Part of the Sky

Всё было черно-белым. Безликим. Однообразные светлые дома с тёмными крышами, серый асфальт, грязные кучи снега на обочинах, чёрные силуэты голых деревьев, и надо всем этим - бледное затянутое тучами небо. Яркие краски будто стёрли. Не было ни единой капельки цвета.  Джастин задумчиво покусывал кончик карандаша, переводя взгляд со знакомого пейзажа на почти нетронутый лист бумаги.  Обычно парень рисовал не так уж много всего. Чаще всего - вид из своего окна или другие городские пейзажи, реальные или выдуманные. Машины появлялись на картинах Джастина, когда он видел их во сне. Смутные устрашающие образы словно калёным железом отпечатались в его подсознании в ночь нападения, так что рука сама выводила их, когда парень был подавлен или разозлён.  И, наконец, люди. По понятным причинам за последние два года Джастин рисовал их крайне редко. Исключение составляли только близкие — мама и сестра. Однако и в школьные годы, не имея никаких проблем с общением и тем более, страха выходить на улицу, Джас нечасто создавал портреты. Для этого человек должен был произвести на него впечатление, зацепить чем-то уникальным, оставить след в сердце и в памяти. Так, например, было с Дэбби, которая сразу поразила молодого человека своей яркостью и неординарностью.  А потом был Брайан. Джастину захотелось нарисовать его буквально с первого взгляда, хотя, надо признать, что желаемого результата художник добился лишь спустя множество загубленных листов. Будучи перфекционистом, парень не хотел ограничиваться простым запечатлением черт лица на бумаге. Он мечтал добиться сходства не только внешнего, но и внутреннего.  Как-то вечером они с Брайаном были в лофте и смотрели кино — какой-то артхаусный фильм про художников по одному из кабельных каналов. Поскольку накануне Кинни вернулся домой в три часа ночи, он не слишком старался вникнуть в запутанный сюжет, и вскоре его глаза начали слипаться.  Джастин наблюдал за тем, как голова мужчины медленно склонялась на бок, как чуть приоткрываются губы и смягчаются черты лица, и вдруг почувствовал нечто особенное. Его сердце сжалось от невероятной нежности, в животе почему-то стало жарко, и всё, о чём Джас мог думать, — это внезапное желание протянуть руку и коснуться матовой загорелой кожи в вырезе футболки... Самыми кончиками пальцев, а ещё лучше - губами, чтобы в полной мере почувствовать её манящую гладкость и тепло... Конечно, Джастин не мог этого сделать. Пока не мог. Но в тот самый момент, разглядывая спящего Брайана, парень осознал, что по-настоящему влюбился.  Он быстро вытащил из рюкзака альбом, с которым никогда не расставался, и принялся за работу. Быстро, чтобы успеть до того, как мужчина проснётся, Джастин старался как можно точнее изобразить безмятежное лицо, лишённое своего обычного насмешливого выражения, естественную расслабленную позу, изгибы худощавого, но мускулистого тела.  К тому времени, когда Кинни открыл глаза, потягиваясь и тихо ругаясь, что у него затекла шея, портрет был уже готов и мирно покоился в рюкзаке. Остались лишь небольшие детали и доработки, которыми Джастин мог заняться и дома. «Привет, Солнышко», - сказал ему тогда Брайан, недоуменно глядя на счастливую улыбку парня. - «Эта хрень про Дали уже закончилась?». Фильм был вовсе не про Дали, а про Пикассо, но Джастин и не думал поправлять мужчину — в своих мыслях он уже работал над портретом Брайана, доводя его до совершенства. Это будет отличный подарок на день влюблённых, ведь именно таким Джастин и чувствовал себя. Влюблённым.  Вероятно, у кого-то могло создаться впечатление, что из-за случившегося в день святого Валентина парень должен был впасть в глубокую депрессию и окончательно разочароваться в людях.  Это не так.  Непристойная сцена, свидетелем которой он стал, безусловно, шокировала Джастина, и на очередном сеансе с мисс Йорк он не мог отрицать этого. Однако при всей своей внешней закрытости и стеснительности Джастин был уже далеко не ребёнком. Он работал в самом большом рассаднике слухов и сплетен на Либерти-авеню и имел представление о том, какой репутацией обладает Брайан. Брайан Кинни не заводит бойфрендов, Брайан Кинни любит трахаться и делает это при любом удобном случае и с любым симпатичным парнем, Брайан Кинни — самовлюблённый, бесчувственный, беспринципный, эгоист и циник, которого любят и ненавидят, уважают и поливают грязью. Джастин знал всё это с тех самых пор, как их с Брайаном встречи стали традицией. Но также хорошо парень знал, что в силу каких-то неведомых причин, с ним мужчина вёл себя немного иначе, чем с другими. Конечно, его шутки по-прежнему оставались грубыми, а высказывания как всегда поражали своей прямотой, но именно наедине с Солнышком в поведении Брайана появлялось что-то ещё. Забота, внимание, осторожность. Словно именно этому мальчику холодный и неприступный Кинни позволял ненадолго заглянуть за свою маску.  Джастин не мечтал о многом. Точнее, не разрешал себе мечтать. Ему хотелось просто быть рядом с Брайаном, наслаждаться их общением, иметь возможность позвонить мужчине в любой момент и, поболтав о всякой чепухе, почувствовать себя счастливым. Образ жизни Кинни и парни, с которыми тот спал, в такие моменты становились для Джастина чем-то, существующим в параллельной вселенной — далёким и абстрактным. Как выяснилось, видеть Брайана с другим своими глазами было гораздо больнее, чем парень мог вообразить... В тот день Джастин до вечера просидел в своей комнате, ни с кем не разговаривая. Он больше не плакал, а просто сидел, свернувшись калачиком, в своём кресле и глядел в стену перед собой. Быть жалким больным мальчиком, с которым Кинни нянчится из-за сочувствия или бог знает каких ещё причин, Джастин не хотел. Стать для Брайана кем-то другим, пусть даже парнем на одну ночь, он не мог.  Глядя из-за занавески на отъезжающий от дома чёрный джип, Джастин принял решение прекратить общение с мужчиной. Их встречи начинали напоминать своего рода наркотик - они вызывали эйфорию, избыток чувств и постоянное желание испытать это снова, но при этом медленно убивали его изнутри.  Парень должен был вернуть свою жизнь в прежнее русло. Он продолжит работать в кафе, будет прилежно заниматься на сеансах с мисс Йорк и изо всех сил стараться поправиться. А жизнь до Брайана Кинни — спокойная, размеренная...она тоже была по-своему хороша... Джастин сделал несколько штрихов и выронил карандаш.  - Ахх, - он потряс некогда травмированной рукой и поморщился. К вечеру она всегда уставала, а сегодня парень рисовал особенно много. Неудивительно, что пальцы ослабли и не слушались. Джастин собирался наклониться чтобы поднять карандаш, но остановился — внезапно в безнадёжно монохромном пейзаже за окном будто мелькнула вспышка цвета. Взгляд художника быстро отыскал на улице то, что привлекло его внимание — зелёное пятнышко, которое двигалось по дороге, стремительно приближаясь. Машина красивого изумрудного цвета, которую Джастин не видел здесь раньше, разгоняла окружающую зимнюю серость и вызвала у парня невольную улыбку. Какого же было его удивление, когда вычурный спортивный автомобиль, похоже раритетный, остановился прямо перед их домом.  Джастин отшатнулся от окна, снова скрываясь в безопасном убежище своего уютного кресла. Парню совершенно не хотелось, чтобы его, сидящего на подоконнике, увидел кто-нибудь из маминых богатеньких клиентов.  Дом огласила чересчур громкая мелодия дверного звонка, и Джас нахмурился. Дженнифер могла бы предупредить его, что у неё запланирована деловая встреча на дому.  Сосредоточившись на рисунке, Джастин снова взял карандаш, но на этот раз его прервал стук в дверь. Скорее всего, Молли, которая тоже увидела из окна необычную машину, решила поделиться с братом своим восхищением.  - Входи! - крикнул он, не поднимая взгляд от листа. - Как дела, Солнышко? Джастин застыл.  Этого просто не могло быть. Во-первых, Брайан водит большой чёрный джип, а не маленькую зелёную машинку. Во-вторых, Кинни просто нечего делать здесь вечером в воскресенье, да ещё и при том, что всю неделю от мужчины не было ни слуху ни духу.  - Джастин. Парень по-прежнему сидел неподвижно, вперившись взглядом с свой рисунок. Если он посмотрит на Брайана, то не выдержит - возможно у него снова случится паническая атака, а может он даже заплачет. И, вероятнее всего, увидев ореховые глаза и хитрую улыбку, Джастин напрочь забудет о данном себе обещании забыть Брайана.  - Разве тебя не учили, что воспитанные мальчики должны здороваться при встрече? Парень сжал губы и взял со стола другой карандаш. Джастин был упрямым мальчиком.  - Я могу присесть? Нет, не можешь, - мысленно ответил Джас. - Я не хочу с тобой разговаривать. Я не понимаю, что тебе нужно от меня, мне тревожно и неловко. Пожалуйста, уходи.  Не дождавшись разрешения и вообще какой-либо реакции, Кинни подошёл ближе и сел на письменный стол.  - Джастин, я чёрт возьми пришёл сюда не для того, чтобы разговаривать со стеной. Вопрос: «А зачем ты пришёл?» сам повис в воздухе.  Несколько минут они сидели в тишине, в которой слышалось лишь дыхание обоих и шуршание карандаша по бумаге.  - Видел мою новую машину? - вдруг спросил Брайан.  За этим он и приехал? Похвалиться своей шикарной тачкой? - Джастин тихо фыркнул. - Это Корветт Стингрей 1972 года...  - Тебя не было целую неделю. Слова вырвались у Джастина, кажется, незаметно для него самого, и он тут же сжался, устыдившись того, как наивно это прозвучало. У Брайана нет никаких обязательств перед ним, он не должен отчитывался Джастину, где он был, и почему не появлялся.  Кинни застонал.  - Ты грёбаная королева драмы, ты в курсе? Конечно, меня не было неделю. Я летал в Нью-Йорк для подписания договора с моим новым клиентом «New Balance» - самой крупной компанией, с которой я когда-либо работал, между прочим. И я звонил тебе в понедельник. Джас почувствовал, как щёки начинают пылать. В тот день он специально не взял трубку, и сейчас это тоже казалось ужасно детским поступком.  - Джастин, - Брайан понизил голос, который звучал теперь так сексуально и хрипло. - Насчёт того, что произошло тогда в кафе... Парень дёрнулся, поборов желание заткнуть уши, только бы не слушать того, что за этим последует.  - … Мне жаль. Думаю, это был не лучший способ похвастаться перед тобой своими девятью дюймами... Что это было? Извинение?  - Серьёзно, - в голосе Кинни не было ни капли иронии. - Мне жаль, что так получилось. Прости.  Джастин нервничал всё больше, как и всегда, когда он не мог разобраться, к чему клонит собеседник. - Судя по твоему поведению, ты не горишь желанием общаться со мной и дальше. И, наверное, ты прав на все сто, но... Блять. Боковым зрением парень видел, что Брайан провёл рукой по лицу и усмехнулся, словно ему самому не верилось, что его собственный рот произносит сейчас эти слова.  - Я не хочу, чтобы ты избегал меня. Я думал о тебе и... скучал.  Джастин судорожно втянул воздух. Оказалось, всё это время он задерживал дыхание. В животе снова было очень горячо, а сердце стучало, кажется, на всю комнату.  От чрезмерного давления карандашный грифель скрипнул и сломался, оставляя на белом листе некрасивую полосу.  - Чёрт!  Придвинувшись ближе к столу — и к Брайану, сидевшему на нём — парень всё так же, не поднимая головы, начал искать что-то среди своих письменных принадлежностей.  - Это ищешь? - на вытянутой руке Кинни лежал ластик, и Джас сглотнул.  - Посмотри на меня, Солнышко. В подобные моменты зрительный контакт давался Джастину так же сложно, как и физический, но мужчина сказал это так требовательно, что не подчиниться было просто невозможно. Тем более, Джас и сам хотел увидеть его. Он ведь тоже соскучился...  Сегодня Брайан выглядел особенно хорошо — в тёмно-сером джемпере, красиво облегающим грудь, чёрных джинсах и кожаной куртке. Он вкусно пах пряным одеколоном и сигаретами.  Ластик по-прежнему был у него, и Джастин знал, что мог забрать его, не притрагиваясь к руке, а мог взять так, что кончики пальцев скользнут по гладкой коже широкой ладони - всего на мгновенье, но для парня это уже будет маленьким достижением...  Прикосновение было лёгкое, как пёрышко, хотя Джастину оно показалось разрядом тока, который, прокатился по всему телу и сконцентрировался внизу живота.  - Солнышко, - взгляд Кинни смягчился.  - Что?  - У нас всё нормально? Что ещё Джастин мог ответить? Он уже сдался без боя и помахал белым флагом.  - Да. Всё нормально.  - Прекрати грызть ногти.  Джастин неохотно убрал руку ото рта.  - У меня есть ещё пара часов до встречи с Майки. Хочешь, можем покататься немного. У Брайана всё всегда было просто. Может, именно поэтому Джастин, в чей жизни было достаточно сложностей, чувствовал себя рядом с Кинни так легко и свободно.  - Хочу, - парень пожал плечами, наконец, демонстрируя мужчине свою солнечную улыбку.  - Тогда собирайся, я подожду внизу. Да, и ещё... - он на секунду опустил глаза, и если бы Джастин не изучил характер Брайана достаточно хорошо, он бы подумал, что тот смутился. - Спасибо за подарок.