Глава 9. Сердце Леса.
21 ноября 2014 г., 21:14
— Пир Середины Осени? Уже? — Метте удивлённо смотрела на мать. — Мне казалось, до его начала осталось не меньше месяца.
Женщина рассмеялась и прижала девочку к себе.
— Ты там на своём юге совсем потеряла счёт времени, да? Осталось две недели до пира. Как раз к этому времени из Шерла вернутся торговцы племён Волка и Медведя, а сразу после него туда уйдут наши. А готовиться пора уже сейчас. Племена собираются у зимнего города, наша группа уже должна быть там.
— Здорово, — задумчиво протянула Метте.
Она не ожидала, что её торжественное возвращение произойдёт не перед их группой и даже не перед их племенем, а перед всеми альрами Перворождённого леса.
— Мы достигнем города завтра к полудню, — объявил Теро.
— Жду не дождусь момента, когда наш гость падёт на колени перед его величием, — с насмешливой улыбкой заявил Эск.
Теро отвесил мальчишке подзатыльник, а Мар серьёзно ответил:
— Судя по тому, что я читал о зимнем городе альров, так и будет.
Метте поморщилась. Всё это время воспоминания кусачими тварями преследовали её, каждый раз выжидая удобного момента, чтобы вцепиться ей в душу своими ядовитыми зубами. Отношения Теро и Эска часто напоминали девочке о Мане и Стиге.
«Как там сейчас ребята?» — подумала Метте, и неожиданно поняла, что не хочет этого знать. Едва ли у них всё хорошо. Особенно после того, что она сделала.
«Ты ведь не хотела причинять ему вред? Значит, ты не виновата. Этот мальчик упал сам, попавшись в ловушку, которую строил тебе», — так говорил девочке Мар. Эти слова успокаивали Метте, но лишь немного. Она была виновата в смерти друга, и ничто не могло этого отменить.
Ночью ей снова приснились Блуждающие Огоньки.
— Почему вы преследуете меня? Что вам надо? — злобно кричала на них Мете. — Я исполню своё обещание, что бы ни случилось! Я уже скоро воссоединюсь со своим племенем и больше никогда его не покину. Так перестаньте же смотреть на меня с таким укором!
Огоньки плавно покачивались в воздухе.
— Рысссь, — прошелестел один из них, а потом их синеватое свечение погасло, и Метте поняла, что падает в Бездонное ущелье, а вокруг неё кружатся ярко-синие птичьи перья.
Где-то внизу Метте ждал Мане. Он тянул к ней переломанные и согнутые под жуткими углами руки, глаза его были пусты, а по подгнившему телу ползали черви.
— Останься с нами, — жутким булькающим голосом шептал он, и рядом с ним появились такие же мёртвые и изломанные Лис, Стиг и Ромашка.
Девочка завизжала, но чьи-то сильные пальцы вцепились ей в плечи и рванули вниз.
В следующий миг она проснулась, в ужасе глядя на разбудившего её Эска.
Зимний город альров был прекрасен, и, глядя на него сейчас, Метте удивлялась, как могла сравнивать с ним трущобы площади Бродяг. Город стоял на Сердце Леса. Говорят, во времена первозверей это исполинское дерево, рядом с которым обычные огромные деревья Перворождённого леса казались маленькими, располагалось в центре мира. Но Бог передвинул лес на север, сдвинулось и его Сердце.
В вышину это дерево превышало растущие вокруг почти в два раза, а в ширину — в пять. Его многочисленные ветки были мощными и прочными настолько, что альры строили на них дома, прокладывали тропинки и соединяли их друг с другом подвесными мостами. Отдельной особенностью Сердца Леса было то, что оно всегда было тёплым и согревало воздух вокруг себя, так что даже самой лютой зимой вокруг него никогда не бывало снега, а живущие на его ветвях люди не мёрзли. Зато стоило лишь немного отойти от дерева, как человек оказывался в самом холодном месте севера. Говорят, Сердце Леса создаёт своё тепло, забирая его из воздуха вокруг.
Но даже такое невероятное растение не могло принять всех людей народа альров.
Путники шли между расставленными на земле палатками людей племени Волка, пробираясь к центру, где у самого ствола успели обосноваться Рыси.
— Наше племя самое маленькое, а потому — самое быстрое и гибкое, — радостно рассказывал Мару Эск, заслуживая неодобрительные взгляды ходящих вокруг Волков.
Кстати, увидев зимний город альров, юноша действительно склонился перед ним в глубоком поклоне, хоть на колени опускаться и не стал. Метте отметила, что взрослые посмотрели на него с одобрением.
Палатки людей племени Рыси пестрели красными символами. Метте беспокойно всматривалась в лица снующих меж ними людей, отыскивая знакомые черты, но найти не могла.
— Они говорят, наша группа обосновалась в нижних домиках ствола, — сообщил Теро, подходивший к кому-то из знакомых. — Я думаю, будет лучше, если мы с Эском, Маром и Метте сразу поднимемся к Нире, а остальные пока расскажут группе новости.
Нира, как и королевы других племён, каждый раз селилась в особенном домике на средних ветвях. Попрощавшись с матерью и остальными спутникам, Метте следом за Теро направилась туда. Рядом Эск тихо смеялся над восторженным лицом Мара, который, в свою очередь, не обращал внимания практически ни на что, кроме открывшегося перед ним величия.
Пока они поднимались наверх, к средним ветвям, по многочисленным лестницам и подвесным мостикам, мимо то и дело пробегали дети. Мар тревожно поглядывал на них, со смехом носящихся по узеньким тропинкам, прыгающих с мостиков на более тонкие ветки, толкающих друг друга.
— Мне кажется, это место не самое лучшее для детей, — задумчиво протянул юноша.
— Они не упадут, — рассмеялся Теро. — Они родились здесь, эти ветки им роднее, чем ровная земля. С детства мы учим детей не тому, что они могут упасть и умереть, если будут недостаточно осторожны, а тому, что, падая, нужно хвататься за ветки. Такая жизнь в крови у альров, мы — родственники этого леса. Потому наши дети не падают с деревьев, пока при них их звериный дух.
Мар задумчиво кивнул.
Метте вспомнила, как сама когда-то бегала и прыгала по Сердцу Леса. Сейчас она уже не решилась бы так — слишком давно не было практики. «Интересно, если бы Мане родился здесь, сумел бы он удержаться тогда?» — неожиданно подумала девочка и затрясла головой, отгоняя ненужные мысли.
— Ты сегодня какая-то странная. Тебе приснилось что-то плохое? — тихо спросил Эск, приблизившись к ней. — Ты странно дёргалась во сне.
— Да, — Метте отвела взгляд. — Со мной много всего плохого случилось за это путешествие, и иногда оно мне снится.
— Понятно, — мальчик задумчиво замолчал.
— Сюда. Мы пришли, — объявил тем временем Теро.
Дом королев вплотную примыкал к стволу дерева. Он был узким, но высоким — трёхэтажным. Первый традиционно занимала королева племени Волка, второй — Медведя, третий — Рыси.
У каждого этажа был свой выход и свой спуск. Теро, знаком велев остальным ждать внизу, поднялся наверх и постучал. Дверь довольно быстро открылась, и Метте узнала в выглянувшей женщине Ниру — свою королеву. Перебросившись с Теро парой фраз, она быстро спустилась вниз и с радостью на лице осмотрела троих визитёров.
Королева племени Рыси и её сын были совсем непохожи. Она — маленькая, хрупкая с виду, но сильная и ловкая. Эск же с каждым годом вытягивался всё сильнее, и плечи его становились всё шире, хотя, как заметила Метте, у парнишки были некоторые проблемы с равновесием. Скакать по ветвям Сердца Леса он явно бы не стал. У Ниры были мягкие черты лица, у её сына — резкие, угловатые. У неё — длинная медно-рыжая коса и ярко-зелёные глаза, у него — тёмные, почти чёрные непослушные волосы, а глаза серые, как туман, который Метте видела в Драконьих горах. «Наверное, они такие разные, потому что отец Эска — Бог, — подумала Метте. — Интересно, похож ли Эск на других своих братьев и сестру?»
— Метте, я очень рада видеть тебя живой, — проговорила тем временем Нира, и девочка смущённо улыбнулась ей в ответ.
Она была очень рада, что её помнят.
— Надеюсь, ты не собираешься снова потеряться в ближайшее время? — королева тепло засмеялась.
Метте яростно закивала головой, подтверждая её слова.
— А ты, стало быть, Мар? — Нира перевела взгляд на стоящего перед ней юношу.
Тот почтительно поклонился.
— Да. Вы могли слышать обо мне.
— Я слышала о тебе, а вот ты видимо не слышал, что у нас не приняты все эти дворцовые штучки, — женщина по-доброму улыбнулась и жестом велела Мару подняться. — Теро сказал, что ты сбежал из дома, чтобы попасть в нашу библиотеку.
— Я ушёл из дома против воли отца, чтобы спасти своего друга, — тихо возразил тот. — Ключ к этому спасению может лежать в вашей библиотеке, кроме того, возможно, этот друг был у вас.
— Твой отец беспокоится о тебе, — взгляд Ниры посерьёзнел. — Беспокоится настолько, что несколько дней назад мне и другим королевам прилетели почтовые ястребы от него. Он просил, если ты объявишься, позаботиться о тебе и не дать попасть в беду. А так же сообщить ему и по возможности быстро вернуть тебя домой.
Мар сжал кулаки. Метте заметила на его лице такое отчаяние, какого она не видела ещё ни разу.
— Твой отец избран Богом, чтобы править миром, я не смею ослушаться его, — тихо проговорила женщина, — но я была избрана им же, чтобы быть матерью. И мне кажется, что я получше Имена вижу, что передо мной стоит не младенец, который нуждается в опеке, а молодой мужчина, который отправился на спасение своей любимой. Потому...
— Она не... — Мар вспыхнул, запнулся и замолк, опустив взгляд.
— Или всё же младенец? — Нира так же тихо рассмеялась. — Я знаю, кого ты ищешь, но ваши отношения — не моё дело. Катриина из рода Лоя не заходила в наш лес, но если ты хочешь искать её с помощью нашей библиотеки — никто не в силах запретить тебе. Я напишу письмо твоему отцу и расскажу ему, что ты у нас и ты в безопасности. Нет страха большего, чем страх потери ребёнка, я не могу обречь Имена на него. Но доставить тебя домой я не смогу, приближается важный для всех альров праздник. И не думаю, что кто-то сможет обвинить меня, если ты вдруг сбежишь и от нас, забыв попрощаться, а мы не заметим этого, увлёкшись приготовлениями.
Метте с интересом смотрела на них. Значит, таинственным другом Мара, которого тот так стремился найти, была девушка? Нира же в который раз удивляла своей добротой и мудростью.
— Спасибо, — юноша серьёзно кивнул.
— Считай себя гостем племени Рыси. И не беспокойся о других королевах. Это решение мы принимали втроём, — в зелёных глазах Ниры мелькнула странная грусть. — А теперь, Теро, расскажи мне об успехах моего сына.
***
Встреча с сестрой, отцом и другими соплеменниками прошла радостно и бурно. Вечером девочка впервые за два года засыпала рядом со своей семьёй, но сон к ней не шёл. После прошлого кошмара Метте просто боялась засыпать. Девочка, грустно посмотрев на спящую мать, через окно выбралась из домика и спрыгнула на площадку, образованную из выроста живого дерева. Босыми ногами она чувствовала, как по Сердцу Леса течёт тёплая вода. Как была, лохматая, босая и одетая в одну лишь ночную одежду, Метте забралась на крышу домика и уставилась наверх, туда, где на невидимом за ветками небе должны были сиять луны. — Метте? Девочка испуганно огляделась и заметила внизу знакомую фигуру, одиноко сидящую неподалёку от домика. — Йер? Что ты там делаешь? — Можно... Можно с тобой поговорить? — невысокий длинноволосый юноша грустно посмотрел на неё снизу. — Залезай сюда, — девочка поманила его. Она уже догадывалась, о чём будет разговор, и тема её не радовала. — Прости меня. И в самом деле. — Ты не виноват, — Метте вздохнула. В чём его вина, в конце концов? Разве он силой засунул её на этот корабль? Нет, Йер лишь шутки ради поймал её на слабо. В остальном она виновата была сама. — Всё это время я был уверен, что ты умерла. Что это я убил тебя. — Привет, это я, я жива! — девочка с вялой улыбкой помахала перед ним руками. — Хватит травить души и себе, и мне. Ты не виноват. Я сама влезла на корабль. — Я подтолкнул тебя к этому. Метте на миг показалось, будто что-то со всей силы ударило её по голове. «Подтолкнул?» — Я всё равно жива. Да и какая разница? Эск сказал, что тебя и так наказали. Так что ты не должен извиняться в любом случае. — Ну, я держал руку на голове у дикой рыси. Более долгих двадцати секунд в моей жизни не было, — Йер грустно засмеялся. — Но чувство вины было более сильным наказанием, поверь. На самом деле, мне кажется, нет ничего более мучительного, чем чувство вины. Потому теперь я и пришёл к тебе, чтобы просить, чтобы ты простила меня и освободила меня от него. И не важно, виноват я в твоих глазах и глазах окружающих или нет. Важно, что я виноват в своих. — Скажи, — медленно проговорила девочка, — а если бы я не вернулась, как бы ты жил дальше? — Ну, я всегда надеялся, что ты жива. Хотя верилось с трудом, это немного помогало. — Нет, — в душе Метте бушевал шторм. — Если бы ты точно-точно знал, что я умерла? Например, если бы я прямо на глазах кого-нибудь, кто потом рассказал бы тебе, свалилась в Бездонное ущелье? Йер смотрел удивлённо. — Ну, — он явно не знал, что сказать. — Наверное, мне было бы очень паршиво. Думаю, потом время бы залечило эту рану, но шрам остался бы навсегда. Знаешь, то происшествие стало для меня страшным, но важным уроком. Я изменился с тех пор. И, пожалуй, ты тоже. Мне кажется, что больше тебя никто не поймает на слабо. — Ты прав, — Метте кивнула. — То, что я пережила, многому меня научило. И знай, я прощаю тебя. Никогда, никогда не чувствуй больше себя виноватым. Мы оба уже отбыли своё наказание. И это пошло на пользу обоим нам. Когда повеселевший Йер убежал прочь, Метте тихо вернулась в домик и снова легла рядом с матерью. Много раз девочка размышляла о том, простила бы она себя на месте Мане, и всегда отвечала себе, что не простила бы. Теперь же Метте ясно видела, что она и так была на его месте, и она простила. Но она жива, а Мане мёртв. И если её возвращение излечило рану вины Йера, то крупный похожий на медвежонка мальчик уже никогда не вернётся. «Время залечит рану, но шрам останется, — думала девочка. — И я буду носить его с гордостью. Знай, Мане, твоя смерть не была напрасной. Теперь я дома и я знаю, что буду делать». Ночью ей снилось, как Мане, улыбаясь, помахал ей рукой и ушёл в туман, а утром навстречу к своим соплеменникам вышла девочка, которую больше не тяготило прошлое.
