Твоими глазами

Ребекка стояла у открытого окна, наслаждаясь утренней свежестью. Легкие солнечные лучи проникали в комнату сквозь колыхающуюся занавеску, которая под дуновением ветерка обвивала обнаженные ноги девушки. Казалось, девушка парила в невесомости, и под ее ногами струилось облако. Прекрасный образ ангела довершала белая сорочка из легкого кружева, а белокурые с золотистым оттенком волосы спадали на плечи, не хватало разве что за спиной пары крыльев. Многие бы так и подумали, не зная, кем или чем на самом деле является она. В этом и заключалось главное очарование Вампирши. За милой и невинной внешностью юной девушки срывался смертоносный монстр, самый свирепый хищник на земле, не знающий пощады на протяжении тысячи лет. Ее отрешенный взгляд не видел красоты утренней природы, она была полностью погружена в свои мысли. Даже тысячелетний жизненный опыт не мог гарантировать принятия правильных решений. Она так долго мечтала о самостоятельной жизни, когда не нужно было обсуждать свои решения со старшими братьями и не ждать от них осуждений ее легкомысленных поступков. Наконец-то она бы смогла сбросить со своих плеч груз тысячелетней вампирской жизни и стать практически той беззаботной двадцатилетней девушкой с мечтами о любви и мыслями «они жили долго и счастливой». Но, на сколько, эта жизнь стала беззаботной и по-настоящему счастливой? Этот вопрос Ребекка невольно задавала себе каждое утро с того дня, как она решила помочь Марселю победить своего брата. Каждый раз, когда она вспоминала о том дне, о глазах брата полных боли и отчаянья, что его сестра, о которой он заботился на протяжении веков, которую он любил пусть своей «особой» иногда жестокой любовью смогла его предать, предать их когда-то данную друг другу клятву «Вместе и навсегда». И ради кого – врага? Нет, для нее Марсель был не просто любовью, а билетом в вечную и счастливую жизнь. И если ей пришлось бы заплатить за него такую цену, что ж – она была готова. Но как оказалась, победить Клауса оказалось не так уж и просто, а точнее не возможно. Кто-кто, а он в тот день действительно показал всю свою силу. Никлаус - король Нового Орлеана, а Марсель остался ни с чем. Не смотря ни на что, она обещала Элайдже защищать ребенка, которого носила волчица, а предать еще одного обрата она просто не могла. Элайджа этого от нее не заслуживал. Старший из братьев возлагал большие надежды на появление чудо-ребенка. В отличие от сестры, он все также отчаянно надеялся воссоединить то, что осталось от их семьи, и верил, что шанс, данный свыше, иметь таким как они ребенка поможет исцелить темную душу их брата-гибрида. Прикосновение сильных и тем временем нежных рук вернули Ребекку из ее мыслей. Она почувствовала как мужчина, стоявший за ее спиной, прижал к ней свое напряженное от желания тело, и ее тело с легкостью приняло приглашение в очередную игру страсти. Все ее мысли тут же развеялись. Ребекка повернулась лицом к Марселю, который смотрел на нее с хищным прищуром и неотразимой жемчужно-белой улыбкой, которая контрастировала с оттенком его смуглой кожи, зовя в пучину наслаждений. Ни секунды не колеблясь, Ребекка впилась в губы вампира настойчивым, жадным и похотливым поцелуем. Их языки стали жадно изучать рот друг друга, руки без тени застенчивости блуждали по их телам лишь сильнее разжигая страсть. Желание нарастало волнами и с каждой секундой переходило в цунами, крушащее все на своем пути. Каждый раз это была схватка, никто не хотел сдавать свои позиции, поэтому в процессе страсти они все время менялись местами, «кладя друг друга на лопатки», не уступая место в доминировании. Но, тем не менее, Ребекка всегда первой сдавалась, отдаваясь столь долгожданным чувствам без остатка. Когда буря страстей уже улеглась, лежа на кровати и не нежась в пуховых одеялах, Ребекка оглядывала томным взглядом их с Марселем спальню, по которой были разбросаны вещи, осколки стекла и обломки мебели – это были улики того, что здесь только что произошло. Марсель уже одетый стоял у окна, которое выходило на балкон с выходом на двор его особняка. - Ты уже оделся? А я думала, что ты побудешь еще со мной в постели – мягким тоном произнесла девушка. - Прости милая, но мне нужно управлять моим городом. У меня абсолютно нет времени на эти сантименты – с ноткой иронии произнес Марсель, даже не обернувшись на девушку. - Это больше не твой город, да и никогда не был твоим. Давай бросим все и уедем, вместе, далеко, в Европу. Ты был там? Или куда-нибудь еще. Не все ли равно куда, если быть только вместе - Девушка мечтательно задумалась, вспоминая самые прекрасные места, где она была. Марсель повернулся к кровати, и даже картина, которая открылась перед его глазами, не заставила шевельнуться ни один мускул на его лице. Он наклонился над девушкой, которая и не сильно старалась прикрыть свое прекрасное тело шелковой простыней. - Твой брат предложил мне стать его правой рукой и править этим городом вместе. Я не могу от этого отказаться. Даже ради тебя. Он легким движением пальцев провел по оголенному бедру вверх через талию к груди, прикрытой простыней отодвигая ее край. Ребекка откинула голову назад от удовольствия, которое дарили его прикосновения и издала легкий стон. Девушка выгнула спину навстречу ласкам, намекая на продолжение. Марсель же понимал, что имеет над ней власть. Власть над первородной - это лишь разжигало в нем азарт играть с ней в только ему понятную игру. Он наклонился к ее уху и почти равнодушным голосом сказал – Мне пора, увидимся вечером - и на вампирской скорости скрылся за дверь.        Первородная осталась одна. Марсель снова выбрал ее брата, опять. Она поняла, что Клаус никогда не позволит ей быть с Марселем и даже не потому что он посягнул на его трон, просто, потому что он не позволит ей любить кого-нибудь кроме себя.