Проклятье в белом.

*** - Томас, нам нужно поговорить, - начала Хелена, едва Томас открыл им дверь. - Хелена, Мика, проходите, - улыбнулся им мужчина, - О чем вы хотели поговорить? - О том, что случилось сегодня ночью, - продолжила Хелена, заходя внутрь. - Ночью? – Томас опустил глаза, - Боюсь, я ничего не знаю, - покачал он головой. - Но вы ведь были там! Горничная сказала, что вы были с ней, а потом куда-то пропали, - подключилась к разговору Мика, попутно разглядывая внутреннее убранство комнаты. - Да, - замялся Томас, - Просто, мне кое-что нужно было спросить у нее, а потом я ушел. Уверяю вас, к нападению на Марию я не имею никакого отношения. - Ожерелье у вас? – прямо спросила Мика. - Ожерелье? - в глазах мужчины промелькнул страх, - Откуда вы знаете о нем? – судорожно спросил он и осекся. - Томас, - спокойно глядя ему в глаза, произнесла Хелена, - Вы не представляете, что это. Ожерелье может быть очень опасно! Скажите нам, оно у вас? - Я говорил, что это плохая мысль, - пробормотал мужчина, опускаясь на стул и потирая лоб. - Кому вы говорили? - Моему отцу, - устало выдохнул Томас. - Ричарду? – удивленно спросила Мика. - Да, это была его идея, - Томас улыбнулся краешком губ, вспоминая своего отца, - Если ему что-то приходило в голову, он всегда шел до конца. Так и в этот раз. За несколько дней до помолвки, у нас с ним состоялся разговор. Отец хотел бы, чтобы Сесилия, его будущая супруга, - пояснил Томас, - В общем, он хотел подарить ей семейную реликвию, чтобы доказать всю серьезность намерений. - Хм, а их разница в возрасте и положении была недостаточным доказательством? – тихо усмехнулась Мика и, быстро приняв серьезное лицо, продолжила, - И этой семейной реликвией он выбрал потерянное ожерелье Беатрисс? - Да. Я отговаривал его. Говорил, что об ожерелье, как и о судьбе Беатрисс, ходили дурные слухи. Но он не слушал. Лишь бредил, что хочет подарить Сесилии что-нибудь особенное, а все эти разговоры – дело давнее. - И вы отправились искать ожерелье в семейный склеп? - Да, - грустно улыбнулся Томас, - За день до его смерти я отправился в склеп. Жуткое место, скажу я вам. - Мы в курсе, - в один голос ответили Мика и Хелена. - Вы что? – переспросил Томас. - Неважно, продолжайте, - успокоила его Хелена, - Вы спустились в склеп и нашли ожерелье? - Да, оно было в могиле Беатрисс. Я забрал его и вернулся к себе, - мужчина погрузился в воспоминания, - Уже тогда я почувствовал неладное. - Что вы имеете в виду? – поинтересовалась Мика. - По дороге к себе у меня было четкое ощущение, что за мной следят, но я не придал этому значения. Я всегда был слишком впечатлительным и потому решил, что это моя фантазия, - он вздохнул и продолжил, - Утром я должен был отдать ожерелье отцу. Но не получилось. Видимо, оно, и правда, проклято. - Не получилось, потому что ваш отец погиб? – осторожно спросила Хелена. - Нет, - вздохнул Томас, - Я не смог отдать его, потому что ожерелье, - он замолчал, растеряно посмотрев на женщин, - Оно пропало. Мика с Хеленой переглянулись. - И вы не знаете, где оно теперь? - Нет. Я думал, что горничная взяла по ошибке или.. - И вчера вы пытались выяснить это? - Но безуспешно, - пожал плечами мужчина, - Она ничего не брала. - Выходит, ожерелье у кого-то из домочадцев, - сделала вывод Мика, - Ну что же, круг сужается, - она посмотрела на Уэллс. - Это все из-за него? – подал голос Томас, - Мой отец, горничная, все эти разговоры о призраке? - Думаем, да, - задумавшись, ответила Хелена. -И вы не моя кузина, верно? - Верно, спецслужба, - Хелена достала из кармана свой значок и показала ему, - Но об этом пока никому ни слова. - Хорошо, боже, я во всем виноват, - мужчина понуро опустил голову и тяжело вздохнул. - Все-таки большая часть артефактов всплывает случайно, - задумчиво произнесла Мика, после разговора с Томасом. - Да, и сколько их еще ждут своего второго рождения, - согласилась с ней Хелена. - Так что мы никогда не останемся без работы, - улыбнулась Мика, - Ни секунды отдыха. - Наша работа может устроить отдых в совершенно неожиданном месте, - покачала головой Уэллс, - В месте, где время меряется не секундами и даже не днями. - Ты о бронзовалке? – тихо спросила Мика, уловив грустные нотки в голосе коллеги. Ее рука осторожно коснулась плеча Уэллс. - Да, - заставила себя улыбнуться Хелена, тронутая заботой, светившейся в глазах Беринг, - Но все что не делается, к лучшему, верно? – она накрыла ладонью руку Мики, ощущая ее тепло. Мика молчала. Она не знала, как сказать, что глубоко признательна этой самой бронзовалке, и пусть это так эгоистично, но ведь если бы не она, не было бы никакой Герберт Уэллс. - В ее жизни, - мысленно поправила она себя. - Верно, - наконец выдохнула Беринг, не в силах оторвать взгляд от темных глаз Уэллс, обладающих какой-то особой властью над ней еще с первой их встречи. Взгляд Хелены плавно скользнул к губам Мики и остановился на них. Женщина сделала движение вперед, сокращая и без того крошечное расстояние между ними. Мика замерла, закрыв глаза и чувствуя совсем рядом дыхание Хелены. Еще секунда и их губы соприкоснулись бы в поцелуе. - Вот вы где! - раздалось рядом и, отпрянув друг от друга, они увидели Эдварда, - А я вас ищу повсюду, - виновато пробормотал парень, переминаясь с ноги на ногу. - Ты что-то хотел Эдвард? – спокойно спросила Уэллс, медленно переводя свой взгляд с Беринг на Эдварда. - Да, - растеряно ответил он, понимая, что прервал что-то важное, - Панихида начинается, и я подумал, что вы… - Конечно, мы уже идем, - кивнула головой Хелена, приобняв и без того смущенную Мику, - Идем, дорогая, - едва заметно улыбнулась она. ***