Душа Средиземья

*"Говард Шор – О Хоббитах" - по желанию.*

"Любую начавшуюся историю кто-то обязательно должен продолжить..." Бильбо Бэггинс; "Если из сказки уходит чудо, вскоре сама сказка исчезнет вслед за ним".

- Сколько лет прошло, дорогой мой друг, сколько зим! – хоббит сразу же кинулся обниматься, едва легонько скрипнула калитка. - Ты вовремя пожаловал, многие уже собрались. Заходи, не тушуйся! Конечно, мое поместье сперва может показаться тесноватым, - кряхтел он, – Дом-За-Холмом определенно меньше памятного тебе Бэг-Энда, где и по сей день обитают потомки Сэмуайза Храброго, но здесь также уютно, как и в любой хоббичьей норе, поверь мне, - сухая рука потянула за круглую медную ручку, отполированную тысячами прикосновений больших и маленьких ладоней. И прежде, чем хозяин дома успел впустить гостя, трое озорных ребятишек, визжа, проскочили внутрь и устроили у порога настоящую свалку. Они щекотали друг другу круглые пятки и заливисто хохотали. Пестрые платьишки и ладные штанишки, сплошь усыпанные репьями – и где только нахватали их, дьяволята! – сбились, что никак не мешало трем златокудрым Брендибакам радостно верещать и толкаться. - А ну, детвора, брысь на лужайку! – беззлобно забранился хоббит, и веселящийся клубок выкатился обратно на брусчатую тропинку. Старик, мелко семеня, обошел детишек, которые воевали уже всерьез, и нырнул в проем, пахнувший сухим деревом и волшебными сказками: - Осторожнее у двери! Ай! – он досадливо всплеснул руками: - Я же говорил! – запричитал хоббит, глядя на вымотанного дальней дорогой гостя, потирающего ушибленную макушку. – Сторго, старый плут! – путник попридержал злополучный тяжелый канделябр, что все еще угрожающе раскачивался у уха и норовил добавить тумака незадачливому высокорослому чужаку. - Зачем сдалась тебе эта древняя люстра? Все равно свечей ты в ней отродясь не зажигал – тебе ли дотянуться? - в ворчании его не слышалось и тени упрека, только глубокая усталость. - А сколько народу уже лбы об нее расквасило - не перечесть! – он сбросил тяжелый плащ и едва нашел себе крючок посвободнее: тут и там висели разноцветные шляпы, бархатные и холщовые накидки, видавшие виды потертые мантии и легонькие праздничные пелерины хоббитянок. - Ты проходи, проходи, - хоббит уже вовсю спешил в большой каминный зал. Конечно, человеку он покажется не таким уж и большим, а если путник вспомнит, какие величественные чертоги во дворцах и крепостях, возведенных в свое время нуменорцами, то комнатка хоббита и вовсе не претендует и на малую их кладовочку, но скромному народу много ли нужно для беззаботной жизни? Особенно такому авантюристу, как Сторго Нимблсу. Едва ли прошел десяток лет, как он остепенился и осел в своей оставленной до поры до времени норе. Оставленной, но, к слову, вовсе не заброшенной и подавно не бесхозной: потомки Гэмджи неотступно следили за порядком и ревностно оберегали ее от всяческих притязаний со стороны Грид-Нимблсов, охотников до чужого добра. Сторго, кое-как протиснувшись между скамейкой и отсвечивающим тусклой позолотой ларем, грузно плюхнулся в свое кресло прямо у очага – единственное свободное – и ловко укрыл увитые серебром босые ноги клетчатым пледом: - Старые кости любят тепло! – грустно улыбнулся он, подтыкая шерстяную накидку плотнее. - Не огорчайся, что не нашел себе стула: Туки всегда были проворны, а эти почтенные гномы старше нас с тобой вместе взятых в два раза! Упомянутые почтенные гномы занимали оба бархатных потертых диванчика и вежливо закивали вразнобой в знак приветствия, но никто так и не поднялся. Зал был наполнен ароматами нехитрой снеди и табака, легкой цветочной воды и свечного чада, и, конечно же, беззаботной трескотней многочисленных соседей Нимблса, что явились как один, прихватив детишек и ворох удобных подушек, памятуя о нехватке мест. И да, они не прогадали: создавалось впечатление, что сегодня у Сторго собралась чуть ли не половина западного удела, но в Дом-За-Холмом пришли нынче не только хоббиты и гости с Синих гор да Железных холмов: у широкого подоконника, на котором задремал угомонившийся юный Тук, неслышно переговаривались двое дунаданов. Верзилы, как их и до сих пор именовали жители Шира и Пригорья, тянули дым из длинных трубок и, казалось, были увлечены лишь собственной беседой и ни на кого не обращали внимания, но хитрый прицельный прищур выдавал, что они привычно подмечали и оценивали каждого вновь прибывшего. - Усаживайся на ковер! – приглашающе похлопал крупной ладонью подле себя румяный молодой хоббит. – Нынче Сторго знатно натопил, аж душно. Внизу посвежее станется. Эй, дылда, - крикнул он одному из дунаданов, - толкни-ка ставни, нечего просто так косяки подпирать! – и сам засмеялся. На суровом лице следопыта засияла улыбка. Он легко распахнул окно и бережно перенес хоббитенка на подушку у одного из кресел. Тот даже не проснулся. - А если желаешь, - голос дунадана оказался низок и звучен, - давай приволочем тебе сундук с кухни, да вот поставить его негде, чтобы не отдавить ненароком чьи-нибудь огромные лапы! - он насмешливо подмигнул добряку, что его окликнул. Гость только отмахнулся и опустился рядом с жизнерадостным хоббитом, что уже вовсю хохотал над шуткой дунадана. - Я Беррилак Гэмджи, - представился тот, подхватывая с ковра опасно накренившуюся кружку, от которой призывно тянуло добрым элем, благо бочонок выкатили прямо в центр зала, и чарки то и дело ходили из рук в руки по замысловатой цепочке. - Ты гляди, - захохотал сквозь гомон Сторго: - Гемджи опять всем семейством ко мне наведались, легки на помине! Пожалуй, в Доме-За-Холмом их даже больше будет, чем в собственной норе! Веселый смех покатился по комнате, зазвенел на разные голоса. Сторго Нимблс ни с Гэмджи, ни с Бэггинсами в родстве не значился, но общими корнями с Брендибаками дорожил. Был хоббит когда-то крепок, а все оттого, что предками его считались хваты, но именно от мохноногов унаследовал он свою любознательность. А потому всем прочим обычным занятиям предпочитал он путешествия и слыл в Шире не иначе, как чудаком. Сторго исходил немало троп и дорожек, может статься, что протопал в лигах он больше самого знаменитого Бильбо, но уж никак не больше его племянника, тут уж и спорить не о чем. Водил он дружбу и с гномами, обитателями Синих гор, и с людьми, что на севере живут, и даже с эльфами ему доводилось беседовать не единожды. И много историй он слышал. Какие записал, а какие и наизусть после рассказывал, вот только слушателю уже не стоит на память его полагаться: что-то забылось за давностью лет, что-то перепуталось в его мудрой голове, а кое-что он и сам досочинил. Долго ли с его фантазией! Ту историю, что Сторго заведет сегодня, собирал он по крупицам многие годы, можно сказать, всю свою жизнь, ибо мало теперь осталось свидетелей тех событий, а еще меньше тех, кто донес правду до наших дней. Схлынули былые времена: давно уже переродилась земля, и война кольца осталась позади, и все беды, что пришли за ней – сейчас лишь покрытые пылью хрупкие страницы. Да и едва ли сохранились и эти ветхие фолианты, разве что в тайных генизах Гондора, если даже Алая Книга Западных Пределов к тем временам была уже утеряна. Почти всю эту сказку поведали ему высшие эльфы, кое-что изложили сыны Ауле; и людей с юга, севера и востока наслушался он вдоволь. Даже хоббиты были здесь полезны. Конечно, самого Семуайза Храброго, хотя тот и жил по хоббичьим меркам вполне себе долго, Сторго не застал, но от внучки его, Фрезии Болджер, узнал он немало, правда, тогда и сама она уже была в летах преклонных, но про Новую Зиму и Ледяной Ужас ведала не понаслышке и говорила охотно. Так и сложилась эта история. Правдой ли она была, или плут Сторго все как есть сам сочинил – поди теперь разберись! До россказней старый Ниблс всегда был мастак. И всякий раз что-то вывернет по-новому. Говорят, что люди слушали его за милую душу, гномы больше сами болтали, а эльфы только и смеялись: не поправляли, но и не верили. Сторго выпустил белое дымное облачко и деликатно прокашлялся. Все притихли, даже ребячья свора перестала щипаться в ожидании волшебного приключения. Самый старший и нетерпеливый звонко спросил: - А про эльфов будет? Дедушка Сторго, очень хочется сказку об эльфах! На него тут же шикнула полная тетушка, едва уместившаяся на низеньком табурете. Хоббитенок шмыгнул носом и обижено замолчал. - Про эльфов и будет, малыш Фродо! – тепло улыбнулся Нимблс. Стоит отметить, что мальчишка по имени Фродо теперь имелся в каждой второй хоббичьей семье. С недавнего времени принято считать, что имя это приносит роду удачу и богатство, и первенца в большинстве случаев нарекали именно в честь знаменитого Бэггинса. Бывало, встанешь на праздничной поляне, крикнешь: «Фродо, сорванец, а ну иди сюда!» и без малого дюжина ребятишек могла сбежаться. А то случалась и вовсе сущая путаница: вообще ни одной кудрявой макушки не дождешься – мало ли, какого Фродо кличут! Здешний тезка достопамятного хранителя ответом остался доволен и сразу же повеселел, но не преминул тут же показать язык уже отвернувшейся вредной тетушке. И пока следопыты разливали пенный эль по кружкам, пока смолкали последние голоса и замечания, Сторго раскрыл большую разлохмаченную тетрадь, еще раз окинул собравшихся лукавым взглядом, выждал многозначительную паузу и начал: - История эта началась в те времена, когда еще не остыли уголья на мертвой земле, но люди уже окрепли и успели отстроить заново свои жилища, гномы возвратились к своему ремеслу, а мудрейшие эльфы ушли на запад. Правда, нашлись и те из эльдар, кто не пожелал оставаться в Благословенном Краю - они устремили свою силу в помощь людям и немногочисленным к тому времени квенди. Валар благословили их, и телери дали им свои среброгрудые корабли. И доброй волей Йаванны язвы оскверненной земли смягчились, и вновь начали взращиваться прекрасные сады, возрождая Средиземье, подобное Валинору во дни юности Арды. Славным было начало эпохи короля! В тот век тайный Золотой Лес расцвел, но Лихолесье все еще пребывало во тьме: тени Дол Гулдура так и остались мрачны и тяжелы, а корни крепости по-прежнему были напитаны ядом. Правда, ни люди, утомленные трудами праведными, ни эльфы, обнадеженные великой радостью, ни гномы, вновь спустившиеся в недра своих подземных чертогов, не заметили, как вновь на востоке сгустился непроглядный сумрак над наследником давно покинувшего стены мира Черного Властелина…