Одна душа, разделенная на два тела

      Одна душа, разделенная на два тела. Глупости, которые встречаются лишь у близнецов. Те, даже будучи разделенными в глубоком детстве, неосознанно тянутся друг к другу, мыслят одинаково, дышат одинаково и умирают так же. И расстояние не преграда. Просто так получается. А если они не близнецы, но магнетизм есть, причем такой сильный, что уносит с головой, переходя все границы разумного?       Было самое начало зимы. На улице было слякотно, что не то, что выходить не хотелось, даже смотреть за окно было невыносимо. Дождь, грязь повсюду, сырой ветер, пронизывающий насквозь, если удавалось пробраться под одежду. Хочется просто спать, пока погода не улучшится, но обстоятельства и привычки заставляют выходить из дома.       В силу своих особенностей Санада Геничиро всегда был один. В детском саду он не мог общаться с другими в силу ранней развитости. В начальной школе его боялись из-за сурового внешнего вида. И понять их было можно. Молчаливый, отстраненный, хмурый, крупнее среднестатистических детей и физически сильнее. Когда с ним пытались говорить, Санада одаривал своих собеседников презирающим взглядом, а если и находились особо наглые и дерзкие, то мальчик выбивал им только что выросшие коренные зубы. Родители мальчика сначала пытались как-то повлиять на него, но конфликты продолжались, поэтому еще с младшей ступени обучения он сменил много школ.       В средней школе, Геничиро стал более пугающим, но продержался всю ступень обучения. То ли от того, что занятия с психологами стали приносить пользу, то ли от того, что школа была для трудных подростков. Там его принимали за своего. А Санаде было не по себе. Нет, он никогда не был агрессивным ребенком. Просто он боялся людей. Глупо и банально, но это так. Стоило подойти к нему какому-то бедолаге, как он менялся. Выглядя в повседневности как жестокий воин, при контактах с людьми он походил на загнанного охотником маленького зверька, но так думал только он. Со стороны Геничиро напоминал не зверька, а свирепого волка, готового разорвать жертву в любой момент. Тяжело так жить, но высокий рост давал свои преимущества, поэтому лишний раз к нему не подходили.       Все самое ужасное началось при переходе в старшую школу. Несмотря на особенности внешности и их метаморфозах в определенных ситуациях, у Санады появились поклонницы и ребята, так отчаянно хотевшие с ним подружиться. И это его травмировало еще больше. Глупые девчонки так и норовили дотронуться до него, заговорить.       Он продержался месяц. После уроков, Геничиро остался дежурить с одноклассницей. А эта дуреха стала приставать в открытую. Сначала коснулась щеки, потом шеи, положила руку на его грудь ближе к сердцу и потянулась, чтобы поцеловать парня. А в следующий момент, она лежала уже на полу, пытаясь отцепить грубоватые руки от своего горла, что отчаянно ее душили.        — Никто не имеет право ко мне прикасаться. Или я убью того человека, кто это сделает. В этот раз дела психологами не закончились.