Тьма в изумрудах

Пять лет спустя - ...ли? - изящная блондинка осторожно положила руку на плечо рядом сидящей рыжеволосой женщины. Вот уже чуть больше минуты она пытается дозваться до подруги, но все попытки тщетны. Женщина не реагировала, уставившись в одну единственную точку, а точнее, на макушку недалеко сидящего спиной к ним подростка, который, только изредка вздрагивая, продолжал весёлую беседу с друзьями. Изумрудные глаза, казалось, потемнели от затопившей их дымки задумчивости. - Ли-ли? - тихо, у самого уха позвала женщина. - А? Что? - на блондинку уставились ничего не понимающие, полностью осмысленные цвета чистейшего изумруда глаза. - Ты о чем так задумалась, что даже моего вопроса не слышала? - Чего мне стоило переубедить твоего мужа, - отмахнулась женщина, взглядом возвращаясь к мальчику, облачённому в тёмную мантию в золотисто-красных тонах. Воспоминания Лили - Леди Поттер, какая честь побывать в доме столь почтенной дамы, - склоняясь в лёгком поклоне и приникая мимолётным поцелуем к тыльной стороне тонкой руки, холодно поприветствовал мужчина, белоснежные волосы которого тонкой волной были разбросаны по широкой спине. - Какие сладкие речи! Как всегда в своём репертуаре, Люциус! - выдергивая руку из холодной ладони, пропела рыжеволосая. - Но, может, оставишь их дамам на приёмах? Уверена, они в них нуждаются больше, чем моя скромная маглорождённая тушка. - Как всегда любишь повспоминать, Лилиана? - усмехнулся блондин. - Будет нечестно с моей стороны забыть прошлое с учётом твоего в нем активного участия, - не осталась в долгу леди Поттер. - Ладно, чего ты хотела? И где моя уважаемая супруга? - как бы невзначай оглядываясь, всё так же холодно спросил Люциус. - Ты здесь, значит, она дома, - усмехнулась женщина, пожимая плечами. - А от тебя мне нужно... - дальше разговор, точнее, спор вёлся исключительно о нужном Лили. Она старалась уговорить упрямого аристократа пойти с ней в хранилище и выбрать один из артефактов, который он, Люциус, сможет активировать, ведь для этого придётся пожертвовать если не всем, то большей половиной магического резерва точно. Чем сильнее маг, тем сильнее артефакт поддастся его магии, именно для этого и нужен был лорд Малфой в хранилище лично, но он упрямо отказывался, мотивируя это тем, что после этого ему придётся неделю отлёживаться ("а что, если за это время на менор нападут, кто тогда защитит мою семью?"), и даже такой факт, как потерявшийся ребёнок, его не сильно волновал. Его сын жив, здоров, и сейчас наверняка спокойно сопит в обе дырочки у себя в комнате. - А что, если бы на месте Габби оказался Драко? - не выдержав, вскрикнула женщина, уже отчаявшись переубедить бывшего однокурсника. - Что, если бы пропал твой сын? И не было бы никакого шанса его найти? - шепотом продолжила женщина, уже и не стараясь сдержать слёз. Блондин застыл, не веря собственным ушам. Как эта женщина могла даже предположить подобное? Чтобы Малфой не смог уберечь собственное дитя? Да не было такого никогда, и не быть подобному! - Не говори еру... - А ты представь. Только на мгновение представь, что твоего сына похитили, - перебила Лили, грустно усмехнувшись. И Люциус представил... На мгновение, но он смог представить, как его сына уносит неизвестный человек. - Ладно, когда отправляемся? - вздохнув, сдался аристократ. Чувство, возникшее при появившейся в голове картине, ему совсем не понравилось, и даже представлять не хотелось, что чувствует сейчас мать, у которой действительно забрали её дитя. - Но тебе придётся уяснить, что Малфои никогда и ничего не делают просто так, - быстро справившись с мимолётной слабостью, в своей обычной надменной манере закончил он, на что Лили только улыбнулась одновременно торжествующе и понимающе. Конец Воспоминаний Лили - До сих пор никаких результатов? - заметив грусть и снова набежавшую влагу в глазах подруги, тихо спросила блондинка. - Нарси, пять лет прошло, и ничего... - опустив голову, прошептала Поттер, из-под опущенных ресниц поглядывая на подругу. И действительно, несмотря на то, что тогда Люциус смог активировать один из сильнейших артефактов, который давал целых девяносто процентов успеха, до сих пор не было никаких результатов... И что было странно, шкатулка (которая и являла собой этот самый артефакт) до сих пор не прекращает искать. Оставаясь постоянно открытой, она продолжает крутить в себе кусок бумаги с выведенным на нем кровью Лили словом "дочь"... Это был единственный знак, который говорил о том, что девочка ещё жива, иначе всё давно бы потухло, и артефакт бы просто закрылся. О том, что Габриэла ещё жива, говорил и листочек, горевший на гобелене - так же, как и после рождения - розоватым светом. Вторая причина, вселяющая в сердце матери надежду. А ещё Лили беспокоило поведение Дамблдора. Нет, он не стал переубеждать её прекратить поиски, даже наоборот, пообещал позаботиться о её сыне, пока она занята, но вот его слишком спокойный вид, да и торжествующие улыбочки заставляли женщину насторожиться. И это несмотря на явное доказательство в виде шрама на руке Джерри, на возрождение змееликого лорда, хоть он и бездействует вот уже на протяжении полугода, и уверенность в его возрождении с каждым днём тает. С этим ничего нельзя сделать. Волан-де-Морт возродился. "Кость отца, плоть слуги и кровь недруга". Дамблдор не хотел верить в слова её сына, не хотел верить в то, что его кровь использовали для столь мерзкого и противного зелья. И это неверие разорвало последние кусочки доверия к этому человеку. Она не могла сказать, чем была вызвана такая реакция, возможно, чрезмерной привязанностью Джерри к старику (Лили даже несколько раз спрашивала сына, не поят ли его чем-нибудь, но мальчик молчит, постоянно уверяя мать в том, что всё в порядке, и "дедушка Дамби" его просто очень любит), но факт остаётся фактом, в присутствии директора, под его пристальным взглядом она чувствовала себя неуверенно. - Эй-эй, ты слышал, завтра снова появится она, - донёсся до сознания Лили шепот со стороны стола, что находился прямо за их родительским, и обращался как раз к её сыну. - Но завтра ведь Хэллоуин, - послышался неуверенный девичий голосок, который был бессовестно проигнорирован и оставлен без ответа. - Неужели? Я слышал, она появляется только перед сильнейшими, - так же тихо прошептал Джерри, склоняясь над журналом в руках друга. Лили узнала в этом журнале "Вестник нового". Он недавно появился в магическом мире и создан был исключительно для молодого поколения, а потому быстро набрал популярность. Дети, подростки, да и некоторые взрослые могли найти там новинки, касающиеся квиддича, магических музыкальных групп, да и новозаведённых культурных дисциплин, среди которых можно найти молодых писателей, художников (не пользующихся магией, творя вручную), даже некоторые виды спорта причисляли к таким. И самым популярным был "бои без правил". Этому виду были отведены целых две страницы и заголовок на титульной. Участники, список сильнейших, новички, рейтинги, кто выиграл, кто проиграл, кто даже до второго раунда не дожил - всё это описывалось, и, как ни странно, с неимоверным рвением читалось. За неимением возможности посетить подобное мероприятие, дети с нетерпением ждали нового выпуска, выходящего раз в неделю. В число ждавших входил и сын Лили Поттер, Джеральд Поттер. Именно благодаря постоянной болтовне мальчика, женщина впервые прочитала "Вестник нового", ограничившись самым первым выпуском, где подробно описывалось, что собой представляет подобная битва, а также давались правила. - Не каждый день так повезёт, - задумчиво проговорила блондинка. - Мы ведь пойдём? - и щенячьи глазки, против которых у леди Поттер не было никаких шансов. - А куда я денусь? - сколько раз она обещала себе не ходить туда? Счёту нет, и всё равно, стоит Нарциссе попросить - и у Лили просто нет сил отказать, хотя и вспомнить сложно случаи, когда бы она пожалела о подобном согласии. - Дорогие студенты и родители, - из-за своего места поднялся директор, тихонько постукивая вилкой о стакан, тем самым привлекая внимания окружающих, - попрошу минутку внимания, - в зале как по команде воцарилась тишина, даже казалось, словно все в один миг забыли то, о чём ещё секунду назад говорили. - Во-первых, я хочу поблагодарить родителей за то, что вы откликнулись на мою просьбу и согласились посетить ежегодный Святочный бал в честь Хэллоуина, - лёгкий поклон в сторону недавно появившегося стола в зале, который, кстати, раза в три был длиннее столов факультетов, - и, собственно, о самом бале. Как и всегда, следуя традициям, доступ открыт только для студентов в масках. Подобное правило касается и родителей. И ещё одно, - взгляд голубых глаз стал притворно суровым, - никакого спиртного, - по залу разнеслись разочарованные вздохи, хотя многие понимали, что такая малость, как запрет директора мало повлияет на желания в особенности семикурсников хорошо повеселиться в ночь Хэллоуина. Следующий монолог о ещё нескольких пожеланиях насчёт манер, и тому подобное, Лили благополучно прозевала, уткнувшись в стакан с вином, не решаясь его даже попробовать. Наконец, директор закончил свою речь пожеланием хорошо повеселиться и подобрать подходящие костюмы для бала, и сел на место. В зале снова возобновились разговоры. *** Опираясь на стойку и держа в руках бокал с шампанским, Лили Поттер равнодушным взглядом окинула толпу родителей. И зачем только, спрашивается, директору понадобилось звать старшее поколение? Ясно же, что и так не все смогут прийти. Одни маглы, другие маглорождённые, они просто не решатся появиться там, где столько чистокровных магов, третьи слишком заняты даже в такой великий праздник. Хорошо, если здесь появилась по крайней мере половина родителей. Да и к тому же такое его решение не позволит студентам в полной мере почувствовать волшебство Хэллоуина. Леди Поттер нашла взглядом свою подругу, бегающую от одной кучки магов к другой, таща за собой спокойного, но от этого не менее раздражённого мужа. Нарцисса выбрала костюм под стать своему имени. Травянисто-зелёное пышное платье огромными листочками окутывало её тонкую фигурку, спускаясь к самому полу, и оттуда блестящей змейкой из крошки изумрудов обвиваясь к самому корсету, у груди соединяясь с пышным цветком нарцисса, один из белоснежных лепестков которого был вплетён в конец причудливой косы. Люциус, что было удивительно в связи с его придирчивостью к одежде, надел костюм дьявола. Именно дьявола, потому как чёртом его язык не поворачивался назвать. Полуобнажённый, он был в одних широких шароварах, ступая по холодному, укрытому искусственным снегом полу босыми ногами. Спину украшали идеально сложенные крылья, которые чуть подрагивали, словно готовясь в любое мгновение раскрыться. Тёмный цвет этого аксессуара идеально сочетался с бледной, почти прозрачной кожей накаченного торса мужчины, делая его от этого ещё прекраснее и желаннее. Женщина хмыкнула. Чем-чем, но вот вкусом Малфои никогда обделены не были. Даже сын семейства был одет по высшим меркам. В отличие от отца, став ангелом, и даже чуть надменный вид и высоко вздёрнутый нос не портили исходящее от подростка свечение. Туника в греческом стиле идеально подчеркивала чуть худощавую, но от этого не менее привлекательную фигуру. Золотистый нимб, чуть просвечивающийся с помощью магии, нависал над головой, не касаясь её, как, собственно, и прозрачные крылья не касались спины юноши. Стоящая рядом с ним Пэнси Паркинсон, одетая в наряд кошки, меркла на фоне этого совершенства. Но и Лили не страдала отсутствием вкуса. Одетая в лёгкое платье лилового цвета с "воздушными" крыльями за спиной, она легко могла сойти за лесную фею. Казалось бы, такой обычный наряд, но какой эффект создавал вместе с разбросанными по спине огненно-рыжими волосами, в которых блестели маленькие осколки разбитого стекла, сверкающие в свету разноцветных свечей, создавая тем самым впечатление, словно волосы действительно пылают. Джеральд, как бы женщина ни переубеждала, отказался от её помощи, полностью полагаясь на свой вкус, и теперь она с нетерпением ждала, когда же он появится. Он обещал сделать матери сюрприз. Спустя минут пять двери в зал открылись, пропуская очередные парочки на бал. Одной из них оказался и её сын со своей спутницей, коей оказалась маглорождённая гриффиндорка Гермиона Грейнджер. Лили бросила мимолётный взгляд на вошедших, да так и застыла с не поднесённым к губам бокалом. Единственными мыслями, которые пронеслись в голове женщины в этот момент, были короткие вопросы: "Как? Откуда? Как узнал?". Джеральд Поттер, держа одну руку на сабле, прикреплённой к поясу, второй осторожно держа за руку свою спутницу, с гордо поднятой головой шёл к свободному столику. Все присутствующие, и в особенности те, кто посещал Хогвартс во времена учёбы Лили Эванс, удивленно оглядывались, не скрывая восхищённых взглядов. Тонкая белоснежная рубашка, заправленная в тёмно красные кожаные леггинсы, которые словно вторая кожа обтягивали стройные ноги, идеально подчёркивала подтянутую регулярными тренировками фигуру, а чуть просвечивающаяся ткань открывала взору идеальные кубики пресса, заставляя девушек томно вздыхать. На ногах высокие сапоги, в которых спрятаны два кинжала с деревянной рукоятью. Пояс из драконьей кожи держал в своих тисках длинную саблю, в которой Лили без труда узнала вещь её мужа. Длинные, достающие до плеч рыжие волосы, когда-то растрёпанные и непослушные, сейчас были завязаны в низкий хвост на затылке. Дополняли картину красная бандана, края которой служили подвязкой для волос, и шляпа с широкими краями. Лили сглотнула. Без сомнений, это костюм, принадлежавший когда-то Джеймсу Поттеру. Именно в этом костюме во время седьмого Хэллоуина, проведённого в школе, он сделал ей предложение. Публично, не страшась присутствия своего отца, признался в любви и попросил руки и сердца. Именно той ночью она впервые подарила себя "разбойнику", позволив завладеть своим телом и сердцем. И именно в ту ночь были зачаты близнецы. Если бы не рыжие волосы, женщина бы с уверенностью могла сказать, что перед ней её молодой муж, настолько сейчас Джерри был похож на него. - Спасибо, Джерри, - тихо прошептала женщина, утирая скатившуюся слезинку. От воспоминаний было больно, но и так же просто хотелось снова очутиться в тех сладких мгновениях. *** - Похоже, не только мы сбежали с бала, - засмеялась Нарцисса Малфой, плотнее закутываясь в мантию и оглядывая собравшуюся даже несмотря на довольно прохладный вечер толпу. - И почему это должно происходить здесь, почему не устроить где-нибудь в тёплом помещении? - пробурчала её спутница, недовольно оглядывая закоулок, в котором они оказались после того, как блондинка активировала порт-ключ (как она его достала, для Лили до сих пор остаётся тайной за семью замками). - Наверное, чтобы не пострадали зрители? - язвительно ответила ей подруга, хватая рыжеволосую за руку и таща куда-то вглубь толпы. - Пропустите, - попросила она, оттолкнув в сторону какого-то мужчину, - дайте пройти. Спасибо. Не мешайте, не видите, дамы идут? - и так пока она с облегчённым вздохом не оперлась об ограду, отделяющую их от "поля боя". - Фух, чуть не опоздали, - видя, как уносят еле живого мужика, улыбнулась она. На арене остался только молодой парень-брюнет лет двадцати-двадцати пяти, который в одной руке держал секиру, лезвие которой опасно поблёскивало в свете магловских фонарей, во второй же руке находилась волшебная палочка. - И вот, дамы и господа, настал тот момент, которого вы ждали так долго... - на сцену выбежал пухленький паренёк, радостно улыбаясь, и с неким предвкушением поглядывая на зрителей, - ...она здесь. Наш лучший боец, первая среди всех девушка. Звезда и мечта каждого с ней встретившегося. Сегодня она сразится с лучшим бойцом за последние несколько недель. Посмотрим, сможет ли она и на этот раз остаться в победителях. Прошу, встречайте... "Слепая", - тут же раздались бурные аплодисменты, свисты, крики: кто-то кричал признания в любви, кто-то просил поскорее появиться, кто-то просто желал удачи, но всё это резко прекратилось, превращаясь в гробовую тишину, стоило на ступеньке показаться маленькой ноге в кроссовках. Потом показаться следующей, с лёгким стуком чего-то о дерево. С каждым шагом свет всё больше и больше освещал медленно поднимающуюся фигуру, пока напротив бойца не остановилась хрупкая, невысокая на вид девушка. "Слепая" была облачена только в короткий комбинезон-шорты. Идущие от пояса и связывающиеся за шеей две широкие джинсовые ленты скрывали девушку спереди, но полностью оставляли спину, по которой волной спадали длинные волосы цвета воронова крыла, открытой. Но удивляло не столько то, насколько вызывающе девушка одета, сколько то, что глаза её были спрятаны за тонкой повязкой. - Сегодня ты станешь моей, красавица, - облизав губы, нагло ухмыльнулся парень. Девушка ничего не ответила на подобное заявление, чем вызвала очередной удивлённый вздох у зрителей, и, словно этого было мало, она подняла палку, на которую до этого опиралась, на уровень глаз. Мгновение, один толчок пальцами, и вот ножны летят в сторону, а тонкая рука сжимает длинную катану. Распознав это как знак, парень резко двинулся вперёд, нанося первый удар, который девушка блокировала, тут же отскакивая на шаг назад. Боец не растерялся, только шире улыбаясь, нанёс следующий удар, стараясь задеть противника за живот, одновременно с этим одними губами произнося заклинание, и вот с палочки срывается луч белого света, а в следующее мгновение лезвие секиры удлинилось сразу на несколько сантиметром, почти достигая своей цели, но "Слепая" успела в последний момент отпрыгнуть в сторону, тут же нанося собственный удар. Не успев увернуться полностью от столь резкой атаки, брюнет всё-таки получил, хоть и мелкое, но существенное ранение. Из неглубокого пореза на животе тут же полилась струя крови, но это не остановило бойца, и он, в голос произнося особо сильное заклинание, напал следующим. Вместе с резким замахом в сторону застывшей девушки вслед за секирой поднялся несильный ветер... Но губы девушки зашевелились в безмолвных словах, и она ринулась навстречу. Держа катану крепко обеими руками, она протянула лезвием по земле, оставляя за собой искры и глубокий след... И вот звук столкнувшейся стали... В тишине казалось, будто это гром среди ясного дня. В воздухе повисли звуки сражения, а густой ветер, окутавший сражающихся, не позволял ничего разглядеть. Но в один миг ветер спал, а в центре этого маленького урагана столбом стояли противники. Не отводя взгляда, все и каждый смотрели на парочку, на опущенные руки обоих и чуть потрескивающие молнии вокруг тела парня... Он срывается с места, занося секиру над головой. Она наклоняется назад, используя катану как щит и блокируя удар прямо у своего носа. Не без труда отбросив от себя противника, девушка ухмыльнулась одновременно с шевелением губ, после чего лезвие покрылось мелкими искрами молний, и нанесла последний удар, прямиком в железный щиток на руке, которым брюнет пытался защититься, но наверняка был уже настолько вымотан, что даже не вспомнил, что железо является неплохим проводником электричества, что и стало его концом. - Неужели никому с тобой не справиться? - словно в замедленной съемке окружающие видели, как проигравший падает, медленно поворачивая голову в сторону равнодушно стоящей недалеко победительницы. - Молчишь? - хмыкнул он прежде, чем полностью потерять сознание. И именно в этот миг повязка спала с лица девушки... Лили неверяще смотрела на девушку, стоявшую к ней спиной, однако её повернутая вправо голова прекрасно позволяла разглядеть лицо. Спину девушки украшали крылья ворона, еле скрытые угольно-чёрным шёлком волос, а тонкие пальчики крепко сжимали рукоять длинной катаны, лезвие которой отбрасывало опасный блеск, не предвещающий ничего хорошего врагу, посмевшему бросить вызов её хозяйке. А в глазах застыла... пустота. Белая непроглядная пустота, и только отголосок зелёного говорил о том, что в них когда-то был свет.