Калейдоскоп

— Гарри, я не могу это сделать. Нет... Я не буду. Пожалуйста, не дави на меня. Голос у меня дрожал. — Да ладно тебе, Ава. Просто не бойся, хорошо? Давай сделаем это. — Но... — Никаких «но», — я раздраженно вздохнула, и Гарри распахнул передо мной дверь своего джипа; сегодня он оделся как и обычно: темная футболка поверх джинсов и черные ботинки. Он не улыбался; его лицо было серьезным, сосредоточенным и решительным. — Залезай. — Может, подождем хотя бы недельку, а? — попросила я. — Нет. Ты сделаешь это сегодня. — Ну почему? Гарри отошел от машины. Он посмотрел на меня сверху вниз; его одеколон сводил меня с ума. — Ты боишься сесть за руль, потому что из-за этого погибли твои родители? Я не могла дышать, отведя от него взгляд. И говорить тоже не получалось, поэтому я лишь коротко кивнула. — Тебе нужно преодолеть свой страх, — не принимая никаких возражений, заявил Гарри. — Ты должна сесть за руль, малышка. — Но вдруг это повторится? — страх буквально сковывал меня. — Что, если в этот раз я убью тебя? — Но ты же не собираешься меня убивать, — чуть усмехнулся Гарри, притянув меня к себе. Его волосы щекотали мою щеку, когда он легонько коснулся своими губами моих. — Я буду с тобой, ладно? Я не позволю ничему плохому случиться. Сердце громко стучало в груди. Я не могла ничего с собой поделать. Но когда я ощущала руки Гарри на моей талии, я чувствовала себя… всемогущей. Беспокойство постепенно уходило, оставляя после себя странные чувства уюта и безопасности. — Обещаешь? — выдохнула я. Гарри отстранился, коснувшись подушечками пальцев моей щеки и улыбнувшись. — Обещаю. — Хорошо, — неохотно согласилась я, взирая на огромную железяку; похожая на нее стала гробом для моих родителей. На глаза накатили слезы, когда Гарри отпустил мою руку и я вновь почувствовала себя одинокой. — Давай же, малышка, — поторопил Гарри, фальшиво волнуясь. — Чем быстрее ты сделаешь это, тем скорее мы поедем на мой концерт. — Хорошо, — тихо повторила я, как только он направился к пассажирскому сиденью. Я крепко пристегнула ремень безопасности; права всегда были у меня в кошельке, но я никогда не смотрела на них после смерти родителей. Я не садилась за руль с их гибели. Я торопливо вытерла глаза, залезая в джип, пока Гарри наблюдал за мной со своего места. Я схватилась за ремень безопасности, закрыв дверь, и уставилась на руль. «Пристегни ремень», — прозвучал голос отца в голове. «Проверь зеркала», — наставляла мама. Я сделала, как она велела, убедившись, что они повернуты правильно. «Тебе удобно в кресле?» — голос отца прозвучал прямо рядом со мной. Прошло несколько секунд, прежде чем я поняла, что это сказал Гарри и он смотрел на меня в ожидании ответа. Я начала искать ногой педаль, и Гарри подсказал, что она находится слева. Обнаружив ее, я настроила кресло, чтобы иметь лучший обзор на улицу. Я находилась значительно выше над дорогой, чем в прошлый раз, поскольку на этот раз сидела в джипе. Я не могла поверить, что Гарри позволил мне сесть за руль его машины. Ведь шансы, что я разобью авто, были невероятно высоки. Гарри не произнес ни слова, пока я собиралась с мыслями и набиралась мужества. К счастью, джип уже стоял на проезжей части, так что мне не пришлось выруливать с подъездной дорожки. — Куда поедем? — спросила я. — Знаешь, я бы не отказался от мороженого, — небрежно ответил он. — Нет, нет, — я стала задыхаться и качать головой. Тут же я почувствовала, как Гарри коснулся меня, пытаясь отвлечь, но это было сложно, потому что именно так погибли родители. Отец захотел мороженого — и бах! — мы врезались. — Мы не можем поехать за мороженым, Гарри. Что угодно, но только не это. Я рыдала, как маленькая, не в силах сдерживаться. Мне казалось, словно я постоянно удерживала это внутри, а теперь Гарри открыл крышку, и все вырвалось наружу, разрушая меня. — Ладно, никакого мороженого, — Гарри был напряжен и растерян. — Так куда бы ты хотела поехать? Я начала успокаиваться, вновь приобретая способность говорить, пытаясь придумать ответ. Неуверенно взглянув на парня, я пробормотала: — Домой. Гарри посмотрел мне в глаза, понимание отразилось на его лице. — Домой? Я кивнула. — Это далеко? — тихо спросил он. — Час или около того. — Не знаю, — пробормотал Гарри. — Может, в следующий раз. Я понимала, что было глупо даже спрашивать, но как только я произнесла это, поняла, как сильно я скучала по дому. По месту, в котором я бы сейчас находилась, если бы родители не погибли. Я бы гуляла со Стефани или Джонсом, а не сидела бы здесь, пытаясь унять слезы перед поездкой с Гарри. — Можем поехать на заправку, — предложила я. — Мне нравится, — заявил Гарри. — Давай. Поехали, Ава. Я положила ладони на руль, повернув ключ, мотор взревел. Я знала, как добраться до заправки, появилось такое ощущение, словно я в первый раз за рулем. Я напряглась и занервничала. — У тебя получится, малышка, — прошептал Гарри. — Я это точно знаю. Я почувствовала себя немного увереннее, как только он это сказал, и нажала на газ. Я поехала вниз по улице, останавливаясь перед знаком "стоп" и глядя по сторонам. Я выпрямилась, сильно сжимая ладонями руль. Осмотрелась, подмечая любую мелочь. Это выглядело параноидально, но если бы мама с папой не погибли... Перед автомобилем замер прохожий, но я вовремя его заметила и остановилась. Гарри был так же напряжен, как и я, постоянно поглядывая в зеркало заднего вида и барабаня пальцами по коленке. Непохоже, что он был так уж уверен во мне сейчас. Я выдохнула, снова начав движение на зеленый сигнал светофора, и вскоре я поехала плавно, как это было до смерти родителей. Я расслабилась и откинулась на спинку сидения, все еще наблюдая за дорогой. Джип был приятным автомобилем, очень чувствительным; стоило мне немного повернуть руль, машина тут же отзывалась. Чуть нажала на газ — джип начинал ехать быстрее. Я очень радовалась тому, что Гарри не стал «учить» меня водить. Я ненавидела, когда люди так делали, потому что это отвлекало. И скоро — слава Богу — я подъехала к заправке, волнуясь, пока парковалась. — Охренеть, — я не могла перестать улыбаться. — Я сделала это! Я вела, Гарри! Я правда это сделала! — Я знаю. Все потрясающе, ты ведешь лучше меня, — ошарашенно ответил Гарри. Я притянула его к себе и поцеловала, он тут же ответил, запуская пальцы в мои волосы, и я не возражала, когда он натянул их. Я целовала его жадно и нетерпеливо, улыбаясь. Слезы стекали по моим щекам, но они были не от горечи или печали. Я была счастлива. Безумно счастлива. Я даже не могла вспомнить, когда в последний раз чувствовала себя так. Я бы никогда, возможно, не села за руль в ближайшие месяцы или даже года, если бы не Гарри. Это необычайно, когда есть кто-то, кто помогает тебе пройти через трудности, может видеть, как ты плачешь и все еще верить, что ты придешь к успеху. Но я же сделала это. Я вела автомобиль. И Гарри все еще жив. О господи.

***

— Вэл! Меня прервали, когда я говорила с Элеонор, повернувшись, я увидела Луи, чему сильно удивилась. Какого черта он здесь делал? Луи улыбнулся и подарил мне теплые объятия, и я почувствовала запах его одеколона. На платформе какой-то парень устанавливал барабаны для ребят, и толпа уже набралась приличная. Но мы снова сидели сзади. — Луи, — отозвалась я, улыбаясь. — Что ты здесь делаешь? — Мне было нечего делать, — ответил Луи, — и, ладно, ты сказала, что тебе нравится ходить... на что-то подобное. Так что я подумал, что мне стоит заценить местечко, — он осматривал меня с головы до ног; сегодня я оделась смелее: выбрала юбку и туфли на каблуках, хотя не слишком-то любила ходить на шпильках, а еще темную майку и даже завила волосы. Он прочистил горло и стал осматриваться. Я знала, о чем он думал. Он считал, что мне здесь не место — это было видно по его глазам. Луи с неприязнью смотрел на окружающих — ему было некомфортно. — Ну, ты можешь сесть с нами, — предложила я, схватив его за руку и толкнув на свое место. И тут я вспомнила про Элеонор, робко улыбающуюся ему. — О, это Элеонор. Эль, это Луи. — Привет, — Луи будто только заметил ее, но его взгляд был направлен на сцену. Элеонор все пыталась поймать его взгляд. Я не винила ее: Луи замечательный парень. Он надел поверх майки светлую джинсовую куртку, которую я никогда прежде не видела. Я осторожно потягивала холодное пиво, на что Луи отреагировал крайне неодобрительно, но все же сел, и я последовала за ним. — Ты был когда-нибудь в подобных местах? — спросила я. Перри и Даниэль были поглощены разговором, так что даже не заметили присутствия парня. Но зазвучала гитара, и все обратили внимание на сцену. Там стоял Гарри в белой футболке, как у Луи, и в темных джинсах. Ремень от гитары болтался у него на плече, его лицо стало сосредоточенным, как только он провел по струнам. Девчонки перед самой сценой завопили, и я усмехнулась. Гарри посмотрел на двух других парней, а они в ответ кивнули. Он начал играть, и я тут же узнала песню. — Черт, — взволнованно произнесла я. — Я люблю эту песню. — Я ее тоже знаю, — улыбнулся Луи. — Switchfoot, да? Он был прав. Switchfoot — Meant To Live. Зейн начал петь, и все замолкли в удивлении. У него был потрясающий голос.

«Нащупываем его веру И задаёмся вопросом, почему мир прошел мимо него. Надеемся, что он стремится к чему-то большему, чем просто к аргументам И провалившимся попыткам полететь, полететь».

Я постукивала ногой в такт, а люди хлопали. Люди рядом с баром тоже наблюдали за парнями. Звучание их инструментов и голосов, казалось, наполняло посещение, проникая всюду. Ладони у меня вспотели, когда Гарри подошел к микрофону, согнув руку, из-за чего отчетливо выделился его бицепс, и он начал петь мою любимую часть песни.

«Мы должны жить гораздо лучше. Потеряли ли мы самих себя?»

Я не могла даже хлопать. Я просто смотрела на него, не говоря ни слова и лишь улыбаясь. Я заметила, что он надел белую бандану, не дающую его волосам спадать на лицо. Как я могла это упустить? Я и подумать не могла, что буду считать парня в бандане горячим. А потом я увидела Гарри.

«Мы живём где-то внутри. Мы должны жить гораздо лучше. Потеряли ли мы самих себя? Мы живём где-то внутри».

Зейн спел несколько строк, оставляя большую часть Гарри. Гарри уделял основное внимание своей гитаре. Он качал головой в такт, пел свои строки.

Неважно, трус ты или храбрец, у тебя есть второй шанс. Возможно, мы жили с полуоткрытыми глазами. Возможно, мы согнулись и сломались, сломались».

Он обожал играть на гитаре. Песня закончилась, и Лиам заговорил с толпой. Луи пихнул меня локтем, чтобы я наклонилась к нему. — Гарри классно играет, — сообщил Луи, не в силах оторвать взгляд от сцены. Я широко улыбнулась. — Да, он потрясающий, не так ли? Они сыграли еще несколько песен, несколько я не узнала, но мне нравился их вкус. Я никогда не склонялась к одному жанру музыки. Я слушала все, за исключением рэпа, классики и хип-хопа. Мне нравились рок и поп-музыка, даже некоторые металл-песни. Но что меня удивило, так это что Луи не двинулся на протяжении всего концерта. Ни разу.

***

Я почувствовала укол ревности, когда увидела рядом с Гарри двух хихикающих девушек, и двинулась быстрее к нему, нахмурившись. Тем не менее, как только парень увидел меня, мгновенно выпрямился и улыбнулся, показав ямочки. — Малышка, — поприветствовал он меня; его кожа блестела от пота, а волосы спутались. Он притянул меня к себе для поцелуя, и я, если честно, совершенно не возражала. Девушки ушли к Зейну, увидев, что Гарри занят. Я поднялась на носочки, чтобы подарить ему еще один поцелуй. Его грудь тяжело вздымалась, но он широко улыбнулся, когда я коснулась его губ своими. — Ты такая горячая, — заявил он, осматривая меня. — Как и ты. Сначала он хотел что-то сказать, но затем посмотрел куда-то за меня и сощурился. Я обернулась и увидела Луи, приближающегося к нам и засунувшего руки в карманы. — Какого черта ты здесь делаешь? — резко спросил Гарри, крепко прижав меня к себе. — Я пришел посмотреть, — ответил Луи, пожав плечами. Почесывая шею, он пробормотал: — Ты... Ты классно играешь. Гарри растерялся, глядя на него с подозрением. — Крутое выступление, — смущенно добавил Луи, еще раз пожав плечами. Его взгляд был направлен на руку Гарри на моем бедре — парень нахмурился. Я поняла, что не говорила ему еще, что встречаюсь с Гарри... Никому не говорила. Элеонор прошла мимо Луи, и ее щеки залились краской — я засмеялась. Эль была застенчивой и неуклюжей, поэтому она обычно поступала так. Луи выглядел уставшим, но на ней его взгляд надолго не задержался, вернувшись к нам. — Пошли, — позвал Гарри, — возьмем мою гитару и пойдем ко мне домой. Луи было неудобно. Как раз тот случай, когда ты кому-то сделал комплимент, а тебя не поблагодарили. Я потянула Гарри за руку, но он стиснул зубы и потянул меня за кулисы. — Это было грубо, — прошипела я, как только мы оказались в темном коридоре. Гарри остановился передо мной, не обернувшись. — Луи пришел к тебе, похвалил тебя, а ты даже не сказал спасибо. — Я не звал его, — сухо произнес Гарри. — Да, но... — Я, блять, не тупой, — оборвал меня парень, наматывая круги. — Луи пришел не ко мне, а к тебе, Ава. Я раскрыла рот, пытаясь найти ответ. Нет, такого не могло быть. Хорошо, может, по этой причине он пришел, но концерт произвел на него неизгладимое впечатление. Очевидно, что он не ожидал такого от Гарри. Стайлс прижал меня к стене. Его тепло окутывало меня. — И я видел, что ты сидела с ним, — тихо сказал Гарри. — Я не в восторге от этого, малышка. — Я просто была вежливой, в этом нет ничего плохого. Он коротко поцеловал меня, а когда оторвался, его взгляд стал серьезным. Он пробормотал: — Ты не сядешь с ним больше. Моя челюсть отвисла. — Гарри, ты серьезно? — Я серьезен, как никогда. — Но он мой друг! Я только твоя, ничья больше. Гарри горько усмехнулся. — Я знаю, но хочу убедиться в этом. Если ты сядешь с ним в следующий раз, будь уверена, я разобью ему нос. Ладно? Я прекрасно понимала, какой Гарри сильный. Это было понятно с первого взгляда. Но Луи тоже был сильным. Если бы эти двое подрались, я не знала, кто бы выиграл. Но я не желала такой развязки. Я хотела совершенно другого... — Это нелепо, — раздраженно сообщила я, качая головой, а Гарри наклонился ко мне. — Что бы ты подумала, если бы я сидел с одной из этих девушек, а? — тихо спросил Гарри. Я мгновенно напряглась. Я ревновала, черт, меня раздражало, что они просто говорили. Но... это же Луи, мы обсуждали это. — Поехали домой, — предложил Гарри, нежно касаясь моего живота. Взгляд его стал озорным и хитрым. Он ухмыльнулся. — Давай напьемся, я поиграю на гитаре, и мы будем целоваться, пока губы не отсохнут, — под конец его голос стал совсем хриплым — он смотрел на мои губы. — Как тебе? Бабочки запорхали в животе. Я сказала: — Звучит неплохо. Мы сели в автомобиль, я достала телефон и увидела сообщение от Джонса. Обычно я не просматривала его смски. Но в этот раз почему-то открыла. И правильно сделала. — Блять, — пробормотала я, широко распахнув глаза. Гарри остановил машину, когда мы подъехали к подъездной дорожке, и спросил, что случилось. Я не могла поднять на него взгляд и лишь ошарашенно глядела на экран. «От: Джонс Привет, я у тебя дома».