Голоса... 13

Джен — в центре истории действие или сюжет, без упора на романтическую линию
Ориджиналы

Рейтинг:
R
Размер:
Драббл, 7 страниц, 1 часть
Статус:
закончен
Метки: Ангст Дарк Насилие Повествование от первого лица Психология Смерть основных персонажей Ужасы Философия Показать спойлеры

Награды от читателей:
 
Описание:
Голоса. Голоса преследуют меня. Преследуют повсюду. Как бы я не хотел, они не отстают. Даже, когда голову начинает разрывать на части.

Эти голоса говорят лишь одно слово. Одно единственное, но такое порой пугающее слово: "Убей".

Посвящение:
Автору заявки.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
А теперь немного психов!
20 апреля 2014, 19:08
С семнадцати лет меня преследуют голоса. Тихие, шепчущие голоса. Мужские и женские, детские и старческие, нежные и грубые. С семнадцати лет они преследуют меня, не отстают ни на секунду. Не отстают даже тогда, когда голова начинает разрываться от боли. Думаю, они специально этого добиваются. Хотят, чтобы я страдал... Что могу сказать? У них прекрасно получается!.. Мучительная такая, медленная пытка... Как я уже сказал, голоса преследуют меня с семнадцати лет. Или около того. Не помню уже. Должно быть, я слишком привык к ним. А вообще, я точно не знаю, когда именно они появились. Но появились они как-то уж постепенно, со временем. Сначала это был тонкий женский голосок, потом к нему прибавился мужской голос. Через пару месяцев это превратилось в хор шепчущих голосов. Долгое время я не мог привыкнуть к ним. Из-за них я страдал бессонницей, головными болями, жестким недосыпом. Но, через некоторое время я уже привык к их голосам. Я стал более-менее нормально спать, да и боль не так часто донимала меня. Единственное, что меня беспокоило, так это то, что именно говорят эти голоса. Я не мог понять ни слова из того, что они говорили. Старался изо всех сил, вслушивался в каждую выговоренную тем или иным голосом букву, но это больше напоминало что-то вроде "шепот тысячи сивых кобыл", или как там говорят?.. Не зная, что и делать, я обратился к отцу. Он лишь как-то странно посмотрел на меня и вышел из зала на кухню, оставив меня в полнейшем одиночестве. Эх, даже родной отец не способен мне помочь!.. Было обидно немного, но не так уж и сильно. От части, я понимал что отец ничем не сможет мне помочь. И, похоже, он и не собирался помогать мне. может, он просто не понял меня. Черт знает!.. Через пару дней я проснулся посреди ночи от того, что голоса в моей голове стали более четко произносить слова. Вернее, не слова, а слово. Одно единственное слово. Одно единственное слово, от которого бросало в дрожь. - Убей... - шептали тысячи самых разных голосов в моей голове, - Убей... Убей... Убей... - Н-Нет... - как-то неуверенно произнес я, бездумно смотря на белую стену в своей комнате. - Убей, - голоса повысили голос. Теперь они говорили достаточно громко и отчетливо, - Убей. Убей. Убей. - Нет! - уже более уверенно сказал я, сжав кулаки. - Убей! - голоса перешли на крик, - Убей! Убей! Убей! - Я сказал нет! В этот момент мне показалось, что в голове что-то надломилось, порвалось, лопнуло. В ушах зазвенело, голова адски болела, разрывалась на части, а перед глазами запрыгали какие-то черные точки. Закрыв глаза и уши, я попытался встать с кровати. Ноги мои были почти ватными, но, благо, подняться я смог, при этом чуть не упав на пол. Шатаясь и падая, я зачем-то подошел к тумбочке у двери и оперся на нее руками. ушах все еще звенело, перед глазами все плыло. А голоса теперь не просто кричали, а прямо-таки ревели, рычали по звериному. И все время одно и то же слово. - Убейубейубейубейубейубей! - кричали они в моей голове. Я не мог их остановить. Я слишком слаб. - Нет! - в последний раз крикнул я, толкнув что-то, стоящее на тумбочке. Все прекратилось в тот момент, когда я услышал, как с грохотом на пол упал горшок с цветком, стоящий на той самой тумбочке. Видимо, его я и толкнул... Черт возьми, это был мой любимый цветок!.. В комнату вбежала испуганная мать, за ней не менее испуганный отец. Они смотрели на меня взволнованными, до смерти перепуганными глазами. Такое ощущение сразу создалось, словно меня тут убить хотели!.. - Сынок, ты как?! Что случилось?! - кричала мать, обнимая меня. Ее тело было мокрым и холодным от пота, она вся дрожала. От холода? Или от страха?.. Внезапно я ощутил, что на моем левом плече, куда уткнулась лицом мать, явно проступало мокрое пятно. Мама плакала. Тихо, незаметно. Мне было больно только от одной мысли, что все это из-за меня. - Да нет, мам!.. - попытался успокоить я все еще плачущую мать, гладя свободной рукой по ее мягким, всегда расчесанным волосам, - Мне просто страшный сон приснился! Вот и все, клянусь!.. - А цветок? - вмешался отец, доселе тихо стоящий в дверном проеме. - Ну, лунатил чуть-чуть!.. - отмахнулся я. - Хм, ну-ну... - спокойно проговорил он. Я посмотрел прямо ему в лицо. Весь его вид явно выражал недоверие ко мне. Даже не недоверие, а, скорее, что-то, вроде презрения. Он и раньше так смотрел на меня, но сейчас его взгляд явно говорил о том, насколько он не любит меня. Даже ненавидит. Но на его мне было плевать с высокой колокольни. Мама была с ним счастлива. А это - главное. Ради матери я выдержу все!.. - Ладно, сынок, мы пойдем... - произнесла мать, наконец успокоившись, - Кричи, если что!.. - Да ладно тебе, мам! - я лишь рассмеялся, - Что я, маленький что ли? - Ну да... - она, как всегда, нежно улыбнулась мне, - Спокойной ночи, милый. - Спокойной, мам. Она как бы на прощание помахала мне рукой и вышла из моей комнаты. Чуть позже за ней вышел отец. Но, перед тем, как уйти, он посмотрел на меня таким взглядом, что у меня поджилки задрожали. Его взгляд прямо говорил: "Еще раз потревожишь - ты труп". От его взгляда мне сразу стало не по себе. В голове заиграла мысль о том, не хочет ли мой отец убить меня. Я попытался отогнать эту мысль. Однако, она никак не отставала. В конце концов я уснул. Правда, каким образом, я так и не понял. Но, попав в сон, я тысячу раз пожалел о том, что вообще уснул в эту ночь. Мне снилось, будто я лежу в своей кровати и тихо посапываю. Вдруг дверь моей комнаты медленно открывается, издавая противный скрип. Из темноты вышел мой отец. В его руках был острый, кухонный нож. Он смотрел на меня, как на жертву, как на кусок мяса. Постояв еще немного, он подошел ко мне и навис надо мной. А я все сплю, ничего не подозревая. Его сильная, тяжелая рука, держащая нож, поднимается. Его взгляд холоден, спокоен, но в глазах явно прыгают искры безумия. И вот его рука резко, без предупреждения, опускается вниз. Острый, сверкающий нож со лязгом вонзается в мое тощее тело. Через секунду я просыпаюсь весь в холодном поту. Меня бросает то в жар, то в холод, руки трясутся, сердце бешено стучит. Сознание подсказывает, что это был всего лишь сон. Всего лишь плохой сон. Плохой сон, который стоит забыть. Плохой сон, о котором лучше не вспоминать. - А если это предзнаменование?.. - тихо шепчут голоса в моей голове. Я вздрагиваю. А вдруг то, что они говорят, правда?.. - Оставьте меня... - фыркаю я, старательно отгоняя эту мысль о предзнаменовании. Пытаюсь уснуть. Но голоса не дают мне покоя. Они говорят, говорят и говорят. Не дают мне спать. - Чего вы хотите? - спрашиваю я, после чего мне приходит моментальный ответ. - Убей, - тихо шепчут голоса в моей голове. Я вновь вздрагиваю. Неужели опять? Они снова просят меня об этом?.. - Я не могу.... - Убей. - Не могу. - Убей! - Нет! - Убей, пока не убили тебя! На этой фраз я внеочередной раз вздрогнул. Убить прежде, чем убьют меня?.. Как это? Не хотят ли они сказать, что отец хочет мне смерти? - Вы про отца?.. Но... Он не хочет мне зла! - Неужели ты не видишь, дружок? Не видишь, как он смотрит на тебя? Не видишь, как его глаза наливаются гневом, когда он видит тебя? Не видишь, что у него руки чешутся набить тебе морду? Серьезно, не видишь?.. Или не хочешь видеть? - Заткнитесь! - Мы не хотим тебе зла. Мы хотим помочь... - Нет! Вы лжете! - Поверь нам! Поверь! - Ни за что! - Подумай, этот человек отобрал у тебя мать! Вздрогнул. По спине побежал пот. Сердце бешено заколотилось. Он... Забрал... Маму... - После того, как он пришел в семью, в твоей жизни стали происходить ужасные вещи! Вспомни, сколько раз он избивал тебя! Вспомни, сколько раз он избивал твою мать! Это все он виноват! - А ведь и правда... Если задуматься... - бормочу я, сев в нормальную позу на краешек кровати. - Подумай, он опасен! Ему не место в нашем мире! Ему не место в твоем мире! Ему не место в мире твоей матери! - Верно... - Он заслуживает самой мучительной смерти! - Д-Да!.. - А знаешь, какая самая мучительная смерть? - Какая? - Смерть во сне... Готовы поспорить, он сейчас наверняка спит... Ты ведь понимаешь, о чем мы?.. - Что?.. Оу, нет! На что-что, а на убийство я не пойду!.. - Даже ради матери? Черт... Черт, черт, черт! Они знают, что я слишком сильно люблю мать! Но он не посмеет! Он не посмеет ее тронуть!.. - Не посмеет? - смеются тихо голоса, - Раньше-то он спокойно колотил и тебя, и твою мать! Сам вспомни! Думаешь, что он исправился! Ха, не смеши! - Но что я могу?! Что мне сделать?! Что мне сделать, чтобы защитить мать?! - Убей... На этот раз я хмурюсь и, уверенно встав с кровати, следую к двери. Теперь меня никто не остановить. Никто и ничто. - Убей... Спускаюсь по лестнице на кухню. Вспомнить бы, в каком ящике мама хранит ножи! "В каком же..." - думаю я. Вдруг меня осенило, - "Конечно! В среднем!" Открываю средний шкафчик и обнаруживаю там около десятка различных ножей. Больших, средних, маленьких, с черной ручкой, с синей ручкой, с прямым лезвием, в лезвием-лесенкой... Глаза разбегаются. Не могу выбрать. - Убей... Беру в руки нож средних размеров с черной, пластмассовой ручкой. Такой же, как в моем сне. Такой же тонкий, гибкий, крепкий, блестящий... Красивый. - Убей... По счастливому случаю, мать и отец спали в разных комнатах. Отец внизу, на первом этаже, мать - наверху. Ее комната находилась рядом с моей. Тем лучше для меня. Так меня хотя бы не услышат. Ну, я на это надеюсь... - Убей... Тихонько приоткрываю дверь в его комнату, смотрю из-за угла. Храпит, как сурок. Видимо, опять снотворное принял. Осторожно открываю дверь. Она отвратительно скрипит, но этот скрип не будит моего дорогого папашку. Значит, все-таки снотворное принял. Улыбаюсь. Отлично... - Убей... Тихо, без лишнего шума вхожу в его комнату, осторожно переступая с ноги на ногу. Пол под моими ногами скрипел, подвывал тихонько, но меня это не останавливало. Я упрямо шел вперед. Упрямо шел к кровати своего отца, сжимая в правой руке нож. - Убей... Подхожу к его кровати и практически нависаю над ним. Он выглядит совсем беспомощным, когда спит. Даже жалко как-то... Может, не убивать его?.. - Убей, пока он не убил твою маму... Вдруг голова адски заболела, в ушах снова звон, но руки уже не дрожат. Нет, не дрожат. Я смотрю на свои руки и вижу, что я крепко и достаточно уверенно держу в правой руке нож. Левая сжата в кулак до боли. На моем лице расплывается сумасшедшая, но такая счастливая улыбка. В моих глазах прыгают сумасшедшие искорки. Неужели я сошел с ума? Неужели я действительно псих?.. Впрочем, теперь это не важно. Важно то, что я могу защитить себя. Могу защитить маму. Могу защитить всех! - Убей же... Моя рука с ножом медленно поднимается вверх. В лунном свете лезвие ножа сияет, блестит подобно сказочному мечу. Секунду я завороженно смотрю на лезвие. После перевожу взгляд на отца. Его лицо спокойно, умиротворенно. Кажется, что он безобиден, что он не способен причинить кому-либо боль. Но это - лишь маска. Маска, которую он надевает на работу, для своих друзей-алкашей или смазливых шлюх. Когда он дома, его лицо всегда и везде выражает недовольство и ненависть ко всему, что попадается в поле его зрения. Он хмурится, надувает и без того толстые губы, на его лице множество морщин. Я ненавижу его за это. Он мог бы хоть раз улыбнуться, сказать хоть что-то приятное. Хотя бы при маме делал вид, что хоть немного счастлив!.. Но он считает, что он - главный в этой семье. Он командует, я и мама - подчиняемся. - Сегодня все будет иначе, мерзкий ублюдок... - шепчу я. Голова все еще гудит в ушах слегка звенит, но ничего. Терпимо. Выдержу... Все еще держу руку над ним. Я не могу. По какой-то причине я не могу разогнуть руку. Не могу. Не могу пырнуть его... - Убей! Резкая волна адреналина ударяет в голову, от чего головная боль на секунду утихает. Улыбнувшись еще шире, я резко вонзаю нож в тело отца. Он вздрагивает, кряхтит. Через белое одеяло тут же просачивается кровь, оставляя на белоснежной ткани жирное, большое пятно. В темноте она кажется совсем черной, как смола. Как... Красиво?.. Вынув нож из тела отца, я втыкаю нож еще раз рядом с местом, где воткнул его не так давно. Потом еще раз. И еще раз. И еще. И еще! И еще! Еще! Еще! Еще! Еще! Вскоре все одеяло окрашено в эту красную, но в темноте более черную, жидкость. Руки вспотели, сердце бешено колотится, в крови кипит адреналин. Запах крови. Еще теплой, красной крови. У нее такой приятный запах... Утонченный, сладкий, манящий к себе... Ах как прекрасно!.. В этот момент свет в комнате отца вдруг включается. Яркий свет слепит мне глаза. На пару секунд я закрываю их, но, привыкнув к свету, с трудом разлепляю глаза. Смотрю на отца. Он весь в крови, из его рта течет алая жидкость. В его глазах застыл страх, лицо побледнело и осунулось, рот приоткрылся в немом крике. Смотрю на свои руки. В моей правой руке окровавленный острый нож, да и сам я по локоть в крови. На белой футболке и шортах пятна от алой жидкости. Кажется, даже мое лицо забрызгано кровью. Но я этого не чувствую. Я вообще сейчас почти ничего не чувствую. В дверном проеме замечаю какое-то движение. Оборачиваюсь и вижу мать, стоящую у двери. Ее глаза, полные слез, расширены от ужаса, рот слегка приоткрыт, лицо ее побледнело, руки дрожат. Ее взгляд метается, она смотрит то на меня, то на отца. А вернее то, что от него осталось. Она напугана. Чертовски напугана. - Ма-ам!.. - мягко говорю я, полностью развернувшись к ней лицом, - Что с тобой? Все хорошо? Я начинаю подходить к ней. Она пятится назад, подобно забитому в угол зверю. Что не так? Неужели она так боится меня? Меня, своего сына!.. - Мам, не бойся... - я протягиваю левую окровавленную руку к ней. Она отскакивает и с криком бежит вниз. Я за ней. Спустившись, я вижу, что она забилась в углу зала и тихонько плачет. Вздыхаю. Ну что же ты так, мама?.. Подхожу к ней, сажусь на корточки. Она испуганно смотрит на меня. Ее губы дрожат, глаза наполнились слезами. Она так испугана. Она так испугалась увиденного. Она так испугалась меня. - Все хорошо, мам, - уверяю я ее и обнимаю левой рукой, - Я - это я. Все в порядке. Она тут же кидается в мои объятия и, уткнувшись личиком в мое плечо, начинает рыдать. Громко и протяжно, содрогаясь всем телом при каждом вдохе, при каждом выдохе, при каждом всхлипе. Я вижу, как ей больно сейчас, как ей страшно. - Не бойся, мам... - шепчу я ей на ухо, - Прости. Секунда-две. Она затихает. В тишине слышен лязг металла о плоть. По некогда белому ковру лужей растекается кровь. Красная, вкусная кровь. На моих руках умирает моя мать. Мать, которую я не смог защитить. Защитить от собственного безумия. Я чуть приподнимаю ее голову и гляжу на уже мертвое лицо. В ее глазах застыли слезы, холодные и мутные. Она выглядит такой спокойной, словно... Словно она знала, что это произойдет. Ее синие губы растянуты в слабую улыбку, в глазах нет страха, нет ненависти. Только любовь. Любовь и жалость к своему сыну. Сыну-маньяку... Не выдержав, я крепко прижимаю окоченевшее тело мамы к себе и начинаю плакать. По моим щекам текут горячие, соленые слезы, перемешиваясь с кровью, застывшей на щеках. Полупрозрачные кровавые слезы капают с моего подбородка прямо на мамину белую ночную сорочку. - Прости... - шепчу я сквозь слезы, - Прости... Прости... Прости!.. Последнее слово я выкрикнул, не боясь, что меня может кто-то услышать. Мне было просто плевать тогда на все, на вся и всех. Я просто хотел, чтобы мама вернулась, чтобы все было, как раньше. Пускай с отцом, пускай с побоями!.. Я хотел, чтобы все было, как раньше. Я хотел, чтобы мама жила... А голоса в моей голове тихо шептали все те же слова, но я их не слушал. Я был слишком опечален. Успокоившись немного, я вновь услышал сладостный шепот тысячи голосов. Голоса шептали одно слово. Одно единственное слово, от которого по всему телу бежали мурашки, от которого бешено билось сердце, от которого по спине бежал пот, от которого кипела кровь... Одно единственное слово... - Убей...
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.