Калейдоскоп

Мне казалось, словно я иду через последствия от зомби-апокалипсиса, или если бы я была в сцене фильма про зомби-апокалипсис. Мусор был усыпан повсеместно, словно малыш только что забежал в комнату с мусорным ведром и рассыпал его везде, где только можно. Гарри включил свет, когда мы вошли в главную комнату, в которой раньше продавали товар, но освещение было тусклым, что вообще почти не помогало. Я ступала очень осторожно, а Гарри же шел так, словно под ногами ничего и не было. — Это место похоже на свалку, — заявила я, осматриваясь вокруг. — Ага, что ж, у бедняков нет выбора, — проворчал Гарри и направился к прилавкам, туда, где находилась касса. Я остановилась посреди магазина, еще раз задаваясь вопросом, почему я вообще согласилась прийти. — Гарри, что ты делаешь? — спросила я, когда он наклонился над прилавком, видимо, найдя что-то. — Просто заткнись и сядь, — ответил он. — Там есть диван. Я оглянулась через плечо, и мое лицо скривилось, когда я увидела «диван» рядом со стеной. Обивка потрескалась и, похоже, была грязнее, чем школьные туалеты. — Э-эм, я не буду там сидеть. Гарри внезапно бросился обратно, пройдя мимо меня и неся что-то в руке, и сел на краешек дивана. Я заметила, что это была какая-то бутылка, он пытался с ней что-то сделать, его лицо выглядело сосредоточенным. Я просто стояла на месте какое-то время, скрестив руки на груди. Когда ему наконец удалось снять крышку, то он понюхал содержимое и громко вздохнул. Именно тогда он понял, что я все еще стою. — Ава, сядь, — он предложил сесть рядом с собой, его зеленые глаза внимательно следили за мной. — Ты знаешь, каким грязным выглядит этот диван? — Не будь такой неженкой — сядь, — произнес он. — Что это? — я указала на бутылку в его руках. Он резко проговорил: — Я скажу, если ты сядешь. Потом остановился. — Правда, если тебя так беспокоит этот диван, то ты можешь сесть ко мне на колени, — он ухмыльнулся и похлопал ладонью по коленям, оперевшись на спинку дивана. Он даже повел бровями для большей убедительности. Я нахмурилась, прежде чем неохотно сесть рядом с ним. Я была напряжена, стараясь не облокачиваться на спинку дивана. Мурашки появились на руках: кто знал, сколько микробов я унесу с собой, просто посидев здесь. — Ты отвратителен, — проворчала я, все еще с любопытством глядя на бутылку. — Что это? — Это виски, — произнес Гарри, и мои глаза округлились. — Виски? — повторила я чуть громче. — Ты что, блять, прикалываешься? — Холодно, — ответил Гарри, закатывая глаза. — Ты же пила алкоголь? — Однажды. Когда мне было шесть, я случайно выпила алкоголь отца. Но это было всего лишь пиво. Оно противное на вкус. — Тебе было шесть лет, конечно, ты думала, что оно противное. Детям интереснее есть мороженое и гадить, — он поднес бутылку ко мне. — Понюхай это. Я вздохнула, но мой взгляд сосредоточился на бутылке. Во мне взыграло любопытство. Я нерешительно спросила: — Какой он на вкус? — Попробуй сама. Я взяла у него бутылку и еще раз осмотрела ее. Это противоречило здравому смыслу. Я была на заброшенной заправке с Гарри Стайлсом, сидя на грязном диване с бутылкой виски в руке. Я понюхала содержимое и тут же убрала бутылку от лица: глаза полезли на лоб, я стала часто дышать. Я выдавила: «Это было грубо». Я пихнула бутылку Гарри в руки, который громко смеялся над моей реакцией. — Тв-твое выражение лица, блять, бесценно! — он взял бутылку, прижав ее к животу и все еще громко смеясь. Я посмотрела на него. — Как смешно. Наконец он перестал смеяться и посмотрел на меня. — Слушай, я знаю, что виски пахнет ужасно. Но и на вкус он такой же. Знаешь, как люди говорят: «Не суди книгу по обложке». Что ж, определенно, это дерьмо ты можешь судить по «обложке». Он ухмыльнулся, прежде чем поднести бутылку к губам. Я с трепетом наблюдала, как он стал пить виски, делая большой глоток, проглатывая алкоголь, словно воду. Он облизал губы и усмехнулся. — М-м. — Как ты пьешь это? — Это легко, попробуй, — он протянул мне бутылку, но я не взяла ее. — Как тебе удается пить это так легко? — он действительно выпил виски, словно воду или что-то подобное. Без каких-либо усилий. Гарри беспечно пожал плечами. — Я много пью. Шок. — Просто попробуй. Тебе не нужно пить много, — предложил Гарри, протягивая мне бутылку. Я вздохнула, потом все-таки взяла ее, почувствовав неприятное ощущение в животе, как только я посмотрела на жидкость. Я чуяла сильный запах и уже знала, что виски на вкус противный. Я чувствовала, как Гарри смотрел на меня. Я взглянула на него, прежде чем сделала маленький глоток. Жидкость согрела горло, я вздрогнула, а глаза практически вылезли из орбит. Гарри опять начал смеяться. — Это, — произнесла я, — должно быть, худшая вещь, которую я пробовала за всю жизнь. — Это виски. Это дерьмо содержит семьдесят процентов спирта, — самодовольно сообщил Гарри, выхватывая у меня бутылку, чтобы еще раз сделать глоток. Я откинулась на диване, ощутив что-то странное внутри. — Гарри... У меня внутри тепло, — я слегка дотронулась до живота, наклонив голову в замешательстве. — Выпей еще, — ответил Гарри, протягивая бутылку. Я не знала, о чем думала, когда брала ее. Я закрыла глаза и наклонила голову назад, позволяя жидкости стекать в рот. Я пыталась ее проглотить, но она обжигала горло. Я скорчила гримасу из-за ужасного вкуса и протянула бутылку Гарри. Как только жидкость оказалась в животе, я почувствовала тепло во всем теле. Пока Гарри делал очередной глоток, я села к нему чуть ближе. Ощущения были такие странные... но мне это нравилось. — Гарри? Он молчал. Только протянул мне бутылку, без слов предлагая выпить еще. Передавая друг другу виски, мы делали по глотку. Гарри выпил больше, чем я, но с каждым разом внутри становилось все теплее и теплее. Виски все еще сильно обжигал язык, но мне было все равно. Что-то заставляло меня пить дальше. Гарри все время смотрел на меня. Я не глядела на него, пока пила, но знала, что он наблюдает за мной. Я чувствовал это. Не знаю, как много я выпила, но вскоре была удивлена новым ощущениям. Когда я повернула голову, мир вдруг закружился. Мне казалось, словно я на движущейся платформе прямо посередине. В голове словно туман, а лицо будто горело. Я была сильно пьяна и принимала это, как факт. Я потянулась за бутылкой, желая большего, но Гарри вырвал ее из моих рук, делая глоток. Его губы растянулись в широкой улыбке, пока я выказывала свое недовольство. — Тебе достаточно, — протянул он. — Ты, наверняка, потом решишь бросить пить, если продолжишь. Я опустилась на свое место, протягивая ноги. Я оглядывалась вокруг, продолжая удивляться всему, что видела. Даже при том, что я находилась в маленькой и тускло освещенной комнате, я продолжала удивляться тому, как алкоголь повлиял на мое мировоззрение. Я услышала громкий шум рядом с собой и повернулась как раз вовремя, чтобы увидеть, что Гарри выкинул бутылку. Должно быть, она пуста. — Итак, — Гарри пододвинулся ближе ко мне, — как ты себя чувствуешь, Ава? Его голос был тихим и хриплым. Гарри не выглядел таким пьяным, как я, хотя выпил больше меня. Конечно, я не понимала этого в своем нетрезвом состоянии. Я была слишком занята тем, как мое тело реагирует на алкоголь. — Я чувствую себя прекрасно, — произнесла я заплетающимся языком, а потом взглянула на Гарри. Именно сейчас я поняла, насколько он хорош. Его пухлые губы были темно-розового цвета. Прядка его кудрявых волос выбилась. Но больше всего я обратила внимание на его зеленые глаза: в радужке не было коричневых, серых или голубых пятнышек — только зеленый. Я замерла под его взглядом, рот слегка приоткрылся — я чувствовала себя опьяненной его красотой. Он гораздо красивее Джонса... Я даже не стала себя заставлять перестать думать о Джонсе, алкоголь изменил мой мыслительный процесс. Гарри схватил мое запястье, протягивая к себе, как тряпичную куклу, а я и не сопротивлялась. Теперь я сидела на коленях Гарри. Кажется, я не могла отвести от него взгляд, когда бормотала: — Перенесешь меня? — Перенести тебя? — повторил он, его это, похоже, позабавило. — Почему? — Потому что я так сказала. — Я не из тех, кто подчиняется приказам, — тихо ответил Гарри и посмотрел мне в лицо. И внезапно он торжествующе улыбнулся. — Но я могу это сделать... при одном условии. Я наклонила голову. — Какое условие? — не знаю, как у него получилось меня понять, язык заплетался. Его губы растянулись в усмешке, и он заявил: — Тебе придется меня поцеловать. Я не ответила, но и не нервничала, просто наклонилась и поцеловала его пухлые губы. Гарри отреагировал мгновенно: положил руки на мою талию и ответил на поцелуй. Я старалась двигаться вместе с ним, но мешало то, что я была пьяна. Ты идиотка. Он вдруг перестал целовать меня, и я ощутила прикосновение его губ на шее. Я просто откинула голову назад, закрыв глаза, позволяя Гарри целовать мою шею так, как он хотел. Он сделал это специально. Он обманул тебя. — Гарри... — пробормотала я, его губы спускались все ниже, а пальцами он нежно расстегивал мою рубашку, все больше обнажая покрасневшую кожу. Он напоил тебя и теперь может... — Гарри, ты обещал, — я остановила его руку и посмотрела ему в глаза. Теперь радужка была более темного цвета, я слышала его короткие, рваные вздохи, а также чуяла запах алкоголя из его рта. — Разве я похож на парня, который держит свои обещания? — спросил он, приподняв бровь. Не успела я ничего ответить, как он вновь вдавливал меня в диван, целуя. Мир снова начал кружиться. Ты идиотка. Ты не в состоянии защитить себя, и он собирается тебя разрушить. — Раздвинь ноги, — практически приказал Гарри, и я нахмурилась. Раздвинуть ноги? Зачем? — Гарри, уйди от меня. Он ухмыльнулся, немного удивившись, прежде чем вновь поцеловать меня. Я могла сказать — даже в таком состоянии — что Гарри хорошо целовался. Он касался меня, и я понимала, что если его не остановить, то это может плохо закончиться. Я отвернулась от Гарри. Я надавила ладонями на его грудь, пытаясь оттолкнуть. Но это было все равно, что биться со стеной — он не двигался. — Я не хочу это делать, — выпалила я. Гарри вдруг отодвинулся от меня, усаживаясь на свое место на диване. Он оглядел меня так, словно я его раздражала. — Раз ты не хотела, тебе следовало сказать это раньше. Я села, сосредоточившись на прилавке впереди. Я все еще ощущала прикосновения его губ. — Ты обманул меня. Он вновь посмотрел на меня, но не улыбался. — Я не обманывал тебя. Я делал все совершенно очевидным еще с того момента, как мы приехали сюда. Не моя вина, что ты такая, блять, невнимательная. — Почему ты так злишься? — задала я вопрос. — Посмотри на это, — он указал на выпуклость в своих штанах, и я раскрыла рот, осознавая. — Теперь ты понимаешь мое разочарование? Я сначала даже посочувствовала ему, но потом кое-что вспомнила. — Карма. — Карма? — Ты нарушил свое обещание, — заявила я. Я слегка наклонилась вперед, пока Гарри наблюдал за мной. — Ты сказал мне, что о-отнесешь меня и солгал. Теперь ты застрял здесь с этим, — я сделала паузу. — И я не стану помогать. Я немного походила по заправке, прежде чем вернуться к Гарри. Несколько раз я упала, но все еще была в состоянии идти. Когда я пришла к нему, то увидела Гарри с моим телефоном, печатающим что-то. — Эй, — резко произнесла я, мой голос был громче обычного, — это мой телефон. — Успокойся, — ответил он. — Я пишу твоему отцу. Я нахмурилась. — Он не мой отец. — Тогда кто он? — Мой дядя. Гарри опять откинулся на диван, подняв глаза от телефона и посмотрев на меня, наклонил голову. — А где твой отец? Невероятно. К глазам не подступили слезы, мне даже не стало грустно. Я села рядом с Гарри, откинувшись на спинку дивана и задев парня коленом, произнесла: — Он мертв. Гарри молчал. Я ждала, пока он скажет «Мне жаль», но этого так и не произошло. Вместо этого он встал с дивана и подошел к прилавку. Я не пыталась встать — я не большой фанат обмороков, — так что просто наблюдала за Гарри, который чем-то занимался возле прилавка. Когда он вернулся, то протянул мне бутылку с водой. — Выпей. — Зачем? Я не хочу пить. — Это поможет тебе от похмелья. Я знала, что похмелье проходило болезненно: видела, как люди страдали от него в фильмах или книгах. Так что я не стала сопротивляться и выпила воду, облизнув губы, Гарри пил из своей бутылки. Капли воды стекали по моей шее, капая на рубашку. Я хихикала из-за своей неосторожности, не воспринимая ничего серьезно. — Что ты сказал дяде? — спросила я. — Я сказал, что ты остаешься на ночевку у друзей, — ответил он, доставая мой телефон. — Он только что написал ответ, — Гарри остановился, читая сообщение. — Он сказал, что это хорошо. Он убрал телефон, делая очередной глоток воды. — Я ночую у друзей? — удивилась я. — Ага, — он вытащил свой телефон, просматривая что-то на нем. Я нахмурилась. — Подожди, разве нам завтра не в школу? — Нет, у нас выходной. — Почему? Ты лжешь мне? Гарри вздохнул. — Хватит задавать столько вопросов. — Так значит, ты хотел со мной заняться сексом? — спросила я прямо. Мне хотелось встать и убежать, но я оставалась здесь, понимая, что это будет ошибкой. — Ты хочешь, чтобы я ответил честно? Я заколебалась. — Да. — Значит, да. У меня глаза на лоб полезли, и я неловко откашлялась. Мне показалось, что я должна извиниться, но держала рот на замке. И тогда я поняла, что мне нужно в ванную. Я протянула руку и дернула парня за рубашку, он медленно повернул свою голову ко мне. — Гарри? — Что? — Мне нужна ванная? — Ну и какого хрена ты хочешь от меня? — я опустила взгляд, заметив, что его возбуждение уменьшилось. Почему он до сих пор злится? — Здесь есть ванная? — Да, — он указал в сторону гаража. — Там знак на двери. — Хорошо, — я решила дойти самостоятельно. Я осторожно направилась к гаражу, хотя сейчас не могла идти прямо. Как, черт возьми, люди управляли собой? Я едва могла передвигать ноги. Успешно добравшись, я нашла дверь со знаком. Нерешительно открыв дверь, из-за которой доносилась ужасная вонь, я ступила в темноту. Я стала шарить руками по стене в поисках выключателя и, найдя, нажала на него. Но свет не включился. — Гарри, — позвала я, снова и снова нажимая на выключатель. — Что? — Здесь свет не работает. — И что? Оставь дверь открытой, что ли, — его голос звучал раздраженно, поэтому я промолчала. Я вздохнула и пошла к туалету в ванной комнате. Быстро расправившись с нуждой, я промыла руки водой. Кран работал, а свет — нет. Имеет смысл. Я вернулась, застав Гарри все еще сидящем на диване. Я села на свое место, облокотившись на спинку. Я очень и очень сильно устала. — Итак, эм, где я остаюсь сегодня спать? — тихо спросила я, слишком уставшая для того, чтобы говорить громко. Гарри положил телефон в карман, проведя рукой моим волосам. — Что ж, я сначала планировал отвезти тебя к себе домой, но ты... — Нет, это отличный вариант, — пробормотала я. — У тебя есть кровать? Гарри опустил глаза. — Ага. — Тогда да... Это прекрасно, — кивнула я. — Хорошо, тогда пошли, — я слышала, как он встал, но я слишком устала, чтобы делать что-либо вообще. Он громко вздохнул, поднимая меня на руки. Я не могла ничем помочь, но лениво улыбнулась, когда открыла глаза и посмотрела, как Гарри нес меня в гараж. Мои ладони безвольно покоились на коленках. — Твои родители дома? — спросила я. Он сжал челюсть. — Нет, их нет дома. Я кивнула в ответ, положив голову ему на грудь. Он положил меня в автомобиль, и я, не теряя времени, оперлась лбом о дверь машины. Я чувствовала, как мое сердцебиение замедляется, а глаза медленно закрываются... — Да-а, не так я планировал провести эту ночь, — последнее, что я слышала, это ворчание Гарри, которое было немного громче рока, звучащего из его стерео.