктору. Никому другому, кроме тебя. –О, Астрид. –Выдохнул Римус и сел на кровати, пытаясь одеться. Я тоже натянула длинную ночную рубашку. –Ты замечательная. Он улыбался, подошел ко мне и поцеловал в шею. –Сейчас я не могу забрать тебя с собой. –Я и не прошу этого. Я буду твоей, как только Виктор потеряет бдительность. Как я уже говорила – трансгрессировать я не умею… Придется иным способом добираться в Лондон. –Я оставлю тебе адрес, напиши мне, если случится что-то серьезное. Я действительно думаю, что Виктор не причинит тебе зла, иначе бы я не ушел сегодня. Только учти, что это адрес штаб-квартиры Ордена Феникса. Это тайная организация по борьбе с Тем-Кого-Нельзя-Называть. Но я надеюсь, что тебе он не понадобится. И я сам заберу тебя в Лондон, как только смогу. –Я люблю тебя. –Я прошептала это одними губами, но думаю, он слышал. –Прощай, Астрид. –До свидания. –Я выбежала за ним на улицу босиком, в одной ночной сорочке, и ещё долго смотрела потом из окна своей кухоньки в темноту, в которой с негромким хлопком исчез мой любимый мужчина. *Волос единорога дает самую стойкую магию и меньше других подвергается влиянию колебаний и блокировок. Палочки с волосом единорога тяжелее всего переходят к Темным Искусствам. Такие палочки являются самыми преданными из всех и обычно сохраняют сильную привязанность к их владельцу, независимо от того является ее владелец завершенным волшебником или нет (волшебником, получившим свое магическое образование). Небольшим недостатком волоса единорога является то, что они не дают самых мощных палочек (хотя это можно компенсировать деревом, из которого сделана палочка). А так же они склонны к меланхолии при совсем плохом обращении, это означает, что волос может «умереть» и потребуется его заменить. Оставляйте отзывы, ценно каждое мнение. Здесь Вы найдёте иллюстрации к главе: http://samantastory3.tumblr.com/post/100176180538/15