Превратности судьбы

      Коридор, который выбрал Грей, был довольно узким и петлял, извиваясь змеёй. Выворачивался, резко менял повороты. Изредка встречающиеся высокие арки щетинились ржавыми шипами, торчащими под разными углами. В конце тоннеля созидателя и водную волшебницу ожидала уходящая во тьму винтовая лестница, высеченная из камня. Ступени её крошились под ногами, отколовшиеся камешки с тихим шорохом осыпались вниз.       Джувии казалось, что спуск длится вечность. Она даже задумалась, не бесконечны ли эти ступени. Но Локсар не успела поделиться своими опасениями с Греем, лестница вывела их в небольшое помещение. Стены были буквально увешаны топорами и ржавыми тупыми пилами, разных размеров щипцами и зажимами, тесаками, клещами. С потолка свисали железные и деревянные клетки с истлевшими скелетами внутри. У стен лежали или сидели, закованные в колодки разлагающиеся трупы.       — Комната пыток, — тихо произнёс Грей, освещая зал факелом. Чем дальше Фуллбастер и Джувия продвигались, тем более изощренные орудия пыток представали их взору.       На деревянных колесах всё ещё лежали привязанные трупы. Переломанные кости осколками торчали наружу, прорывая гниющую плоть. Ощетинившиеся шипами кресла для допроса были покрыты засохшей кровью и ошмётками плоти. Под прессом для головы всё ещё торчал раздробленный белый череп, тело же страдальца осыпалось грудой костей рядом с устройством для пытки. Джувия аккуратно шагала по залитому кровью полу, стараясь не наступить на белеющие всюду кости, куски гниющей плоти, гнутые покрытые ржавчиной инструменты.       В центре зала расположилась старая гильотина. Основание её было усыпано черепами, в пустых глазницах каждого из них торчали оплавленные чёрные свечи. Когда волшебники проходили мимо, лезвие внезапно сорвалось вниз, выбивая щепки из прогнившего дерева. Джувия взвизгнула и отскочила в сторону, налетев при этом спиной на железную деву. Створки древнего пыточного аппарата со скрежетом отворились, и из его нутра прямо на голову волшебнице вывалился иссохший труп. Локсар с криком рванулась вперёд, запнулась о древко брошенной на полу секиры и упала бы, не подхвати её Фуллбастер. Джувия прижалась к Грею, крепко зажмурив глаза, эхо её голоса всё ещё бродило по пыточной, отражаясь от стен, вторя крикам боли и отчаяния, что некогда наполняли своды этого зала.       — Джувия, — позвал Грей, — посмотри на меня. Локсар лишь тряхнула головой, синие волосы растрепались, на пушистых ресницах дрожали слёзы. На миг Грей позабыл, что перед ним одна из четырех элементов, что наводили ужас на своих противников. Сейчас она была обычной перепуганной девушкой, дрожащей от страха, отчаянно нуждающейся в защите.       — Джувия, — Фуллбастер встряхнул Локсар за плечи, вынуждая открыть глаза — Все они давно мертвы, здесь лишь груда старого прогнившего дерева, проржавевшего железа и истлевшего тряпья, — произнёс он, глядя прямо в её тёмно-синие глаза. Джувия повернула было голову в сторону железной девы, из которой вывалилась последняя жертва, но Грей приложил прохладную ладонь к её щеке, останавливая.       — Смотри на меня. Не смотри вверх, не смотри вниз, не смотри по сторонам, смотри только на меня, — велел он. — Сейчас мы поднимемся и покинем это место. Тебе не надо оглядываться по сторонам, все они давно мертвы и скоро исчезнут вовсе, обратившись тленом. Поняла меня? Джувия неуверенно кивнула.       — Хорошо, — Грей крепко сжал её дрожащую ладонь и уверенно шагнул вперёд.       Локсар следовала за ним по пятам, не сводя глаз с его спины, как он и велел, и старательно игнорируя всё, что попадало в поле её бокового зрения. Когда пыточная осталась позади, запах гари усилился, коридор наполнял едкий дым, от которого слезились глаза, отвратительный горький привкус надёжно поселился во рту. Воздух вокруг дрожал от всё нарастающего жара, Грей смахнул выступивший пот, чтобы тот не попал в глаза.       Впереди замерцало неровное пламя, короткий коридор, ведущий прочь из комнаты пыток, вывел волшебников в огромный зал. Стены и потолок его тонули во тьме, в центре же полыхали костры. В воздухе подрагивало марево от огня, едкий дым наполнял помещение. Над кострами были закреплены жаровни, с привязанными к ним обугленными останками. С потолка свисали трупы людей и животных, закреплённые на железных крюках. Почти у всех них не хватало конечностей. Тени от костров плясали по стенам, от чего казалось, что останки корчатся и извиваются в агонии.       — Грей, — тихонько позвала Джувия, — посмотри, они шевелятся.       — Это просто игра света и тени, — заверил ее Фуллбастер. — Здесь лишь мёртвые тела, не стоит их бояться... Но договорить Грей не успел, с противоположной части зала донёсся протяжный вой, сменившийся рычанием. Созидатель осмотрелся по сторонам в надежде отыскать другой путь, но, кроме коридора, ведущего обратно в комнату пыток, иных проходов не наблюдалось.       — Нам надо... — Грей обернулся к Джувии.       — Надо идти вперёд, — тихо произнесла Локсар, губы её дрожали.       Всё так же, не выпуская её ладони, Грей осторожно направился вперёд. В той части зала, откуда донёсся вой, располагалась псарня, если созданий в огромных клетках можно было назвать собаками. Существа были сшиты из отдельных кусков, соединённых между собой грубыми стежками. Их плоть всё ещё разлагалась, сквозь свалявшуюся плешивую шкуру проглядывали пожелтевшие кости. Тяжёлые крысиные хвосты волочились по земле, из разинутых пастей, усыпанных двумя, а то и тремя, рядами острых клыков, свисала нитями густая слюна. Существа кружили в клетках, выли, рычали и кидались друг на друга, бились о прутья, скреблись, оставляя на каменных плитах глубокие борозды от массивных чёрных когтей.       Когда Грей и Джувия практически миновали псарню, добравшись до пологого уходящего вниз коридора, раздался едва уловимый звук. Сначала Фуллбастеру даже показалось, что он ослышался, но тихий свист повторился, балансируя на грани слышимости. Грей вздрогнул и резко обернулся к клеткам с химерами. «Манок», — догадался он.       Монстры вмиг затихли, подняв вверх свои длинные и короткие, вытянутые и приплюснутые, широкие и узкие морды, навострили свои крупные и мелкие, острые и круглые, покрытые свалявшейся шерстью и лысые уши. Звук повторился в третий раз, и тут же с душераздирающим скрежетом отворились клетки.       — Твою ж мать, — выдохнул Грей, когда десятки пар горящих глаз уставились на них. Одна из самых крупных тварей, крадучись, выбралась из клетки, прижимаясь к полу, поползла вперёд, скаля кривые белые клыки. Её длинный лысый хвост, напоминающий крысиный, метнулся по полу, и в следующий момент химера взмыла в воздух, атакуя.       Грей сотворил острую ледяную пику. Монстр налетел на острие, пронзившее его тело, и взревел от боли. Химера скреблась о каменный пол когтями, бугрящиеся мышцы её напряглись, из оскаленной пасти летели брызги густой кровавой пены вперемешку со зловонной слюной. Несмотря на то, что копье пронзило тварь насквозь, она всё ещё желал добраться до свежей плоти. От исходящего от костров жара лёд начал неумолимо таять. Вновь раздался вой, менее крупные хищники выбрались из клеток и, крадучись, направились в сторону волшебников.       — Их слишком много, — произнёс Грей, лихорадочно соображая. Фуллбастер покрыл прозрачным гладким льдом пологий пол тоннеля, уходящий во тьму, превращая его в горку. Другого пути у них всё равно не было. Подхватив Джувию на руки, Грей шагнул на лёд и оттолкнулся ногой, скатываясь вниз. Химеры ринулись следом, полосуя камень чёрными когтями. Но лёд в верхней части тоннеля уже начал подтаивать, превращаясь в лужи. Бегущие первыми твари заскользили и, потеряв равновесие, повалились на каменный пол, образуя запруду. Клацающий зубами клубок, извивался с воем и рычанием. Тем временем ледяное копье окончательно растаяло, и хищник, что атаковал волшебников первым, возобновил охоту.       Грей и Джувия скатились почти к самой арке, когда ледяной паркет обратился водой, Фуллбастер оглянулся. Во мгле сверкали два алых глаза, хищник догонял. Сотворив изо льда пушку, Грей выстрелил в потолок тоннеля, обрушивая его. Вниз посыпались крупные булыжники и камни помельче, в воздух взвилась пыль, скрывая от глаз волшебников происходящее в тоннеле. Когда же она рассеялась, Грей и Джувия увидели, что самая крупна химера успела проскользнуть за завал и теперь впилась клыками в собственный хвост, придавленный камнями, перегрызая его. Грубые стежки лопнули, и голый кусок плоти шлепнулся на каменные плиты. Из обрубка сочилась зловонная коричневая жижа. Химера присела и, оттолкнувшись лапами от пола, взмыла в воздух. Грей оттолкнул Джувию в сторону, встречая падающего на него монстра ледяными копьями.       Лёд пронзил тело твари сразу в нескольких местах, монстр упал на Фуллбастера, придавив его к полу. Химера скреблась когтями и ревела, щелкала зубами, отчаянно пытаясь дотянуться до Грея. Даже в предсмертной агонии она не желала упускать добычу. Сочащаяся из многочисленных ран коричневая жижа стекала по телу Грея, оставляя на коже ожоги. Он зашипел от боли и попытался отшвырнуть от себя умирающую тварь. Руки его дрожали от напряжения, но химера была слишком массивной и тяжёлой, чтобы сдвинуть её в одиночку. Локсар с криком упёрлась в плешивый бок твари, где через гниющую, клоками сползающую шкуру просвечивали рёбра, изо всех сил толкая. От её ладоней в воздух поднялся пар.       Наконец, хищник перестал скрестись об пол и, повалившись на бок, затих. Из раскрытой пасти вытекала зловонная коричневая жижа, мёртвые глаза бессмысленно уставились на волшебников. Грей поднялся на ноги, пошатываясь и тяжело дыша. Кровь химеры стекала по его обнажённому торсу, смешиваясь с его собственной, сочащейся из нескольких глубоких царапин, оставленных когтями.       — Прости, от меня совершенно никакого толку, — прошептала Джувия, рассматривая раны на его теле.       — Глупости, — заверил её Грей, стягивая самые крупные царапины ледяной корочкой. — Пора выбираться отсюда.       — Выбираться? Кхе-кхе, — раздался глухой скрипучий голос у них за спиной. — Отсюда нет пути наружу, кхе-кхе.       — Кто здесь? — Грей резко развернулся, готовясь к атаке. У стены был привязан к бардовому от засохшей крови столбу мертвец. Тело его, так же как и тела химер, было собрано из кусочков, перехваченных грубыми стежками. Куски грязной ткани, стянутые верёвками, прикрывали изуродованную плоть. Суставы существа были вывернуты в обратную сторону, правый глаз и половина рта зашиты. Левый же, мёртвый с белёсым бельмом, слепо воззрился сейчас на волшебников.       — Кто я? Кхе-кхе, — отозвался мертвец. — Пожалуй я созидатель, как и ты, кхе-кхе, — обратился он к Грею.       — Что за чушь ты несёшь? — зло отозвался Фуллбастер.       — Я — творец, кхе-кхе, — улыбнулось существо, растягивая бледные губы и обнажая кривые зубы. — Мы с тобой похожи. Кхе-кхе. Наш разум создаёт форму, наши руки дают ей жизнь.       — Не равняй меня с собой, проклятая тварь, — прошипел Грей. В воздухе разлилась прохлада, едва заметное голубоватое сияние возникло вокруг его ладоней.       — Гордец, кхе-кхе, — хрипло рассмеялся мертвец. — Вот ты и попался. Ледяная корочка стремительно начала покрывать тело Фуллбастера.       — Что за чёрт? — безуспешно попытался сдвинуться с места Грей.       — Посмотри под ноги, — прохрипел мертвец. — Это древний магический круг. Кхе-кхе. Он отражает магию волшебника, находящегося внутри, на него же самого. Кхе-кхе.       — Грей, — Джувия рванулась к нему.       — Стой на месте, — велел Фуллбастер. — Не приближайся, иначе и сама обратишься в лёд. Я... я больше не контролирую его...       — Верно, кхе-кхе, ты станешь славной ледяной скульптурой, — усмехнулся творец.       — Нет, милый Грей, как же так? — Джувия сжала кулаки так сильно, что костяшки пальцев побелели, когда корочка льда окончательно покрыла тело созидателя. — Этого не может быть. Не может быть, чтобы он умер у меня на глазах.       — Умер? Он ещё жив, кхе-кхе, — довольно проскрипел мертвец. — Правда, это ненадолго.       — Отпусти его! — гневно воззрилась на мертвеца Локсар. — Развей свою проклятую магию и верни мне милого Грея! — от её тела отделились потоки воды, кромсая стену над головой творца, на пол осыпалась каменное крошево.       — Милого Грея? — проскрипел мертвец. — Ты говоришь об этом юнце, что к тебе равнодушен? Кхе-кхе. Он не способен любить, сердце его навеки сковано льдом. Да и сам он вскоре обратится в лёд. Это древняя магия. Кхе-кхе. Слышала, может, когда-нибудь о заклинании «Ледяной гроб». Кхе-кхе. Джувия вздрогнула, оборачиваясь к замершему в магическом круге Грею.       — Вижу, знаешь, о чём речь, — прищурил мёртвый глаз творец. — Значит, знаешь, кхе-кхе, что этот лёд невозможно растопить. Ты ещё можешь уйти отсюда. Кхе-кхе. Брось этого надменного, самовлюбленного гордеца. Кхе-кхе. Ищи выход и спасай собственную шкуру, пока не поздно.       — Я всегда была одинока, — тихо прошептала Джувия. — Всегда одна под хмурым небом, затянутым свинцовыми тучами. Девушка-призрак, девушка-дождь. Холодная, несчастная, брошенная, отвергнутая. Я хотела раствориться в осеннем холодном ливне, стать его частью, перестать существовать. До тех самых пор, пока не появился он. Именно он показал мне, что за свинцовыми тучами прячется чистое голубое небо и сияет солнце. Я не позволю кому-либо отнять у меня милого Грея! Я смогу растопить лёд. Смогу, потому что только рядом с ним я больше не чувствую себя одинокой! Только рядом с ним я хочу жить и радоваться жизни! — тело Джувии обратилось водой. Локсар устремилась к скованному льдом Грею, окутывая его фигуру.       — Ты изничтожишь саму себя, бестолковая девчонка, — прохрипел мертвец.       — Лжец! Магия сработает против волшебника только, если он находился внутри круга, когда колдовал на кого-то извне, не так ли?       — Тебе не растопить этот лёд. Кхе-кхе, — не сдавался творец.       — Увидим, — от воды в воздух поднялся пар.       — Кипяток? — единственный глаз мертвеца расширился от изумления. — Она смогла обратить эмоции в кипящую воду...       Это были последние его слова, водные лезвия рассекли грубые стежки, связывающие воедино его тело, и он осыпался грудой отдельных кусков. Грей судорожно вдохнул воздух, падая на колени и упираясь руками в каменный пол. Вода стекала по его волосам и лицу, срываясь каплями вниз по телу.       — Вы в порядке, милый Грей? — жалобно поинтересовалась Джувия.       — Ты мне жизнь спасла, спасибо, — Фуллбастер притянул её к себе, обнимая.       — Что вы делаете, ми... милый Грей? — заикаясь, поинтересовалась Локсар, краснея на глазах.       — Знаешь, я всегда винил себя в смерти наставницы. Считал, что несу на плечах лишь тьму и груз вины, а потому запретил себе сближаться с кем-либо, чтобы не погубить… — тихо произнёс он, не выпуская Джувию из объятий. — Но, если кто-нибудь и способен отогреть ледяное сердце, то, наверное, только ты. Локсар удивлённо хлопала длинными ресницами, не веря в услышанное. Глядя в её растерянные тёмно-синие глаза, Грей вновь почувствовал себя полным идиотом, потому что только круглый дурак стал бы так долго отрицать столь сильные чувства к столь прекрасной девушке.       — Небо, — удивлённо произнесла Джувия, глядя поверх его головы. Грей обернулся, высоко в стене зиял пролом, через который можно было разглядеть клочок голубого неба.       — Давай выбираться отсюда, — улыбнулся он, помогая Джувии подняться на ноги.