Случай на заправке

Гарри снова достаёт из кармана своих джинс смятую бумажку и пару минут смотрит на уже почти стертые цифры и буквы, выведенные торопливым, но красивым почерком, а затем засовывает обратно. Он не позвонит, нет. Слишком гордый. И ему совершенно плевать на то, что Луи снится ему уже несколько ночей подряд. Вы бы стали звонить парню, с которым у вас буквально был лучший секс в жизни? Ладно, не отрицаю, он идиот, но что поделать. Гарри Стайлс слеплен совсем из другого теста. Поэтому сейчас он снова собирается в клуб, натягивая толстовку от Calvin Klein поверх обычной белой футболки, довольно улыбается отражению. Темные кудри подняты вверх шарфом Alexander McQueen, любимый бальзам для губ, капля дорогого парфюма. Идеален, как и в любой другой день. Парень садится в машину, которую он, кстати говоря, научился заправлять (не без посторонней помощи), и едет по хорошо изученному маршруту. Луи уже минут двадцать гипнотизирует свой телефон. Он ждет звонка, он хочет вновь услышать этот сладкий голос. Но прошла целая неделя, а мальчик так и не позвонил ему. Есть большая вероятность того, что шатен сейчас похож на влюбленную девочку, но с этим ничего не поделаешь. Голубоглазый буквально рычит, подскакивая с дивана. Не привык ждать. Быстро натягивает джинсовку и выскакивает из дома. Кажется, парень знает, где можно найти эту избалованную принцесску. Громкая музыка отдается в голове неприятным звоном, опустошен уже не один стакан виски, кубики льда медленно тают на дне. Зеленые глаза играют загадочным блеском в свете разноцветных огоньков. Брюнет проводит кончиком языка по губам, собирая остатки терпкого напитка, и улавливает на себе чей-то изучающий взгляд. Он поворачивает голову и сталкивается с карими глазами, а затем отпускает взгляд на красивые губы. - Привет, - произносит незнакомец, а его лицо озаряет улыбка. Кажется, Гарри понял, с кем проведет эту ночь. - Привет, - Стайлс кивает, разглядывая парня напротив. Острые скулы, черные, как смоль, длинные ресницы, недельная щетина, тату, выглядывающее из-под V-угольного выреза футболки. Он хорош, даже очень. Но не так хорош, как Луи. А почему он сравнивает его с Луи? - Я Зейн, - кареглазый протягивает ему руку, закусывая нижнюю губу. - А я Гарри, - Стайлс сжимает его руку, после чего оказывается затянутым в теплые, даже горячие объятия. - Я знаю, кто ты такой, - Зейн проводит кончиками тонких пальцев по щеке мальчика. – Ты красивый, Гарри. Я давно мечтал с тобой познакомиться, - он надавливает большим пальцем на нижнюю губу, слегка оттягивая ее вниз. - Сбавь обороты, куда ты так торопишься? - брюнет убирает руку от своего лица, и в следующую секунду она оказывается у него на колене, а затем и вовсе на бедре. - Просто не терпится узнать тебя получше, - горячее дыхание опаляет шею, влажный язык скользит по нежной коже, заставляя кудрявого тихо простонать, наклоняя голову в сторону. Гарри не остается ничего, кроме того, как мирно сидеть на месте, ощущая обжигающие поцелуи на своей шее. Но ему просто хочется этого, что можно поделать со своими физиологическими потребностями. И, да, я повторю еще раз, слишком гордый, чтобы звонить Луи, которого он хочет больше всех. Томлинсон мечет глазами по помещению, пытаясь разглядеть знакомое лицо, но в темном приглушенном свете это плохо удается. Да куда же он подевался? Парень подходит к барной стойке, около которой получает шлепок по заднице и недовольно шипит. Гарри тут нет, поиски продолжаются. Шатен оглядывается на танцполе, но и там не видит мальчика. Остается последнее место – диванчики в углу. Ах, вот он где! Глаза прикрыты от наслаждения, голова откинута на спинку. Нежные губы стали ярко-розовыми от постоянных укусов, а какой-то парень бесстыдно целует и кусает его шею. НУ, НЕТ! Луи сейчас больше смахивает на разъяренного льва, который пытается отвоевать свою добычу, нежели на дружелюбного парня, коим он является. - Шлюха! - зеленоглазый ничего не успевает сообразить, прежде чем ощущает крепкую хватку на своем запястье, и его вытаскивают из пошлых ручонок Зейна. Брюнет запинается об свои длинные ноги, спотыкаясь и чуть не падая пару раз. Удивительно, как он не растянулся на полу? - Да отцепись ты, блять! – он пытается выдернуть свою руку, пока не замечает одну маленькую деталь. - Отцепись? – старший запихивает его в туалет, закрывая за собой дверь. - Луи? – лицо кудрявого озаряет сладкая улыбка, на щеках появляются ямочки. Это Луи. Живой Луи здесь и сейчас. Он нашел его. - Почему ты не позвонил? – щеку начинает ужасно жечь от последующего удара. Голубые глаза Томлинсона наполнены яростью, челюсть напряжена, а грудь быстро поднимается и опускается. Зеленоглазый лишь улыбается, он счастлив сейчас, хоть и обижен немного. - Просто я знал, что ты найдешь меня, - шепчет он на одном дыхании и притягивает старшего к себе, целуя потрескавшиеся губы. Это не тот поцелуй, что был в прошлый раз. В нем еще больше страсти, но еще есть нежность и… Кажется, любовь? Да, парни уже были почти уверены в этом. Почему бы еще Луи стал так ревновать мальчишку, с которым просто переспал, к другому? Если это и не любовь, то определенно симпатия, очень большая симпатия. И Стайлс был абсолютно счастлив сейчас, несмотря на то, что щеку все еще жгло. Внутри жгло сильнее. Где-то в области сердца, а в животе порхали бабочки. Хотя их там быть точно не должно. Голубые и зелёные, страсть и похоть, корабль и компас (но они еще не знают об этом). Эти двое нашли друг друга, и электрические разряды пронзают кожу каждый раз, когда губы соприкасаются. Зеленоглазый ощущает легкую колючесть на его щеках, что так приятно щекочет кожу, и думает, что он готов вечно испытывать это. А Луи? Он просто счастлив, что нашел парня раньше, чем тот наделал глупостей. - Поехали ко мне, - выдыхает Томлинсон, пробегаясь мягкими подушечками пальцев по подбородку и шее, от чего по коже Гарри проносятся мурашки. - К тебе? – парень моргает пару раз, пытаясь сконцентрировать взгляд на чем-то одном. Томлинсон первый человек, к которому он готов поехать. - Да. Ко мне домой, - шатен утыкается носом в сгиб шеи, глубоко вдыхая запах сладкой карамели, бергамота и терпкого шафрана. Этот чудесный аромат обволакивает все внутренности приятным теплом, и старший с наслаждением втягивает воздух, прикрывая глаза. - Поехали, - Стайлс берет его за руку, переплетая пальцы, и идет к выходу из душного помещения, пропитанного запахом алкоголя и разврата. Он, правда, рад, что Луи нашел его, он давно так не радовался. - Поедем на моей, - голубоглазый тянет его к своей машине. Белый кабриолет. Гарри ухмыляется, оглядывая автомобиль, и запрыгивает на переднее сиденье. Никогда в жизни бы не подумал, что этот парень ездит на такой гламурной тачке. Брюнет представлял, как старший вальяжно вылезает из огромного BMW X5, но, конечно, воображение Стайлса было слишком ограниченным для того, чтобы представить Луи, разъезжающего на белом кабриолете по ночному Лондону с развевающимися волосами, словно он главный герой какой-то романтической комедии. Томлинсон занимает водительское сиденье, и они трогаются с места. Боже, это действительно выглядит удивительно, Гарри не может отвести глаз, тупо уставившись на парня. Теплый ветер треплет волосы, делая беспорядок на голове еще более сильным (оказывается вот он – секрет его прически). Ночные огни отражаются тусклым светом в голубых глазах, старший тихо напевает какую-то очень заезженную песню, доносящуюся из динамика стереосистемы, и улыбается, порой бросая короткие взгляды в сторону зеленоглазого. А кудрявому не остается ничего, кроме как смотреть и любоваться этим зрелищем. Если бы ему предоставили выбор, как провести остаток жизни, он бы выбрал путешествовать с Луи на этой самой машине, наслаждаясь его красотой. Они провели всю дорогу в тишине, лишь наслаждаясь редкими соприкосновениями пальцев, когда тянулись переключить песню, чувственными взглядами и теплом их тел. Первые слова слетают с губ старшего, только когда они оказываются в его квартире: - Разувайся, - он скидывает джинсовку на комод и оставляет свои потрёпанные вансы у порога. - Но я не разуваюсь дома, - Гарри оглядывает прихожую, выполненную в светлых тонах. Много обуви, слишком много для одного человека. Кепки «Snapback» аккуратно разложены на полке выше зеркала, там же и куча разных шапочек. Фотографии в рамках, все в идеальном порядке. Он любит этот порядок, он получает наслаждение, когда все вещи находятся на своих местах. Шатен даже и представить не может, что через пару лет от этого идеального порядка не останется и следа. Его любимые кеды будут вытеснены из шкафа ботинками от Ив Сен-Лорана, на место джинсовок придут элегантные тренчи, а те самые кепки и шапочки переместятся в шкаф, уступив место всевозможным банданам. - Но тебе придется, - старший щурит глаза, скрещивая руки на груди. - Ладно, ладно, - высокий парень быстро избавляется от обуви и подходит к Луи, крепко прижимая его к себе. – Покажешь мне квартиру? - Конечно, - лицо Томлинсона озаряет яркая улыбка, и он ведет зеленоглазого дальше по коридору, приобнимая за талию. Парни обходят просторную гостиную с большими окнами (Гарри не любит яркий свет, поэтому он точно повесит тут жалюзи), небольшая кухня (они будут ютиться тут, прижимаясь друг к другу), ванная (все свободные полки, которые займут всевозможные средства по уходу за кожей) и, наконец, спальня. Стайлс плюхается на кровать лицом вниз, проводя по мягкому покрывалу. Брюнет чувствует, как матрац рядом с ним прогибается, и в следующую секунду теплая рука проникает под его футболку, пальцы очерчивают дорожку вдоль позвоночника. Младший переворачивается на спину и смотрит на голубоглазого. - Гарри, - шепчет он, закусывая щеку изнутри. Луи чертовски взволнован, но ничего не поделаешь. Он просто попался в ловушку. Очень коварную ловушку этих мягких кудрей, нефритовых глаз, забавных ямочек. Он просто влюбился, как подросток. - Да? – Стайлс садится, положив голову на плечо парня. - Мы с тобой знакомы еще очень мало, но, - он не успевает закончить, потому что его затягивают в поцелуй. - Да, - так же шепотом отвечает младший, прижимаясь ближе к нему. - Что? – Томлинсон хлопает глазами, надеясь, что зеленоглазый правильно его понял. - Да. Я буду твоим парнем, - слава Богам. Их губы вновь сталкиваются, передавая все чувства и несказанные слова. Поцелуй - это еще один из миллиона способов выражения любви. Как говорят люди: «любовь найдет способ». Поцелуй – самый лучший способ, помогающий все понять. Легкие укусы, столкновения языков, привкус гигиенической помады и мятной жвачки. Затуманенные глаза, вспотевшие ладони, невероятная легкость. Им понадобился всего лишь «случай на заправке», чтобы найти то, что оба так давно искали. Шатен тянет футболку наверх вместе с толстовкой, а Гарри, в свою очередь, помогает ему освободиться от одежды. И вот уже спустя пару минут они оба остаются лишь в одном белье, изучая руками тела друг друга. Еле уловимые касания, заставляющие прогибаться им навстречу, влажные поцелуи по периметру всей шеи. - В прошлый раз ты сделал хорошо мне, сегодня это сделаю я, - шепчет Стайлс, опаляя горячим дыханием нежную кожу на животе, он немного прикусывает короткие волоски, тонкой дорожкой идущие из черных боксеров, от чего Луи стонет, толкаясь бедрами ему навстречу. Брюнет улыбается, стягивая трусы и обхватывая эрекцию тремя пальцами, он делает несколько мучительно медленных движений, а затем облизывает большой палец и прижимает его к пульсирующей головке. Он начинает двигать рукой, представляя, как делал бы это для себя. Несколько быстрых движений, сменяющихся медленными, легкий нажим у основания. Старший стонет, кусая губу и сжимая покрывало. Руку Гарри сменяют его губы, плотным кольцом обхватывающие ствол, он двигает головой, при этом обводя языком каждую венку, отстраняется и целует сочащуюся головку. - Позволишь мне быть сверху? – парень улыбается, глядя на голубоглазого парня, чьи глаза сейчас затянуты загадочной дымкой, как небо Лондона в дождливый день. - Не сегодня, - Томлинсон тянет его наверх, одной рукой нащупывая баночку с лубрикантом в ящике своей тумбы. Он быстро смазывает свой член, и тут же ощущает эту приятную узость, когда Гарри отпускается на него сверху. Шатен громко охает, цепляясь за его бедра. – Ты же даже не подготовлен, - глаза в глаза. - Ничего, - младший облизывает губы, не переставая двигаться. - Не будь шлюшкой, - Луи слегка мотает головой, щипая нежную кожу, от чего Гарри шипит. – Теперь, - толчок. – Ты, - еще один. – Только мой, - более быстрые движения, вызывающие порцию сладостных стонов. - Только твой, - кивает зеленоглазый, позволяя старшему задать нужный темп. - Не будешь больше ходить по клубам? – шатен буквально начинает вколачиваться в тело, обхватывая рукой эрекцию Стайлса. - Нет. Буду хорошим мальчиком, - он прогибается в спине, громко дыша. Голубоглазый начинает двигать рукой параллельно с быстрыми движениями, чувствует, как узкое кольцо мышц сжимается вокруг его члена, и кончает прямо в Гарри, не выдерживая напряжения. Брюнет в это же время изливается ему на живот с громкими стонами, и обессилено плюхается на кровать рядом. Их губы снова встречаются, и парни прижимаются друг к другу. Глаза закрыты, сердце бешено стучит, волосы прилипли ко лбу или смешно торчат в стороны. Младший выводит на спине узоры, понятные только ему, и погружается в дремоту, окутанный теплом и любовью Луи.

Он засыпает в его крепких объятиях. В первый, но не последний раз.