Part of the Sky

Тактильность всегда имела для Брайана особое значение. Прикосновения, объятия и прочие формы физического контакта были для него такими же инструментами общения, как и обычная речь. Так, например, поцелуи в губы с Майклом на самом деле являлись лишь выражением глубокой дружеской привязанности, а не свидетельством романтической связи, как предположил вначале Джастин. Впрочем, едва ли поцелуи вообще имели для Брайана подобный смысл. Скорее, они выступали как предварительные ласки и прелюдия к сексу, без которого мужчина не мыслил своего существования. Брайан любил своё тело, любил красивые мужские тела и любил касаться их всеми возможными способами. Что он с успехом и делал, как только предоставлялась такая возможность. Отказать ему в здравом уме не мог никто, провести с ним ночь считалось большой удачей, а сделать это дважды вообще казалось чем-то из области фантастики.  Вот почему Брайан не мог даже представить, какого это - жить, не имея возможности потрогать другого человека — ни в дружеском смысле, ни в каком-либо другом. И, возможно, именно поэтому симпатичный мальчик, который понравился Брайану с первого взгляда, и к которому по злой иронии он вообще мог прикоснуться, так зацепил его. Кто знает, как развивались бы их отношения, если бы мужчина имел возможность в первый же вечер привезти Солнышко в свой лофт и сделать с ним всё, чего ему так хотелось. Скорее всего, это была бы их первая и единственная встреча.  Брайан сам не заметил, как встречи с Джастином стали регулярными, и прочно заняли место в его рабочем расписании, мирно соседствуя с походами в «Вавилон» по субботам, встречами с Майки в «Вуди» по четвергам и занятиями в тренажёрном зале по вторникам и пятницам.  Чаще всего они с Джастином гуляли в парке после работы, но бывало и так, что Брайан кормил парня ужином в «Вуди», или и вовсе вез его в свой лофт, где они ели купленную в ресторане на углу тайскую еду, под монотонное бормотание телевизора.  Может, такое целомудренное поведение Брайана Кинни могло показаться со стороны подозрительным или просто нелепым. Брайану и сам порой думал так же, однако, делать с этим что-либо было уже поздно. Проклятый мальчишка, кажется, без каких-либо усилий со своей стороны, основательно вошёл в его жизнь и стал её частью. И, если Брайан и жаловался, то только ради поддержания собственного имиджа одиночки и циника. На самом деле ему нравилось общество Солнышка. Мальчик был не глуп. В отличие от Майки, с ним можно было говорить на любые темы, включая искусство, культуру и даже политику. Брайан уже и забыл, что такое вести беседу никак не связанную с тем, кого и сколько раз он трахнул в задних комнатах «Вавилона». Конечно, иногда с Джастином было непросто. Его нестабильное психическое состояние периодически напоминало о себе то частыми перепадами настроения, то внезапными приступами уныния. Иногда Джас был разговорчивым и жизнерадостным, но потом вдруг ни с того ни с сего замыкался в себе, замолкал, лишь односложно отвечая на вопросы, и Брайан безуспешно пытался его растормошить. Но даже в такие моменты с Джастином было хорошо. И, хотя в плане прикосновений они никуда не продвинулись, а встречи не выходили за рамки дружеских, сексуальное влечение Брайана к парню никуда не исчезало.  Одним пятничным вечером в середине февраля Кинни стоял в своей гардеробной и размышлял, что ему следует надеть в «Вавилон» на вечеринку «Жеребцы в пене». Брайан не был большим любителем портить свою одежду мыльными разводами, но после уговоров Майкла, с которым из-за занятости на работе он не виделся почти две недели, мужчина всё-таки согласился пойти в клуб в компании своих друзей.  Телефонный звонок в глубине квартиры отвлёк Кинни от получасового созерцания трёх практически одинаковых белых футболок. Мужчина вышел из гардеробной, хмурясь подхватывая лежащий на кровати мобильный, но лицо его тут же просветлело, едва он увидел на экране имя звонившего.  - Привет, - поздоровался он, падая на постель и отбрасывая в сторону осточертевшие футболки. Из трубки раздалось негромкое осторожное «Привет», заставившее губы Кинни изогнуться в улыбке.  Необходимо прояснить, что Джастин вопреки природной робости любил звонить Брайану. Просто так, безо всякого повода. Чаще всего это случалось по вечерам, когда на улице темнело, и парень, поужинав в столовой с мамой и сестрой, уходил к себе в комнату.  Кинни не знал наверняка, почему Солнышко звонит ему — может, такое желание возникало у мальчишки, когда ему было грустно, или когда на Джастина в очередной раз накатывали приступы тревожности... Да это и не было особенно важно. Возможность поговорить с Брайаном, несомненно, вселяла в Солнышко некоторую уверенность, поэтому мужчина был не против его звонков — тем более, их разговоры редко длились больше нескольких минут.  Кинни закурил и откинулся на подушки. - Чем занимаешься?  Джастин поначалу всегда был немногословен, поэтому Брайан привычно проявлял в разговоре инициативу.  - Ничем особенным, - последовал знакомый мужчине ответ. - А ты? - Решаю, в чём пойти в клуб. Белая майка или тёмно-синяя рубашка без рукавов, как считаешь? - Майка, - Брайан хмыкнул от того, как быстро тот ответил. - Белый лучше подчеркнёт тон твоей кожи. Было бы несправедливо считать, что в разговорах Брайана и Джастина напрочь отсутствовала романтическая составляющая. Кинни часто не мог удержаться от откровенного флирта с мальчишкой, но порой и Джастин - сознательно или нет - отвечал ему тем же.  - Отлично. Поверю художнику, - промурлыкал Брайан, самодовольно усмехаясь, когда по ту сторону трубки послышалось хихиканье. - Мы увидимся завтра? - после некоторой паузы, во время которой мужчина любовался собственным отражением в зеркале, спросил Джастин. Брайан замер, удивлённо приподнимая бровь. Предложение встретиться от Солнышка несомненно было чем-то новеньким.  - А ты хочешь?  - Ну...да, - со смущённым смешком отозвался Джастин. - Только я завтра не работаю.  - У меня дел по горло, но к вечеру я освобожусь и могу за тобой заехать.  - Хорошо. Кстати... у меня есть для тебя кое-что... Брайан почувствовал себя немного неловко.  За всё время их общения ему никогда даже в голову не приходило делать Джастину какие-либо подарки (оплаченные ужины, разумеется, не в счёт). Брайан никогда не состоял в отношениях, а обязательные составляющие романтических ухаживаний в виде букетов, сувениров, сюрпризов, свечей и розовых лепестков считал уделом жалких натуралов и счастливо женатых педиков, вроде Майки. Разумеется, и сейчас Брайан не собирался изменять своим убеждениям и привычкам, однако, как объяснить это ранимому и чувствительному мальчику, он не имел ни малейшего понятия.  К счастью, в этот момент в трубке раздался сигнал, оповещающий о входящем вызове, что позволило мужчине быстро замять неудобную тему.  - Джастин, мне пора. Звонок на другой линии.  - Да, конечно, - с едва уловимой грустью в голосе отозвался парень. - Тогда пока.  - Пока, - пытаясь игнорировать неприятный осадок, оставленный скомканным прощанием, Брайан переключился на вторую линию: - Да, Майки... Да, я уже в дверях... 

***

В «Вавилоне» было сегодня не только жарко из-за огромного количества народа, но ещё и убийственно влажно из-за покрывающей танцпол мыльной пены. Музыка тоже играла громче обычного, и Брайан сразу простился с мыслью когда-нибудь привести сюда Джастина. Даже если людей будет вдвое меньше, мальчишке вряд ли удастся справиться с волнением в полутёмном душном помещении, заполненном полуголыми телами.  «И где симпатичный блондин несомненно привлечёт внимание других мужчин, чего мне совсем не хочется» - подумал Кинни, но быстро отогнал эту мысль. Последнее время он слишком часто стал размышлять о мальчишке в каком-то собственническом смысле, словно он имеет на Джастина права, что конечно же было не так.  Брайан, Майкл, Эммет и Тэд сидели за столиком в вип-зоне клуба, когда Эм, загадочно оглядев друзей поверх бокала мартини, сообщил:  - А я знаю, что кое-кто посещал в прошлое воскресенье открытие выставки в Музее Уорхолла.  Майки среагировал первым, удивлённо взглянув в сторону Тэда, от которого можно было бы ожидать чего-то подобного. Однако Шмидт отрицательно замахал руками, кивая на Брайана.  - Что? - Майкл изумлённо уставился на лучшего друга.  - ...И он был не один, - кокетливо двигая бровями продолжил Ханикатт.  Брайан мысленно проклял тот день, когда Линдси рассказала ему о новой выставке авангардистов, и он решил сходить туда с Джастином чтобы немного развлечь его.  - А ты-то какого хрена там забыл? - мрачно уточнил он у Эммета.  - Подрабатывал помощником бармена. И имел удовольствие видеть очаровательного белокурого ангелочка, которого ты с собой привёл.  Майкл, вопросительные взгляды которого Кинни упорно игнорировал, повысил голос:  - Брайан, ты правда был там?  - Да, а что такого? - С кем? - Кажется, я видел это прелестное создание в «Либерти», - помахивая оливкой, улыбнулся Эммет, делая вид, что не замечает, какой эффект производят его слова на Майкла и Тэда. - Брайан! - возмутился Майкл. - У тебя появился парень, а я, твой лучший друг, узнаю об этом... позже Эммета?! Кинни фыркнул, покачав головой, и опрокидывая в себя стакан скотча.  - Какой на хуй, парень, Майки? Мы просто общаемся.  - А он не слишком юн для тебя? - невинно поинтересовался Эммет. - На вид ему лет семнадцать. Брайан дважды проклял своё умение попадаться на глаза болтливым друзьям в самые неподходящие моменты.  - Ему девятнадцать. - То есть, разница в двенадцать лет вас не смущает? - тут же подсчитал Тэодор.  - Да вы можете сказать нам о ком, чёрт возьми, идёт речь? !- не выдержал Новотны. Кинни вертел в руках пустой бокал.  - О Джастине. - Каком ещё Джастине?! Погоди... Я знаю его. Джастин, который Солнышко? - Солнышко! Какая прелесть! - Эммет захлопал в ладоши. - ...Джастин, который работает у мамы в кафе? Брайан наградил всю компанию полупьяной улыбкой, больше напоминающей оскал и отправился к бару взять себе ещё виски. Майки, рывком поднявшись с диванчика, последовал за ним.  - Погоди, Брайан! Да стой же! Наконец, Кинни повернулся.  - Чего тебе? Протиснувшись к стойке рядом с Брайаном, Майки тоже заказал себе скотча. Они пили, слушая заводную танцевальную музыку и долетавшие издалека звуки пенной вечеринки, а на их лицах плясали разноцветные огни. Разговаривать не хотелось. Майки был вторым человеком в этом мире, с которым Брайан мог совершенно не задумываться о словах и просто наслаждаться молчанием.  - И с каких пор ты «общаешься» с кем-то кроме меня, Эма и Тэда? Кинни пожал плечами, залпом выпивая ещё один стакан.  - Ну хорошо, - Майки медленно выдохнул. Он знал, что Брайан ничего не расскажет ему сам, а вот наводящие вопросы с другом всегда срабатывали. - Ты хочешь сказать, что у вас с Джастином ничего нет... в смысле секса? - Нет.  Майки пристально посмотрел на Брайана, который стоял, облокотившись на стойку и уставившись в пустой бокал.  - И давно вы с ним... дружите? - Не знаю. Около месяца. Тот понимающе кивнул.  - Значит, с тех пор, как он устроился в «Либерти». Брайан, но Джастин... он же... немного странный...  Взгляд Кинни потемнел, когда он повернулся к Новотны.  - Слушай, Майки. Джастин не странный. Он в полном порядке.  - Ты его защищаешь, - улыбнулся тот.  - Может быть. - Почему? Брайан молчал в ожидании, когда его стакан вновь наполнится тёмной жидкостью, после чего разом опустошил и его.  Майкл положил ладонь на шею друга, большим пальцем поглаживая щеку.  - На моей памяти ещё не было такого, чтобы ты просто общался с симпатичным парнем и даже не пытался трахнуть его. А это означает только то, что Солнышко тебе понравился.  Брайану хотелось расхохотаться над этим заявлением, но алкоголь делал его слабым. Слишком слабым, чтобы отрицать то, что он и так уже понял, только боялся признаться. Кинни устало улыбнулся, похлопал Новотны по плечу и отошёл от стойки, вскоре исчезнув в толпе. Может, он отправился на танцпол. Может в комнаты отдыха, а может и вовсе уехал домой.  Майки не стал смотреть ему вслед. Он уселся на барный стул, глядя перед собой, и на просьбу бармена освежить его бокал лишь задумчиво покачал головой. 

***

После полутёмного танцевального зала неприятный яркий свет люминесцентных ламп слепит глаза.  Джастин, щурясь, идёт межу рядов неподвижных машин в поисках своих одноклассников, которые хотели с ним о чём-то поговорить.  Он не боится. В конце концов, что может случится с ним здесь, где такой яркий свет, слышится шум голосов и играющая в ресторане музыка.  Джастин не знает, о чём с ним будут говорить, но хочет побыстрее разделаться с этим и вернуться наверх, к Дафне — подруга наверняка уже заскучала без него.  - Эй, ты! Тейлор! - раздаётся прямо над ухом, заставляя Джастина вздрогнуть, и из-за большого джипа навстречу ему выходят трое. Он скрещивает руки на груди и смело смотрит на одноклассников в ожидании обещанного “разговора”. Однако никто, кажется, не собирается с ним разговаривать, и в следующую секунду руки Джастина заламывают за спину. Сзади подходят ещё двое парней. Он окружён.  - Ты слишком много о себе возомнил! Уёбок!  Удар в живот. - Хуесос! Совсем страх потерял? Ничего. Нужно потерпеть.  Джастина порой избивали — в туалете, в раздевалке, за школой — но никогда так сильно, как сейчас.  - Давно мечтал это сделать, пидор ёбаный! Удар в скулу. Тёплая кровь течёт из носа по подбородку, во рту появляется противный медный вкус.  Всё нормально. Сейчас всё закончится. Должно закончится.  Джастин уже не слушает поток ругательств в свою сторону. Они словно доносятся издалека, пока всё новые и новые удары обрушиваются на его тело. Ноги давно подогнулись, но его держат в вертикальном положении, не давая упасть. Перед глазами только серый асфальт, покрытый тёмно-алыми каплями.  Небольшая пауза приносит небывалое облегчение. У Джастина в лёгких что-то булькает, кажется, выбит зуб, белоснежная рубашка залита кровью, однако, перерыв позволяет парню отдышаться и он, наконец, поднимает голову, силясь рассмотреть того, кто выходит из-за спин избивавших его одноклассников.  Нет, этого не может быть.  Просто не может. Откуда он здесь?!  - Брайан, - стонет Джастин. Разве он пришёл не для того, чтобы спасти его? Тогда почему парни начинают одобрительно кричать и свистеть?  Джастин пытается попросить мужчину о помощи, но натыкается лишь на холодный взгляд ореховых глаз.  Брайан склоняет голову на бок и чуть улыбается, занося для удара руку с бейсбольной битой.  - Брайан, пожалуйста! - Пожалуйста! - повторил Джастин уже вслух и проснулся. - Милый! - в дверях появилась встревоженная Дженнифер, на ходу запахивая халат поверх ночной рубашки. — С тобой всё в порядке? Ты кричал.  Парень, тяжело дыша, снова опустился на подушку. Она была влажная, как и его футболка.  - Кошмар, - Джастин вытер испарину со лба и что есть силы зажмурил глаза в надежде, что это поможет прогнать из головы пугающие образы. - Снова кошмар. Правда, сегодня с небольшими вариациями, - подумал он. - Но маме лучше об этом не знать.  Джен присела на край кровати.  - Ты пил вчера лекарство?  Джастин помотал головой.  - Почему?  - Я думал, оно мне больше не нужно. Думал, они закончились. - Родной, - вздохнула Дженнифер, глядя как сын закрывает лицо ладонями. - Хочешь, я принесу тебе чего-нибудь? Чаю? Стакан молока?  - Нет. Возвращайся к себе. Я тоже постараюсь заснуть. Джастин знал, что ему это не удастся, но отвечал так всегда, чтобы мама не волновалась.  Джен молча кивнула и с тяжёлым сердцем вышла из комнаты сына. Она тоже думала, что кошмары Джастина закончились.