Весна солдата.

Coldplay – The Scientist

Сэм прижалась спиной к сырой стене и плотнее закуталась в грязную рубаху. Швы на ребрах отчаянно чесались, сводя с ума, череп ныл и отзывался адской болью на любой звук, а желудок скручивало от голодной боли. Девушке сложно было в это поверить, но, кажется, о ней просто забыли. Ей показалось, что прошло уже несколько дней с тех пор, как ее приволокли в тюрьму, и за все это время покормили лишь дважды прогорклой пшенкой и кислым молоком. Сырая промозглость подземелья оседала на спину табуном мерзких мурашек, вызывая озноб в и без того воспаленной коже. Сэм прижала руки к груди в бесплодной попытке согреть онемевшие от холода пальцы. В голове роились рассеянные мысли, догадки, и волна какого-то болезненного отчаяния накрывала уставший разум все чаще, порождая совсем не радужные идеи. "Если я умру, - в который раз подумала Сэм - Все станет проще. Без меня им не найти Кейт и Джаса." И робкая надежда на спасение друзей снова вспыхнула в груди пламенем, чтобы сразу же погаснуть под ледяным натиском одного-единственного имени - Джеймс. Как бы Сэм не убеждала себя, как бы не пыталась отсечь от себя животный страх за Зимнего Солдата, все попытки сводились к чистому нулю. Почему-то его судьба казалась ей важнее, чем ее собственная. Подсознание снова услужливо подсунуло воспоминание, терзавшее Сэм и во сне, и наяву. Зимний Солдат утер испарину со лба и недоверчиво покосился на внушительную гору медикаментов на прикроватной тумбочке. - Оставь меня в покое, - устало выдохнул мужчина, переводя взгляд на Сэм - Я в порядке. - Выглядишь и вправду неплохо. - девушка кивнула, пряча улыбку в уголках рта, и поудобнее устроилась в кресле у кровати - Сегодня я еще побуду с тобой, нужно убедиться, что лихорадка прошла бесследно. А вот твои швы меня радуют - заживают с невероятной скоростью. - Черт бы тебя побрал, - ругнулся Солдат на чистом русском. - Что? - Сэм вопросительно вздернула брови. - Я посоветовал тебе проваливать. - Потерпи всего одну ночь, а потом я... отстану. - Можешь не тянуть. Сам справлюсь. - Почему ты всегда пытаешься оттолкнуть меня? - Не твое дело. - Пожалуйста, скажи мне, - изумрудные глаза девушки неотрывно следили за серой сталью его взгляда. - У меня нет причин тебе доверять. - Разве я не доказала, что не собираюсь тебе вредить? - Нет. Люди умею лгать по-разному. - А ты все ищешь подвох... - Сэм тряхнула головой и потянулась к тумбочке, чтобы отодвинуть тусклую свечу подальше от края - Знаешь, я надеюсь, что однажды ты научишься просто верить. - Зачем? - Потому что без этого тебе не выжить. - Жил с сорок пятого. - Тогда у тебя была "Гидра". - Заткнись, - взгляд Зимнего Солдата полыхнул бешенством - Это не твое собачье дело. - Ладно, прости. Я не хотела тебя задеть. Давай я обработаю швы. - Нет, - стоило Сэм подняться с кресла, Солдат тут же крепко сжал бионический кулак - И так заживут. - Пожалуйста, доверься мне хотя бы сейчас, - девушка устроилась на крае кровати - Или ты снова не хочешь, чтобы я тебя касалась? Затравленный взгляд впился в Сэм бездной, вытягивающей из души все крохи тепла. - Я просто хочу помочь. Зимний Солдат сделал глубокий вдох, успокаивая разбушевавшегося зверя в себе. Это уже стало стандартной процедурой: пререкания, угрозы, злость, а затем тепло кожи, иллюзия доверия и терпение прикосновений со стиснутыми до хруста зубами. Мужчина кинул последний злобный взгляд на Сэм, а затем молча протянул ей раскрытую ладонь. Девушка вложила в нее свою руку, охлаждая разгоряченную кожу, и как-то странно посмотрела на него. - Что еще? - раздраженно рыкнул он. - Ты теплый, - Сэм крепче сжала его ладонь и осторожно погладила большим пальцем по запястью - Живой. Я не понимаю, как можно считать тебя машиной. - Ты меня не знаешь. - И почему мне кажется, что далеко не всем удавалось оказаться так близко к тебе и не получить пулю в лоб? Зимний Солдат промолчал, искривив губы в подобие усмешки, так и не коснувшейся ледяной стали глаз. - Значит, ты по-своему доверяешь мне. - Ошибаешься. - Ты не машина, Джеймс. И меня ты в этом не разубедишь. Просто смирись с этим. - И ты бы доверила мне свою жизнь? - Зимний Солдат нахмурился. Вопрос был поставлен со всей серьезностью, но Сэм не понадобилось даже доли секунды на раздумья: - Да. - Почему? - Потому, что в нужный момент ты поймешь, что я хотела тебе сказать. Ты человек, и ни одной "Гидре" не выбить из тебя это. А ты? Ты бы смог довериться мне в бою? - Я бы не дал тебе и ножа, - Зимний Солдат оскалился, отпуская руку Сэм - Такие наивные идиоты, как ты, первыми выстилают врагу мостовую своими костями. - Не надо недооценивать меня, - девушка хитро подмигнула, притягивая к себе пакет с бинтами - Однажды я могу прикрыть твою спину. - Я никогда не повернусь к тебе спиной, - мужчина откинулся на подушку и уставился в потолок - А теперь заткнись и делай, что собиралась. - Если ты попадешь в переделку, - Сэм принялась разматывать подмокшие бинты - Я сделаю все, чтобы вытащить тебя. - Не думай, что это будет легко. - ухмылка сквозь плотно сжатые челюсти вышла похожей на оскал черепа. - Ну, мы ведь легких путей не ищем? - Сэм широко улыбнулась в ответ и вернулась к обработке ран. Сэм всхлипнула и тут же осудила себя за проявление слабости. Мир вокруг шатался и крутился то ли от усталости, то ли от сумасшедшей нереальности происходящего. Она ведь знала, всегда знала, что их найдут. Днем раньше, днем позже, но фортуна бы все равно отвернулась от них. И все равно этот удар был крепче всех немецких пуль. И все равно что-то внутри не давало сдаться окончательно. Когда-то давно Джаспер охарактеризовал это, как "ослиное упрямство", а Кейт всегда говорила, что это "несгибаемый дух бойца". Но, как ни назови, это что-то держало Сэм на плаву, как спасательный круг. - Не раскисать! - приказала сама себе девушка - Не сломали, ублюдки, тогда, не сломают и сейчас. С трудом, поскальзываясь на осклизлой кушетке, но Сэм все-таки встала в полный рост и расправила плечи. Пускай избивают, пускай вскроют голову еще много раз, пускай скажут то самое запретное слово, пускай хоть заживо поджарят, она не позволит подавить себя. Не позволит подчинить. В ее жизни было слишком много трудностей, слишком много лишений и потерь, чтобы все закончилось просто так в этой тесной, промозглой камере. Она будет сопротивляться до последнего. Просто потому, что ей есть, ради чего жить. Девушка крепко стиснула кулаки и подняла взгляд на дверь, за которой гулкими ударами раздавались шаги тяжелых армейских сапог. Дитя не пойдет на поводу у матери.

***

Jesper Kyd – Ezio's Family

Зимний Солдат потерял счет времени. Белые стены вокруг неприятно раздражали зрение, давили, душили своей фальшивой стерильностью. Из-под потолка на него слепым глазом уставилась камера видеонаблюдения, напоминая, что его свобода - лишь иллюзия, призванная не дать ему сорваться с цепи от болезненного ощущения ошейника, крепко затянутого на горле. Он не двигался, позволяя мышцам затекать до покалывания в кончиках пальцев. Не отрывал пустой взгляд от стены. Он бы хотел задуматься о чем-нибудь, но никаких идей в голове не возникало. Слишком скудный запас воспоминаний, сведенных до иступленных инстинктов, не позволял выстроить хоть какую-то цепь рассуждений. Разум пустовал, с позором сдав позиции эмоциям, кипевшим вулканом в покрытой шрамами груди. Он не знал, как назвать эти стихийные ощущения, сменявшие друг друга, как кадры в кино. Не знал, как поступать. Приказа, как такового, ему никто не отдавал, а как действовать самостоятельно он не имел ни малейшего представления. Разучился. Он помнил, что такое бой. Помнил запах крови. Но откуда - не знал. Пустота, поглотившая нутро, расползалась черной дырой в груди, и что-то так болезненно ныло, словно вместо непроглядного мрака там должно было быть что-то другое. Что-то, что из него вырвали совсем недавно, оставив сочащуюся сукровицей рану поверх застарелого шрама. Он чувствовал, что там было что-то важное. Что-то, что имело цену сто крат выше той, которую он платил. И молчаливое отсутствие какой-то важной, безмерно важной составляющей его самого вызывало спазм в горле. Прибор, от которого к груди Зимнего Солдата тянулись десятки электродов, запищал чаще, раздражая слух. Руки непроизвольно сжались в кулаки, но он вовремя остановил себя. Просто знал, что никто не должен увидеть. Знал, что должен скрывать то, что бушует внутри огненной стеной, просто чтобы выжить. Чувство опасности было с ним всегда, и это он знал точно. Гул в голове нарастал, заставляя склоняться до хруста в шейных позвонках. Невидимая сила будто стремилась придавить его к земле, втоптать в грязь и навсегда похоронить под безымянной плитой гранита. И он не мог сопротивляться. Или просто забыл, как это должно быть. Он на секунду закрыл глаза, успокаивая заколотившееся рваными ударами сердце, и широко распахнул их снова. Взгляд спонтанно упал на карман штанов. Под тканью явно что-то было. Зимний Солдат с секунду помедлил, а затем поднялся на ноги и направился в тесную ванную комнату. Ему не было интересно, что оказалось в его кармане без его же ведома, но возможность уцепиться за что-то, найти хоть какую-то ниточку, ведущую к ответам на вопросы, которые он даже не мог сформулировать, уже была поводом для маломальских действий. Одним движением бионики он оторвал от груди электроды, а затем вытащил из вены иглу капельницы. Он сам не знал, почему, но это отвратительное чувство беспомощности выводило его из себя настолько, что хотелось крушить все вокруг. Скрипнули петлицы двери, глухо щелкнул замок. По какому-то давно забытому наитию он обшарил каждый угол, каждую щель маленькой комнаты в поисках камер и жучков, но, к его неосознанному удовлетворению, ни тех, ни других не нашлось. Зимний Солдат запустил руку в карман и выудил скомканный клочок плотной бумаги. Потертая, порядком отсыревшая, она выглядела абсолютно бесполезным мусором, но он был уверен, что это далеко не так. Пришлось достаточно долго провозиться, чтобы аккуратно разобрать тугой бумажный ком и разгладить его до более-менее приемлемого вида. С видавшей виды фотографии на него смотрело около двадцати тощих подростков. Их лица не вызывали у него никаких ассоциаций, и он попросту пропустил их, задержав взгляд на лице человека, не вписывавшегося в общую атмосферу истощения и страха. Мужчина в дорогом костюме широко улыбался, высокомерно глядя застывшими глазами на Зимнего солдата. Это лицо он знал. Помнил когда-то давно. Голова взорвалась невыносимой болью, заставляя сдавленный шепот камнем упасть в звенящую тишину: - Пирс. Имя вызвало сотни эмоций, тут же завязавшихся в тугой ком под ребрами. Зимнему Солдату пришлось осесть на пол, концентрируя все силы на том, чтобы не потерять сознание. В висках набатом билось одно лишь слово - враг. Что-то внутри кричало, молило остановиться, отсечь, выкинуть прочь из головы, но он упорно продолжал всматриваться в запечатленные на снимке лица. И снова внутри будто что-то надорвалось, когда он встретился взглядом с зелеными глазами, горящими живым пламенем на фоне бледного лица. В груди стало тесно и горячо, будто кто-то вонзил горящую стрелу под ребра и не спеша проворачивал. Имя, такое чужое, но такое до боли знакомое, крутилось на кончике языка и никак не решалось сорваться камнем вниз и разбить этот вакуумный стеклянный купол, отделивший его от себя самого. Он еще никогда, сколь мало мог вспомнить, не чувствовал так остро некую грань, пленку, натянутую между ним и тем, что он должен был знать всегда. Он кожей чувствовал, как она колышется под штормовыми порывами ветра, но все не рвется, не выпускает его из этого вылизанного до блеска аквариума, созданного только для него одного. А зеленые глаза все так же прожигали его насквозь, расползаясь по венам токами яда и заставляя сердце в груди колотиться о ребра до глухого хруста. Зимний Солдат не слушающимися руками перевернул фотографию и вчитался в одно-единственное слово, нацарапанное на обороте простым карандашом: Вспомнить! Он не мог не узнать собственный почерк. Не мог не задаться логичным вопросом: зачем ему оставлять послание самому себе? Когда и при каких обстоятельствах он это сделал, память рассказать отказывалась, но червь сомнения уже начал точить его сознание. Если он это сделал раньше, значит, существует некое до. Что-то до сегодняшнего дня. Что-то до пустоты в груди. Он не мог забыть сам. Не мог просто выкинуть из головы столько важных вещей, которые даже сейчас заставляют его стискивать челюсти до хруста в висках. Значит, кому-то было нужно, чтобы он забыл. Кто-то не хотел, чтобы он знал правду. Кто-то украл его жизнь и дал взамен угловатое, механическое, карикатурное подобие существования. И вот на этот счет у него были идеи. Зимний Солдат снова скомкал фотографию и спрятал в тот же карман. Голова отчаянно кружилась, мир вокруг то возникал, то пропадал, как пульсация сердца какой-то злобной твари. На миг взбунтовавшееся сознание тут же приняло оборонные позиции под натиском чего-то холодного и чуждого. Зимний Солдат не мог объяснить, что это было, но оно старательно вбивало в его голову аксиому, которую он и так знал когда-то до: "Ты должен служить и подчиняться! Цель выше, чем средства! Цена высока, но результат изменит мир! Ты создан, чтобы служить! Ты создан убивать!" Борьба, идущая в его сознании, отдавалась судорогами по всему телу, и Зимний Солдат не сразу понял, что залит собственной кровью, струящейся из носа. С трудом, но он смог подняться и облокотиться ладонями на умывальник. Алые капли падали на белоснежную керамику, взрываясь произвольными кляксами. Мужчина поднял взгляд на свое отражение в зеркале и... ничего не увидел в собственных глазах. Они, словно ширма, скрывали даже от него ту кровавую бойню, ту войну на поражение, что шла в его сознании. Подчиниться или бежать. Искать истину или позволить управлять собой. В дверь раздался глухой стук, тут же прервавшийся знакомым голосом с немецким произношением: - Зимний Солдат, открывайте! Мужчина наскоро включил воду и принялся отмывать с лица следы минутной слабости. - Отвечайте! Даю вам десять секунд, время пошло! - Герр Штраус? - дверь открылась, выпуская в белесую комнату бледного, но вполне боеспособного на вид Зимнего Солдата. - Вам нехорошо? - доктор сощурился, глядя на своего подопечного снизу вверх. - Жизненные функции в норме. - У вас синяки под глазами, - немец с секунду изучал его лицо, а потом просто махнул рукой - Видимо, последствия капельницы. Вы готовы к исполнению, Зимний Солдат? - Да. - Для вас есть задание. Зимний Солдат молча принял из рук доктора тонкую папку с пометкой "ликвидировать". - Отыщите их и уничтожьте всех до единого. - Мне нужно оружие. - Будет, - Штраус снисходительно ухмыльнулся - Ознакомьтесь с материалами, снаряжение принесут через два часа. Вертолет доставит вас в пригород Нью-Йорка. Солдат кивнул, глядя куда-то за спину мужчины. - Хайль Гидра, Зимний Солдат. - Хайль Гидра, герр Штраус.