Мы ведь друзья

Когда Алекс соизволил явиться домой было уже темно. Примерно около семи часов. Доминик не представлял, где брюнет пропадал всё это время и, несмотря на затаённую обиду, вышел его встречать. Первое, что бросилось в глаза – это отсутствие верхней одежды. Алекс был просто в рубашке. Дальше Доминик отметил, что она местами порвана и испачкана. Парень подошёл ближе, рассматривая уже кровоточащую рану на губе, посаженные на скулах ссадины и рассеченную бровь. Злость моментально пропала, уступая обеспокоенности. – Что с лицом? – тихо спросил Доминик, пока Алекс был занят расшнуровкой кед. Кажется, парень удивил его этим вопросом. Прежде голубоглазого не волновали проблемы других. Хотя вызов в деканат и драка на заднем дворе университета у Алекса за проблемы и не принимались. – Неважно, это херня, - отмахнулся он, радуясь на задворках сознания тому, что Доминик перестал на него злиться. Или, может, это просто действие успокоительных… В ответ парень пожимает плечами и уходит, бросая напоследок: – Там на столе пицца, ещё тёплая. – Эй, Доминик, - Алекс вновь становится у него на пути и прижимает к стене весом собственного тела. – Хватит уже обижаться. – Отстань, - недовольно фыркает голубоглазый, силясь оттолкнуть от себя парня. – Какого чёрта ты делаешь? – бурчит он злобно, однако внутренне умоляет Алекса не отпускать его сейчас. Так противоречиво и похоже на него. – Нам нужны теперь двое детей, - не унимается брюнет, игнорируя слабые попытки юноши выбраться из его стальных тисков. – Что? – кажется, Доминик искренне недоумевает. А Алексу всегда нравился этот потерянный взгляд, который делал брюнета похожим на невинность. – В свои-то годы ты должен знать, как получаются дети, - в карих глазах усмешка и парень склоняется ближе. Его дыхание Доминик уже ощущает на своей коже, а пальцы – на бедрах. – Ты под дурью? – Нет. Зачем? – удивляется парень ничуть не наигранно. – Мне достаточно находиться на расстоянии вытянутой руки от тебя, чтобы перестать контролировать себя, - продолжает он, игриво приподнимая футболку Доминика. Холодная кожа его пальцев соприкоснулась с теплым телом и голубоглазый стиснул зубы, чтобы не издать непрошенных звуков. Губы Алекса так близко к его собственным и так доступны, что юноша едва нашел в себе силы, чтобы не покусать их в остервенелом поцелуе. А так хочется… Это ведь тот момент, они оба готовы и оба этого хотят. Алекс неторопливо скользнул пальцами по хрупкому телу, выбивая из парня остатки трусливой нерешительности, но того все же что-то сдержало. – Перестань, – запоздало прошипел Доминик, ведя борьбу с дюжим желанием позволить парню овладеть собой прямо здесь и сейчас. Совершенно врасплох их застал звонок в дверь. Словно раскат грома он напугал Доминика и разозлил одновременно из-за испорченного момента. Кареглазый покорно отошёл в сторону, когда тот направился к двери с намерением взглянуть на незваного гостя или гостей. – Чего тебе? – когда парень открыл дверь, перед ним предстала Таша – девушка из их группы. – Не очень вежливо, ну ладно, - не растерялась девушка, вздыхая. – У тебя неуд по экономике, чтобы был завтра обязательно. До вас не дозвониться, пришлось идти, - объяснилась она. – Всё? – Доминику явно плевать на экономику. Единственное, что его сейчас волновало – это прерванная по глупости близость с Алексом, который молча стоял у него за спиной поодаль. – О, я помешала, – почти искренне протянула Таша, сдерживая улыбку. Она заметила и неуютное переступание с ноги на ноги Алекса и чуть раньше – безумный блеск в глазах Санторски. – Это всё? – переспросил Доминик. От него в тот же момент повеяло холодом, а в глазах появилась злость. Совершенно невинными прикосновениями Алексу удалось разжечь в парне пылкую страсть. – Не совсем, - хмыкнула в ответ девушка, скрывая недовольство. – Ректор попросил передать, чтобы твой друг – она намеренно выделила интонацией это слово – больше не притворялся геем, - ехидно усмехнулась Таша напоследок, после чего легко спрыгнула с крыльца. Голубоглазый нашёл эту фразу весьма забавной и пугающе-громко расхохотался, закрыв за девушкой дверь. Только Алекс его радости не разделил. Лишь нахмурился и озлобленно фыркнул. Но Доминику плевать. Он подошёл к нему, вновь ластясь, словно кот и обнял за крепкую шею, игнорируя недовольство парня. – Не хочешь поиграть? – Во что? – вопрос Доминика немного сбил парня с толку. Когда в голубых глазах столько безумия, стоит ждать подвоха. Что Алекс и делал, настороженно чего-то выжидая. – В кого. Ответом послужила тишина. Парень совсем растерялся. Слишком много всего и сразу навалилось на него. И похоть, вперемешку с нежностью и некий страх. Алекс молча смотрел на Доминика, пытаясь понять, что у того на уме. Какая на этот раз бредовая идея посетила его голову? – В геев, – рассмеялся брюнет. Решил, что мучить ничего не догоняющего сейчас Любомирски не стоит. Но, кажется, его энтузиазма здесь никто не разделил… – Иди на хуй, – Алекс оттолкнул парня от себя, порядком разозлившись. Нет, он был просто в бешенстве. Что смешного можно было найти в этой ситуации? Доминик лично всё испортил. И вовсе не Таша. Кареглазый уже развернулся, чтобы подняться в свою комнату, как парень неожиданно резко схватил его за рубашку, рванув обратно на себя. Алекс не помнил, чтобы Доминик был так силен. Тут же возле уха раздался приглушенный шепот: – Тебе понравится… По его телу прошлась мелкая дрожь. Столько похоти и желания Алекс уловил в интонации парня, что утихшая страсть вспыхнула вновь. Юноша не сомневался в правдивости этих слов. Он смотрел прямиком в голубые глаза, понимая, что не хочет больше страданий Доминика. Чем сильнее тот хотел уйти, тем сильнее становилось и его желание удержать парня рядом с собой. Казалось, что они поменялись местами какое-то время назад. Пусть так, Алекс был готов терпеть ту боль, которую Доминик причинял ему. Они ведь «друзья».